От «злуки» до разлуки

25 Января 2019 4.8

резиденция УНР в Киеве

22 января по всей нашей стране отшумели-отгремели пафосные торжества по случаю юбилея украинской соборности: в этот день 100 лет назад на Софийской площади был обнародован
«Акт Злуки» (объединения) Украинской Народной Республики (Надднепрянской, или «Великой Украины») и Западно-Украинской Народной Республики (Западной Украины) в единое национальное государство (в оригинале – «в одноцільну суверенну народню республіку»).

Это последний и в то же время самый главный из серии отмечавшихся друг за другом 100-летних юбилеев, связанных с утверждением украинской государственности в 1917—1919 гг. (возникновение Центральной Рады как предпарламента Украины; провозглашение вождями ЦР Украинской Народной Республики и ее независимости от остальной России; бой под Крутами; провозглашение Западно-Украинской Народной Республики).

Разумеется, 5 мая 2020 г. отметят и 100-летие взятия Киева объединенными силами поляков и украинских самостийников. Однако грядущее празднество вряд ли будет столь же пафосным. Ибо придется поневоле вспомнить, что воинство Пилсудского и Петлюры продержалось в «матери городов русских» только полтора месяца: 20 июня их выбили оттуда «красные» — на сей раз навсегда.

О чем молчат «народные витии»

22.01.2019 г. на Софийской площади в Киеве гремели бравурные речи. Нынешние наши «можновладці» любят и умеют говорить красиво, со слезою в голосе, с надрывом. В чем с ними нельзя не согласиться, так это в том, что «Акт Злуки» действительно явился вершинным достижением, апогеем «визвольних змагань» идейно-политических предтеч современных «батьків нації».

При этом, как водится, внимание «биомасс» акцентируют на глянцевой, парадной стороне события – присутствии в тот день на Софийской площади многолюдной массовки, на торжественном марше «чорних запорожців» и галицийских «січових стрільців» перед памятником Богдану Хмельницкому и т.п.

Зато одиозные, однако вполне реальные моменты предыстории и последствия пресловутого «Акта…» de fakto игнорируют. «Забывают», например, сказать о том, что «50-тысячная крестьянская армия головного атамана Петлюры вступила в Киев под красными знаменами», на которых красовались чисто большевистские лозунги «За владу Рад!», «За радянську владу!» и т.п.

Почему-то молчат и о том, что спустя неделю после обнародования «злуки» Директория (правительство объединенной УНР) отважно драпанула в Винницу, тогда как Красная Армия вошла в Киев только 5 февраля. Т.е. целую неделю столица прожила при полнейшем безвластии!

Если и вспоминают, то весьма неохотно еще и о том, что «20 декабря 1919 года уполномоченный диктатор Евген Петрушевич созвал в Вене заседание правительства ЗУНР, на котором приняли решение в одностороннем порядке денонсировать Акт Злуки»…

Не любят у нас цитировать и мемуары первого председателя первой Директории Владимира Винниченко, который, среди прочего, оставил весьма смачное описание «подій 22.01.1919 на Софійському майдані». Между тем свидетельство непосредственного организатора этих «подій» поистине дорогого стоит.

«Среди киевского населения, особенно украинцев, действительно наблюдался подъем и радость, и можно допустить, что оно искренне хотело выразить радостные чувства перед «освободителями», — утверждает Владимир Кириллович. — Однако ни население Киева, ни украинское общество не видели и не знали того, что видел и знал я.

Они, например, восторгались нашими республиканскими войсками, для них это были герои, спасшие Украину от гибели. Я же знал, что эти войска через месяц будут гнать нас из Украины, что большая часть этих войск состоит из таких элементов, которые не удовлетворятся одними парадами и славословиями, которые захотят не только национальной, но и социальной победы. Сверх того, я знал, что творится по всей стране. Я знал, что там происходит не парад, а жестокая борьба. Я знал, что если мы решительно и радикально не изменим своей реальной политики, то будем побиты в этой борьбе».

И далее: «Звонили в колокола, блестели ризы, маячили иконы и хоругви. Я действительно не принимал в этом участия, но что же из того? «Казаки», которые мерзли с самого утра, как на царских парадах, понуро глядели на это старое, знакомое им явление и знали, что это Директория так празднует свою победу, — «революционная», «демократическая», «социалистическая», чуть-чуть не «большевистская» Директория, «верховная власть».

