Проституция должна быть нелегальной

29 Июня 2001

считают участники процесса

Бытует в обыденном сознании, нашпигованном либеральными идеями, такое мнение, что если что-нибудь незаконное узаконить — то жить станет легче. Разрешим наркотики — не станет наркомафии, разрешим свободное ношение оружия — не станет мафии оружейной... а уж если проституцию узаконить, то и секс-мафия самоликвидируется, и казне ощутимая польза — проститутки всегда востребованы, а значит, и налогов можно будет с них брать в количестве, достаточном для выхода Украины в десятку мировых экономических лидеров.

Предпринятое газетой «2000» расследование дало совсем другой результат: никому легализация проституции не нужна. Более того — все, кого касается своим теплым бедром киевская путана (как в прямом, так и в переносном смысле), считают, что этот бизнес должен оставаться в тени. Не во мраке — как, скажем, торговля ураном и казнокрадство, а именно в тени: чтобы и око видело, и зуб (или что там еще) имел... но официально ни секс-бизнеса, ни его организаторов, ни наемного персонала как бы не существовало. Были бы вроде только «отдельные проявления»...

Впрочем, начнем с определения предмета. Кодекс Украины об административных правонарушениях определяет проституцию как «торговлю своим телом, что выражается во вступлении в половую связь за вознаграждение». «Формы вознаграждения могут быть любыми (деньги, валюта, ценные подарки, спиртные напитки, оплата посещения ресторана и так далее)». Но никакой серьезной ответственности, кроме несерьезного штрафа в 85 гривен, проститутка перед государством и обществом не несет.

По другому же кодексу — гораздо более солидному, Уголовному — даже значительная часть вполне легального бизнеса формально подпадает под действие статьи 210: можно получить пять лет тюрьмы за «сводничество для разврата». Трактовка такова: «Сводничество для разврата — это посредничество в разврате, состоящее в содействии добровольным половым сношениям незнакомым между собой людям». Главный редактор газеты, публикующей объявления типа «Она ищет его» (он — ее, он — его, она — ее и так далее) — тогда заведомый сводник. А агентства знакомств (которых только в столице — почти десяток) можно везти в тюрьму в полном составе... Естественно, под этой же статьей ходят все без исключения столичные «секс-бизнесмены» — и сутенеры-одиночки, и руководящий состав всякого рода «эскорт-сервисов» и «интим-агентств».

А теперь — к сути вопроса. Есть ли в столице реальная проституция? Есть. Но весьма несерьезная.

Во-первых, практически отсутствует ее уличная разновидность. Всякий, кто посетит московскую Тверскую улицу вечером, а потом — для сравнения — пройдется по вечернему Крещатику, поймет: у нас уличной проституции не существует. На Тверской — на всем ее протяжении — стоят вдоль обочины шеренгами и стайками вполне опознаваемые по откровенным нарядам и весьма активные по призывности проститутки. На любой вкус. И на любой кошелек. В украинской же столице такого нет: наши секс-труженицы предпочитают на глаза общественности не появляться.

Во-вторых, нет в Киеве и публичных домов, содержание которых карается всё по той же 210 статье нашего УК пятилетним заключением. В российской столице их — несколько десятков, и отвечают они всем признакам «домов терпимости». Достаточно зайти на несколько российских интим-сайтов, чтобы в этом убедиться (или съездить в Москву и посетить). Адреса «интим-салонов» легко узнать из соответствующей прессы, Интернета или, скажем, у коридорной в гостинице. Внутри встречает приветливая хозяйка, вручает альбом и предлагает выбрать партнершу по фото, впрочем, чаще всего девицы выстраиваются в ряд, и выбирать можно «вживую». Комнаты, кровати, белье и сами секс-труженицы чисты и могут предъявить справку о медосмотре по первому требованию. А цены при этом — что несколько странно — существенно ниже, чем на услуги киевских проституток.

Единственное, в чем есть сходство московской и киевской проституции, — это в наличии в обоих столицах «колл-гёрлз». Правда, наши девицы по вызову гораздо ниже качеством. Увы! Видимо, киевские красавицы, если уж захотят пристроить свое тело, по мелочам не размениваются. Вариантов два: продажа один раз и навсегда (выгодно выйти замуж) и долгосрочная аренда (работать моделью и быть любовницей кого-нибудь побогаче). Кстати, киевлянки зарабатывать деньги проституцией вообще не склонны: как правило, они в состоянии найти другую работу.

Так кто же тогда приезжает к позвонившим по объявлению типа «Гувернанточка» или «Массаж круглосуточно»? А провинциалочки приезжают. Из полутора тысяч девиц, промышляющих в Киеве, почти все иногородние: Одесса и Черновцы, Чернигов и Сумы, райцентры Молдовы и Белоруссии — их историческая родина. Столица же — место заработка и постоянных проблем с милицией и сутенерами. С клиентурой проблемы возникают редко: обычно те звонят в такой степени опьянения, что способны переспать с кем угодно.

Картина киевской проституции вроде бы ясна. Время финала?

Животрепещущий вопрос «Нужна ли нам легальная проституция?» автор задал пятнадцати собственно проституткам, пяти руководителям секс-фирм и одному милиционеру — начальнику отдела по борьбе с преступлениями,связанными с торговлей людьми (борющемуся заодно и с проституцией) столичного милицейского главка Василию Киндрасю.

