Опять впервые

№9(809) 3 -- 9 марта 2017 г. 28 Февраля 2017 5

Ни одна из книг нынешнего книжного обозрения не была для автора дебютной, но в кратком описании каждой будет уместно использовать слово «впервые». Французский писатель Жан-Поль Дидьелоран впервые взялся за крупную прозу и сразу же преуспел. Итальянец Паоло Джордано впервые использовал в качестве материала для книги жизнь своей семьи. Наш соотечественник Алексей Гедеонов выпустил свой первый роман, но случилось это, как ни странно прозвучит, уже не впервые. А начнется обзор с книги американки Ханьи Янагихары, впервые на моей памяти вызвавшей в читательской среде столь странную смесь восхищения с отвращением.

Боль с просветами

Автор: Ханья Янагихара

Название: «Маленькая жизнь»

Язык: русский перевод с английского А. Борисенко, А. Завозовой, В. Сонькина

Жанр: драма

Издательство: М.: АСТ, Corpus, 2016

Объем: 688 с.

Оценка: 6*

Где купить: www.knigograd.com.ua

Никакой роман, вышедший на русском языке в 2016 году, не вызвал таких ожесточенных споров, как «Маленькая жизнь». Простая и одновременно удивительная история найденыша, монастырского воспитанника, жертвы сексуального насилия, преданного друга, жалкого калеки, блестящего юриста и несчастного самоистязателя Джуда Сент-Фрэнсиса породила какие угодно отзывы, кроме равнодушных. Книга Ханьи Янагихары, что называется, задела за живое, и это уже говорит о многом.

Для читающих по-русски Янагихара — имя новое, хотя «Маленькая жизнь» не первый ее роман, а второй. Дебютный, «Люди в деревьях», который вышел в 2013-м, после шумного успеха «Маленькой жизни» тоже скорее всего переведут на русский. Кстати, в год выхода «Людей в деревьях» Янагихаре, американке гавайско-корейского происхождения, исполнилось солидные 39. Вспомните, в каком скромном возрасте обычно дебютируют отечественные борзописцы, и почувствуйте разницу.

На первый взгляд, «Маленькая жизнь» роман сугубо реалистический. Никаких сверхъестественных событий в нем не происходит, высшие силы в жизнь персонажей не вторгаются, законы природы ни разу не нарушаются. Тем не менее мир, изображенный Янагихарой, не вполне соответствует реальному. В романе ни разу не упомянуты ни даты, ни какие-либо политические события. Действие растягивается на пятьдесят лет, но прогресса в техническом развитии не видно: что в начала романа, что в конце кругом словно навсегда застывший приблизительно 2010 год.

Основные события происходят в Нью-Йорке, но помимо названий подлинных улиц, кафе, журналов, художественных галерей и юридических контор Янагихара упоминает множество вымышленных. Юный Джуд растет при монастыре в таких условиях, будто на дворе дремучее XIX столетие и строгого государственного контроля не существует. В целом перед нами некий довольно условный хронотоп, благодаря которому «Маленькая жизнь» приобретает черты универсальной притчи. Конечно, если можно говорить о притче, растянувшейся на 700 мучительных страниц.

Мучительных не потому, что долго (хотя, конечно, долго, кто бы спорил), но потому, что больно. После целой серии ужасных психологических травм изуродованный и телесно, и морально Джуд преисполняется такой огромной и всепоглощающей ненавистью к самому себе, что единственным спасением от нее служит физическая боль. Фраза «резать себя», означающая вовсе не самоубийство, а регулярное нанесение себе увечий, в романе повторяется не менее сотни раз.

Собственно, вся «Маленькая жизнь» это история о том, как один хороший человек постепенно себя уничтожает, а несколько других хороших людей — три близких друга, среди которых и будущий возлюбленный, приемные родители, личный врач и целая толпа приятелей, коллег, знакомых, — ничего не могут с этим поделать. Душевные раны такой глубины никогда не затягиваются. С такой болью не способна справиться никакая любовь. Ключевое слово романа — безнадежность. Можете не сомневаться, в целом все будет плохо, даже если иногда будет хорошо.