После этого недели две продолжались чествования «национальных героев» (конечно, единственным настоящим «национальным героем» был Петлюра, остальных же называли так из вежливости). Недели две устраивались обеды, вечера, банкеты, говорилось множество речей, комплиментов и себе, и соседям, выпускалось в воздух множество «революционных» слов, угроз, обещаний. «Национальные герои» нежились и жмурились, как в теплой ванне».

Ничего, кстати, не напоминает из времен куда более поздних?..

Ничего не знают нынешние «национал-патриоты», идейные наследники «визвольних змагань» и о такой деликатной материи, как источник финансового благополучия Директории и ее высших чинов. А зря. Оказывается, при Скоропадском был накоплен зерновой фонд для вывоза в Германию – 60 млн. пудов хлеба. Кроме того, Директория приказала населению обменять деньги царского времени, имевшие ценность в глазах заграничных банкиров, на гривни и карбованцы. Затем царские банкноты были обменяны на иностранную валюту. Ко всему прочему Директория конфисковала в ювелирных магазинах все драгоценные камни. Все эти громадные средства были переведены на счета в зарубежные банки. Остап Бендер отдыхает…

И уж совсем табу – описание политического режима, установленного «украинской национальной властью» 100 лет назад на подконтрольной ей территории. Для поднятия дисциплины в своих войсках «народный вождь» Петлюра ввел наказание розгами. Вот что пишет очевидец тех событий еврейский активист и адвокат А.А.Гольденвейзер: «Время владычества Директории, каких-нибудь шесть недель, было временем самого необузданного украинского национализма и русофобства. И вместе с тем это было время неслыханно-кровавых и жестоких еврейских погромов».

Это к сведению тех современных «беней», которые на вопрос о своей национальности с вызовом отвечают: «Жидо-бандеровец!».

Гольденвейзер: «Единственное административное мероприятие, которое Директория успела не только декларировать, но и осуществить, было снятие всех имевшихся в городе русских вывесок и замена их украинскими. Центр тяжести приказа лежал не в том, чтобы каждый магазин имел обязательную украинскую вывеску, а в том, чтобы русские вывески были обязательно сняты. Русский язык не допускался даже наряду с украинским. Вывески же на иностранных языках не подлежали снятию.

«Вестник законов УНР»Приказ о немедленной украинизации вывесок мотивировался тем, что галицийские войска, которых Петлюра призвал освобождать Украину, были весьма сконфужены, когда они, овладев наконец Киевом, оказались в совершенно русском городе. Между тем для них-то русский язык был действительно чужд и малопонятен».

Есть в этом нечто до боли знакомое и нам, живущим век спустя после практической реализации клича «Схід і Захід разом».

А вот еще один характерный фрагмент из эмиграционных откровений Винниченко, тиснутых им в Вене в 1920 г.: «В самом Киеве, на другой же день после вступления Директории началась реальная, действительная, а не декларативная ее политика… Сразу была введена беспощадная цензура для прессы, запрещены съезды и собрания — словом, населению не было позволено даже свободнее вздохнуть и почувствовать хотя бы какую-нибудь разницу между гетманщиной и Директорией.

Пусть это требовалось, как говорили атаманы, военной необходимостью. Однако дело в том, что атаманы решали не только военные дела, но и политические, социальные и национальные. Вся верховная, т.е. реальная, действительная власть находилась в руках атамана, именно в штабе сечевых стрельцов, с которыми Петлюра совершенно солидаризировался и всякими способами заискивал у них ласки. Они вводили осадное положение, они ставили цензуру, они запрещали собрания

Иллюстрацией этой политики молодых офицеров может служить то, что на протяжении двух недель было четыре раза разгромлено Киевское центральное бюро профессиональных союзов».

Ну просто калька с майданов и постмайданной Украины наших дней!..

