Лига меньшинств

№8 (896) 22 – 28 февраля 2019 г. 20 Февраля 2019 0

Герои романа Камилы Шамси — британцы пакистанского происхождения. Действие книги Луизы Эрдрич происходит в североамериканской индейской резервации, где обитают представители племени Микинаквадшивининивак. Главный персонаж романа Джона Бойна не столь экзотичен — он всего лишь ирландский гей. К своего рода меньшинству можно отнести и героя-рассказчика книги нидерландца Хендрика Груна — он 83-летний старик, составляющий описание жизни в амстердамской богадельне.

26 веков спустя

Автор: Камила Шамси

Название: «Домашний огонь»

Язык: русский перевод с английского Любови Сумм

Издательство: М.: «Фантом пресс», 2018

Жанр: современная трагедия на античный сюжет

Объем: 320 с.

Оценка: ******

Где купить: grenka.ua

Когда изгнанный из Фив Полиник пошел войной на родной город и погиб в битве, новый властитель города Креонт запретил предавать его тело земле. Сестра Полиника Антигона решает нарушить указ: воля богов для нее выше распоряжений царя. Ее не останавливают ни угрозы Креонта, ни уговоры сестры Исмены, ни страх смерти. Гемон, сын Креонта и жених Антигоны, пытается повлиять на отца, но тот непреклонен. Дальнейшее можно вкратце описать фразой из «Формулы любви»: «В общем, все умерли». Таков сюжет «Антигоны» Софокла, одной из самых значительных древнегреческих трагедий.

«Домашний огонь» — современная вариация на тему «Антигоны», причем во всех основных чертах соответствующая источнику. Камила Шамси — британский прозаик пакистанского происхождения, она пишет о том, что ей близко и важно. Неудивительно, что центр действия ее романа находится в Лондоне, а его герои — британские пакистанцы. Впрочем, XXI век не античность, а нынешний мир далеко не Фивы. Эпоха глобализации дает о себе знать: роман начинается на американском Среднем Западе, а ряд его ключевых эпизодов происходит на Ближнем Востоке.

Каждому действующему лицу пьесы Софокла поставлен в соответствие персонаж романа Шамси. В Анике нетрудно узнать Антигону, в ее сестре Исме, изучающей филологию в американском университете, — Исмену, в завербованном исламскими фундаменталистами Парвизе — Полиника. Роль Креонта досталась Карамату, британскому министру внутренних дел, который в силу своих пакистанских корней проявляет куда большее рвение и жесткость, чем выказывал бы на его месте коренной англичанин. Жена Креонта Эвридика у Шамси превратилась в Терри, а их сын Гемон, тот, что жених Антигоны, стал Эймоном.

Естественно, в «Домашнем огне» совершенно иные обстоятельства, нежели в «Антигоне», но все основные коллизии трагедии Софокла Шамси в свой роман перенесла. Парвиз, конечно, не идет войной на Лондон, но примыкает к исламским террористам в Сирии, что для западной цивилизации является несомненным преступлением. Карамат не возбраняет хоронить погибшего Парвиза в принципе, но его запрет на транспортировку тела в Великобританию имеет приблизительно тот же смысл, что и указ Креонта. Расхождения Аники с Исмой носят иной характер, чем споры Антигоны с Исменой, но в любом случае конфликт между сестрами в романе присутствует.

Главная тема Шамси в целом та же, что и у Софокла. Карамат, как и Креонт, ставит на первое место букву закона, предатель и враг для него перестает быть человеком. Для Антигоны важнее всего, чтобы душа заблудшего брата нашла загробное успокоение — соответственно, для Аники никакие директивы властей не могут иметь большее значение, чем милосердие и человечность. «Домашний огонь» можно считать свидетельством бессмертия классической драмы: сюжет Софокла за двадцать шесть столетий ничуть не утратил своей актуальности.

