Анастасия Даугуле: «Люблю состояние потока»

№36 (873) 7 — 13 сентября 2018 г. 05 Сентября 2018 5

Глядя на нее, так и хочется воскликнуть, перефразируя киноклассика: «Спортсменка, экстремалка и просто красавица!» Точеная фигурка, доброжелательная улыбка, эталонная элегантность и выдержанность во всем — в манере держаться и говорить, в стиле одежды и в стиле работы в кадре. Привнеся на украинское телевидение неповторимый прибалтийский шарм, Анастасия Даугуле очень быстро стала одной из самых популярных телеведущих страны. Сегодня уже трудно представить без нее утро на «Интере» или праздничные эфиры любимого телеканала.

Однако, по мнению Анастасии, профессиональный успех — вовсе не повод почивать на лаврах, а всего-навсего очередная взятая высота. Преодоление рубежей, победа над фобиями и проверка себя на прочность — то, что необходимо человеку для полноценной жизни и успешного движения вперед, считает Анастасия Даугуле. Согласитесь, далеко не самые традиционные взгляды на жизнь. И хотя она говорит о них без экзальтации, уверенно и спокойно, чувствуется, что за внешней сдержанностью и мягкостью скрывается вулкан энергии и эмоций. И ты уже ни на минуту не сомневаешься — эта очаровательная девушка, недавно покорившая Босфор, точно знает, как покорить мир.

— Настя, на телеэкране у вас сложился имидж аристократки. Сдержанность, элегантность, интеллигентность, эрудиция, высокая культура речи — все это резко отличает вас от ведущих других утренних программ. Чего в вашем стиле больше — работы над собой или наследственности, природы, того, что вложили родители?

— Я бы сказала, это результат эволюции. (Улыбается.) Безусловно, огромное спасибо моим родителям и моей маме, которая научила меня правильной речи. Она у меня филолог, поэтесса, печатается в балтийской прессе. Благодаря маме я уже в детстве знала много стихов и читала их наизусть. Меня ставили на стул и говорили: «Ну, Настя, давай!».

Так что любовь к литературе и уважение к слову — это от мамы. А характер — во многом от отца. Если мама прививала мне мягкость и женственность, то отец как человек военный, офицер, учил меня выдержке. С детства брал с собой на охоту. С тех пор вставать в 4 утра для меня не проблема: надо — значит надо! Кстати, в последнее время я стала изучать проблему сна и пришла к выводу, что люди не рождаются совами и жаворонками, а становятся ими. Биоритмы можно уравновесить, главное — прийти в гармонию с тем миром, в котором мы живем.

— Но в этом-то как раз и заключается проблема. Вы пришли к такой гармонии?

— Нахожусь на пути к ней. Мне нравится просыпаться рано. Раньше работала в абсолютно другом режиме — в вечерних новостях, где приходилось засиживаться до полуночи, обсуждая с коллегами прошедший выпуск и планируя следующий. Это был совсем другой ритм. Теперь же рано ложусь, очень рано встаю, и мне это нравится. Считаю, что это более естественные биоритмы у человека. Утро — это начало, предвкушение, предвосхищение. Утро — это возможность каждый раз начать все заново.

В ученицах у Леонардо да Винчи

— Что вы успеваете за свой день, как он спланирован?

— Встаю в 4 часа утра, а в 5 должна уже быть на канале, готовить выпуск, просматривать последние информационные ленты. Если произошло какое-то важное событие, переверстываем выпуск. Просматриваем сюжеты, которые присылают наши корреспонденты, работающие за границей, решаем, как их имплементировать в канву выпуска. В 7 часов начинается эфир. К этому времени надо быть причесанной, загримированной и стоять в кадре. Перед этим выставляется звук, свет — это кропотливая закадровая работа. Ведь зритель видит только верхушечку айсберга, которая выходит в эфир. Потому что телевидение — это маленький театр. Оно не предназначено, чтобы открывать зрителю все наши закулисные трудности и проблемы.

— Давайте все же приоткроем читателям вашу закулисную жизнь. Много времени уходит на спортивные тренировки?

— Мне нужно доехать до бассейна, поплавать часа полтора и вернуться. Хотелось бы, конечно, тренироваться каждый день, но получается два-три раза в неделю. Времени не хватает.

— Где-то я читала, что вы осваиваете технику 15-минутного сна...

