Россия «искалечила» наши отходы

№38(834) 22—28 сентября 2017 г. 20 Сентября 2017 1 4.1

Национальная стратегия работы с радиоактивностью — поменьше активности

Украина снова переносит сроки приема радиоактивных отходов, полученных из отработанного ядерного топлива (ОЯТ) в РФ. На этот раз последним сроком называют 2022 г. Мы в очередной раз не успели построить надлежащее хранилище, хотя переработка и хранение ОЯТ в России обходятся нашей стране примерно от 130 до 300 млн. долл. в год. Но официальные лица в Киеве почему-то не упоминают о том, что Москва собирается возвращать совсем не то, что мы отправляли: в Украину должны приехать также радиоактивные отходы с российских атомных подлодок.

Запорожская атомная электростанция. Cпециальный транспортер перемещает с энергоблоков на площадку хранения 144-тонный бетонный контейнер для хранения отработанного ядерного топлива, УНИАН

Украинские АЭС, дающие стране около 60% всей электроэнергии, ежегодно генерируют около 292 т отработанного ядерного топлива. Называть его отходами совершенно неправильно — в процессе эксплуатации на современных атомных станциях в топливных сборках выгорает всего 3—4% урана. Остальные 97—96% «дожечь» при нынешнем уровне технологии не получается (за исключением новых перспективных экспериментальных типов реакторов, которых в Украине нет и в ближайшее время не будет).

Поэтому ОЯТ — это не просто отработавшие свое радиоактивные тепловыделяющие сборки. Потенциально это очень дорогостоящий источник крайне ценного сырья, перспективный энергетический и экспортный ресурс — хотя использовать его в полной мере мы пока не умеем.

Топливо, которым нечего топить

Что же представляет собой нынешняя схема обращения с отработанным топливом?

, УНИАН

Олег Зотеев, доцент кафедры АЭС Одесского национального политехнического университета: «Почему отработанное на АЭС топливо нужно хранить каким-то особым способом? Потому что оно продолжает выделять энергию, и топливные сборки продолжают разогреваться. Поэтому на первоначальном этапе эти сборки после извлечения из реактора помещают в бассейны выдержки, где хранят от пяти до семи лет».

В бассейнах конструкции несколько остывают, и их радиоактивность заметно падает.

Затем есть два пути. ОЯТ либо перерабатывают (пытаются добыть уран, плутоний и ценные элементы), либо хранят до тех времен, пока наука и технология позволят сделать такую переработку более дешевой и эффективной.

Украина не умеет перерабатывать ОЯТ — у нас нет ни мощностей, ни технологий, ни грандиозных финансов, которые требуются для организации такого производственного процесса. Поэтому наше отработанное топливо либо направляется на переработку в РФ, либо хранится в стране.

Россия принимает на переработку лишь то топливо, которая сама произвела и продала Киеву. Пока топливные сборки перерабатывает только завод «Маяк» под Челябинском. Одна из проблем в том, что мы все равно должны получить назад продукты переработки в виде остеклованных высокоактивных отходов и где-то их хранить.

Но мы используем также топливо корпорации Westinghouse, которая не принимает назад свои отработанные топливные сборки на переработку. Их нужно хранить без переработки на нашей территории.

Олег Зотеев: «Лучше всего ситуация на Запорожской АЭС, где есть свое хранилище для ОЯТ. Там уже полностью заполнена первая очередь, 100 бетонных вентилируемых контейнеров, и сейчас началось заполнение второй очереди.

Это хранилище рассчитано на весь срок эксплуатации станции, даже с учетом продления этих сроков, и покрывает ее потребности (380 вентилируемых контейнеров на 9000 отработанных тепловыделяющих сборок. Авт.). Здесь в полной мере применена концепция отложенного решения — т. е. что делать с ОЯТ этой станции, будут решать наши внуки. Это не очень правильно, но в условиях нехватки материальных ресурсов — единственно возможный путь.

Наиболее тяжелая ситуация сложилась на Южно-Украинской АЭС. Там наименьшее количество работ было проведено, чтобы принимать ОЯТ. Бассейны выдержки по правилам безопасности должны иметь неиспользуемые резервные мощности, чтобы в случае аварии принять все сборки из активной зоны реактора — т. е. 163 сборки из каждого блока.

В штатном режиме каждый год перегружаются 42 сборки — 20 т отработавшего топлива. Бассейны станции близки к заполнению.

