Правда жизни

№3(803) 20 — 26 января 2017 г. 18 Января 2017 5

В первом книжном обозрении нового года не будет никакой выдумки, одна лишь правда жизни, то есть книги нон-фикшн. Откроет его документальный роман, благодаря которому Леонид Юзефович стал первым дважды лауреатом первой премии «Большая книга» в ее не такой уж долгой истории. Продолжит — автобиографическая и соответственно самая личная книга замечательного русского эссеиста Александра Гениса. Дальше поговорим о новом сочинении Алена де Боттона и о том, кому его стоит читать. Завершит нынешний обзор дебютный «роман-взрыв» эпатажного украинского журналиста Остапа Дроздова «№1», который совсем не взрыв, ничуть не №1 и вообще никакой не роман.

Скованные одной цепью

Автор: Леонид Юзефович

Название: «Зимняя дорога»

Язык: русский

Жанр: документальный роман

Издательство: М.: АСТ, 2015

Объем: 432 с.

Оценка: 6*

Где купить: www.knigograd.com.ua

Впервые Леонид Юзефович стал обладателем первой премии «Большая книга» в 2009-м — тогда победу ему обеспечил роман «Журавли и карлики». Выпущенная в 2015-м «Зимняя дорога» год спустя принесла петербургско-московскому писателю двойной успех. Кроме триумфа в той же «Большой книге» Юзефович получил за нее премию «Национальный бестселлер», которую в России принято считать третьей по рангу ежегодной наградой за лучшую прозу.

Полное название книги — «Зимняя дорога. Генерал А. Н. Пепеляев и анархист И. Я. Строд в Якутии. 1922—1923. Документальный роман». Речь в ней идет о последнем эпизоде Гражданской войны в России, случившемся в то время, когда она уже именовалась СССР. В сентябре 1922-го Сибирская добровольческая дружина, которую возглавил белый генерал Анатолий Пепеляев, отправилась в авантюрный поход на Якутск. Решающая битва кампании произошла во второй половине февраля 1923-го, когда войско Пепеляева осадило якутское поселение в аласе Сасыл-Сысы, где держал оборону отряд красноармейцев Ивана Строда.

Любая война страшна, но война при сорокаградусном морозе кошмарна в высшей степени. Две недели осады стали адом и для защищавшихся, и для нападавших. Характерная деталь: поскольку в условиях вечной мерзлоты земляной бруствер не соорудишь, бойцы Строда использовали для защиты от пуль естественные препятствия, а именно — смерзшиеся трупы своих товарищей. Прочие бытовые детали той битвы столь же неприглядны. Пепеляев «крепость» взять не смог и вынужден был отступить. Через неделю он потерпел решающее поражение, бежал с остатками своего отряда в портовый Аян, где сдался без боя пришедшему в Охотское море из взятого ранее Владивостока красному десанту.

Юзефович подошел к материалу, досконально изученному им на протяжении многих лет, с позиции непредвзятого историка. Его не слишком интересует идеология, что белогвардейская, что коммунистическая. Ему важны человеческие качества обоих героев, перипетии их судеб, мотивы их поступков, причины, по которым эти два человека, в мирных условиях не нашедших бы поводов для вражды, столкнулись в смертельной схватке в забытой богом ледяной пустыне. Юзефович постоянно подчеркивает, что оба противника были достойными людьми. По тем временам и в тех условиях это можно счесть редкостью.

«Кажется, белые и красные, подобно троянцам и грекам, сошлись на этом пятачке, подвластные высшим, надмирным силам, которые через них разрешают спор об устройстве мира людей. Покорность общей судьбе не предполагает взаимной ненависти, и когда Пепеляев и Строд встретятся в зале суда, каждый выразит уважение другому», — отмечает Юзефович. Суд над Пепеляевым, где его обвинили в военных преступлениях, которых он не совершал, можно считать кульминацией романа. Выступая на нем в качестве свидетеля, Строд постоянно опровергал наветы на своего противника, и советская власть этого ему не простила.