— Да, я изучала этот вопрос — как с помощью разных техник сна попытаться оптимизировать свой режим. Есть исторические примеры использования 15-минутного сна. Например, Леонардо да Винчи спал всего полтора часа в сутки — по 15 минут через каждые 4 часа. Пока мне не удается за короткое время отключиться так глубоко. Наверное, гениям это делать легче. Есть еще другие варианты. Современные ученые утверждают, что сон имеет несколько фаз. И нужно выдержать одну глубокую фазу, которая длится 3 часа. То есть 3-часовой сон даст вашему организму более полноценный отдых, чем сон в течение 4 часов. Вы будете лучше себя чувствовать.

Но надо еще вычислить свои биоритмы. У нас в Киеве есть лаборатория сна, где изучают его качество с медицинской точки зрения. На человека надевают множество датчиков, и они считывают самые разные показатели, которые наутро расшифровывает доктор. В этой лаборатории не просто изучают сон, а лечат с его помощью.

Спасительный прыжок и философия бега

— Мечтая покорить какую-то вершину, взять высоту, человек, как правило, хочет что-то доказать — себе или другим. Например, приблизиться к страху, заглянуть ему в глаза и перестать бояться, как это делал Сальвадор Дали. Покоряя Босфор или участвуя в других массовых заплывах, забегах, в моржевании, в другом экстриме, вы какую цель преследовали?

— Я достаточно интровертный тип личности. Поэтому сама с собой борюсь, сама с собой спорю, сама себе ставлю планки и бросаю вызовы. Это мои личные «разборки» с собой.

— Какие победы над собой вами уже завоеваны?

— В свое время боялась высоты. Чтобы избавиться от этого страха, решила прыгнуть с парашютом. И это помогло — страх ушел. У меня немного прыжков для достижения спортивных результатов. Это достаточно дорогой вид спорта, отнимающий много времени и требующий больших усилий. Тогда как раз начинала учиться в Харьковском государственном университете, где изучала историю и политологию, и было уже не до прыжков. Но мне всегда нравилось ставить задачи и обязательно их выполнять.

Люблю испытывать границы возможностей, ощупывать их. То же самое делаю в эмоциональной сфере межличностных отношений. Интересно — куда можно зайти, где следует остановиться и где нужно балансировать.

Кроме того, меня интересует сугубо спортивная сторона массового спорта. Например, увлекшись бегом, начала наматывать километры просто так, без тренера. Позже поняла, что это неправильно.

— Вы достаточно поздно пришли к спорту. Возможно, поэтому в нем вас больше интересует эксперимент, чем физический результат. Это была вынужденная необходимость?

— Должна была работать в большом проекте, и мне сказали, что крупно выгляжу в кадре. Такое бывает. Телевидение добавляет в среднем 5 килограммов и больше. В зависимости от конституции человека.

В нашей сфере никто не церемонится: сказали худеть, значит, надо худеть. Ну и стала ломать голову. Вариантов было всего два — ограничить количество калорий или увеличить энергозатраты. Как максималист приняла решение: прекращаю есть! Прошло 4 дня, и стала пошатываться на улице. А поскольку работа все-таки требует энергетической подпитки, поменяла тактику: решила завтракать и обедать, но отказаться от ужина. Поскольку времени было в обрез, решила бегать — по 10 км в день. Опыта в этом деле было ноль, но я действительно похудела. Правда, бегала неправильно. Это сейчас уже знаю массу особенностей, понимаю, в какой пульсовой зоне идет сброс веса, а в какой — наоборот, и сколько ни бегай, ни грамма не уйдёт. Когда стала глубоко изучать специальную литературу, дошла не только до физики, но и до метафизики, философии бега.

Существует теория, согласно которой с помощью определенных циклических физических упражнений, совершаемых длительный период, можно войти в состояние так называемого потока. Вы начинаете бежать, и ваш организм через какое-то время вырабатывает определенные гормоны, в нем происходят химические реакции. Если сократить научное объяснение, то у нас в коре головного мозга есть центр, который отвечает за нашу физическую безопасность. Он самый мощный, и может заглушать все остальные голоса разума. Этот центр настроен на то, чтобы организм выживал. И очень часто он блокирует ряд каких-то движений нашей души, ее порывов.

Так вот когда вы попадаете в состояние потока, вызываемое в том числе длительными ритмичными и цикличными физическими упражнениями, этот центр мягко отключается. Да, его можно подавить какими-то химическими стимуляторами. Но естественным путем — например, во время бега, вы тоже можете временно отключить его, не давая ему права вето. И в таком состоянии вы перестаете бояться, озираться. Начинаете смелее думать, принимать нестандартные решения. Правда, чтобы начала работать химическая лаборатория внутри нас и отключился «центр безопасности», нужно пробежать не менее 7 километров. Современные физиологи сегодня активно изучают это.