Поэтому сборки с Южно-Украинской станции нужно перевозить. В первую очередь, конечно, будет рассматриваться вопрос перевозки на сухое хранение на Запорожскую станцию — другого варианта я не вижу.

Вопрос ЦХОЯТ, централизованного хранилища отработанного ядерного топлива, только начал решаться, и вывоз туда топлива — только перспектива».

Государственная программа по обращению с ОЯТ и РАО (радиоактивными отходами) предполагала, что хранилища отработанного топлива будут построены при каждой станции. Программу в полном объеме не выполнили и построили объект только при Запорожской АЭС.

С 2003 г. государство решает строить ЦХОЯТ и объявляет тендер. Большего долгостроя трудно найти — на всех этапах ему вставляют палки в колеса. Как утверждают в частных разговорах эксперты, российская сторона, получающая немалую выгоду от контрактов на переработку и хранение украинского топлива, вовсю использовала коррупционные механизмы, чтобы затормозить строительство ЦХОЯТ.

Впрочем, чтобы что-то затормозить, нам и чужой злой воли порой не надо — это мы умеем и любим делать даже бесплатно. Выбор подрядчика сопровождался серьезными скандалами: например, 12 октября 2004 г. тендерный комитет признал более выгодным предложение украинско-немецкого консорциума «Укратомэнергострой», но уже 28 октября решает... «дополнительно проанализировать технические предложения претендентов с научной точки зрения», учитывая «стратегический характер» вопроса. В результате 29 декабря победа отдана американской компании Holtec International, «основываясь на стратегическом для атомной энергетики Украины значении принимаемого решения» — хотя технологии хранения, предлагаемые участниками тендера, вышедшими в финал, признаны равными!

Но только в 2014 г, через 9 лет после завершения конкурса, правительство выделило площадку для возведения объекта — в Чернобыльской зоне. За это время стоимость проекта выросла невероятно — со 150 млн. долл. в 2005 г. до 1,4 млрд. долл.(!) в 2017 г. Чем вызван такой фантастический пересмотр прайса, не сообщается — здесь раздолье для самых печальных интерпретаций.

Только в июле 2017 г. «Энергоатом» получил лицензию на строительство ЦХОЯТ. В самом оптимистическом случае первая очередь объекта будет запущена в 2020 г. и примет на хранение 4 контейнера с топливными сборками. В эти цифры мало кто верит, как и не верят, что и без того немалая цена не вырастет еще неоднократно. Завершить строительство планируют в 2034 г., и оно сможет принять 16 530 штук отработанных тепловыделяющих сборок.

Уже отходы

До сих пор мы говорили о непереработанном ОЯТ. Но у Украины имеется и острая проблема с продуктами переработки ОЯТ.

Очень долго наши АЭС отправляли отработанные сборки в Россию — мы платим и за переработку, и за хранение. Но к 2013 г. согласно подписанным соглашениям в обмен на ОЯТ мы должны были получить продукты переработки топлива — остеклованные высокоактивные отходы (ВАО). К этому сроку страна должна была построить хранилище ВАО. Времени хватало — концепция строительства такого хранилища была разработана еще в 2004 г. Хранилище должно входить в состав громадного комплекса «Вектор» в Чернобыльской зоне, где складируются и многие другие типы радиоактивных отходов — медицинские, промышленные, отходы из зоны отчуждения и т. д.

Для возведения объекта нужно около 400 млн. грн. Но на подкуп избирателей деньги всегда нужнее, поэтому в 2013 г. ничего построено не было. Сроки переносили неоднократно, сначала на 2016 г., потом на 2018 г., теперь говорят о 2022-м. Каждый такой перенос — серьезные финансовые потери, ведь хранение отходов на территории Украины обошлось бы значительно дешевле.

Между тем в вопросе переработанного Россией ядерного топлива имеется один аспект, о котором мало говорят и который при наличии политической воли мог бы дать шанс на низкозатратный вариант решения проблемы.

, УНИАН

Юрий Ольховик, кандидат геолого-минералогических наук, старший научный сотрудник Института геохимии окружающей среды НАН Украины: «Россия при переработке нашего отработанного топлива самовольно изъяла из него ценные продукты — в первую очередь уран, плутоний, нептуний, концентраты стронция, цезия, технеция, палладия — примерно на 150 млн. долл.

Проблема Украины в том, что в существующих контрактах вопрос возврата полезных продуктов переработки ОЯТ или компенсации их стоимости четко не прописан.

