В кипящем котле

01 Ноября 2020 3

Пройти мимо этого юбилея невозможно по целому ряду причин. Поэт Наум Коржавин принадлежит к плеяде, вышедшей на авансцену в эпоху «оттепели», и без него немыслимо получить представление о литературной и общественной жизни 50-х — 60-х годов.

Всесоюзная известность Коржавина могла затмить тот факт, который связывает его с Украиной и ее столицей. Именно в Киеве, в семье простых горожан (отец был переплетчиком, мать — зубным врачом) 14 октября 1925 г. появился на свет мальчик Наум. Здесь он прожил первые 15 лет своей длинной жизни.

Коржавин — это творческий псевдоним. Настоящая фамилия поэта была Мандель. А называли его родные и друзья, как правило, уменьшительно-ласкательно: Эма, Эмка...

Еще в довоенные годы Коржавин всерьез увлекся сочинением стихов, занимался в поэтических студиях. С юных лет он сохранил дружбу с несколькими сверстниками, также писавшими стихи и ставшими в итоге профессиональными авторами: Риталием Заславским, Лазарем Шерешевским, Григорием Шурмаком.

Образ родного Киева присутствует и в творчестве Коржавина. Взять хотя бы строки, адресованные еще одному другу поэта — Виктору Платоновичу Некрасову, фигуре знаковой для культуры Киева:

...А над Владимирскою горкой

Закаты те же, что при нас.

И тот же свет. И люди даже,

И тень все та же — как в лесу.

И чье-то детство видит так же

Трамвайчик кукольный внизу...

Приезжал в родной город поэт не раз — и до эмиграции, и в пост-советские времена. Немало людей, неравнодушных к творчеству поэта, имели возможность посетить литературные вечера Наума Коржавина, проходившие в начале 90-х в Киеве и Харькове.

Но — вернемся к биографии Коржавина. После киевского детства была война, эвакуация в Челябинскую область, работа на заводе. На фронт Коржавина не взяли из-за сильной близорукости. В Литературный институт он поступил сразу после войны, летом 1945-го. И — через два года был арестован за «чтение стихов идеологически невыдержанного содержания».

Восемь месяцев пробыл молодой поэт в изоляторе Министерства госбезопасности и в Институте им. Сербского. После чего — приговорен был к высылке. Отбыв срок, он уехал в Казахстан и жил в Караганде. Лишь в конце 1954-го Коржавин вернулся в Москву. Реабилитировали его в знаменательном 1956-м — на волне XX съезда. После этого он восстановился и закончил Литинститут.

Созвучность стихов и судьбы Коржавина духу времени сделала его одной из заметнейших фигур интеллигентских салонов, стихийно возникавших в эпоху «оттепели». Обращала на себя внимание колоритная внешность поэта. Невысокого роста, полноватый, с сильными залысинами и большими, беззащитно открытыми глазами — что-то общее было в его облике с Винни-Пухом (и с озвучившим его Евгением Леоновым в гениальной мультипликации Федора Хитрука).

С неромантической внешностью контрастировал темперамент Коржавина, энергия его стиха била ключом. Предельная честность и смелость впечатляли. Трогательным было абсолютное бескорыстие Коржавина, проявлявшееся и в общении, и в отношении к своим поэтическим занятиям. Не случайно в одном из своих проникновеннейших стихотворений того времени поэт писал:

Но куда же я сунулся?

Оглядеться пора!

Я в годах, а как в юности —

Ни кола, ни двора,

Ни защиты от подлости, —

Лишь одно, как на грех:

Стаж работы в той области,

Где успех — не успех...

Пожалуй, можно сказать, что именно гражданские мотивы в лирике Коржавина явно преобладали, и не удивительно, что столь широкое хождение его стихи получили в неподцензурном пространстве. Не без оснований он мог говорить: «Самиздат начинался практически прямо с меня». Публицистическая заостренность стихов Коржавина, будем откровенны, повлияла на то, что далеко не все из них выдержали испытание временем. Тем не менее острота многих коржавинских стихов впечатляет и сейчас. Особенно если обратить внимание на даты под ними. Год написания саркастических стихов об Иване Калите — 1954-й. Коржавин шутит над прогрессивностью тирании, опережая время. Философ Григорий Померанц, читая в 1965 г. свой антисталинский доклад, не случайно начнет его строками Коржавина

Был ты видом —

довольно противен.

Сердцем — подл...

Но — не в этом суть:

Исторически прогрессивен

Оказался твой жизненный путь.

