Вблизи войны

№33—34(830) 18—31 августа 2017 г. 15 Августа 2017 1

Романы, о которых пойдет речь в нынешнем обозрении, так или иначе связаны с ужасами войны. Украинец Владимир Рафеенко написал о событиях в Донбассе, но изобразил их в свойственной ему мифологической манере. Действие романа британца Мартина Эмиса развивается в Аушвице, самой войны в нем почти нет, но ужасов хватает. Марлон Джеймс приглашает читателей на родную Ямайку, там в середине 1970-х в разгар сражений между кингстонскими бандами происходит странное покушение на короля регги Боба Марли. Третья книга тетралогии россиянина Андрея Волоса «Судные дни», как и первая, посвящена вторжению советских войск в Афганистан.

Умри и спаси

Автор: Владимир Рафеенко

Название: «Долгота дней»

Язык: русский

Жанр: мифологическая драма

Издательство: Х: «Фабула», 2017

Объем: 304 с.

Оценка: ******

Где купить: www.knigograd.com.ua

По существу это первый полноценный фикшен крупной формы о событиях последних лет в Донбассе. Предыдущие были либо документальными, либо полудокументальными и особой литературной ценности не представляли. «Долгота дней» Владимира Рафеенко — явление принципиально иного рода, высказывание не просто художественное, но прихотливое, многоуровневое, сложносочиненное. Символично, что его автор — писатель из Донецка, оставивший родной город в июле 2014-го. Еще более символично, что этой весной роман практически одновременно вышел на двух языках, но в разных издательствах — украинский перевод Марианны Кияновской под названием «Довгі часи» опубликовало «Видавництво Старого Лева».

На окраине города Z находится баня под названием «Пятый Рим». Там обитают и трудятся бывший философ Сократ Иванович Гредис, «литовец, никогда не бывавший в Литве», пьющий, но душевный массажист Коля Вересаев, чья фамилия не случайно совпадает с фамилией русского прозаика, в конце XIX века писавшего очерки о жизни шахтеров Юзовки, и девушка Лиза, приемная внучка Гредиса, дурочка и провидица. Название заведения иронически обыгрывает концепцию российского мессианства: раз четвертому Риму не бывать, то вот вам пятый, уж какой есть. Отчасти он напоминает баньку с пауками из «Преступления и наказания», но все же «Пятый Рим» не вечность, а портал в небытие, в котором бесследно исчезают вооруженные оккупанты.

Иносказательное и реальное у Рафеенко мирно сосуществуют, друг другу не мешают, но лишь споспешествуют. Город, в котором происходит действие двух третей книги, как и в предыдущем романе писателя «Демон Декарта», отмеченном в 2013 году «Русской премией», обозначен последней в латинском алфавите буквой Z, однако в нем нетрудно узнать Донецк. Правитель соседней страны именуется Прекрасным Хозяином, но если сократить до аббревиатуры, то тоже все ясно. При этом Украина и Россия названы своими именами, так что вопросов о месте и времени действия не возникает.

В «Долготе дней» два основных типа повествования. Первый, как и в предыдущих романах Рафеенко, отсылает к волшебной сказке, гоголевской традиции, описанной Бахтиным карнавальной культуре и прозе магического реализма. Это пространство, в котором сквозь обыденное постоянно прорастает невероятное: черт предстает в виде соблазнителя-коммивояжера, лохматые нибелунги из шахтерских выработок приходят в баню мыть руки с мылом, а профессор филологии Марина Аркадьевна вещает в образе вздорной, но мудрой вороны. Второй — сугубо реалистический, это вставные новеллы авторства Коли Вересаева о жизни города Z в период оккупации. Точнее, не столько о жизни, сколько о смерти.

Смерть вообще одно из ключевых понятий романа. Когда у Гредиса, Вересаева и Лизы появляется миссия в Киеве, оказывается, что на украинскую «большую землю» можно попасть, только приняв смерть, и поди тут отдели прямой смысл от переносного. Z это ведь еще и город-зеро (тут уместно вспомнить одноименный фильм Карена Шахназарова), город-ничто, город, который, по словам одного из персонажей романа, хотели присоединить к России, а присоединили к несуществующему СССР. Выбраться из Z обычным физическим способом невозможно, приходится пользоваться метафизическим.

