«Каннибализм» — прекрасный украинский бизнес

25 Мая 2007 0

Представители бизнеса, предприниматели-заемщики, промышленные предприятия и даже крупные компании знакомы с процедурой банкротства не по картине русского художника-передвижника В. Маковского («Крах банка», 1881 г.). Как бы ни старались украинские власти убедить свой народ и европейское сообщество в том, что капитализм, описанный Джеком Лондоном, канул в Лету, передел собственности продолжается. Весьма способствует этому нынешнее законодательство. В прессе нередко появляются материалы о проблеме, когда несовершенство закона позволяет недобросовестному кредитору обанкротить даже экономически активное предприятие.

Насколько состоятельно утверждение, что банкротство стало бизнесом для тех, кто предоставляет подобные услуги, и как можно использовать закон «О восстановлении платежеспособности должника или признании его банкротом» от 01.01.2000г. для зарабатывания денег? Кому это выгодно: судьям, чиновникам, арбитражным управляющим, местной власти, приносящим заказчику результат своей работы — желаемое предприятие? Кто выигрывает от перераспределения собственности? За ответом автор обратился к заведующему волынским областным отделом по вопросам банкротства Леониду С, представляющему интересы Минэкономики.

Кому от банкротства хорошо?

Участниками производства по делу о банкротстве выступают стороны (должник и кредитор), арбитражный управляющий, а в случаях, предусмотренных законом, и другие участники — органы государственной власти. Из вышеперечисленных профессиональную деятельность здесь осуществляют арбитражные управляющие, получая зарплату в размерах, утвержденных комитетом кредиторов, но не больше, чем среднемесячная зарплата руководителя должника. Предусмотрена возможность получения добавочного вознаграждения, устанавливаемого тем же комитетом и утверждаемого хозяйственным судом. Количество предприятий-должников, на которых арбитражный управляющий может выполнять свои полномочия, не ограничено. Такая работа, подчеркнул Леонид Середюк, абсолютно легальна.

Что касается посредников или ответственных лиц, принимающих в производстве дела ответственные решения, то, по понятным причинам, их заработок не афишируется. На период процедуры банкротства должник полностью устранен от контроля над предприятием. Если проводится санация (процедура по восстановлению платежеспособности должника) либо заключается мировое соглашение, то это происходит без участия должника, и его интересы, согласно законодательству, не учитываются.

В любом законе есть прорехи, и чем дольше в него не вносятся изменения, тем их больше. Подобной лазейкой касательно банкротства является создание «своего» кредитора. Сформированный комитет кредиторов получает возможность влиять на дальнейшую судьбу должника — например, принимать решение об обращении в хозяйственный суд с ходатайством о санации должника или признать должника банкротом, за чем следует его ликвидация. Создать такого кредитора нужно до момента подачи в хозсуд заявления о возбуждении дела о банкротстве. «Будущий» должник приобретает у «своего» предприятия (будущего кредитора) продукцию (ценные бумаги, услуги), за которые полностью или частично не рассчитывается.

После этой нехитрой процедуры подписывается взаимный акт сверки долгов для признания судом кредиторской задолженности. Если в денежном выражении она превышает задолженность других кредиторов, решение комитета кредиторов будет принято с учетом интересов самого крупного кредитора. Он может специально затягивать сроки судебной процедуры банкротства, оспаривая процессуальные документы, не являясь на судебные заседания и т. п.

По ходатайству комитета кредиторов или самого должника срок процедуры управления имуществом, составляющий обычно не более 6 месяцев, может быть продлен (что, как правило, и делается). За это время и без того ослабленная фирма теряет заказы, рынки сбыта, деловых партнеров и т. д.

Следствием такой работы, подводит итог «операции» Леонид Середюк, может быть то, что загнанное в угол еще недавно крепкое предприятие подается заказчику «на блюдечке с голубой каемочкой» и все делается по законам рынка, а если точнее — за счет прорех в нем.

Закон что дышло

Нынешний закон, который полностью на стороне кредитора, наносит невосполнимый ущерб предприятию и дискредитирует его собственников. При этом страдают интересы добросовестных кредиторов, которые заинтересованы в возврате своих средств. Для их защиты существуют залоговое право и исполнительное производство. Если кредиторы вместо получения денег возбуждают дело о банкротстве, то это явный признак желания выделить свою часть в натуре, выкупить самый «лакомый кусок» предприятия по выгодной цене. И в этом закон всячески помогает кредитору, обеспечивая ему право покупки имущества банкрота. Подобное занятие превратилось в отлаженный бизнес с четкими расценками, которые в десятки раз ниже реальной стоимости предприятия.