Более того, при формировании остеклованных отходов шло смешение ядерного топлива из разных источников, в т. ч. с атомных подводных лодок. Обогащение последнего намного выше, и радиотопный состав отходов в результате не соответствует тому, что мы передавали в Россию.

Сама технология переработки ОЯТ в ПО «Маяк» не предусматривает иного! Она основана на смешении ядерных материалов, имеющих различный генезис, с последующим включением образовавшейся при растворении ядерного топлива смеси осколочных нуклидов в алюмофосфатную матрицу.

Я провел расчеты, основываясь на данных о технологическом цикле переработки. Вклад нашего топлива в общее количество отходов, которое формируется на российском заводе «Маяк», не превышает 10%. Это значит, что нам нельзя брать эти отходы. Нам навязывают чужую грязь! Возвращение ее противоречит статье 53 закона «Об использовании ядерной энергии и радиационной безопасности», который запрещает ввоз чужеродных отходов в Украину.

Эта проблема могла бы найти т. н. нулевое решение — РФ забирает и наши ценные продукты из отработанного топлива, и наши отходы. Такое решение было в свое время использовано для Болгарии и Венгрии.

Мы могли бы сэкономить деньги — ведь чтобы разместить 300 кубов остеклованного топлива, нам нужно 370 млн. грн. заложить только для строительства площадки, не считая ежегодного обслуживания.

Когда Ровенская станция подписывала самый первый контракт с Россией о переработке ОЯР в 1993 г., там не было ни слова сказано о ценных продуктах. Потом договор подписывали уже от имени «Энергоатома» — и снова ни слова по данной проблеме. С моей точки зрения, это либо вопиющая некомпетентность, либо яркое проявление коррупции.

Если бы была политическая воля, соглашение, вероятно, можно было бы оспорить в международных инстанциях и судах — чтобы перейти на нулевой вариант. Но этого желания я не вижу ни у госчиновников в министерстве, ни у функционеров НАЭК».

Стоит отметить, что руководитель проектного офиса «Формирование системы обращения с ОЯТ» госкорпорации «Росатом» Константин Иванов в комментарии российскому отраслевому журналу «Атомный эксперт» подтвердил (№7/2015, 01.10.2015), что «при обращении с отходами с целью оптимизации образующегося стекла отходы смешиваются, что позволяет обеспечить большее включение критических элементов в стекло, не увеличивая его объемы».

В то же время российская сторона была вынуждена признать возможность «нерациональной» переработки исключительно украинских отходов. «Если они на этом настаивают и ставят вопрос так категорично, будут сварены отвержденные отходы, полученные только от переработки украинского топлива. И в этот период мы будем вынуждены не вести переработку ОЯТ с других АЭС, а только украинского», — заявлял в 2015 г. представитель «Росатома».

Какие договоренности в итоге были достигнуты, какая методика определения количества возвращаемых высокоактивных отходов принята, согласилась ли украинская сторона принимать чужие отходы — все это публично не обсуждалось.

Пионеры нужнее

Кроме отработанного ядерного топлива и отходов, которые получаются в результате его переработки, атомная энергетика производит еще и уйму других побочных радиоактивных отходов (РАО). Отходы эти должны кондиционироваться (т. е. приводиться к нормативным параметрам) на самих станциях. Но и здесь есть проблемы.

Олег Зотеев: «По самым общим оценкам, типичный блок ВВЭР-1000 за год продуцирует около 350 кубометров жидких и до 300 кубометров твердых радиоактивных отходов.

Если на Запорожской АЭС за счет средств иностранных инвесторов хоть как-то развивается комплекс по сжиганию твердых отходов (хотя его должны были ввести в эксплуатацию еще пару лет назад), то на Южно-Украинской действуют только маломощные комплексы по выпариванию жидких радиоактивных отходов, позволяющие несколько уменьшить их объем».

На других станциях до сих пор нет решения по жидким радиоактивным отходам, которых там накоплено очень много. На Ровенской и Запорожской станциях наполнение хранилищ РАО критическое, технологических решений нет.

Юрий Ольховик: «Общий объем радиоактивных отходов в Украине — почти 3,5 млн. кубометров. 96% этого количества нам подарила чернобыльская авария, и 90% отходов находятся в зоне отчуждения. Фактически наше количество отходов сопоставимо с тем их огромным числом, что накопилось в России вследствие функционирования военно-промышленного комплекса.