Слава богу, шаловливые ручки «фахівців» из Украинского института национальной памяти пока еще не добрались до Википедии. Да и такие издания, как сборник «Революция на Украине» из серии «Революция и гражданская война в описаниях белогвардейцев» (М.-Л., Госиздат, 1930; репринт 1990, К., Политиздат Украины), во время оно разошлись приличными тиражами. Но многие ли читают их теперь? Поэтому замалчивание «неудобных» исторических фактов коллективным официозом рождает свои неизбежные результаты в виде повального невежества «пересічних громадян». Не нами замечено: чем выше градус их «патріотичного піднесення», тем хуже они знакомы с реальной исторической картиной.

Почему держат людей в неведении относительно истинной картины прошлого, вполне объяснимо. В частности, скоропалительный «развод» двух таких до сих пор разных Украин, имевший место без малого сто лет назад, никак не вписывается в бравурный бодряческий официоз. Как раз наоборот. И потому является non grata в «национал-патриотических» СМИ. Между тем история и предыстория парадоксальной «злуки-разлуки» настолько поучительна, что ее уроки актуальны по сей день.

На пути к этнократической «соборности»

В Универсале, который 22.01.1919 г. на Софийской площади зачитал член-секретарь Директории (правительства Надднепрянщины) Федор Швец, речь шла о вхождении ЗУНР в состав УНР в качестве самоуправляемой Западной области с весьма широкими полномочиями, на правах территориальной автономии. Недаром «злуку» провозгласили в златоглавом Киеве, а не во Львове. И даже не в Станиславове (нынешнем Ивано-Франковске), куда после 13 ноября 1918 г. правительство (Державный секретариат) ЗУНР сбежало из «міста Лева» вследствие военного поражения галичан от поляков.

Причем Универсал о «злуке», «этом великом событии в истории земли нашей украинской», был адресован именно надднепрянцам. Ведь политические вожди галичан в лице Украинской Национальной Рады (как бы парламента ЗУНР) еще 3 января 1919 г. приняли специальную «постанову», которой уведомили своих сторонников о том, что с данного момента ЗУНР считает себя неотъемлемой частью «большой УНР».

Нельзя, впрочем, сказать, будто первоначальная «ухвала про злуку» от 3.01.1919 г. явилась следствием односторонних действий Державного секретариата. На самом деле она вполне вписывалась в логику и дух предварительного («передвступного») договора об объединении, который 1 декабря 1918 г. был подписан в Фастове (тогдашней резиденции Директории), с одной стороны, Владимиром Винниченко, Павлом Андриевским, Федором Швецом и Симоном Петлюрой, а с другой – Лонгином Цегельским и Дмитрием Левицким, уполномоченными Рады державных секретарей ЗУНР.

Что представляли собой на тот момент обе самопровозглашенные «народные республики» (к слову, данная дефиниция – изобретение именно их творцов; все последующие НР (в т.ч. и на Донбассе) – явный плагиат)?

Возрожденная УНР (или УНР-2), пришедшая на смену промонархической Украинской Державе (Гетманату) Павла Скоропадского, — это государственное образование, провозглашенное 20 ноября 1917 г. III Универсалом Центральной Рады под председательством видного историка и общественного деятеля Михаила Грушевского. Будучи в правовом смысле только лишь форумом, «площадкой для общения» ряда политических партий и общественных организаций, 3 июля 1917 г .ЦР добилась от Временного правительства официального признания своих притязаний на то, чтобы быть полномочным представителем украинского населения нескольких южнорусских губерний. С этой целью было сформировано автономное краевое правительство – Генеральный секретариат, подотчетный и подконтрольный центральному правительству в Петрограде.

Правда, между ними мгновенно возникли трения: ЦР претендовала на власть над девятью губерниями (Киевской, Подольской, Волынской, Полтавской, Черниговской, Харьковской, Херсонской, Екатеринославской и Таврической), а правительство Керенского соглашалось отдать только пять из них (Киевскую, Волынскую, Подольскую, Полтавскую и Черниговскую, за исключением Мглинского, Суражского, Стародубского и Новозыбковского уездов). Претендовать на Крым, а тем паче на западные земли Всевеликого войска Донского, которые ныне более или менее совпадают с территорией самопровозглашенных ДНР и ЛНР, «діячам» ЦР и в голову не приходило.

