Главный редактор «Интера» Антон Никитин: «История Великой Отечественной — это моя история»

№18—19 (864) 11—17 мая 2018 г. 09 Мая 2018 5

Четвертый год накануне 9 Мая миллионы украинцев замирают в тревожном ожидании: отменят — не отменят? Четвертый год дамоклов меч декоммунизации висит над еще совсем недавно главным и любимым праздником страны. Четвертый год нам пытаются навязать новую символику, новых героев и новую историческую память, следуя инструкции, авторство которой часто приписывают Йозефу Геббельсу: «Отнимите у народа историю, и через поколение он превратится в толпу. Еще через поколение — в управляемое стадо». Кому бы ни принадлежали эти слова, сказано очень точно.

В расправе над Днем Победы активно участвует целый легион украинских электронных и печатных СМИ. Линию защиты праздника

по-прежнему возглавляет телеканал «Интер». Сегодня это единственный крупный общенациональный телеканал, который не боится заявлять во всеуслышание: «Победа была и остается. Наша. Великая. Одна на всех».

Для подавляющего числа жителей нашей страны, а особенно для ветеранов Великой Отечественной, «Интер» без преувеличения остается спасительной кнопкой и верным другом, с которым хочется разделить святой для нескольких поколений праздник.

Надо сказать, что посвященные Великой Отечественной войне и ее героям телепроекты «Интера» всегда были не просто телевизионным контентом, а проявлением определенной гражданской позиции, данью уважения к людям, которым мы обязаны возможностью жить под мирным небом. Сегодня, когда День Победы приходится защищать, эта позиция интеровцев особенно отчетлива и крепка, о чем свидетельствуют проекты телеканала, посвященные людям Победы.

С каждым годом таких проектов становится больше, многие из них выходят за рамки того, чем должно заниматься телевидение. Впрочем, добрые дела невозможно загнать в рамки, если они идут от души, — считает главный редактор «Интера» Антон Никитин. Мы встретились с ним накануне Дня Победы, чтобы поговорить о великом празднике, об исторической памяти и о профессиональном долге.

На фото Антон Никитин

«Мы все — участники войны...»

— Для моей семьи Великая Отечественная — очень значимая страница истории. Мой отец, Владимир Павлович Никитин, вырос без отца — дед не вернулся с фронта. Полковник Красной армии Павел Михайлович Никитин в 1941 г. оборонял Киев, был начальником разведотдела штаба 27-го стрелкового корпуса. Он не вышел из киевского котла, попал в плен и погиб 17 августа 1944-го в лагере уничтожения СС Флоссенбург. Наша семья узнала, как сложилась судьба деда после того, как он попал в плен, только в начале двухтысячных. С 1941-го он считался пропавшим без вести. В 2002-м мы впервые поехали на место массового захоронения останков узников этого концлагеря — это общая могила тех, кто был сожжен в печах крематория.

Поэтому история Великой Отечественной — это моя история, для меня и моих близких она носит персональный характер, как и для многих, в чьих семьях были советские солдаты. Когда-то мой отец написал такие строки: «Мы все — участники войны. Все, все, кто помнит День Победы. Кто собирал по пайкам беды с дорог, со всей ее длины». Поэтому та война и Великая Победа — это наша общая история.

— Вам принадлежит идея проекта «Люди Победы» — уникальной книги-фотоальбома, которую по праву можно назвать документом эпохи. Что подтолкнуло к мысли о необходимости делать сегодня такой проект?

— Мысль пришла, когда я летел в самолете и читал журнал Esquire. Меня заинтересовала публикация, которая называлась «100-летние» и рассказывала о долгожителях. В ней не было какого-то особого, глубокого содержания. Были только красивые фактурные фотографии пожилых людей и их ответы на одни и те же вопросы. Рассматривая фотографии, я подумал о наших стариках, и появилось желание издать фотоальбом с черно-белыми портретами ветеранов Великой Отечественной войны, который отражал бы нашу историю и рассказал о судьбах фронтовиков.

