Сергей Детюк: «Для меня книга книг — «Маленький принц»

№ 6 (894) 8 — 14 февраля 2019 г. 06 Февраля 2019 0

Сергей Детюк

Сергей Детюк рассказал «2000», что не может читать в суете, что в юности однажды не спал всю ночь из-за смерти любимого персонажа, что в последнее время он прочитал романы Людмилы Улицкой, Виктора Астафьева и Макса Фриша, что лирический герой Венедикта Ерофеева пронзил его насквозь, а из творческого кризиса ему помогал выходить Герман Гессе.

Кто он: актер Театра на левом берегу Днепра, сыграл около сорока ролей в кинофильмах и телесериалах.

— Почему и для чего вы читаете книги?

— Трудно представить себе полно ценного человека, не читающего книг. Иногда мне кажется, что унылый мир, в котором мы живем, это какой-то вымысел, а подлинная жизнь человеческого духа и разума — там, на страницах любимых книг.

Зачем я читаю? А зачем я дышу? Хорошая книга — это путешествие, отважившись на которое, ты не только сопереживаешь героям, но и словно общаешься с автором, переосмысливаешь свое существование, получаешь ключи к тайне, растешь как личность. Мишель Турнье сказал, что книги подобны вампирам: они спят на книжных полках, словно вечные мертвецы в гробах, пока не вопьются в ваше сердце, в вашу судьбу.

— Где вы обычно читаете?

— Завидую людям, которые могут читать в суете. Я, к сожалению, не научился. Не могу сосредоточиться. Читаю обычно ночью, в тишине, когда спят дети. Поэтому чтение для меня — роскошь. Но если уж очень захватывает сюжет, могу читать и в метро, и в промежутках между репетициями.

— Предпочитаете бумажные книги или электронные?

— Люблю бумажные — у них есть своя энергия. Мне нравится шелест переворачиваемых страниц — особенно когда книга в дорогом переплете, с красивым шрифтом, на хорошей бумаге. Но если под рукой нет бумажной книги, я пользуюсь электронной.

— Что входит в круг вашего чтения?

— Круг моих читательских интересов сводится к художественной и специализированной, по роду профессиональной деятельности, литературе. Это современная зарубежная драматургия, произведения мировой классики, поэзия. Иногда меня заносит на детективы и публицистику.

— Какая книга больше всего повлияла на вас в юности?

— В юности меня перевернул роман Михаила Булгакова «Мастер и Маргарита». Осталось долгое послевкусие, и я до сих пор считаю, что эта книга одна из самых-самых. Никакая экранизация не может даже приблизительно передать всю глубину этого романа.

— Что вы читаете сейчас?

— Недавно закончил «Казус Кукоцкого» Людмилы Улицкой, приступил к «Прокляты и убиты» Виктора Астафьева и «Назову себя Гантенбайн» Макса Фриша. Перед этим перечел «Макбета». Я, как правило, читаю одно произведение, потом следующее — мне нравится находиться в одной определенной среде. Хотя говорят, что лучше читать несколько авторов одновременно.

— Как выглядит ваша домашняя библиотека?

— Мы с женой Ольгой Максимишиной оба актеры, часто переходили из одного театра в другой, переезжали, а переезд, как известно, равносилен пожару. Литература накапливалась, потом мы ее раздавали. Но любимые книги все же возим с собой по городам и весям. Это пятитомник Чехова, весь Гоголь, Беляев, Сент-Экзюпери, Гессе, Фриш, Улицкая, Рубина, четырехтомник Битова, весь Джек Лондон, О. Генри, Дюма и многое другое. Чуть подкупаем. Например, Бродского. Купили детям 20 томов детской энциклопедии «Аванта плюс».

— Топ- 5 главных книг вашей жизни?

— 1. Эрих Мария Ремарк, «Три товарища». Книга, которая совпала с романтическим периодом влюбленности и дружбы. Помню, что испытал внутренний переворот, после прочтения осталось ощущение одновременно горькой досады и светлой тоски. Сейчас все тонкости и детали уже стерлись из памяти, но помню, что смерть Пат обеспечила мне тогда бессонную ночь.