О полной независимости УНР Центральная Рада объявила своим IV Универсалом от 22.01.1918 г. Это было сделано по настоянию немцев, вступивших в сепаратные переговоры о мире с Петроградским Совнаркомом («хунтой», как сказали бы теперь) и надеявшихся использовать противоречия между путчистами-большевиками и «демократами-украинцами» в собственных интересах. Недаром генерал Гофман, начальник штаба Восточного фронта и участник переговоров в Бресте, говорил: «В действительности Украина – это дело моих рук. Я создал Украину для того, чтобы иметь возможность заключить мир хотя бы с частью России».

Кроме кайзеровской Германии и ее союзников (Австро-Венгерской империи, Болгарского царства и Османской империи (Турции), УНР дипломатически, официальными нотами признали Франция и Великобритания. Причем они сделали это 3 января 1918 г., т.е. даже несколько раньше, чем державы Четвертного союза – в надежде, что самостийная Украина примет участие в войне на стороне Антанты, ибо в своем знаменитом «Декрете о мире» Совнарком Ленина-Троцкого в одностороннем порядке объявил о прекращении боевых действий против немцев и австрийцев.

«По Брест-Литовскому мирному договору все четыре державы центрального блока признавали независимость и самостоятельность Украины с точным определением ее границ на западе, совпадающих более или менее с этнографической границей украинского населения. Украина же обязывалась продать Австрии и Германии часть своих продовольственных запасов, а те должны были помочь ей отбиться от большевиков, — констатирует в своих мемуарах известный историк самостийнического направления Дмитрий Дорошенко. – Вопрос о вооруженной помощи поставлен был не совсем ясно, украинские делегаты добивались, чтобы им были предоставлены лишь те дивизии, которые были сформированы в Германии и Австрии из военнопленных украинцев; они считали, что этих войск (до 30000 человек) будет вполне достаточно для освобождения украинской территории.

Но случилось так, что двинулись немецкие и австро-венгерские войска, что, конечно, в боевом отношении ускорило и упростило задачу, но зато придало союзной австро-германской помощи характер оккупации украинской территории».

Отмечу, что новоявленные «союзники» (собственно, кукловоды и хозяева) Грушевского, Винниченко, Петлюры и К* ненадолго оккупировали даже Новочеркасск – столицу Всевеликого войска донского.

одна из карт «украинской Украины»

Ничего удивительного здесь нет: на географических картах, обнаруженных у немецких и австрийских военнопленных еще в начале Первой мировой войны, было изображено некое никогда прежде не существовавшее «Украинское королевство», которое германцы намеревались создать на отторгнутых у России ее южных землях. Территория этой виртуальной «Украины» простиралась аж по Каспий!

Отсюда вопрос: кто надоумил тевтонов на такое? Уж не Грушевский ли, имевший довольно тесный контакт со структурами Габсбургской монархии, в т.ч., вне всякого сомнения, с ее спецслужбами? И потом, с какой целью задолго до Февральской революции немцы приступили к формированию воинских частей из пленных россиян малороссийского происхождения?..

рабочий стол М.Грушевского; «Вестник законов УНР»

Что касается экономических аспектов соглашения «социалистической» ЦР с империалистическим Вторым Рейхом, то оно носило по отношению к «рідній ненці» откровенно кабальный, колониальный характер. «Мирный договор и дополнительные соглашения накладывали на Украину тяжкое экономическое бремя, — писал в своих знаменитых «Очерках русской смуты» главнокомандующий Вооруженными силами Юга России Антон Деникин. – До 31 июня Рада обязалась доставить австро-германцам огромное количество хлеба и других продовольственных припасов, сырья, леса и пр. Взамен за эти предметы вывоза, оцениваемые по низким ставкам и низкому валютному курсу, германцы обязались поставить на Украину «предположительно», «по мере возможности» по очень высоким тарифам фабрикаты своей промышленности.

В основу всей своей экономической политики Германия поставила: для настоящего — извлечение из Украины возможно большего количества сырья, для чего был затруднен или вовсе запрещен товарообмен ее с соседями, даже с оккупированной немцами Белоруссией; для будущего – захват украинского рынка и торговли, овладение или подрыв украинской промышленности и искусственное создание сильной задолженности Украины».

Возникает резонный вопрос: не сей ли документ столетней давности послужил образцом для Соглашения об ассоциации Украины с ЕС?