Назвали проект «Люди Победы» — так же, как и рубрику, посвященную ветеранам — нашим современникам, в программе «Утро с «Интером». 27 января 2015 г., к 70-летию освобождения Освенцима, вышел в эфир первый сюжет об Анастасии Гулей — женщине, которая была узницей этого концлагеря. С тех пор зрители увидели более ста сюжетов о ветеранах — героях Великой Отечественной войны.

Параллельно со съемками мы делали фотопортреты ветеранов. И когда накопился достаточный архив, издали первый том книги «Люди Победы», он вышел ко дню освобождения Украины — в октябре 2015-го. И вот сейчас мы с вами держим в руках третий том, который получил название «Люди Победы. Наш полк».

— Когда издавали первый том, уже понимали, что будет второй и третий?

— Конечно, этого мы не могли знать, но этот проект оказался настолько востребованным, был настолько благодарно воспринят и ветеранами, и просто читателями, что нас сразу же стали спрашивать, когда будет второй том. Люди не ставили под сомнение необходимость продолжить проект. Так, в прошлом году к празднику 9 Мая мы издали второй том «Люди Победы. Будем жить!» и сразу же начали работу над третьим.

— Личная позиция, о которой вы говорите, чувствуется во всех ваших проектах, посвященных Великой Отечественной. Учитывая, что ваша команда в большинстве своем молодые люди, это делает вам честь. Где находите таких правильных ребят?

— Все, кто трудится над нашими проектами — книгой «Люди Победы», памятником, установленным в киевском парке «Победа» в 2016 г., над документальными фильмами и праздничными концертами, посвященными 9 Мая, — все это люди, которые знают, что есть безусловная истина, а что — фальшь. Им не нужно объяснять, что те, кому мы посвящаем свои проекты, — настоящие герои, победившие фашизм, освободившие нашу землю и ценой невероятных усилий отстроившие страну. Это те факты, которые лежат в основе нашей жизни. Мы сегодня живем, потому что они выиграли войну, все остальное — мишура, это неважно.

Минных дел часовщик

— Знаю, что в первой книге «Люди Победы» вы рассказали о судьбах ста фронтовиков, живущих в Киеве и Киевской области. Работая над вторым томом, объездили практически всю Украину. Кто же герои третьего тома — «Люди Победы. Наш полк»?

— Это еще сто судеб ветеранов, наших земляков. В книге есть фронтовики, живущие на Донбассе. Одного из них для нас отсняли в Донецке, еще нескольких — в Ровеньках, на земле, политой кровью молодогвардейцев. У этого проекта есть своя специфика — героям за девяносто. И для того чтобы написать о каждом из них, недостаточно просто взять интервью. Часто приходится восстанавливать их истории по крупицам — по рассказам родных, мемуарам, письмам, наградным листам, архивным документам, по электронным базам данных. Это весьма кропотливый труд. Кроме того, очень многие вещи нужно тщательно проверять, уточнять, чтобы не допустить исторических неточностей.

— В фотоальбоме собраны удивительные, очень яркие судьбы. Читая некоторые истории, просто диву даешься, как людям удалось такое пережить. Многие буквально с того света вернулись, в рубашке родились. А вас какая история особенно впечатлила?

— Трудно сказать, потому что каждую историю пропускаешь через себя, и она в тебе остается. Это та уникальная историческая правда, которую можно получить только от очевидцев событий.

Вот история Ильи Ильича Сизонца. Партизанский отряд, в котором он воевал, освободил евреев из Барановичского гетто в Белоруссии. Там были люди разных специальностей, и часть из них осталась в партизанском отряде. Среди них был часовщик, который помогал партизанам делать часовые механизмы для подрыва железнодорожных путей. На счету разведывательно-диверсионного отряда Сизонца 25 пущенных под откос вражеских эшелонов и один бронепоезд. На Илью Ильича за время войны домой пришло две похоронки. Когда он вернулся домой, мать его сразу не узнала.