Мне вообще кажется, что человек — фантастическое существо. Мы просто не знаем наших возможностей, и благодаря науке все постепенно открывается. Когда только начинала бегать, быстро возненавидела этот процесс. Но обматывалась пленкой и заставляла себя бежать. Это было чудовищно! Но со временем именно бег открыл во мне внутренние резервы и красоту спорта, который позволяет иначе жить, давая новое качество мышления. Для меня это было открытие.

То же самое могу сказать о плавании. Люблю преодолевать расстояния — это мое. Но как интроверту мне нравятся одиночные виды спорта. Много раз пыталась ходить на какие-то коллективные занятия, но у меня не получалось. Я не командный игрок в спорте. Вот на работе — это другое дело.

Деньги на ветер — это красиво!

— Работа на телевидении — это тоже определенный экстрим и испытание себя. Что дала вам профессия?

— Во-первых, расширила кругозор, я бы никогда не получила столько от жизни, сколько дала мне журналистика. Никогда бы не посетила столько городов и стран, не объехала бы всю Украину вдоль и поперек несколько раз. И, конечно, не узнала бы такое количество интереснейших людей. Я пожимала такое количество рук! Президентам, главам парламентов, главам ООН, ЮНИСЕФ... Эта профессия очень обогащает, но и многое забирает, пожирая абсолютно все время... Но ведь от жизни невозможно только брать.

— Но вы еще и праздников себя лишаете. Ранним утром 8 марта, когда девушки, как правило, ждут кофе в постель, Анастасия Даугуле принимает участие в массовом забеге Ladies Run, преодолев дистанцию в 5 км. Причем погода в Киеве в этот день была самая что ни на есть нелетная. Не было мыслей, что испортили себе праздник?

— Во-первых, у меня 8 марта был эфир. И забег в этот день — это же красиво! Я эстет. Девочки надели на легинсы юбочки, косы привязали. Правда, я была после эфира и не успевала соответствовать образу. Но все равно это было здорово.

В жизни должны быть красивые, бессмысленные вещи, которые радуют. Нельзя измерять все только жесткой необходимостью, подчиняя себя бизнес-режиму. Иногда просто хочется красоты. Вот китайцы запускают фейерверки, они эту традицию основали. Казалось бы, это же деньги на ветер! Но ведь красиво! Они, кстати, еще и отпугивают злых духов таким образом.

Поэтому не первый год участвую в забеге 8 марта — это уже традиция. А теперь еще и подружилась со всеми беговыми клубами Киева, и они меня информируют о своих мероприятиях. Кстати, 1 января тоже бежала — второй год подряд. Нас было человек 300 со всего Киева. В этом году было очень скользко, ветрено и снежно — сложно бежать. Но это же интересно и символично. Люблю не только красоту, но и символизм в жизни. Начать новый год с забега, с движения вперед — мне кажется, это правильно. И неважно, кто пришел первым, кто вторым, главное — сам процесс.

У меня есть мечта: на Новый год отправиться в горы и 1 января съехать с какого-нибудь 3-тысячника. Но для такой поездки нужно время, а я всегда в эти дни, в том числе 31-го, работаю.

«К Босфору я шла долго...»

— Этим летом, 22 июля, вы участвовали в ежегодном межконтинентальном заплыве из Азии в Европу, организованном Олимпийским комитетом Турции. Расскажите подробнее о покорении Босфора. Это был юбилейный заплыв, собравший 2,5 тысячи смельчаков. Как среди них оказалась Анастасия Даугуле? Кстати, медаль привезли?

— На Босфоре медалей не дают. Турецкая сторона говорит, что это не спортивное состязание, а объединение континентов и народов, продиктованное стремлением Турции в Европу. В чем-то это политический проект, который проходит под эгидой Олимпийского комитета с тех пор, как страна взяла курс на ЕС. В этом году был юбилейный, 30-й заплыв.

К Босфору шла долго. В чем сложность этого состязания? Даже не расстояние в 6,5 км. Главное — у этого пролива между двумя морями, Черным и Мраморным, очень крутой нрав, там сталкиваются «оппозиционные» течения. Вы ощущаете горячий поток. Смещаетесь на полметра в сторону и чувствуете уже ледяное дыхание воды. Многие в этом году сходили с дистанции.