Остается добавить, что оккупантам очень быстро надоел марионеточный режим демагогов и популистов, явно не способный обеспечить бесперебойную поставку в оба Vaterland’a украинских продуктов питания. К тому же селяне, еще раньше распропагандированные левой риторикой функционеров ЦР, чинили массовое сопротивление реквизициям в стиле «курка, млеко, яйка». Поэтому 29 апреля 1918 г. немцы попросту разогнали самозванную Раду, воспользовавшись тем, что ряд «народных министров» во главе с 26-летним «премьером» Владимиром Голубовичем совершили уголовно наказуемое преступление – похитили и вывезли за пределы Киева директора Русского для внешней торговли банка.

Вот как описывает сцену разгона ЦР функционер партии конституционных демократов Николай Могилянский: «В теплый благоуханный апрельский день, около трех часов пополудни, к зданию, где заседала Центральная Рада, т.е. к Педагогическому музею на Владимирской улице, направились небольшие отряды немецких солдат… «Руки вверх!» — скомандовал немецкий офицер. Все подняли руки, кроме проф. М.С.Грушевского, который смущенный остался сидеть на председательском кресле. Выпустили сначала публику, проверяя документы, потом членов Рады, задержали только некоторых членов правительства».

В тот же день на съезде «хлеборобов», т.е. зажиточных, крепких крестьян, проходившем в здании городского цирка, гетманом Украины был избран генерал-лейтенант бывшей Русской императорской армии, экс-командир 34-го армейского корпуса (одного из первых украинизированных соединений, отличавшегося высокой воинской дисциплиной), правнук гетмана Ивана Скоропадского П.П.Скоропадский.

Поскольку же Павел Петрович был консерватором-традиционалистом, ярким представителем прежней правящей элиты, его режим, скажем так, не пользовался популярностью в широких массах. Воспользовавшись общеполитической конъюнктурой (в первую очередь революцией в Рейхе и фактической капитуляцией Германии, в силу чего возвращающиеся домой оккупационные немецкие войска начисто утратили интерес к вассальной Украинской Державе), а также рядом личных ошибок гетмана (в частности, он по добродушию выпустил из тюрьмы С.В.Петлюру, посаженного туда при немцах), политические противники Скоропадского затеяли антигетманское восстание, увенчавшееся закономерным успехом.

В чем тут закономерность? Как свидетельствует Винниченко, недоброжелатель и завистник Симона Васильевича, «часто среди крестьянства, до того не слышавшего имени Петлюры, раздавались такие речи: «Ага, теперь Петлюра идет на гетмана! Она ему покажет! Слава богу, больше не будет этой Украины!»

Как бы там ни было, 13.12.1918 г. украинские республиканские войска заняли Киев, покинутый германскими частями. 18 января 1919 г. на волне победной эйфории Директория объявила войну Украинскому советскому правительству, вследствие чего через 10 дней ей пришлось бежать в Винницу, а 5 февраля Красная армия вновь заняла Киев.

Трагифарс ЗУНР

мемориальная доска с портретами деятелей УНР

Что касается ЗУНР, то она была провозглашена 16 октября 1918 г. на руинах распадавшейся Австрийской империи. С инициативой создания нового государства выступила образованная в тот же день во Львове Украинская Национальная Рада – по существу собрание общественных активистов (как и Центральная Рада в Киеве в марте 1917 г.). 19.10.1918 г. УНРада, опиравшаяся на штыки украинских национальных частей австро-венгерской армии, выступила с заявлением о том, что-де Восточная Галиция, Северная Буковина и Закарпатье, кои представляют собой «целостную украинскую территорию», «уконституйовуються… як Українська держава».

Между тем на Восточную Галицию претендовала возродившаяся из небытия Польша, считавшая Львов «исконно польским городом» (более половины его тогдашнего населения действительно были поляки).