Расстреляла она обоих в эпоху Большого террора, причем Пепеляеву даже посчастливилось пережить Строда почти на полгода. В финальном сближении их судеб, как и в самом их ужасном поединке, есть какая-то зловещая иррациональная красота. Был ли в нем какой-то смысл? Об этом последняя фраза романа, представляющая собой цитату из Метерлинка: «Мы знаем, что во вселенной плавают миры, ограниченные временем и пространством. Они распадаются и умирают, но в этих равнодушных мирах, не имеющих цели ни в своем существовании, ни в гибели, некоторые их части одержимы такой страстностью, что кажется, своим движением и смертью преследуют какую-то цель».

По божьему велению, по своему хотению

Автор: Александр Генис

Название: «Обратный адрес. Автопортрет»

Язык: русский

Жанр: художественная автобиография

Издательство: М.: АСТ, 2016

Объем: 360 с.

Оценка: 6*

Где купить: www.knigograd.com.ua

Обозревать книги Александра Гениса — дело непростое. Мало того что речь идет о нон-фикшн, а значит, ни о сюжете, ни о фабуле, ни о подспудных смыслах не расскажешь — такое, в общем-то, относится к любой нехудожественной прозе. Моя личная трудность состоит еще и в том, что я писал рецензии чуть ли не на все сочинения Гениса, вышедшие в последние пятнадцать лет, и теперь решительно не понимаю, что нового можно сказать о его творчестве, кроме традиционных, набивших оскомину восторгов.

И в самом деле, мало чьи книги приносят мне столько радости, сколько книги Гениса. Очень уж много факторов здесь сошлось, но я все-таки попробую перечислить. 1. У Гениса великолепное чувство юмора, которое не нарочито торчит, как шутки записных хохмачей, а пронизывает все его тексты. 2. Его проза легкая, но содержательная, и смыслы в ней не разбавленные, а концентрированные. 3. О чем бы Генис ни писал, он всегда пишет о культуре в целом и о литературе в частности.

Следующий пункт будет длинным, зато последним. 4. Между нами много общего: мы принадлежим, с небольшой натяжкой, к одному поколению, мы оба выросли на окраинах империи, почти что в колониях (я в Киеве, Генис в Риге), в юности мы читали преимущественно одни и те же книжки, каждый из нас в силу наличия еврейской крови сталкивался с проблемой самоидентификации, у нас приблизительно одинаковые культурные коды. В общем, если говорить о писателях, близких мне по духу, Генис окажется на одном из первых мест. А если не мелочиться, то и вовсе на первом.

Теперь конкретно об «Обратном адресе», поскольку книга эта для Гениса все же особая. По существу она является автобиографией, представленной в типичной для нью-йоркского писателя форме сборника эссе, но построенной в нетипичном для него (хотя типичном для автобиографий) хронологическом порядке. Сорок глав разбиты на три раздела; первый посвящен периоду до эмиграции (Генис уехал в 1977-м, в возрасте 24 лет), второй и третий — тому, что после.

Названия глав показательны. Все они состоят из двух частей, где первая определяет внешние обстоятельства, а вторая — внутренние, личные (пример — «Висвалжу, или Мои университеты»). Первые представляют собой либо топонимы (Рязань, Юрмала, Брест, Рим, Бродвей, Евбаз, Париж, Гарлем, Москва, Брайтон-Бич), либо названия объектов-заведений-состояний да и вообще чего угодно (КГБ, вокзал, лимб, вернисаж, нирвана, глобус, лес, родина). Вторые — ну тут понятно: «О чем мы пили», «Каникулы», «Богема», «Вдогонку не нацелуешься», «Мне тридцать лет», «Утрачено в переводе», «Рутина», «Некролог».

В последней главе, этом самом «Некрологе», Генис пишет не о себе, а об окружавших его главных творческих людях, которых уже нет в живых, — о Довлатове, Бродском, Бахчаняне. Тех, кто в курсе дела и успел удивиться, что здесь нет фамилии Вайля, спешу заверить: о своем ближайшем друге и многолетнем соавторе Генис в «Обратном адресе» вспоминает так много и с такой любовью, что Петр Львович на том свете наверняка улыбается в свою роскошную седую бороду.

Невозможно писать об эффектной афористической прозе Гениса и ни разу его не процитировать. Как-то я почти всю рецензию на одну из его книг составил из сплошных цитат, и вышло очень даже неплохо. На сей раз цитата будет всего одна, зато фраза, которую я приведу, как и в случае с «Зимней дорогой» Юзефовича, в «Обратном адресе» является завершающей и для Гениса очень характерной.