Авиамеханик Владимир Капитонов рассказывал, что самое страшное для него на войне было слушать по радиосвязи (все самолеты и командный пункт были настроены на одну волну) переговоры пилотов в воздушном бою. Многие летчики, идя на таран или понимая, что их сбили, говорили одни и те же слова: «Прощай, Родина, и мама, прощай». Он слышал эти слова много раз. И вспоминая об этом, до сих пор не может сдержать слез...

Есть уникальные герои — командир истребительно-диверсионного отряда 56-й армии Алексей Смирнов. Все офицерские звания он получал досрочно за успешные операции в тылу врага. Майором он стал в 22 года. На Северокавказском фронте о нем ходили легенды, о подвигах его отряда передавали в сводке Совинформбюро в 1942 г. Для выполнения особо важного задания отряд Смирнова пробрался на 40 км в тыл противника, штурмом взял базу по корректировке авиационного огня под Туапсе.

В отряде его называли Лесной волк и Человек-легенда. Он очень бережно относился к своим бойцам, всегда старался вывести группу с задания без потерь. В 1943-м был ранен, потерял ногу. После этого он занимался подбором кадров для фронта. Удивительный человек!

Отрезок памяти длиною в жизнь

— Удивительно и то, что вы рассказываете о ветеранах как о близких людях. Что лично вам дало общение с героями вашего проекта, чему научило?

— Наши ребята, которые общаются с ветеранами, говорят, что многому у них научились. И в себе я тоже почувствовал перемены. Мы все, кто работает над этой книгой, меняемся. Потому что в каждом из нас остается частица того, чему сложно подобрать точное определение. Возможно, это генетическая память. Получается, в нас живет ген Победы. Мы через себя пропускаем все эти истории. И смотрим на мир не только своими глазами, но и глазами наших героев, понимая, какая жизнь досталась нам и какая выпала на их долю.

Война, которая закончилась 73 года назад, до сих пор самый главный отрезок их жизни. У некоторых он был коротким — их призвали в армию с уже освобожденной территории Украины, Белоруссии, и они воевали 1,5—2 года. Кто-то был призван в 1945-м. Но этот промежуток времени намертво отпечатался в них и определяет их сущность. Настолько сильным было эмоциональное потрясение, оставленное войной. То, что довелось пережить узникам концлагерей — Освенцима, Равенсбрюка, Бухенвальда, Дахау, невозможно осознать современному человеку!

Как понять, что чувствовала узница Освенцима Александра Грушко, когда ей поручили ухаживать за детьми, которых отлучали от матерей? И когда она видела, как гитлеровцы сотнями уводили людей в газовые камеры? Я смотрю сегодня на нее — это женщина с особой внутренней жизненной выдержкой. Как она тогда не сошла с ума, как выдержала все это?! Вот почему, соприкасаясь с их судьбами, мы становимся другими. И мне хочется, чтобы как можно больше людей общались с ветеранами, пока такая возможность еще есть.

— Как думаете, насколько живуч в нас ген Победы? Летит время, стирается память, ветераны уходят, и уже поговаривают, что в скором будущем их заменят ветераны АТО. Но это уже другая война и другая история.

— Понимаете, гены ведь не с памятью передаются. Ген Победы — это фигура речи. Суть в восприятии себя как части единого целого с общностью людей, которая сформировалась в результате победы в Великой Отечественной войне, когда люди не делили себя по странам, национальностям, материальному достатку, уровню образования. Все они были победителями. Возможно, я идеализирую. Но для этого есть почва. В нас существует внутренняя потребность беречь это достояние и гордиться им. Наше достояние — это люди Победы, которые подарили нам жизнь, потому что насмерть стояли за свою Родину, имея при этом самые разные жизненные истории.

Дети врагов народа воевали за Родину. Дети репрессированных, не раздумывая, шли в военкомат. Родственники расстрелянных священнослужителей шли воевать. Это о чем-то говорит? А мы почему-то сегодня по чашам весов пытаемся их судьбы раскладывать и рассказывать, кто был прав, кто виноват. Вы у живых ветеранов спросите, как они относятся к тому, что сегодня творится! Не делайте вид, что их не существует, не стройте домыслы, не спекулируйте на том, о чем представления не имеете.