Поэтому 1.11.1918 г. УНРада попыталась захватить власть в галичанской столице насильственным путем. В уличных боях пролилось немало крови. Однако тамошние поляки оказались куда организованней, проворней. Да и многочисленней. В результате 21 ноября УНРаде (председатель Евген Петрушевич) и созданному ею правительству (Державному секретариату) во главе с премьером Костем Левицким пришлось ретироваться сначала в Тернополь, затем в Станиславов. Тем не менее 13-го падолиста (так в оригинале документа. – Авт.) успели принять «Временный основной закон о державной самостийности украинских земель бывшей австро-венгерской монархии». Собственно, в ст. I данного документа впервые появляется сам термин ЗУНР – явная калька с УНР.

При этом надо иметь в виду, что кадровый состав УНРады, Совета державных секретарей и функционеров ЗУНР на местах – это ярые ненавистники русинов-«москвофилов», своих земляков и даже кровных родственников, которых они с началом Первой мировой войны выдавали на расправу австрийцам. Да и сами принимали участие в геноциде. По самым приблизительным данным, в австрийских концлагерях Терезин и Талергоф были зверски замучены не менее 300, а то и 500 тысяч русских галичан, вся вина которых состояла лишь в том, что они не отреклись от своего природного национального имени. А сколько еще русских людей было зарублено, повешено, забито по селам?.. Несмотря на это, россияне не казнили попавших к ним в плен «украинских сечевых стрельцов», хотя прекрасно знали, что они – австрийские добровольцы и лютые русофобы. Тот же Коновалец, в 1915 г. попавший в плен в ходе боев на горе Маковка, отплатил русским за их гуманность и человеколюбие тем, что вместе с другими «усусами» утопил в крови восстание рабочих на киевском заводе «Арсенал». Но это так, к слову.

А теперь – самое интересное. Знаете, почему УНРаде и ее секретарям пришлось уносить ноги из «украинского Пьемонта»? Во-первых, потому, что расквартированный в Черновцах Легион сечевых стрельцов (более тысячи штыков) слишком долго дискутировал, признавать ли ему самопровозглашенный «національний уряд» или нет. Как с горечью отметил впоследствии доктор Л.Цегельский, «коли хто завинив у тому, що українці втратили Львів, то це були саме січові стрільці».

форма сечевого стрельца

Во-вторых, земляков изрядно подвел Евген Коновалец, будущий основатель Организации украинских националистов, а в ту пору – командир еще одного отряда «усусів», расквартированного в Белой Церкви (т.е. на территории, подконтрольной Скоропадскому). Петрушевич попросил Павла Петровича побыстрей отпустить их домой, на малую родину, дабы защищать ее от напирающих со всех сторон «ляхов» (конкретно от прекрасно вооруженной и вышколенной100-тысячной армии генерала Галлера). Гетман, готовивший военно-политический союз с Деникиным и потому ставший на тот момент опять «единонеделимцем», и сам был бы несказанно рад поскорей избавиться от такой специфической публики, как галичане. Более того, уже как бы от самого себя он намеревался предоставить правительству ЗУНР авиаэскадрилью, батарею гаубиц, два броневика, несколько вагонов с боеприпасами, провизией и амуницией.

Как поступили в этой ситуации галичане? УНРада командировала в Киев двух делегатов – адвоката Михаила Шухевича и доктора Остапа Назарука. Прибыв в Белую Церковь 12 ноября, они застали здесь бурную «стрелецкую раду». Поскольку Винниченко и Петлюра активно подбивали «зазбручанських братів» выступить против «продавшегося москалям гетмана», Коновалец и его бравые хлопцы наотрез отказались возвращаться в разоренную войной голодную Галицию, где, как они прекрасно понимали, их ожидала верная смерть в боях с ненавистными им «ляхами». Отсюда ответ «усусов» УНРаде: «Київ важливіший за Львів!». Более того, Назарук открыто проигнорировал директивы своего начальства и примкнул к восставшим. Именно вояки Коновальца стали ударной силой петлюровского воинства при наступлении на Киев.

Что случилось дальше, тоже известно. Правда, узким специалистам, а не широким массам. Пожалуй, лучше всех об этом сказал Олесь Бузина: «Петлюра воевал с красными и белыми и не хотел воевать с поляками. А Петрушевич больше всего ненавидел поляков, а с красными и белыми, наоборот, предпочел бы замириться. Результатом таких разногласий стало то, что головной атаман завел тайные переговоры с лидером Польши Пилсудским, а Украинская галицкая армия 6 ноября 1919 года перешла на сторону белого генерала Деникина».