При такой норме «рентабельности» желающих внедриться в этот бизнес более чем достаточно. «Дырявые» законы государства, принятые с учетом интересов группки заинтересованных лиц, и специфика украинской судебной системы позволяют богатым и нечистым на руку компаниям, располагающим свободными финансовыми средствами и опытными юристами, вести охоту за всем, что представляет для них ценность.

Одна из главных проблем упомянутого закона, говорит Леонид Середюк, — это крайне упрощенная система возбуждения процедуры банкротства, не оставляющая практически никаких шансов должнику на урегулирование спорных платежей. Платеж на сумму 1500 долл. США (300 минимальных окладов), просроченный более чем на три месяца, дает право кредитору смело подавать заявление в суд о признании должника банкротом. Суд, не принимая никаких объяснений, назначает конкурсное производство. За ним стоит ликвидационная комиссия, приступающая к распродаже имущества и недвижимости предприятия. При этом роль арбитражного суда сведена к нулю. Он превращается лишь в формального фиксатора факта банкротства, придаток технического механизма, изобретенный для оправдания и придания видимости законности при распродаже имущества должников.

Отличным примером «банкротства по-украински» может служить судьба Луцкого шелкового комбината «Волтекс». Вернее, того, что осталось от него: разоренные и разворованные цеха с затопленными подвальными помещениями, выбитые окна, заросшая сорняками территория. И это предприятие, где в прошлом насчитывалось шесть тысяч рабочих, являвшееся еще полтора десятка лет назад гордостью области. Доля государственной собственности составляет 26%. Такая цифра означает, что инициатором банкротства и санации выступает государство.

24 апреля 2003 г. постановлением хозяйственного суда была введена процедура санации, но план по ней не был выполнен. Между предприятием-должником и кредитором, в качестве которого выступила государственная налоговая администрация области, было заключено мировое соглашение с перечнем условий. В 2005 г. оно было расторгнуто решением суда с последующим возбуждением дела о банкротстве и введением внешнего управления.

На данный момент, по свидетельству Леонида Середюка, ОАО «Волтекс» обжаловало решение суда, и дело опять временно приостановлено, что в судебной практике банкротства бывает очень редко. Задолженность по зарплате составляет лишь 178 тыс. грн. Хозяйственные же активы исчисляются десятками миллионов гривен.

Предприятие совсем не осуществляет производственной деятельности. Есть охрана, внешний управляющий, а так фабрика совершенно заброшена. Из тех предприятий, отметил Леонид Середюк, которые находятся у нас в процессе банкротства, 99,9% — такие, которые будут ликвидированы: на момент возбуждения дела они находятся в таком состоянии, что об их возвращении к жизни не может быть и речи.

Карточный домик украинского бизнеса

После таких «откровений» государственного чиновника напрашивается банальный вопрос: а нельзя ли, дабы избежать «перераспределения» собственности, просто вовремя платить по счетам? Оказывается — нет. Даже идеальное соблюдение платежной дисциплины не убережет от неприятностей. Прибыль от сделок с предприятиями-банкротами настолько велика, что в ход идут все мыслимые и немыслимые экономические инструменты. И это не вызывает удивления у тех, кто даже слабо знаком с украинской судебной практикой.

Большую роль в этом играет фактор, что закон о банкротстве не оставляет должнику ни малейшего права на защиту, несмотря на то что основной принцип судебного разбирательства — равноправие сторон.

Механизм банкротства существует в любой рыночной экономике и стоит на страже выполнения финансовых обязательств должника, давая возможность переливания свободного капитала в наиболее перспективные направления развития экономики. Но в Украине эти рычаги направлены совсем в противоположную сторону. Развивающийся бизнес, опасаясь поглощения «акулами» экономики, избегает привлечения кредитов неаффилированных финансовых организаций, так как знает, чем это пахнет. При этом тормозится вложение финансовых средств в экономику, хромает динамика экономического развития. Это не всем видимая сторона бизнеса на банкротстве, ее «подводная часть». А то, что предприятие обретает такой вид, когда на нем уже можно снимать триллеры, — «надводная».

Сегодня ни в правительстве, ни в Верховной Раде не идет речь о том, возможны ли изменения в закон о банкротстве образца 2000 г., направленные, в частности, хотя бы на повышение порога разорения для компаний-должников и на усложнение процесса «каннибализма» в экономике. Например, во многих странах Евросоюза вместо принципа неплатежеспособности существует принцип неоплатности, при котором признаются банкротами юридические лица, долги которых превышают балансовую стоимость предприятия. В мире также введено ограничение прав арбитражных управляющих: им запрещено продавать предприятия по частям, а компания-должник пользуется правом назначать внешних управляющих при условии, что они берут на себя ее долги.