Роман Шамси обладает одним любопытным эффектом. С одной стороны, те, кто помнит пьесу Софокла, могут заранее предполагать, чем вся эта история закончится: «в общем, все умерли» никто не отменял. С другой, кто сказал, что финал «Домашнего огня» обязан совпадать с финалом «Антигоны»? А может, двадцать первый век нашей эры окажется не так суров, как пятый до нашей? А что если Анике, в отличие от Антигоны, удастся победить и спастись? А вдруг Чапаев на этот раз выплывет?

Настоящие американцы

Автор: Луиза Эрдрич

Название: «Лароуз»

Язык: русский перевод с английского Михаила Тарасова

Издательство: М: «Эксмо», 2018

Жанр: социальная драма

Объем: 480 с.

Оценка: *****

Где купить: litres.ru

По большому счету тема нынешнего обозрения весьма условная. Обычно, когда речь идет о каких-либо меньшинствах, предполагается, что эти группы людей поражены в правах или возможностях и такое положение дел порождает конфликты. Однако в книге Камилы Шамси коллизии, связанные с национальным вопросом, отсутствуют полностью, а в романе Луизы Эрдрич, которому посвящена эта заметка, они появляются только в главах об отдаленной истории. Нынешнее положение американских индейцев радикально отличается от того, каким оно было в XIX веке, и это одна из основных тем «Лароуза».

У кого что болит, тот о том и говорит: пакистанцы пишут о пакистанцах, индейцы об индейцах. Эрдрич, правда, индианка только на четверть, но бывают четверти существенней иных половин. Большинство романов американской писательницы посвящены индейской этнической теме. Что характерно, на русский их до сих пор не переводили, а вот «Лароуза» перевели — тут есть чем зацепить читателя, причем с первых же страниц. Роман начинается с кошмарной трагедии: Ландро Айронс во время охоты на оленя случайно убивает неожиданно выскочившего из-за дерева ребенка, сына Питера Равича. При этом Питер для Ландро не только сосед, но и родственник, точнее, свойственник: их жены — родные сестры.

То, что происходит дальше, может показаться дикостью, но что поделать, у народов алгонкинской языковой семьи, в той или иной мере сохранивших былые традиции, несколько иные представления о морали, чем у нас с вами. Древний закон гласит: убил чужого ребенка — отдай своего. У Айронсов четверо детей, и младший, ровесник погибшего, должен отправиться в семью Равичей. Зовут его Лароуз, и это далеко не единственный персонаж с таким именем в романе Эрдрич. Точно так же звали представителей пяти поколений Айронсов, причем не только мужчин, но и женщин. Для знакомства с первой из них читателя отправят в 1839 год.

Основная часть действия книги происходит в наше время, но благодаря экскурсам в прошлое 500-страничный «Лароуз» постепенно разворачивается в роман о судьбе коренного населения Северной Америки. Как и для любых других замкнутых этнических групп в любых других местах этого несовершенного мира, единственным путем, позволявшим добиться жизненного успеха и социального роста, был путь ассимиляции. Возникал парадокс: чтобы стать настоящим американцем, индеец должен был перестать быть индейцем. Так вот, Эрдрич по существу написала роман о том, что это вовсе не обязательно. Всем ее Лароузам в той или иной степени удается и преуспеть в жизни, и сохранить свою идентичность.

Нельзя сказать, что современная индейская резервация изображена в романе буколическими красками. Как и везде, здесь хватает всевозможных бед — чего стоит несчастный случай, с которого начинается книга. Однако в целом жизнь индейского городка вполне благополучна. Его обитатели — полноценные американцы, пользующиеся всеми благами цивилизации, только при этом их территории обладают особым статусом, их английская речь пересыпана словечками из оджибве, и ни один священник не посмотрит косо на то, что добропорядочные христиане молятся тут не только Иисусу, но и всяческим духам.

«Наша молодежь сражается за знамя, которое когда-то было флагом врага», рассуждает в финале один из персонажей романа. И эта мысль для него не то что не обидна, а, безусловно, радостна.

Преображение Ирландии

Автор: Джон Бойн

Название: «Незримые фурии сердца»

Язык: русский перевод с английского Александра Сафронова

Издательство: М: «Фантом пресс», 2018

Жанр: социальная драма

Объем: 512 с.