Имеется в виду т.н. Зятковский договор между Добровольческой армией и Галицкой армией, которая, к слову, на тот момент еще не называлась «Украинской». Просто Галицкой. Самое смешное, что — по соглашению с правительством Новороссийской области ВСЮР — местом дислокации бесприютного «уряду» определялся славный город Одесса…

Взбешенный Петлюра делает ответный ход. 2 декабря он заключил с Речью Посполитой договор, по которому признал право Польши на Восточную Галицию, Западную Волынь, Полесье, Холмщину, Подляшье. Собственно говоря, именно это неслыханное предательство и привело к денонсации диктатором ЗУНР Е.Петрушевичем «Акта Злуки».

Впрочем, галичане и сами успели «отличиться»: как только стало ясно, что «белые» безнадежно проигрывают, 12 января 1920 г. УГА полным составом перешла на сторону большевиков и стала называться ЧУГА – Червона українська галицька армія.

Как заметил по данному поводу Бузина, эта армия – единственная в истории, которая дезертировала в полном составе дважды – от «жовто-блакитных» к «белым» и от «белых» к «красным».

Финал ЗУНР закономерен: 14 марта 1923 г. решением Совета послов (Парижская мирная конференция) Галиция присоединена к Польше; по условиям Сен-Жерменского договора от 10.09.1919 г. Закарпатье отошло к Чехословакии, а Северная Буковина – к Румынии. 22 апреля 1920 г. — согласно Варшавскому договору между правительством УНР и Польшей — Западная Волынь передавалась в состав Речи Посполитой. Подписывая 12.10.1920 г. польско-советское перемирие, делегации УССР и РСФСР вынуждены были согласиться с «петлюровской» линией советско-польской границы. Такая вот любопытная и странная «соборность».

Урок опять не впрок

И еще одна красноречивая деталь. Упоминая о соборности украинских земель, мы привыкли мыслить ее территориальными рамками, обозначенными в Государственном гимне, т.е. «від Сяну до Дону» (хотя теперь и Сян, и Дон – в пределах других государств). Однако на географических картах, изданных во времена «злуки», территория Украины раза в полтора—два больше, нежели теперь. На западе ее границы доходят чуть ли не до самой Варшавы, на севере включают в себя половину нынешней Беларуси, проходят немного южнее Курска, а на востоке выходят на Каспий. Эти карты можно видеть в Музее украинской революции 1917-1921 годов (Киев, ул. Владимирская, 57). Не те ли, к слову, это карты, которые были изданы Лозаннским бюро «украинской миссии» графа М.Тышкевича (по национальности поляка) в Швейцарии и других странах Западной Европы.

Отсюда вопрос (риторический, впрочем): если эти обширные территории действительно являются «этническими украинскими», то почему же тогда они находятся вне пределов современной Украины? Ответ прост: перед нами — наглядный урок того, к чему приводит авантюрная политика, осуществляемая под объединяющим, казалось бы, лозунгом национального единства и соборности. Урок, так и не выученный до сих пор.


Загрузка...

Мебель для Африки и туристы для Одессы

Украино-болгарский бизнес-форум, прошедший 27 ноября в Бургасе в рамках празднования...

Мы политические шизофреники — но это излечимо

Теперь это научный факт: украинское общество расколото по множеству поводов вовсе не...

Путин: Петлюра — нацист и антисемит

«Это человек нацистских взглядов, антисемит, который истреблял евреев во время...

Загрузка...

Право на защиту

В действиях вице-президента Европейского института омбудсмана Нины Карпачевой по...

Оформить, сжечь или сдать на запчасти?

О «евробляхерах» — владельцах подержанных автомобилей с иностранными...

Украинское общество в преддверии выборов

Разное понимание сути идентичности свидетельствует о наличии дистанции между...

Бердянский синдром открыл новую страницу...

Какое-то время можно продержаться без газа, света, лифта, но только не без живительной...

Украина нуждается в крепком плече красного товарища

В сложной производственной цепочке создания новенького Volkswagen Украине отводится...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто

Получить ссылку для клиента
Авторские колонки

Блоги

Лентаинформ
Загрузка...
Ошибка