Майор Киндрась как человек честный сказал, что пока он «при погонах» — собственного мнения я от него не услышу. И добавил: пока проституция и секс-бизнес вне закона — его отдел будет привлекать проституток к административной ответственности, а предпринимателей-организаторов этого дела — к уголовной.

Все пятеро сутенеров сообщили, что в легализации проституции как бизнеса абсолютно не заинтересованы (трое были «резко против»). Причина была названа простая: по их мнению, зачем выходить из тени, если это приведет к однозначному снижению доходов? Один философски заметил, что он не наркотиками торгует, и даже не порнографию распространяет, а удовлетворяет спрос людей, которые сами не хотели бы огласки своего общения с проституткой... А ведь при открытии публичного дома — продолжал рассуждать секс-подпольщик — под его дверьми начнут толпиться ревнивые жены, чтобы узнать, не ходят ли их муженьки к профессионалкам любовных утех.

Из пятнадцати проституток шестеро — в разных выражениях — автора, что называется, послали. Остальные девять — тоже по-разному — сообщили, что если проституцию легализуют, то работать в такую фирму они бы ни за что не пошли. Из боязни огласки; из страха, что получат те же проблемы, что и сотрудницы обычных предприятий — задержки зарплаты, издевательства начальства, интриги и подсиживания. А также — сказали девятеро смелых — легализация означает и обнародование доходов с почетной, но печальной обязанностью платить налоги...

— Мне уже ничего не страшно, — говорит двадцатилетняя Ирина, проститутка с трехлетним «стажем», — потому что я уже всё прошла. Сейчас, правда, такого беспредела уже нет. Но и бизнес наш тоже успехами похвастаться не может.

Один только шеф к нам в принципе по-человечески относится. Уговор простой: ему — как организатору дела и поставщику клиентов — половина гонорара, нам — вторая половина. Вот только желающих нашего сервиса не так много, как вы думаете. Два-три клиента за неделю — уже хорошо. А это значит, что имею я меньше, чем секретарша, с которой ее шеф спит... А теперь представьте, что всё это легально, по закону: заплачу налоги — и получу зарплату меньше, чем учительница?! Да еще все кому не лень будут пальцем показывать на меня как на «морального урода»... нет уж, пока я здесь могу хоть немного заработать, пусть лучше всё идёт, как идёт.

— Когда шесть лет назад я только начинала этим заниматься, — рассказывает двадцатидвухлетняя «ветеранка», как она представилась, Ольга, — то даже романтика какая-то в голове была. Что-то типа «я порочная, но страстная», «цветок порока» и прочая ерунда. Потом пришла мерзость — когда надо делать всё, что хочет клиент, каким бы он ни был... да еще самой при этом изображать бурную страсть, которой нет. А потом и мерзость ушла — один, знаете, такой холодный расчет остался. Всё умеешь, всё знаешь, всё делаешь... а сама об этом даже и не думаешь.

Я теперь даже представить не могу, что такое «любимый мужчина». И ребенка мне не хочется, как всякой нормальной женщине. Я себя расцениваю как профессионалку — даже постоянные клиенты имеются, а в нашем деле это много значит. Но идти работать легальной проституткой?! Сумасшедшей надо быть. Я ж не до пенсии собираюсь этим заниматься, правда? До тридцати еще, может быть, и дотяну — есть среди клиентов любители «зрелых женщин», а потом придется устраиваться на нормальную работу, легальную, как вы говорите. И что — приду я оформляться в отдел кадров, а у меня в трудовой книжке будет запись: прежнее место работы — публичный дом, должность — проститутка пятого разряда?! Да меня же или вообще на работу не возьмут, или съедят при помощи того самого «морального фактора»! Все разговоры о том, чтобы узаконить проституцию — это полный бред...

Надо сказать, что клиенты — единственная, пожалуй, сторона секс-бизнеса, в которой находятся сторонники легализации проституции. Но их — «законников» — единицы: подавляющее большинство пользователей этого вида сервиса против того, чтобы сделать его законным. И огласка клиентам ни к чему (в массе своей они считают проституцию делом постыдным для обеих сторон-участниц!), и псевдоромантический флёр исчезает: тайный интим с нелегальной проституткой имеет притягательность порока, а посещение легального публичного дома напоминает культпоход в баню...

Вот и получается, господа: если вам так уж захотелось попользоваться проституткой на законных началах — поезжайте в страны с соответствующим законодательством. У нас проституция — вне закона. Но не вне реальной жизни.

Никто из сопричастных к секс-бизнесу в украинской столице не хочет легализации проституции. Ни сами труженицы постелей, ни их клиенты, ни руководители секс-предприятий, ни милиция

Тихі та непримітні білоруси

Небажаним і небезпечним було б втягування білоруських національно-культурних...

Гибель в воздухе

Недавно произошел морозящий душу случай гибели 38 щенков на борту самолета МАУ. Этот...

Развивающие игрушки – какие они бывают

Каждый родитель хочет, чтобы его ребенок развивался всесторонне и получал все...

Утилизаторы

Когда слышишь слово «утилизаторы», невольно перед глазами появляются зловещие...

Культурно-національні багатства України: угорці

Нав'язування певним людям в бідній країні чужої їм мови навряд чи додасть їм...

У столиці Галичини ксенофобії немає...

Якось мені трапилося на очі одне дуже цікаве друковане видання: журнал...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто
Авторские колонки

Блоги

Ошибка