По утверждению тех, кто пришел в капиталистическую украинскую экономику (оставим ее качество за скобками), нет сомнений, что механизм банкротства в Украине, накопив административный ресурс и богатую юридическую практику принятия нужных решений, работает на крупный капитал. Закон ведет к концентрации бизнеса в руках нескольких десятков больших финансовых группировок, усиливает монополизацию и уничтожает мелкий и средний бизнес. Кто сегодня может оценить эту угрозу для экономики государства, сказать трудно. А тем временем обанкротившиеся предприятия приобретаются «своими» по цене в десятки раз ниже их действительной стоимости путем простого договора купли-продажи и совсем редко — на аукционах. Об этом Леонид Середюк умолчал.

Все гениальное — просто. При совершенствовании методов корпоративного управления активно прогрессируют и далеко опережают их методы и формы банкротства. Еще не так давно такая процедура знаменовала собой начало длительного процесса расхищения имущества предприятия — благодаря таланту и возможностям зачастую одного арбитражного управляющего, активно трудящегося в интересах отдельной группы кредиторов. Но творческая мысль не стоит на месте, тем более когда в затылок дышат правоохранительные органы и СБУ, которые без особой радости смотрят на гениальные выдумки некоторых арбитражных управляющих. Сейчас в коридорах власти лоббисты подобных законов поговаривают о системе «забрать все сразу». И правильно. Зачем доводить предприятие до клинической смерти?

Есть ли возможности спасти фирму от санации? Чьи права нужно ограничить при банкротстве? Не похоже ли, что этот механизм в Украине превратился в противоположность дисциплине выполнения финансовых обязательств? Что нужно сделать: максимально удалить от процедуры банкротства государство как обычного кредитора или максимально внедрить его же в процедуру?

Если оба решения гибельны для нашей экономики, то какой третий вариант? Ведь государство при доле своей собственности свыше 25% является инициатором банкротства, выступая при этом и как заинтересованная сторона, и контролер, да еще и собственник. О бизнесе ему заботиться некогда.

Справка «2000». Закон «О банкротстве» вступил в силу с 1 июля 1992 г. В 1999 г. ему изменили название: «О восстановлении платежеспособности должника или признании его банкротом». Новая редакция закона стала действовать с 1 января 2000 г. Первые дела о банкротстве на Волыни были возбуждены в 1994 г. За период 1994—2002 гг. в регионе было возбуждено 517 дел. Передел собственности продолжается. На данное время на рассмотрении хозсуда области находится 120 дел, в месяц суд возбуждает до 10 дел. Первая часть заголовка новой редакции закона («О восстановлении платежеспособности должника»), по утверждению государственного чиновника, выполняется на 0,01%.

Комментарий специалиста

Описанные выше незаконные преднамеренные процедуры банкротства предприятий не являются нормой для условий развитого капитализма, и в подавляющем большинстве развитых стран мира, как и в Украине, преднамеренное обанкрочивание предприятия уголовно наказуемо. Наш законодатель при принятии очередного закона или кодекса, естественно, обязан придерживаться принципа неприкосновенности собственности, который закреплен в Конституции. Гарантией недопустимости доведения предприятия до банкротства является ст. 219 Уголовного кодекса. К сожалению, у правоохранительных органов практика привлечения к уголовной ответственности за умышленное доведение до банкротства из корыстных побуждений чрезвычайно невелика. А вот вопрос, почему на такое прямое нарушение права собственности они смотрят сквозь пальцы, — весьма непрозрачен. Мы можем только догадываться, что мероприятия по умышленному обанкрочиванию осуществляются, вероятнее всего, с ведома и под прикрытием этих органов в интересах «сильных мира сего».

Своя вакцина роднее

39% киевлян априори доверяют вакцине против COVID-19, которая будет когда-либо...

Движение с перегрузом

Занявшись восстановлением дорог, в т. ч. за счет средств из фонда борьбы с...

Заработок по версии официальной статистики

Эффективным методом повышения уровня доходов украинцев было бы снижение тарифов на...

Чтобы не повторилось зверство человеческое, имя...

Последние социологические опросы показали,  что более 30%  европейцев и более 50%...

Жизнь на работе

Пандемия и последующий карантин засветили слабые места всех без исключения бизнесов....

Відкладений у часі смертний вирок

Про перипетії героїчного змагання з коронавірусом сьогодні не говорить тільки...

Призрак сотрудника

Украинцам понравилось работать дома: в стране значительно вырос спрос на удаленный...

Все в сад!

Стали известны наиболее прибыльные ниши для интернет-бизнеса во время карантина

Супермаркет – безотходное производство

Рыба – источник полноценного белка с огромным количеством незаменимых аминокислот....

Титановый человек

Старшее поколение прекрасно помнит, какого вкуса и цвета было сгущенное молоко. Оно...

Эволюция государственности

От золота Полуботка – до личного металлоискателя

Игра с судьбой страны

Деградация государственных институтов Украины очень хорошо видна на примере органов...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто
Авторские колонки

Блоги

Ошибка