2. Антуан де Сент-Экзюпери, «Маленький принц». У меня двое детей. Если я хочу сказать им что-то очень важное, то открываю эту книгу. (Еще «Каштанку» Чехова, но это так, к слову.) Ибо нет лучше для детей и взрослых справочника по жизни. Все самое важное, все заповеди, все премудрости, все кризисы там есть. Для меня это книга книг. Без назиданий и нравоучений в ней просто и душевно сказано о самом главном.

3. Венедикт Ерофеев, «Москва — Петушки». Прочел еще в студенческие годы, когда все читали Лимонова и Ерофеева. Лимонов не зашел (видимо, уже тогда у меня намечался некий вкус), а вот Ерофеев потряс. Это было время развала совка: идеалы пошатнулись, реализм отступал, классический советский герой выглядел жалкой подделкой и служителем идеологии. А вот лирический герой Ерофеева пронзил меня насквозь. Никогда не испытывал такой жалости и сострадания.

Наверное, я тогда мало что понял. Потом еще дважды перечитывал, последний раз совсем недавно, и открывал новые смыслы. Поэма-притча, поэма-библия, поэма-загадка. Не буду писать про отсылки, цитаты, ребусы, художественные знаки. Кто читал, понимает. Поражает, что книга и судьба автора — одно целое и неделимое. Думаю, еще не раз проедусь электричкой Москва — Петушки по всем кругам Дантового ада вместе с любимым героем.

4. Герман Гессе, «Степной волк». Этот роман и еще «Игру в бисер» нам подарили друзья в период работы в Черниговском молодежном театре лет 20 назад. Сразу не прочли — видимо, тогда не нуждались. Прочел уже в зрелом возрасте. Роман о противоречивости человеческой природы. О том, как человек борется сам с собой, как противостоит своим мыслям, делам, характеру, поступкам, хороши они или плохи. Этот борьба биологического начала с социальным и духовным. У меня было два творческих кризиса, в 33 и 42 года. В то время я и как артист, и как личность попал в тупик. Гессе во многом ответил на терзавшие меня вопросы.

5. Кен Кизи, «Пролетая над гнездом кукушки». Роман о свободе и выборе. Пациентов психиатрической клиники хорошо кормят, водят на прогулки, содержат в чистоте, но многие из них отдают себе отчет в том, что их свободный выбор — лишь иллюзия свободы, что их самоуправление — фикция, что их жизнь — лишь подобие жизни. Такая же ситуация не раз возникала у меня в некоторых театрах, и я не мог с этим смириться. Я часто был Макмерфи, поэтому менял театры в поисках своего, где художественный руководитель был бы мне соратником, а не начальником. Это остросоциальный роман. Роман о личности в социуме. О неординарности, которая не вписывается в рамки. Абсолютно моя тема.

Еще Кафка с «Процессом», еще Битов с «Пушкинским домом», но это уже совсем другая история.

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...


Загрузка...

«Создавать» Украину комфортнее в Польше

Вроцлав — Полтава, Ивано-Франковск, Кропивницкий — неизвестный пока город. Эти...

«Ми вижили, бо мали надію...»

Издательский дом Дмитрия Бураго представляет книгу «Незрадлива совість України....

Малые да удалые

Начнем новый год с короткой прозы. В нынешней подборке два украинских писателя и два...

Они рождены, чтоб анекдоты сделать былью

Как, если не издевательством над великим певцом, назвать украинизацию его пения в...

Знай наших!

Украинская молодежь дебатирует умело

Англия, Англия!

Осенью приходит долгожданная прохлада, дети отправляются в ненавистную школу, а на...

Загрузка...

Где взять машину за «копейки»? Спросите у волынских...

В Украине продолжается весенняя призывная кампания (продлится до 31 мая). В этой связи...

Дальше некуда

Такой экзотической подборки, как в нынешнем обзоре, у нас еще не было. Начнем с самого...

Альтернативна Історія Центрально-Східної Європи

Прочитал в газете «2000» от 30 марта с. г. интервью с поэтом Вано Крюгером «Читайте...

По обе стороны — несладко

Перелистав вместе с нами страницы региональных изданий, вы узнаете: как линия...

Не будем финансировать «опричников»!

Винница—Херсон—Тернополь...—Нью-Йорк — такой маршрут проложили «2000»,...

Ребусы и бонусы

В нынешнем обозрении собраны книги с преступлениями и тайнами, однако ни одну из них...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто

Получить ссылку для клиента
Авторские колонки

Блоги

Лентаинформ
Загрузка...
Ошибка