Чтобы решать эту комплексную проблему, в 2008 г. в Украине был создан Государственный фонд обращения с РАО, где «Энергоатом» являлся основным плательщиком. В 2011 г. фонд полностью утратил накопительный характер: все деньги сразу уходили на текущие нужды. А в 2012 г. потеряно и целевое назначение — средства просто шли в бюджет.

Общий объем перечислений в фонд составляет более 4,5 млрд. грн. Но фонда при этом нет! А ведь эти деньги должны были тратиться на мероприятия, предусмотренные Госпрограммой по обращению с радиоактивными отходами.

Разница между фактическими и теоретическими затратами этой программы огромна. Общее выполнение программы, которая должна быть закончена в этом году, — 10—12%, а некоторые задачи вообще не финансировались и не выполнялись. Например, не проводились научно-исследовательские работы по созданию геологического хранилища РАО.

Есть и парадоксальные случаи.

Например, построен комплекс «Вектор» (его строили с 1998 г. и ввели в эксплуатацию только в 2006 г.), который создается для захоронения всех типов кондиционированных радиоактивных отходов, имеющихся в Украине. Это в первую очередь отходы Чернобыльской станции. Его параметры впечатляют: на 160 га можно разместить до 600 тыс. кубометров.

Мы его приняли в эксплуатацию давным-давно, но сейчас там захоронено немногим более десятка кубометров(!), из них всего четыре бочки отходов с Чернобыльской станции. Причины этого мне как специалисту непонятны».

Проблемы деятельности фонда, из которого и должны были финансироваться работы по созданию системы обращения с ОЯТ и РАО, эксперты объясняют одним — политическая жадность.

Олег Зотеев: «В Украине со старта независимости было четыре главные дойные коровы: «Нафтогаз», «Укртелеком», «Укрзалізниця» и НАЭК «Энергоатом».

В 90-х 15 атомных блоков давали 700 млн. долл. чистой прибыли. Чистой! В них должны были закладываться деньги на снятие с эксплуатации, на обращение с отходами и т. д. Должны были — но поскольку ситуация все время ухудшалась, дойных коров становилось все меньше, они худели, болели и порой переходили в частные руки — приходилось стабильно выдаивать досуха один «Энергоатом». Нужно ведь было перед выборами давать что-нибудь пенсионерам и пионерам, добавить пенсии и стипендии. Каждая власть так делала.

Все, что зарабатывает НАЭК, тотально уходит в бюджет. Фонд, который должен был обеспечивать накопление денег на развитие проектов по обращению с радиоактивными отходами и ОЯТ, расходуется на другие нужды.

Но самое главное — никто из политических лидеров не заглядывает хотя бы на несколько лет вперед. Все недоработки в сфере обращения с радиоактивными отходами имеют первопричиной следующую доминирующую идеологию — потом-де разберутся».

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...


Загрузка...

Прощай, АТО. И здравствуй, ООС

Операция Объединенных сил закончится только после окончательного освобождения...

Уроки бесчеловечности

То, что некоторые читатели считают доступ к удобным современным технологиям...

Уже 22 года Киев подвергается химической атаке

После окончательной ликвидации завода «Радикал» в 2000 г. территорию предприятия...

Главный редактор «Интера» Антон Никитин: «История...

Четвертый год накануне 9 Мая миллионы украинцев замирают в тревожном ожидании: отменят...

Загрузка...

Родня напрокат: японский бизнес по Фрейду

Давним и устойчивым спросом у японцев пользуется неординарная с точки зрения...

Сколько стоит беспощадность?

В отечественной системе общественного здравоохранения имеется запрещенный вопрос:...

Зимовка в Антарктиде – не для слабых духом

На украинской антарктической станции «Академик Вернадский» во время пересменки...

Польша лучше, чем Словакия

На сайте Госпогранслужбы создана интерактивная карта, где можно в режиме он-лайн найти...

Комментарии 1
Войдите, чтобы оставить комментарий
Виктор
22 Сентября 2017, Виктор

Мысль ясна. Украина ничего не делала в этом направлении только разворовывала деньги выделяемые на проблему радиоактивных отходов. Но виновата во все Россия. И решить проблему нужно путем выкручивания смысла старых договоров, таким образом , чтобы Росия решила за нас проблему и еще заплатила наммного много денег

- 10 +

Получить ссылку для клиента
Авторские колонки

Блоги

Маркетгид
Загрузка...
Ошибка