В предыдущем абзаце я не оговорился — именно возлюбленный, а не возлюбленная. И это тоже своего рода условность, потому что сексуальная составляющая в отношениях Джуда и его ближайшего друга, а впоследствии любовника Виллема очень уж умозрительная и неправдоподобная. «Маленькая жизнь» вообще не про секс — на месте вожделения здесь может оказаться все что угодно, от интеллектуальной симпатии до патологической жестокости. Американские критики даже упрекнули Янагихару в чрезмерном натурализме, хотя я бы за то же самое ее похвалил. Все-таки Джуда жальче всего именно тогда, когда над ним сильнее всего издеваются.

Несмотря на гомосексуальную тему, «Маленькая жизнь» и не об этом тоже. Вернее, не только об этом. Важно то, что Янагихара изображает мир победившей толерантности, в котором не имеет значения, каково твое происхождение, какого цвета твоя кожа и какие у тебя сексуальные наклонности. Читая роман, порой искренне забываешь, кто из ближайших друзей Джуда чернокожий и/или бисексуал, а кто обладает нордической внешностью и по старинке предпочитает исключительно женщин.

При всей своей депрессивности «Маленькая жизнь» хороша тем, что позволяет переставить акценты. Да, все будет плохо, но ведь иногда будет хорошо. И это хорошо окажется таким прекрасным, что придаст человеческому существованию хоть какой-то маленький смысл — размером с одну страшную и удивительную жизнь.

Возлюбленная из сортира

Автор: Жан-Поль Дидьелоран

Название: «Утренний чтец»

Язык: русский перевод с французского И. Стаф

Жанр: ироническая мелодрама

Издательство: М.: АСТ, Corpus, 2016

Объем: 192 с.

Оценка: 5*

Где купить: www.knigograd.com.ua

Каждый рабочий день ровно в 6 часов 27 минут 36-летний парень с несколько нелепым для французского уха именем Белан Гормоль заходит в пригородный парижский поезд. Он устраивается на откидном сиденье в торце вагона, вынимает из видавшего виды портфеля мятые книжные страницы и начинает читать их вслух. Страницы могут быть какими угодно — из остросюжетного детектива, любовного романа, рекламного проспекта или пособия по выращиванию экзотических фруктов в домашних условиях.

Эти страницы Белан Гормоль добывает из машины по переработке макулатуры, на которой он уже много лет работает оператором. После каждого цикла он спускается в резервуар ненавистного устройства, которое про себя называет Тварью, и очищает его от оставшегося на дне материала, среди которого остается десяток-другой нетронутых бумажек. На следующий день в 6 часов 27 минут Гормоль дает им недолгую вторую жизнь. Уже красиво, не так ли? Чтобы стало еще красивей, нужна романтическая история, и она не заставит себя ждать.

Однажды Гормоль находит под своим любимым сиденьем флешку, забирает ее домой и открывает имеющиеся там текстовые файлы. В них обнаруживаются безмерно обаятельные и на удивление остроумные записки неизвестной девушки, которая работает на еще менее презентабельной должности, чем Гормоль, — смотрительницей общественного туалета в одном из парижских торговых центров. Герою остается включить логику, составить план и применить дедуктивный метод. Окажется, что найти сочинительницу записок, конечно же, умницу и красавицу, не такая уж сложная задача.

52-летний Жан-Поль Дидьелоран во Франции автор известный, но штука в том, что доселе он писал исключительно малую прозу, а тут, хоть и небольшой, но роман. «Утренний чтец» (в оригинале «Поезд 6:27») сразу же попал в бестселлеры — по причинам вполне очевидным. Во-первых, здесь действительно оригинальный и притягательный сюжет. Во-вторых, книга Дидьелорана пронизана симпатичным, сугубо французским юмором. В третьих, ее герой — архетипический милый чудак, одинокий книголюб на пороге больших светлых чувств. Ассоциировать себя с таким охотно будут сотни тысяч читателей и не только во Франции.

Помните нашумевшую лет шесть назад «Элегантность ежика» соотечественницы Дидьелорана Мюриель Барбери? «Утренний чтец» написан в похожей манере, но адресован несколько другой целевой аудитории — более мужской, менее пожилой. Кроме того, если у Барбери не обошлось без трагедии, то у Дидьелорана она не предусмотрена настолько очевидно, что это даже не спойлер. Перед нами типичная французская мелодрама — остроумная, легкая и в общем непритязательная. Такие книги не входят в историю литературы, зато становятся бестселлерами.