«— В каком роде, — спросил меня издатель, — вы сочиняли воспоминания?

— Как Бог на душу положит.

— Тогда укажем «авторская версия».

Поучения для нуждающихся

Автор: Ален де Боттон

Название: «Новости. Инструкция для пользователя»

Язык: русский перевод с английского

Жанр: публицистика

Издательство: М: «Эксмо», 2016

Объем: 352 с.

Оценка: 4*

Где купить: www.knigograd.com.ua

Лет двенадцать назад от Алена де Боттона были в восторге все любители простого чтения о сложном. Киевская «София» одну за другой выпускала пятитысячными тиражами его «Опыты любви», «Утешение философией», «Динамику романтизма», «Интимные подробности». Тогда откровенно популяризаторские, но яркие и остроумные опусы британского писателя швейцарского происхождения вызывали у меня искреннюю симпатию.

Что характерно, в те времена «София» с такой же интенсивностью выпускала повести, прости господи, Пауло Коэльо. Бразильский учитель жизни в принципе занимался чем-то похожим, только в художественной прозе и делал это гораздо более навязчиво, пафосно и топорно. В 2005-м я был уверен, что между де Боттоном и Коэльо дистанция огромного размера. Теперь мне кажется, что размеры этой дистанции на самом деле были сильно преувеличены.

По крайней мере, де Боттон с каждой новой книгой все больше и больше меня в этом убеждает. Слава богу, легкость, остроумие, резкость и парадоксальность суждений от него никуда не делись, но в дополнение к ним появились какая-то занудная назидательность и нравоучительная риторика, а среди колоритных сентенций нет-нет да и проскакивают обескураживающие трюизмы. Например, «время — это стрела, неуклонно летящая вверх». Экая свежая мысль.

А еще возникает ощущение, что де Боттон бесстрашно и ожесточенно сражается с ветряными мельницами. В «Новостях» он не только анализирует новостную политику СМИ, но и пытается подвергнуть ее ревизии, мол, неправильно ты, дядя Федор, бутерброд ешь. Де Боттона возмущают и принципы выбора новостей, и обилие в них трагических событий, и отсутствие в освещении таких событий необходимого, с его точки зрения, позитива. Вспоминаются сюжеты советской программы «Время» о севе зерновых и выплавке стали. Де Боттону бы понравилось.

Больше всего смущает то, что если раньше де Боттон рассказывал, как мир устроен, то теперь он, словно тот Маркс, твердит, что его нужно переустраивать. Если раньше он только рассуждал, отмечал, объяснял, то теперь еще и поучает, причем довольно навязчиво и как-то, извините, неумно. Чего стоили абсурдные «храмы атеизма», «святилища знаний» и «рестораны любви», которые он предлагал основать в вышедшей пару лет назад «Религии для атеистов». В «Новостях» таких нелепых прожектов нет, но менторский тон автора слишком уж очевиден.

Теперь надо как-то подсластить пилюлю, тем более что есть чем. Все-таки одно дело — восприятие инструкции для потребителей новостей журналистом (это как гроссмейстеру читать шахматный учебник для начинающих) и совсем другое, когда книгу де Боттона читает человек, к журналистике отношения не имеющий. Готов поверить, что он может извлечь из «Новостей» нечто полезное, особенно в тех местах, где речь идет о том, какие новости заслуживают внимания и доверия, а каких следует всячески избегать.

А еще ведь есть любители перепостов в социальных сетях приписываемых великим людям фальшивых цитат и наивные распространители фейковых новостей. Этим людям книгу де Боттона следует прочесть обязательно и как можно скорее.

Не взорвалось

Автор: Остап Дроздов

Название: «№1. Роман-вибух»

Язык: украинский

Жанр: эклектика

Издательство: К.: Видавництво Анетти Антоненко, 2016

Объем: 256 с.

Оценка: 3*

Где купить: www.knigograd.com.ua

Если писателями становятся актеры, художники, музыканты и бизнесмены, то журналистам сам бог велел. В минувшем году бог велел одному из самых известных львовских акул пера и монстров микрофона Остапу Дроздову. Человеку с ярко выраженной нонконформистской позицией, часто идущему против течения и выражающему взгляды, которые на Западной Украине считаются, мягко говоря, не слишком приемлемыми.