Оценка: ****

Где купить: knigograd.com.ua

Наконец-то мы добрались до настоящего меньшинства — одиозного, позорного, угнетаемого. Именно так чувствовали себя гомосексуалы в Ирландии во второй половине ХХ века. Собственно, в остальной Европе они тоже чувствовали себя тогда не лучшим образом, но в стране зеленого клевера, более чем на 90 процентов населенной ревностными католиками, приверженцам однополой любви приходилось особенно тяжко. Тем удивительней, что в 2015 году именно Ирландия стала первым в мире государством, легализовавшим гомосексуальные браки не просто решением властей, а по результатам всенародного референдума.

Злоключения Сирила Эвери, героя нового романа Джона Бойна, начинаются еще до рождения. В 1945 году его будущую мать, 16-летнюю Кэтрин Гоггин, изгоняют из деревни за прелюбодеяние — тогдашнее ирландское общество проявляло бесчеловечную нетерпимость далеко не только к геям. Беременная Кэтрин в поисках лучшей жизни отправляется в Дублин, она намерена во что бы то ни стало не просто выжить, но добиться успеха. Вот только сделать это с ребенком на шее никакой возможности нет, и Кэтрин оставляет новорожденного сына на попечение горбуньи-монашки из общины редемптористов.

Несколько лет спустя Сирила усыновляет странная семейка. Финансовый авантюрист и его жена-писательница заводят приемного ребенка, приблизительно как кошку или собаку, хотя, если прикинуть, сколько ему достается любви, то уместней вспомнить хомяка или морскую свинку. С другой стороны, Сирил растет в достатке и относительном благополучии, а то, что приемный отец при каждом удобном случае напоминает ему, что он «не настоящий Эвери», так ведь могло быть и хуже. Впрочем, хуже довольно скоро и впрямь происходит. Уже в раннем возрасте Сирил замечает за собой интерес к мальчикам, который в отрочестве приобретает недвусмысленно сексуальный характер.

«Незримые фурии сердца» подробно рассказывают о том, каким адом была жизнь гомосексуалов в Ирландии во второй половине прошлого века. Каминг-аут был абсолютно невозможен, свою ориентацию им приходилось тщательно скрывать. Отношение к ним в социуме колебалось от пассивного осуждения до открытой ненависти, однополые связи преследовались по закону, акты агрессии по отношению к геям были в порядке вещей. В романе Бойна немало брутальных сцен, причем не только с избиениями, но и с убийствами. Трагедий в книге предостаточно. Однако манера, в которой она написана, куда более легкомысленна, чем можно предположить, исходя из тематики и сюжета.

Бойн вообще не слишком сложный писатель, но в «Незримых фуриях сердца» он превзошел сам себя. Фигуры речи тут довольно грубые, юмор черный, натурализм почти трэшевый. Например, нехватку любви писатель сравнивает с «глупой татуировкой, по пьяни сделанной на заднице». Характерный эпизод: когда юный Сирил на исповеди принимается живописно рассказывать о своих гомосексуальных наклонностях, старик-священник падает замертво. При этом парня волнует лишь один вопрос: успел ли падре перед кончиной отпустить ему грехи? Еще в романе столько удивительных совпадений, что хватило бы на несколько плохих фильмов. Можете не сомневаться, Кэтрин и Сирил непременно узнают друг друга. Многократно повторяемая фраза о горбунье-монашке в конце концов сыграет свою связующую роль.

Если кто забыл, это тот самый Бойн, который написал «Мальчика в полосатой пижаме», ставшего знаменитым после экранизации Марка Хермана. Впрочем, роман о холокосте это что-то одно, а книга о гее — что-то совсем другое.

Под маской старика

Автор: Хендрик Грун

Название: «Записки Хендрика Груна из амстердамской богадельни»

Язык: русский перевод с нидерландского Эллы Венгеровой

Издательство: М: Corpus, 2018

Жанр: трагикомическая дневниковая проза

Объем: 384 с.