А что касается памяти... Великая Отечественная была для народа столь сильным потрясением — и по эмоциональному накалу, и по количеству жертв, и по географическому размаху, что память о ней не сотрется. Это история навсегда в нашей крови, и никуда от нее не деться.

Историю выложил внук

— Другой проект «Интера» — «Наш полк» — стартовал четыре года назад. Это своеобразный интернет-альбом, в котором каждый желающий может поместить фото и фронтовую биографию родственника-ветерана. Сколько страниц уже заполнено в этом альбоме?

— Нами уже собрано более 30 тысяч историй. А начиналось все с эфира. Вообще у нас часто случается так, что отдельные истории выходят за рамки телевидения. В 2014 г., готовясь к телемарафону, мы предложили людям присылать фотографии и рассказывать о судьбах фронтовиков на сайте polk.inter.ua, чтобы о самых интересных из них мы могли рассказать в эфире. Люди сразу откликнулись и стали присылать одну историю за другой. И вскоре все это превратилось в настоящий народный архив.

Сегодня сайт «Наш полк» стал уже поисковым ресурсом, с помощью которого люди находят своих родных. Меня, например, нашла родственница из Красноярска — Наталья Кузьменко, о существовании которой я не подозревал. Она знала, что у нее был родственник Никитин Павел Михайлович, который ушел на войну в 1941 г., и разыскивала сведения о нем на разных интернет-ресурсах. А потом зашла на наш сайт polk.inter.ua и нашла там информацию о полковнике Никитине с подписью: «Историю выложил внук». Наталья сразу же написала письмо на «Интер» с просьбой помочь найти этого внука. Письмо попало в программу «Жди меня. Украина», на которой мы с ней и встретились.

— Несколько лет назад телеканал взял на себя еще одну благородную миссию — восстановление обелисков и мемориалов павшим воинам. Нет ощущения, что это сизифов труд в стране, где принято воевать с памятниками?

— Есть ощущение, что мы делаем нужное дело. Да, в стране существует вандализм, не преследуемый органами власти, несмотря на то что нарушается законодательство Украины. Существуют двойные стандарты в применении закона, что свидетельствует об отсутствии правового государства, поскольку ответственность у нас является избирательной. Бездействуют правоохранительные органы, хотя у них на глазах происходит правонарушение. Когда у нас безнаказанно разрушают то, что для многих людей свято, делая это с особым цинизмом, оскорбляя ветеранов, — возникает очень мерзкое чувство. Я не понимаю, как ребята, надевшие форму полиции, могут спокойно за этими подонками наблюдать, по сути становясь соучастниками варварства.

Мы против того, чтобы разрушали нашу историю. Поэтому четыре года назад, к 70-летию Победы, «Интер» инициировал всеукраинскую акцию «Никто не забыт», цель которой — восстановление разрушенных мемориалов воинам Великой Отечественной. Первым мы восстановили заброшенный памятник в Чернобыльской зоне. Там была небольшая стела, вокруг которой царило запустение. Мы отреставрировали ее, проложили дорожку, поэтапно снимая видеоролик, чтобы можно было увидеть, как монумент преображался. С этого все и началось.

— Кто вам помогает в сборе информации о разрушенных монументах? Насколько я понимаю, без помощи на местах в таком деле не обойтись.

— На сайт «Наш полк» люди присылают информацию о памятниках, которые требуют восстановления. На странице pamyatniki.polk. inter.ua есть интерактивная карта, где можно найти месторасположение монументов героям Великой Отечественной войны и сведения об их состоянии. Сейчас на карту нанесено около 500 памятников. Люди активно нам помогают, шлют письма. И мы видим, что тех, кто хочет сохранить память, гораздо больше, чем тех, кто пытается ее уничтожить.

— Местные власти оказывают помощь? Финансовую, например. Ведь реставрация памятников — затратное дело.