Открою страшную тайну: книжные обозреватели относятся к ним снисходительно, но втайне обожают. 200 страниц, карманный формат, прочитывается за пару часов. Особенно хорошо идет после Янагихары — отдохнуть, расслабиться, вспомнить, что жизнь прекрасна, а любовь сильней всего на свете. Даже сильней машины по переработке макулатуры по кличке Тварь. Кстати, к концу романа Дидьелоран напрочь о ней забыл, но так ей, Твари, и надо.

Попытка оправдания

Автор: Паоло Джордано

Название: «Черное и серебро»

Язык: русский перевод с итальянского А. Ямпольской

Жанр: документальная проза

Издательство: М.: АСТ, Corpus, 2016

Объем: 192 с.

Оценка: 5*

Где купить: www.knigograd.com.ua

Паоло Джордано прославился романом «Одиночество простых чисел». В 2008 году литературный дебют 26-летнего туринского физика-теоретика, специалиста в области элементарных частиц, принес ему престижную итальянскую премию «Стрега». В 2012-м Джордано выпустил роман «Человеческое тело», а в 2014-м — книгу «Черное и серебро». Более скромную по объему и амбициям, но в то же время более откровенную.

«Черное и серебро» — это практически нон-фикшн, семейная история самого Джордано. Впрочем, ее героиня членом семьи физика-писателя не является. Ее зовут... В том-то и дело, что до последней строчки книги имя героини автор не сообщает, предпочитая называть ее «синьорой А.» Более того, роман начинается с кончины этой самой синьоры. Ну вот, мало того, что без имени, так еще и сразу умерла...

В действительности здесь кольцевая композиция. Автор начинает с конца и сразу же возвращается к началу, к появлению синьоры А. в семье Джордано в качестве сначала домработницы на время тяжелой беременности Норы, жены писателя, а потом прислуги за все — уборка, готовка, стирка, присмотр за маленьким Эмануэле, планирование бытовых расходов. Портрет синьоры А. скуп на выразительные черты: педантичная пожилая женщина, вдова давно умершего мужа, которого она по-прежнему любит, сторонница здорового питания, рачительная хозяйка, человек энергичный и жизнелюбивый.

А потом приходит болезнь, и «Черное и серебро» превращается в хронику медленного умирания. В маленьком романе Джордано, как и в огромном романе Янагихары, говорится о бессилии, о невозможности, о растерянности. О бессилии как тела, так и духа перед мерной поступью безразличного небытия. О невозможности помочь, как бы сильно этого ни хотелось. О растерянности здорового человека, вступающего в коммуникацию с безнадежно больным: что ни скажешь, все не так, что ни сделаешь, все не впрок.

Главный объект исследования в «Черном и серебре» — человеческие отношения. Причем речь идет не только о контактах семейства Джордано с синьорой А., но и о коммуникационных трудностях между самими Паоло и Норой. С одной стороны, рассказ о сугубо личном — это смелый ход. С другой, в книге подобного рода автору важно расположить к себе читателя, делясь с ним чем-то сокровенным. Джордано удалось.

В какой-то степени этот роман можно считать попыткой оправдания. Не то чтобы Паоло, Нора и Эмануэле были в чем-то виноваты перед синьорой А. — никто из них никогда не вел себя с нею дурно. Тем не менее ее смерть становится для писателя причиной душевной боли, преодолеть которую можно, только превратив ее в литературу. И назвав наконец-то в самом конце книги подлинное имя той, которая долгие годы была всего лишь синьорой А. На самом деле ее звали Анной.

В гостях у сказки

Автор: Алексей Гедеонов

Название: «Случайному гостю»

Язык: русский

Жанр: фантастика

Издательство: К.: «Лаурус», 2016

Объем: 440 с.