Еще одна сатира Коржавина развенчивает уже ленинский культ: «Памяти Герцена, или Баллада об историческом недосыпе». Обыгрывая затверженную каждым советским человеком фразу вождя о том, что декабристы разбудили Герцена, Коржавин дает беспощадно-разоблачительную характеристику итогов свершившейся исторической катастрофы:

Пусть нам простятся

морды полусонные,

Мы дети тех, кто недоспал свое.

Мы спать хотим...

И никуда не деться нам

От жажды сна и жажды

всех судить...

Ах, декабристы!..

Не будите Герцена!..

Нельзя в России никого будить.

Не удивительно, что стихи эти конфисковывались на обысках. Известны два политических дела, где они были инкриминированы. Приговоры были вынесены именем Украинской Советской Социалистической Республики. В 1970-м в Одессе, а в 1983-м — в Киеве. В приговоре Киевского городского суда баллада была охарактеризована так: «...возводится клевета на марксистско-ленинское учение о социалистическом обществе, с враждебных буржуазных концепций в искаженной форме преподносится историческая роль основателя Советского государства и совершенной под его руководством Великой Октябрьской социалистической революции». Этим судебным решением была признана виновной поэтесса Ирина Ратушинская.

В 1973-м Коржавин возмутился вызовом в прокуратуру — и подал на выезд из СССР. Поэта без особенных мытарств выпустили, и он обосновался в США, в Бостоне. Именно к этому, эмигрантскому, периоду относится его единственное развернутое интервью о Самиздате. Большой фрагмент из этой беседы предлагается вниманию читателей. Запись сделала в 1985 г. литературный критик и писательница Раиса Давыдовна Орлова (1918—1989). Она и ее супруг, известный филолог-германист Лев Зиновьевич Копелев (1912—1997), к тому времени тоже стали эмигрантами и жили в Германии. Так же, как и Коржавин, семья Копелевых биографически связана с Украиной. Отсюда происходили родители Раисы Орловой (отец — из Киева, мать — из Каменец-Подольского), а Лев Копелев и сам родился в Киеве, детство и юность провел в Харькове.

Для проекта Института изучения Восточной Европы при Бременском университете Р. Д. Орлова записала несколько десятков интервью о Самиздате. Среди ее респондентов были видные диссиденты, люди из научных и литературных кругов. В результате возникла уникальная тематическая коллекция устных воспоминаний. Она будет представлена в сборнике «Несколько интервью о Самиздате», работа над которым заканчивается в Международном Мемориале. Полностью интервью с Коржавиным будет напечатано в этой книге.

Публикуемый фрагмент предоставил для публикации составитель книги — историк Геннадий Кузовкин. Исследовательская программа, которой руководит Геннадий, изучает Самиздат как социальное, культурное и информационное явление.

Вместе со своей зарубежной коллегой, филологом Жозефиной фон Цитцевитц, они выдвинули достойную, на мой взгляд, внимания инициативу «Сохраним память о Самиздате». Жозефина и Геннадий будут рады письмам тех читателей, которые узнали стихи Коржавина в самиздатских перепечатках и, быть может, сохранили их. Письма и снимки самиздатских экземпляров можно присылать по адресу: memo.projects@gmail.com

У тех, кто хотел бы более развернуто рассказать о своем самиздатском опыте, есть возможность заполнить онлайн-анкету, составленную сотрудниками Мемориала: www.memo.ru/ru-ru/memorial/ departments/intermemorial/news/1. Это важнейший результат инициативы, теперь каждый обладатель самиздатского опыта способен внести вклад в исторические исследования и помочь укреплению традиции вольного слова.

Первоначальный транскрипт беседы Раисы Орловой с Наумом Коржавиным, который хранился в Бремене, был тщательно сверен с аудиозаписью. Благодаря этому удалось восстановить пробелы первоначальной расшифровки, теперь текст лучше передает темпераментную манеру речи поэта.

Не всем близки полемические перехлесты, характерные для Коржавина. Увлеченный идеями Солженицына, поэт подчас не был склонен учитывать существование других мнений. Следуя Солженицыну, Коржавин твердо считал, что главная причина бесчеловечности советского режима — в коммунистической идеологии. К автору невероятно сильных и страшных «Колымских рассказов», Варламу Шаламову, убежденному в том, что главная опасность не в политических идеях, а в Зле, пребывающем на дне человеческих душ и проявляющем себя в ситуациях катаклизмов, поэт не желал прислушаться.

Безудержно-восторженные высказывания Коржавина по поводу «деревенской прозы» 70-х — 80-х гг. обусловлены традиционализмом поэта, в штыки воспринимавшего «эстетов» (это слово было для него бранным), с вызовом говорившего, что основал бы литературный журнал «Арьергард» (в пику понятию «авангард»), неодобрительно отзывавшегося о сложной, насыщенной напряженными метафорами поэзии Иосифа Бродского.