Есть и третий тип нарратива — публицистический. Его в романе немного, но это та «последняя прямота», которая автору насущно необходима. Вообще, несмотря на обилие мифологических построений и затейливых образов, в «Долготе дней» хватает прямых высказываний. О том, что Украина это не территория, а люди. Что национальность определяется не происхождением, а личным выбором; об этом сказано и в эпиграфе из Томаса Венцловы — не случайно же Гредис этнический литовец. Что вместо известной триады «самодержавие, православие, народность» в спутанном сознании Прекрасного Хозяина доминируют «самоупоение, самоуничижение и самоистязание».

В финале романа героям надлежит совершить символический акт, разрушить украинское колесо сансары и спасти страну от мерзости, которой, несмотря ни на что, по-прежнему принадлежит власть. Еще там есть фантасмагорическая сцена великого национального примирения, в которой Тарас Шевченко соседствует с Богданом Ступкой, Ярослав Мудрый — с Нестором Махно, Богдан Хмельницкий — с Голдой Меир, а Григорий Сковорода — с Александром Вертинским. Все это кажется несбыточной мечтой, но мечтать в литературе не вредно. Да и не только в литературе: известно, что получить желаемое можно, только требуя невозможного.

За последней чертой

Автор: Мартин Эмис

Название: «Зона интересов»

Язык: русский перевод с английского Сергея Ильина

Жанр: трагифарс

Издательство: М: «Фантом пресс», 2016

Объем: 416 с.

Оценка: ******

Где купить: www.knigograd.com.ua

Мартин Эмис написал роман о холокосте. Роман необычный, хотя тут надо заметить, что необычные романы о холокосте уже давно стали обычным делом. Можно вспомнить и экранизированного «Пианиста» Владислава Шпильмана, и прогремевших не так давно «Благоволительниц» Джонатана Литтелла, и ставшего хитом, причем тоже после экранизации, «Мальчика в полосатой пижаме» Джона Бойна. В первом романе рассказ вел преследуемый нацистами еврей, во втором — преследующий евреев нацист, в третьем трагедия увидена непонимающими глазами ребенка. В «Зоне интересов» объединены сразу несколько взглядов, причем их носители — принципиальные антагонисты.

Рассказ попеременно ведут три повествователя. Первый — Пауль Долль, комендант одного из подразделений Аушвица. Эмис изображает его с гротеском, порой напоминающим гашековского «Швейка»: перед нами не просто нацист, но конченый подлец и отвратительное ничтожество. Второй — Ангелюс Томсен, оберштурмфюрер с не вполне понятными полномочиями, пользующийся покровительством самого Мартина Бормана, женатого на его тетушке. Томсен — персонаж противоречивый и неоднозначный. В начале романа он выглядит циничным сибаритом и ординарным повесой, задумавшим соблазнить красавицу-жену Долля. Однако потом — то ли под действием влюбленности, то ли в связи с запоздалым прозрением — в голове Томсена происходит радикальная метаморфоза.

Третий рассказчик — начальник зондеркоманды Шмуль. Человек... Собственно, уже почти не человек. Таковым его не считает Долль, для которого этот представитель низшей расы мало чем отличается от животного. Таковым Шмуль, похоже, не считает и сам себя: он ходячий мертвец, бессловесная функция, воплощенный кошмар — как еще назвать того, кто вынужден сопровождать соплеменников к дверям газовой камеры, а потом убирать их трупы. Шмуль — самая трагическая фигура романа и в какой-то степени самая значимая: он сохраняет человечность и совесть даже тогда, когда это кажется абсолютно невозможным.

В «Зоне интересов» сочетаются вещи, которые в пересказе выглядят не очень-то сочетаемыми. Фарсовые эпизоды перемежаются с трагическими, досужая интрижка превращается в подлинное чувство, центральный персонаж перерождается в совершенно другого человека. Характерно, что Эмис счел необходимым добавить к своему роману пространное послесловие, в котором, в частности, заметил, что истерик Гитлер, в отличие от прагматика Сталина, остается загадкой для историков. По мнению писателя, действия фюрера в годы войны с Советским Союзом, его фантастическая по своей бесчеловечности стратегия «окончательного решения еврейского вопроса» однозначно самоубийственны и не поддаются никакой логике. Так мог вести себя только безумец.