Оценка: 5*

Где купить: www.knigograd.com.ua

Пять лет назад роман «Случайному гостю» вышел в луганском издательстве «Шико» тиражом 1000 экземпляров и за пределами сообщества любителей фантастики остался практически незамеченным. В 2016-м книгу Алексея Гедеонова выпустил в новой редакции киевский Laurus, и она попала в число самых заметных новинок на московской книжной ярмарке Non/fiction. Немалую роль сыграла полиграфия — подарочный формат, эффектное оформление, симпатичные иллюстрации. Впрочем, понятно, что без талантливого текста все это никак бы не сыграло.

В принципе содержание книги можно описать двумя-тремя предложениями. Действие происходит в последнем застойно-советском 1984-м в канун католического Рождества в городе, прототипом которого послужил Львов. Герой романа 12-летний мальчик Лесик, парнишка милый и сообразительный, но упрямый и вздорный, выпивает магический отвар, оставленный без присмотра его бабушкой-чародейкой, обретает паранормальные способности, после чего некие злые силы предъявляют на него свои права. Начинается хитроумная 400-страничная борьба сказочного добра со сказочным злом, финал которой, несмотря на запутанность сюжета, нетрудно предугадать.

Дело, однако, в том, что этот мини-синопсис почти никакого представления о реальных достоинствах романа Гедеонова не дает. На самом деле «Случайному гостю» — книга исключительного обаяния, каковое ей обеспечивают вовсе не мистика-фантастика, а совсем другие вещи. Не сомневаюсь, что любители Толкина, Льюиса, Роулинг и других замечательных сказочников со мной не согласятся, но для меня (и, кстати, далеко не только для меня, но и для многих российских коллег-критиков) прелесть этого романа вовсе не в волшебных заклинаниях, не в говорящих мышатах и не в мистических поединках сверхъестественных сущностей.

Она — в забавном контрасте между тайной рождественского чуда и тоскливыми тогда, хотя комичными теперь советскими реалиями. В сотнях очаровательных бытовых и кулинарных подробностей — при чтении романа Гедеонова включается не только зрение, но также обоняние, осязание, вкус и слух. В причудливой бабушкиной гваре, дивной мешанине польских и русских слов, да еще и произносимых с безмерно обаятельной ворчливой интонацией. В описаниях чуть ли не единственного в Украине старинного города, в антураж которого волшебная сказка вписывается как родная.

Ради всего этого можно потерпеть и бесконечные, несколько однообразные мистическо-магические выкрутасы, и сложности использованной в романе мифологии, и многочисленные корректорские небрежности (текст напечатан в авторской редакции, и это, увы, для книги явный минус). Все-таки настолько своеобразные произведения в современной отечественной литературе, что в украино-, что в русскоязычной, можно пересчитать по пальцам — если не одной руки, то уж точно двух.

Оценки:

7* — великолепно, шедевр
6* — отлично, сильно
5* — достаточно хорошо
4* — неплохо, приемлемо
3* — довольно посредственно
2* — совсем слабо
1* — бездарно, безобразно

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...

Свободная касса, несвободный язык

Иногда привычные вопросы напоминают о себе самым неожиданным образом.

Совесть. Испытание

В издательском доме «АДЕФ-Украина» вышла в свет книга «Испытание...

Дума

Приснився сон мені тривожний і сумний: Сліпий кобзар на призьбі біля хати

Киев и мелочное самозванство нашего времени

Отсечение русской культуры приведет к деградации украинской

И жизнь — как любовь

Любовь всегда милосердствует, не помнит зла, надеется на лучшее. В этих доминантах —...

Борис Олейник: «Когда вернусь...»

В начале декабря в Москве в рамках Международной книжной ярмарки интеллектуальной...

«ДНР» и Донецкая область — где платят больше?

Деньги и безопасность — главные темы сегодняшнего обзора региональных СМИ. В...

От первого лица

Название нынешнего обзора имеет самый что ни на есть прямой смысл: во всех четырех...

Русские украинские

«Русские писатели Украины» или «украинские русскоязычные писатели»? Во...

Отцы, матери, дети

В очередном книжном обозрении — четыре романа о семейных делах. Действие первых...

Юрий Радионов: «Книга — это акт честности»

Юрий Радионов рассказал «2000», что в восемь лет жил на острове вместе с...

Победили извечное — «все уже решили за нас

Если исключить не всегда удачные попытки разыграть своих читателей 1 апреля, то...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто
Авторские колонки

Блоги

Ошибка