Было очень сильное встречное течение прямо возле финиша. Это было так обидно! Когда позади эти трудные 6,4 км и остается каких-то 100 метров, ты уже слышишь свист болельщиков, видишь их лица. Видишь членов оргкомитета, которые вышли встретить пловцов, до них рукой подать, но ты стоишь на месте и ничего сделать не можешь! Поначалу даже растерялась. Это ощущение песчинки в океане. Если плывет крупный мужчина с длинными руками, он преодолевает течение. А девчонки зависают, как поплавки, не в силах выбраться. Тогда сменила тактику — выплыла из коварного течения поперечно, сделала крюк, вернулась в другое течение, плыла по нему максимально возможно в направлении финиша, а потом рванула из всех последних сил и сухожилий.

Я самостоятельно вышла на берег. Правда, потеряла на свои предфинишные маневры полчаса, а то и больше.

По следам графа Монте-Кристо

— Что за публика участвует в заплывах? Кто эти люди?

— Я называю это плавательный Вавилон. 2,5 тысячи человек со всего мира! Приехали бы и больше, но там заканчивается количество слотов, и сложно обеспечить безопасность. На один день турки перекрывают Босфор. А это же коммерческий пролив. Перекрывают все, там даже птица не пролетит без разрешения. Вертолеты военные кружат, какие-то орлы в небе летают — мне кажется, они тоже контролируют ситуацию. По периметру — спасатели, очень много. Возраст участников — от 18 до 98 лет. Я видела там очень пожилых людей. И поняла, что нельзя себя ограничивать. В любом возрасте можно начинать заниматься любительским спортом. Вот я начала плавать 2 года назад. До этого кое-как передвигалась по воде, стараясь не замочить прическу. А мне всегда так хотелось встать на край бассейна, красиво нырнуть и поплыть кролем! Теперь это уже пройденный этап. Правда, баттерфляй пока еще не освоила.

— Кроме Босфора, вы участвовали в заплывах Ocean Man и «Побег из замка Иф». Там было попроще?

— Как раз наоборот. Только-только научилась плавать, и сразу же записалась туда. Прочитала о том, какой это романтичный заплыв: по следам графа Монте-Кристо. Из замка Иф, на острове в Средиземном море, нужно вырваться и доплыть до Марселя, как когда-то это проделал граф. Поняла, что это мое! Но не учла, что если остров отдельно стоящий, то вокруг него всегда течение, и это нужно понимать и учитывать. Кроме того, там очень высокие волны. Да и вообще в районе Марселя опасно — там плавают прожженные моряки, и берег тоже недружелюбный.

Впервые участвовала в таких соревнованиях. Прилетела в Марсель — ох, это еще тот город! Опасный, как Одесса 20-х годов, со своими внутренними порядками. Но когда добралась до стартового центра, увидела участников заплыва, поняла, что это чудесные люди, самого разного возраста, прекрасные, еще и французы. Они сразу предложили бокал «розе», чтобы хорошо плыть. Там впервые поняла, что такое европейская спортивная культура. Она очень востребована, очень активна, дружелюбна, там потрясающая атмосфера. С нетерпением жду следующего лета, потому что старты в основном с мая по сентябрь.

Зрителя надо чувствовать

— Уже много лет вы вместе с Андреем Доманским ведете на «Интере» концерты, посвященные Дню Победы. Для вашего коллеги Великая Отечественная — это история его семьи, личная боль. Это не вернувшийся с фронта дед, чью могилу они с мамой отыскали спустя 70 лет. Вашей семьи коснулась война?

— И для меня война — это личная история, потому что оба мои деда — фронтовики. Один из них дошел до Потсдама. Не застала его, он умер вскоре после войны. А второй дед, которого хорошо помню, был сапером. Вернулся домой искалеченным — на обеих руках у него оторвало фаланги пальцев. А он хотел быть художником. Но без пальцев рисовать уже не мог. Все равно искал возможность реализоваться. И выбивал портреты на гранитных памятниках. Там не нужно было держать в руках тонкие кисти... Вот так войной была загублена жизнь близкого человека.

— Знаю, что вы всерьез увлекаетесь историей. Нет желания попробовать себя на литературном поприще — написать роман или сценарий фильма? Или сделать на телевидении серьезный исторический проект?

— Это сложно. Работаю на телевидении достаточно долго, чтобы понимать, что хороший исторический фильм смотреть не будут. Интерес вызовет скандальный сюжет или любовные истории из жизни князей и монархов. Поэтому как профессиональный историк пишу, но в копилку. Настоящая история вообще мало востребована. А я знаю, что такое подлинная история. История той же Второй мировой войны. В системе координат которой мы с вами живем до сих пор. И находимся как раз на стыке, когда очерчиваются новые контуры безопасности, за пределами биполярного геополитического устройства. Но мы все по-прежнему живем в шлейфе Второй мировой.