Чего стоило миру безумие одного человека, нам всем хорошо известно.

Сага о Ямайке

Автор: Марлон Джеймс

Название: «Краткая история семи убийств»

Язык: русский перевод с английского Александра Шабрина

Жанр: гангстерский эпос

Издательство: М.: «Эксмо», 2016

Объем: 688 с.

Оценка: *****

Где купить: www.knigograd.com.ua

Почти семьсот страниц, около семидесяти действующих лиц в списке, приведенном для читательского удобства в начале книги. Действие романа происходит в основном в Кингстоне, но порой перебирается из столицы Ямайки в Майами и Нью-Йорк. Самые ранние события датированы 1951-м, самые поздние — 1991-м. Ключевая дата, вокруг которой заверчена эпическая история с семью убийствами — 3 декабря 1976 года. В этот день семь отморозков с автоматами врываются в дом Боба Марли и начинают палить куда ни попадя. Удивительное дело: в Марли они действительно толком не попадают. Легкие ранения не мешают певцу два дня спустя выступить на масштабном концерте за мир и гражданское согласие на Ямайке.

Что это было? Марли на самом деле собирались убить или просто хотели вывести из строя? Кто был заинтересован в срыве акции, призванной накануне выборов примирить две враждующие политические силы и две поддерживающие их гангстерские группировки? Попытка обстоятельного художественного ответа на эти вопросы в 2015 году принесла ямайскому писателю Марлону Джеймсу Букеровскую премию. Такое решение жюри стало не то чтобы сенсационным, но все же неожиданным.

Дело вовсе не в том, что награда досталась чернокожему автору с далекого острова в Карибском бассейне, про который мы помним только то, что тамошние обитатели поклоняются Джа, усердно работают над куреньем травы и плохо играют в футбол, особенно если против Аргентины. Дело в том, что главное достоинство романа одновременно является его главной трудностью. «Краткая история» написана на ямайской версии английского языка с огромным количеством испанизмов, сленговых словечек из субкультуры растафари и отборной местной брани.

Несмотря на то что основная интрига связана с покушением на Марли, роман далеко не только об этом. Периодически возвращаясь к центральному событию книги, Джеймс разворачивает грандиозную панораму Ямайки в один из самых сложных периодов ее истории. В эпоху, когда местные аль капоне обладали огромной властью, наркотрафик бил рекорды, тайные поставки оружия обеспечивали агенты иностранных разведок, а каждая вторая смазливая девица мечтала закадрить американца, чтобы уехать из этой проклятой дыры на континент. Пожалуй, тогдашние порядки в стране лучше всего характеризует фраза одной из героинь романа, Нины Берджесс: «Я слышала историю о женщине, которая пришла в полицию заявить об изнасиловании, но ей там не поверили и изнасиловали еще раз».

Она же утверждает, что «Эта страна раскачивается в анархии уже так долго, что любой ход событий обернется неминуемым крахом». Тут Нина ошиблась: краха не последовало, политики достигли консенсуса, гангстерские войны сошли на нет. Кстати, по ВВП на душу населения Ямайка сейчас находится на 108-м месте в мире. Украина совсем рядом — на 113-м.

Забытая война

Автор: Андрей Волос

Название: «Должник»

Язык: русский

Жанр: военная драма

Издательство: М.: «Э», 2016

Объем: 384 с.

Оценка: *****

Где купить: www.knigograd.com.ua

Тетралогию «Судные дни» Андрей Волос писал десять лет. Периодически отвлекался на другие книги, например на исторический байопик «Возвращение в Панджруд», за который в 2013 году получил «Русский Букер», но всякий раз возвращался к периоду позднего СССР. «Должник», третья книга цикла, почти целиком посвящена войне в Афганистане. Волос уже обращался к ней в «Победителе», первом романе «Судных дней», вышедшем в 2008-м, когда самого названия «Судные дни» еще не существовало. Но на этот раз афганская кампания показана в другом ракурсе.