Свой роман Дроздов скромно назвал «№1» да еще и снабдил его подзаголовком «роман-вибух» — вот что значит журналистская хватка. Книгу довольно активно рекламировали, но в премиальные списки она не попала, а критики отнеслись к ней прохладно. Один из них, Ганна Улюра, заметила, что если считать «№1» психологической прозой, то это полный провал, так что лучше считать ее прозой социальной.

С этим трудно не согласиться, на социальные темы Дроздов пишет много, страстно и со знанием дела, но я бы все же несколько поменял акценты. Дело в том, что «№1» вообще не фикшн, так что говорить о психологизме особого смысла нет. Кроме того, это не роман. Книга составлена из разрозненных эссеистических, публицистических и мемуарных заметок, в которых можно обнаружить слабо выраженный хронологический порядок. В «№1» нет ни сюжета, ни структуры, ни героев. Кроме, конечно же, самого автора, который здесь действительно №1. Костяк книги — это правила жизни Остапа Дроздова, которые в рамках журналистики, рабыни формата, сформулировать трудно, зато в художественной прозе — сколько угодно. Писатель рассказывает о своих детских психологических травмах, о неприятии банальностей, которое во многом повлияло на его неординарные взгляды, о нелюбви к сочувствию-милосердию и успешной борьбе с этими вредными свойствами человеческой натуры. Кроме того, Дроздов в который раз нелестно отзывается и о земляках-галичанах, и о восточных украинцах: ко вторым от относится еще хуже, чем к первым.

Это вообще очень злая книга. Характерно, что автор переносит свое отношение к бытию на само бытие: Дроздов уверен, что человек по своей природе зол, а проявления доброты возможны только посредством душевных усилий. Очевидно, такие усилия ему все-таки удались: в тексте несколько раз заходит речь о некоем «любимом человеке», пол которого автор, однако, не называет. Пожалуй, для обозначенного в подзаголовке взрыва не хватило каминг-аута, то есть признания в гомосексуальности, но уж эту осторожность вменять в вину писателю из набожного консервативного Львова мы не станем.

Оценки

7* — великолепно, шедевр
6* — отлично, сильно
5* — достаточно хорошо
4* — неплохо, приемлемо
3* — довольно посредственно
2* — совсем слабо
1* — бездарно, безобразно

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...


Загрузка...

Где взять машину за «копейки»? Спросите у волынских...

В Украине продолжается весенняя призывная кампания (продлится до 31 мая). В этой связи...

Дальше некуда

Такой экзотической подборки, как в нынешнем обзоре, у нас еще не было. Начнем с самого...

Альтернативна Історія Центрально-Східної Європи

Прочитал в газете «2000» от 30 марта с. г. интервью с поэтом Вано Крюгером «Читайте...

По обе стороны — несладко

Перелистав вместе с нами страницы региональных изданий, вы узнаете: как линия...

Не будем финансировать «опричников»!

Винница—Херсон—Тернополь...—Нью-Йорк — такой маршрут проложили «2000»,...

Ребусы и бонусы

В нынешнем обозрении собраны книги с преступлениями и тайнами, однако ни одну из них...

Загрузка...

Ирина Морозовская: «Книг у меня где-то десять тысяч»

Ирина Морозовская рассказала «2000», что в детстве родители обзывали ее...

Купим строчку за 5 тыс. грн. Как отличить газету от......

Наши читатели уже не раз обращали внимание редакции на то, что газете «2000» не...

Чевенгурщина

Читателям со стажем, которым в отличие от нынешего айфонного поколения знакомо еще...

По новому закону «Донбассом» может стать и Харьков

Не распространится ли «особый режим» на приграничные с Донецкой и Луганской...

Над политиками нависла детелевизация

11 января Национальный совет по вопросам телевидения и радиовещания, который выдает...

Андрей Блудов: «На меня, перешептываясь, выходили...

Андрей Блудов рассказал «2000», что с удовольствием проглатывает новинки на берегу...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто

Получить ссылку для клиента
Авторские колонки

Блоги

Маркетгид
Загрузка...
Ошибка