— Финансовую — практически нет. Некоторые помогают стройматериалами, многие выходят на уборку и благоустройство территории. На днях мы открыли памятник в Ровенской обл. на месте расстрела мирных жителей, где написано: «На этом месте похоронены 1500 мирных жителей, расстрелянных немецко-фашистскими оккупантами и их пособниками в 1943 году». Мы восстановили этот мемориал, а местные жители облагородили территорию вокруг него.

За четыре года силами «Интера» было отреставрировано 28 памятников в разных регионах Украины. Инициаторами их восстановления всегда были местная власть и местные жители.

Многие сами ремонтируют мемориалы. В Киевской обл., например, в селе Лебедивка есть памятник Никифору Шолуденко, который первым вошел на танке в Киев и погиб на Крещатике от шальной пули. Памятник там находится в прекрасном состоянии, местный совет ухаживает и за ним, и за братскими могилами.

Улицы настоящих героев

— Значит, все-таки основная масса наших земляков адекватно воспринимает историю? И видят разницу между Великой Отечественной и Второй мировой?

— Мы же понимаем, что это искусственно навязанный разрыв. Для всех, кто изучает историю по архивам и свидетельствам очевидцев, эта война навсегда Великая Отечественная, как бы кто ее ни называл. Да, была Вторая мировая — большое геополитическое противостояние. Но в рамках этой глобальной войны была война народа, благодаря которому произошел перелом во всей Второй мировой и был побежден фашизм. А попытки сказать, что мы участвовали в этой войне не в качестве единого государства — СССР, а по национальному признаку, выглядят нелепо.

Войны ведут государства. А названия им дают люди. Великой Отечественной эту войну называли фронтовики — те, кто остался на полях сражений, и те, кто дожил до наших дней. И этого достаточно. Точка.

— Еще один ваш проект называется «Улицы героев». Герои, как мы понимаем, у нас теперь разные. У одних — Щорс и Ковпак, у других — Бандера и Шухевич. Нет больше в Киеве улиц Марины Расковой, маршала Тухачевского, нет Красноармейской и Краснозвездного проспекта... Какую цель преследует ваш проект?

— Понятно, что силами телеканала невозможно остановить этот процесс, да это и не является функцией телевидения. Но мы хотим заставить людей думать. Проект «Улицы героев» мы начали в 2016-м, когда пошел девятый вал переименований. Обратились к зрителям и попросили присылать нам рассказы об улицах в их городах, названных в честь героев Великой Отечественной войны. Люди должны знать имена настоящих героев и рассказывать своим детям о подвигах, которые они совершили. Сейчас на интерактивной карте проекта нанесены 492 названия таких улиц. И этих историй становится больше. Память, которая живет в головах людей, намного важнее, чем временная табличка на стене дома.

— C каждым годом программа «Интера», посвященная 9 Мая, становится ярче и разнообразнее. Большой праздничный концерт, на съемке которого мне повезло побывать, — это не просто песни военных лет, а масштабное музыкально-драматическое полотно, в котором задействованы всевозможные современные музыкальные и визуальные средства. Но главное — в него вложена душа...

— Это и концертом назвать сложно, поскольку это отдельный жанр. Идея создать такой продукт принадлежит руководителю Интер Медиа Груп Анне Безлюдной. «Победа. Одна на всех» — это своеобразный телевизионный памятник тому времени и людям, которые выстояли, дань уважения поколению победителей и маяк, ориентир для их потомков — всех, кто не предал фронтовиков, кому дорога наша история.

В одном строю с победителями

— Скажите честно, вне ваших проектов вы поддерживаете отношения с ветеранами?

— Конечно. Созваниваемся, общаемся. Поздравляем с разными праздниками, к некоторым лично ездим, навещаем. Как-то поздравили одного ветерана со столетним юбилеем. А перед 101-м днем рождения он спрашивает у родных: «А «Интер» приедет меня поздравлять?» Конечно, мы приехали, с цветами, праздничным тортом. 95-летие Героя Советского Союза Ивана Ивановича Селифонова, который стал прототипом памятника «Люди Победы», вместе с ним отпраздновали. Мы знаем, что перед 9 Мая наши ветераны особенно нас ждут. Ребята наши с телеканала обычно покупают конфеты, коньяк и едут их поздравлять. А к одной из наших героинь, Вере Кононовне Плехановой, участнице Корсунь-Шевченковской битвы, которая сейчас переехала к сыну в Калугу, я этой зимой ездил в гости со своей семьей. Привезли ей украинского хлеба. Поговорили обо всем. Это были счастливые минуты.