— То, что вы сейчас пишете в стол, касается какого исторического периода?

— Ближе к VIII—IX веку. И еще раньше, к первому веку до нашей эры. Очень люблю историю Древнего Рима. Это моя особенная страсть.

— Помнится, на «Интере» был проект «Путешествие во времени» — формат телеочерков на исторические темы, где вы, как мне кажется, чувствовали себя как рыба в воде. Там были и постановочные эпизоды, где вы примеряли на себя какие-то образы. Это было ваше. Но просуществовал проект недолго. Почему?

— По той же причине, по которой у нас не смотрят серьезные исторические фильмы. В проекте, о котором вы вспомнили, мы делали шаг на сто лет назад, рассказывая о том, как жили наши прапрабабушки. Это был, на мой взгляд, фантастически красивый и интересный цикл. Но у него не было значимой рейтинговой поддержки, как у других проектов.

— Как, по-вашему, телевидение должно воспитывать зрителя или идти у него на поводу?

— Это контраверсийный вопрос. Либо телевидение идет на поводу у зрителей, либо формирует их взгляды. Конечно, хотелось бы амбициозно вести за собой, но с этим тоже нельзя заигрывать. Зрителя нужно чувствовать. Если в данный момент ему это не интересно, не нужно навязывать. Возможно, надо подождать. Может быть, мы просто выбрали неправильный временной отрезок для этого проекта. Хотя вижу в нем большой потенциал.

— «Водные лыжи — синергия любимых видов спорта! И скорость, и ветер в волосах, и брызги в лицо, и солнце в глаза, и Днепр вокруг, и цапли качают изящными головами в излучинах, сетуя на беспокойных гонщиков, и смуглые от загара капитаны проходящих судов отдают честь! Лето в Киеве!» — это цитата из вашего недавнего поста в Фейсбуке. Так мог написать только счастливый человек, безоговорочно влюбленный в жизнь. Или есть то, чего вам не хватает для полного счастья?

— Это написал человек, который не смог уехать на лето из Киева. Все удивляются: «Да что делать летом в столице?» А я отвечаю: «Как что?! А Труханов остров? Это же наше все!» Водные лыжи, просто плавание обычное. Сейчас есть такие модные лодки — сап-борды. Они такие классные! Такая современная плоскодонка, требующая ежесекундного балансирования. А еще есть вейкбординг, серфинг на Киевском море. И еще много чего. Было бы желание не сидеть дома.

А для полного счастья чего не хватает... (Улыбается). Семьи, большой и крепкой, надежного плеча рядом. И хотя телевидение забирает много времени, я стараюсь быть гармоничной. Только не люблю заранее ни о чем говорить. Главное, что поняла в жизни, — это то, что нельзя останавливаться. Люблю состояние потока и принятия новых смелых решений в постоянном движении.

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...


Загрузка...

Андрей Данилевич:«Наш проект — азбука жизни, и это...

«За откровенность мы никому не платим. У нас все по-честному»

Андрей Данилевич: «Наш проект - это азбука жизни,...

Самое рейтинговое на украинском телевидении социальное ток-шоу отмечает свой первый...

Тетяна Трофименко: «Читання — це найцікавіше заняття...

Тетяна Трофименко розповіла «2000», що у підлітковому віці знала напам'ять цілу...

Олег Безбородько: «В поэзии меня привлекает музыка»

Олег Безбородько рассказал «2000», что не может себя представить без поэзии...

Игорь Кретов: «Я сознательно шел на риск, сделав...

«Миссия этого уникального человека — лечить и творить. А моя — создавать для...

Загрузка...

Вано Крюґер: «Читайте майбутнє — воно вже написане»

Вано Крюґер розповів «2000», що в молоді роки на нього найбільше вплинули Гоголь,...

Антон Слепаков: «Я хотел стать таким же ироничным,...

Солист «Вагоновожатых» рассказал «2000», что у него нет и никогда не было...

Запрет русских сказок — лучшая для них реклама

Когда вы в последний раз держали в руках литературно-художественный журнал? Наверняка...

Александр Моцар: «Чтение — это вид творчества»

Александр Моцар признался «2000», что во время вьюги читает Блока, а при...

Ирина Гордейчук: «Читая «Тысячу и одну ночь», я...

Ирина Гордейчук рассказала «2000», что начала с магического «Незнайки», а...

Игорь Панасов: «Я влюбился в литературу после...

Игорь Панасов рассказал «2000», что читает для тренировки умственной мышцы, любит...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто

Получить ссылку для клиента
Авторские колонки

Блоги

Маркетгид
Загрузка...
Ошибка