Главным персонажем «Победителя» был лейтенант Александр Плетнев, а кульминационным событием — штурм Дворца Амина, послуживший началом масштабного вторжения в Афганистан. Герой «Должника» — сержант Артем Ковригин, действие этого романа происходит несколько лет спустя, когда «ограниченный контингент советских войск» крепко увяз в афганских горах, а в Союз регулярно отправляли цинковые гробы. Волос описывает типичный случай той войны: мотострелковый батальон отправляется в якобы учебный, плохо подготовленный рейд и попадает в роковую ловушку.

«Должник» полифоничен: происходящее мы видим глазами не только Артема, но и целого ряда других персонажей. В центре внимания оказываются геройствующий командир, ставший жертвой собственного позерства, мирный афганец, которому на беду встретились обозленные бойцы-шурави, ненавидящий вторгшихся в его страну чужаков майор-моджахед, советский генерал, которого обвели вокруг пальца двойные агенты. Пожалуй, такой объемной картины, как у Волоса, в других романах об афганской кампании еще не было.

Если первые две книги тетралогии были исключительно реалистическими, то в «Должнике» Волос, в прежних романах которого не раз появлялись элементы фантастики, посвятил несколько глав воображаемому путешествию Артема в Герат. «Раненый, он даже не знал, что попал в плен. Несколько дней провел в бреду. Это был странный бред — он казался самой жизнью... Реальность и выдумки поменялись местами». «Выдумки» оформлены в виде притчи о загубленной душе, воплотившейся в образе больной телушки. Впрочем, эта вставная история выглядит не более фантастической, чем дальнейшие описанные в романе события, о которых во избежание спойлера следует умолчать.

Стоит заметить одну существенную деталь: в Украине «Должник» воспринимается как роман не только о давней, но и о чужой войне. Рискну предположить, что события последних лет в Донбассе в сознании наших соотечественников вытеснили афганскую войну в глубокий маргинес. И то сказать: количество жертв за три с лишним года вооруженного конфликта на востоке Украины превышает число украинцев, погибших за десять лет в Афганистане, уже более чем втрое.

******* — великолепно, шедевр

****** — отлично, сильно

***** — достаточно хорошо

**** — неплохо, приемлемо

*** — довольно посредственно

** — совсем слабо

* — бездарно, безобразно

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...


Загрузка...

Где взять машину за «копейки»? Спросите у волынских...

В Украине продолжается весенняя призывная кампания (продлится до 31 мая). В этой связи...

Дальше некуда

Такой экзотической подборки, как в нынешнем обзоре, у нас еще не было. Начнем с самого...

Альтернативна Історія Центрально-Східної Європи

Прочитал в газете «2000» от 30 марта с. г. интервью с поэтом Вано Крюгером «Читайте...

По обе стороны — несладко

Перелистав вместе с нами страницы региональных изданий, вы узнаете: как линия...

Не будем финансировать «опричников»!

Винница—Херсон—Тернополь...—Нью-Йорк — такой маршрут проложили «2000»,...

Ребусы и бонусы

В нынешнем обозрении собраны книги с преступлениями и тайнами, однако ни одну из них...

Загрузка...

Ирина Морозовская: «Книг у меня где-то десять тысяч»

Ирина Морозовская рассказала «2000», что в детстве родители обзывали ее...

Купим строчку за 5 тыс. грн. Как отличить газету от......

Наши читатели уже не раз обращали внимание редакции на то, что газете «2000» не...

Чевенгурщина

Читателям со стажем, которым в отличие от нынешего айфонного поколения знакомо еще...

По новому закону «Донбассом» может стать и Харьков

Не распространится ли «особый режим» на приграничные с Донецкой и Луганской...

Над политиками нависла детелевизация

11 января Национальный совет по вопросам телевидения и радиовещания, который выдает...

Андрей Блудов: «На меня, перешептываясь, выходили...

Андрей Блудов рассказал «2000», что с удовольствием проглатывает новинки на берегу...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто

Получить ссылку для клиента
Авторские колонки

Блоги

Маркетгид
Загрузка...
Ошибка