— Собираетесь ли вы продолжать проект «Люди Победы»? Будет четвертая книга?

— В это всегда хочется верить. Мы продолжаем сбор информации о ветеранах. Но это непростой проект, и не все в нем зависит от нашей работоспособности и желания.

За время подготовки третьего альбома «Люди Победы» ушли из жизни три его участника. Один умер через неделю после фотосъемки, два других — чуть позже. За время, прошедшее с момента выхода первой книги, не стало 48 героев проекта «Люди Победы». Самому старшему ветерану третьей книги-фотоальбома 104 года. Есть те, кому уже исполнилось сто лет.

— У вас нет ощущения, что вы бежите за ускользающим поездом?

— У Ремарка есть фраза: «Ничто на свете не бывает слишком поздно». Мы начали тогда, когда смогли это сделать. А то, что кто-то не сделал этого до нас, имея такую возможность, — значит, на то есть причины. Не все, кто имеет возможность, действуют. Для кого-то перестало быть очевидным, что нужно сохранять историю, память. Ориентиры жизненные сместились. Наше общество пережило большие потрясения.

Я часто вспоминаю слова Патриарха Алексия II — в начале 90-х он говорил о том, какое трудное испытание нам предстоит. О том, что духовность у общества отняли в советское время, а в новое время отняли мораль, присущую советскому обществу. Взамен предложили совершенно иные правила жизни, бросив общество без устойчивых моральных ориентиров в стихийный капитализм. С этим не все справились, не все сохранили себя. Многие надломились, утратили те абсолютно бесценные вещи, на которые стоило опираться, которыми следовало гордиться. В первую очередь это сознание того, что мы потомки победителей, их наследники. Это мы выиграли войну, покорили космос, побеждали в спорте, строили самолеты на заводе Антонова, выпускали мощные двигатели — это все делали мы. К сожалению, есть те, кто от всего этого сегодня отрекся.

Не случайно свою третью книгу мы назвали «Люди Победы. Наш полк». Так вышло, что сегодня, когда ветеранам уже за 90, им снова приходится воевать. И мы обязаны быть рядом с ними, в одном строю. Чтобы вместе сражаться за нашу память и за право уважительного отношения к той жизни, за которую погибали наши деды и прадеды.

Могу однозначно сказать только одно: нужно идти вперед. И это нас с ветеранами объединяет — идти вперед и делать свое дело.

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...


Загрузка...

Там, где стреляют, строить никто не хочет

В конце 2017 г. ВР изменила статус Государственной специальной службы транспорта (ГССТ),...

«День сурка» под открытым небом

Старые автобусные остановки в селах Шаргородского, Томашпольского, Тростянецкого...

Чиновникам построили «улей»

Автоматизация административных услуг и процессов в Украине вышла на новую стадию....

Четверть страны — против реформ

67% населения оценивает реформы по тому, что о них говорят из телевизора

Новые киевляне: от иглы до медузы

Пока пресная вода — не стратегический продукт

Загрузка...

Отомсти коррупционерам – подними тарифы!

В прошлом году субсидии и дотации госпредприятиям сожрали 5% ВВП

Соотечественниками играют в шашки

За гастарбайтеров из Молдовы, Таджикистана, Киргизии президенты этих стран просили...

Амбре розовых ромашек

В Украине появился очень интересный инструмент — интерактивная карта загрязнения...

А был ли Суркис на остановке?

«Григорий Суркис агитирует в Москве за мир с агрессором и союз с Россией» —...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто

Получить ссылку для клиента
Авторские колонки

Блоги

Маркетгид
Загрузка...
Ошибка