Грустноватая ирония судьбы состояла, однако, в том, что многое в жизни Коржавина шло, казалось бы, наперекосяк. Тянулся душой к писателям-«деревенщикам», а дружил с людьми и авторами скорее «городской» ориентации: Булатом Окуджавой, Владимиром Войновичем, Бенедиктом Сарновым. Жил в Америке и — безумно ностальгировал по России. Не случайно Наум Моисеевич одним из первых авторов-эмигрантов начал ездить в перестроечные времена на родину. А в 90-е поэт и вовсе месяцами жил в Москве, с удовольствием общался со множеством тамошних друзей и знакомых. В Бостон возвращался с грустью и тяжело переживал, когда стал болеть и потерял возможность приезжать в Россию.

Ушел из жизни поэт 22 июня 2018 г. По завещанию Коржавина, урна с его прахом была захоронена в Москве, на Ваганьковском кладбище.

Публикация Ефима Гофмана
и Геннадия Кузовкина

Асимметрия украинского Мефистофеля

Честная интеллектуальная элита Украины должна формировать образ мира, а не войны

Родной язык и мову надо защищать

Язык народа – уникальное общественное явление. Он выражает духовную, нравственную...

Одна книга тысячу людей учит?

Книжные новинки интересны 4% опрошенных

Китайский — не роскошь, а цивилизационная...

Таблицы паттернов в двадцать-тридцать раз сокращают запоминание полезных фраз

Свободная касса, несвободный язык

Иногда привычные вопросы напоминают о себе самым неожиданным образом.

Совесть. Испытание

В издательском доме «АДЕФ-Украина» вышла в свет книга «Испытание...

Дума

Приснився сон мені тривожний і сумний: Сліпий кобзар на призьбі біля хати

Киев и мелочное самозванство нашего времени

Отсечение русской культуры приведет к деградации украинской

И жизнь — как любовь

Любовь всегда милосердствует, не помнит зла, надеется на лучшее. В этих доминантах —...

Борис Олейник: «Когда вернусь...»

В начале декабря в Москве в рамках Международной книжной ярмарки интеллектуальной...

«ДНР» и Донецкая область — где платят больше?

Деньги и безопасность — главные темы сегодняшнего обзора региональных СМИ. В...

От первого лица

Название нынешнего обзора имеет самый что ни на есть прямой смысл: во всех четырех...

Комментарии 3
Войдите, чтобы оставить комментарий
Владимир Теренин
01 Ноября 2020, Владимир Теренин

Когда читаю подобные стенания, всегда убеждаюсь насколько мал и мелочен тот круг выкидышей, которых сумела исторгнуть из себя "демократствующая" мразь за 70 советских лет. Одни и те же несколько фамилий, одни и те же перепевы, одни и те же ничтожные шкурнические причитания и злобный скулеж. На фоне миллионов людей, построивших, наперекор всем врагам и злобным тявканьям, великое общество. Родивших огромную созидательную массу рабочих всех уровней и сфер, ученых, инженеров, поэтов, артистов, полководцев. Взрастивших доселе невиданных и недоступных пониманию «цивилизованных» наций героев и патриотов -Стахановых, Чкаловых, Матросовых, Гастелло, Гагариных... Несомненно, будущее за такими людьми, тогда как удел всякой препятствующей им швали презрение и забытье.

- 21 +
Чужой
01 Ноября 2020, Чужой

поменялась политика Редакции, чтоле. Сколько уже можно читать о минусах советского строя? Не могу понять цель и мотив этих разоблачительных материалов. Зачем, для кого, почему?

- 7 +
Валерий
01 Ноября 2020, Валерий

Очередная осанна очередному диссиденту - антисоветчику.Со всем сказанным выше можно было бы согласиться , если бы не обычное " но ". А заключается оно в старой , старой и злой припевке : жить стало лучше , стало веселей , шея стала тоньше , но зато длинней .Если бы падение СССР не принесло в нашу жизнь столько горя , беды , несчастий , злобы и бедности ,то всё это можно было оправдать . А после тридцати ,
ТРИДЦАТИ !!! постсоветских лет мне хочется пожелать этим правдолюбам заткнуться ,
потому что они не имеют морального права превозносить этих недалёких поэтов - писателей .Только , к сожалению, они будут продолжать засирать мозги молодому поколению . Ведь все эти дифирамбы , апологии диссидентам для них кусок хлеба с маслом , не стоящий им никакого труда .

- 10 +
Авторские колонки

Блоги

Ошибка