Оценка: *****

Где купить: yakaboo.ua

Название книги говорит само за себя. Хендрику Груну 83, он живет в доме для престарелых в Амстердаме и ведет дневник, в котором описывает свою жизнь. Место, прямо скажем, не самое веселое; впрочем, это как посмотреть. Хендрик смотрит на себя самого и на все происходящее вокруг него с беспроигрышной позиции старого циника. Получается смешно.

«Из меня все больше капает. На белых кальсонах желтые пятна очень заметны. Желтые кальсоны были бы куда лучше». «Вчера выступало трио любителей домашней музыки: скрипка, виолончель и фортепиано. Часто исполнители — бездарные халтурщики, и слушать их могут разве что престарелые и монголы». «Эфье принесла книгу «Пятьсот стихотворений, которые должен прочесть каждый». Я решил, что буду читать по одному стихотворению каждый день и надеяться, что мне суждено прожить еще пятьсот дней». «Вчера около трех часов пополудни Господь прибрал госпожу Схинкел. Схинкел была глубоко верующей, я думаю, что она намеренно испустила дух в Страстную пятницу, в тот же час, что и Иисус».

Сарказм у рассказчика перемежается с печалью. Груну есть о чем грустить: его ближайшему другу, жизнерадостному алкоголику Эверту ампутируют сначала несколько пальцев, а потом и всю ступню, у его ближайшей подруги, вышеупомянутой Эфье, обнаруживаются симптомы болезни Альцгеймера, ну и то, что обитатели богадельни умирают с удручающей регулярностью каждую неделю, радости определенно не добавляет. И все же Грун со товарищи не унывают. Шестеро самых бойких и дерзких старичков учреждают объединение СНОНЕМ (Старые-но-не-мертвые), цель которого состоит в том, чтобы «повеселиться на старости лет путем организации самовольных экскурсий». Да, Грун понимает, что «веселые акции всего лишь скрывают печальные симптомы», но делать что-то в любом случае лучше, чем не делать ничего.

Интересная деталь: в Википедии статьи о Хендрике Груне есть на трех языках: на нидерландском (само собой разумеется), на западнофризском (это по существу диалект нидерландского) и, представьте себе, на украинском (сюрприииз!). Дело в том, что на украинский «Записки» перевели еще раньше, чем на русский — в 2017-м книгу Груна выпустило харьковское издательство КСД, и статья в Википедии стала частью рекламной кампании. Остается сказать, что никакого Хендрика Груна на самом деле не существует. То, что книга подписана псевдонимом, в Нидерландах догадались сразу, а вот кто ее реальный автор, выяснилось только два года спустя. Сразу две нидерландские газеты сообщили, что записки 83-летнего Хендрика Груна сочинил 62-летний Питер де Смет. С тех пор так и считают.

Впрочем, о личности де Смета известно так мало, что это известие вполне может оказаться еще одной мистификацией.

******* — великолепно, шедевр

****** — отлично, сильно

***** — достаточно хорошо

**** — неплохо, приемлемо

****— довольно посредственно

** — совсем слабо

* — бездарно, безобразно

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...


Загрузка...

Герои вопреки

В каждом из романов нынешнего обозрения есть ярко выраженный главный герой, который...

Любовь не главное

Во всех четырех романах ноябрьского книжного обозрения присутствует тема любви. Во...

Загрузка...

Реставрация в зеркале социологии

У нас нет социально-политических идей, которые имели бы распространение и авторитет в...

Поиск истины — в двух раундах на ринге

Крутые разборки в Кропивницком, проблемы заповедной Хортицы в Запорожье,...

Любовь Морозова: «Я хотела поить Печорина компотом»

Любовь Морозова рассказала «2000», что набивает себя информацией, как хомяк зерном,...

Советских солдат — на «Территорию террора»

Львовские альпинисты жалуются на крепкий советский бетон, трудовые мигранты из Одессы...

«Создавать» Украину комфортнее в Польше

Вроцлав — Полтава, Ивано-Франковск, Кропивницкий — неизвестный пока город. Эти...

«Ми вижили, бо мали надію...»

Издательский дом Дмитрия Бураго представляет книгу «Незрадлива совість України....

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто

Получить ссылку для клиента
Авторские колонки

Блоги

Лентаинформ
Загрузка...
Ошибка