Алмазы до востребования

№14 (601) 6 – 12 апреля 2012 г. 05 Апреля 2012 0
Академик Николай Новиков: «Даже в японских «Тойотах» есть частица
нашего труда»

Полвека назад в Киеве ученые Института сверхтвердых материалов превратили графит в алмазы и наладили производство сверхпрочных инструментов. Но в Украине эта продукция пользуется небольшим спросом. Тогда, может быть, больше повезет бриллиантам? В этом научном учреждении разработаны также технологии выращивания синтетических ювелирных алмазов. И если бы страна заинтересовалась производством, приобрела оборудование, то получала бы «камешки»: розовые, красные, желтые, зеленые, прозрачные, да какие угодно.

Поднебесная на Оболони

На проходной «алмазного» института смачно пахнет колбасой, бужениной, разными копченостями. В трех метрах от «вертушки» на столике разложен товар: «Московская», «Краковская», салями...

— Подходим ближе, покупаем! Все — свежайшее! Тает во рту, — радушно обращается ко всем вошедшим в здание розовощекая продавщица.

Но я приехал сюда, чтобы увидеть алмазы. И не только.

Поводом стала информация, прозвучавшая на совещании руководства Киевской госадминистрации с представителями директорского корпуса, руководителями научно-производственных коллективов. Была затронута важная проблема: как добиться того, чтобы независимые от города, но территориально размещенные в Киеве предприятия получали от муниципальных организаций заказы на изготовление той или иной продукции?

В ходе дискуссии слова попросил директор Института сверхтвердых материалов НАНУ (ИСМ) академик Николай Новиков. Он заметил, что проблема насыщения местного рынка отечественными товарами упирается в неравные условия конкурентной борьбы.

— Я рискну и скажу, что сегодня технический прогресс идет через откаты, — произнес тогда Николай Васильевич.

И действительно, западные компании постоянно ищут нужные подходы к украинским менеджерам — например, за счет фирмы приглашают их на зарубежные выставки, вручают премии.

— Раньше в Украине всегда пользовался спросом алмазный инструмент Института сверхтвердых материалов. Однако сейчас предприятия в основном покупают заграничные изделия, которые по качеству уступают нашим. К сожалению, в стране нет реальной программы импортозамещения. А она жизненно необходима, — сказал Николай Васильевич.

Чем не тема для журналиста? Вот так я оказался в Бакулевском институте, у Новикова (разумеется, предварительно заручившись его согласием побеседовать).

У входа в главный корпус меня встретил худощавый мужчина.

— Чистяков Евгений Михайлович, старший научный сотрудник, старожил института, — отрекомендовался он. — Директор попросил меня устроить вам небольшую экскурсию. А уже потом он с вами побеседует. С чего начнем? Может быть, с нашего ботсада? Через месяц здесь зацветут магнолии.

Этот «сад лепестков» — белых, голубых, розовых — изумителен, уверял Евгений Чистяков. Он рассказал и о том, что в чудесном уголке природы растут более тысячи плодовых и декоративных деревьев — голубые ели, ивы, сакура, диковинные многолетние цветы. В 1970-х гг. озеленением активно занимался основатель института Герой Соцтруда Валентин Бакуль. Каждый отдел обязан был отработать в саду определенное количество часов. Однажды Валентин Николаевич распорядился разбить на здешней территории цветник и высадить голландские тюльпаны. А землицы-то у ученых немало — 17,3 га (Оболонский район).

Со старожилом Чистяковым идем в институтский музей. Расспрашиваю о житье-бытье, интересуюсь настроением основной «тягловой лошадки» — старшего научного сотрудника. Мотаю на ус услышанное: выживать — чрезвычайно сложно, оклады ведь небольшие (около 2,5 тыс. грн.). Ко всему сегодня люди поочередно вынуждены брать на несколько дней отпуск за свой счет, чего раньше никогда не было. В итоге каждый отдел недополучает 20% зарплаты. Такая вот экономия. У государства на науку по-прежнему не хватает средств. Да что говорить о «высоких материях», если подчас денег нет даже на ремонт крыши институтских зданий и сооружений.

По дороге в музей, на третьем этаже админкорпуса, случайно встретили директора. И вот какой получился разговор, что называется, на ходу.

— Как вы думаете, сколько тонн синтетических алмазов ежегодно производит Украина? — неожиданно спросил меня академик Новиков и, не дожидаясь ответа, произнес:

— Ноль!

— Что-то не верится. Не могут же простаивать все наши алмазные заводы.

Николай Васильевич не отреагировал, хотя тему и продолжил:

— В 1990 г. во всем мире, включая Советский Союз, выпускалось 2400 т таких алмазов. Сегодня только Китай каждый год изготовляет 12 тыс. т. И поскольку он проводит мудрую экономическую политику, то на мировых рынках продает этот товар ниже себестоимости. А разницу перекрывает, к примеру, за счет реализации одежды. Украина также покупает синтетические китайские алмазы, перерабатывает, получая уже элитный, качественный товар. Мы сохранили при нашем институте маленькое производство...

— Маленькое? Но ведь недавно на совещании в мэрии вы напомнили присутствовавшим, что раньше учреждение было флагманом алмазной отрасли.

— А сегодня обучаем китайцев.

— На свою голову?

— Ну, я бы так вопрос не ставил. К нам на учебу приезжает из Китая группа граждан. Срок командировки — 20 дней.

— И чему хотят научиться?

— Как выпускать хорошие алмазы. Причем изъявили желание пройти этот курс на своем оборудовании.

— Они привезут его из Китая?

— Да.

— Ваша институтская база для таких занятий не подходит?

— Она малость устарела.

— Мне кажется, что ваше учреждение государство должно обеспечивать по максимуму, и даже больше. Алмазы — это передний край...

— Если бы во всем мире отказались от них, то сразу остановились бы многие производства. Вот, к примеру, ваши очки. Их делают при помощи алмазного инструмента, который позволяет выполнять хорошую оптическую обработку линз.

«Звездные войны» родом из Киева

В том, что страна и шагу не может сделать без алмазов, я убедился в выставочном зале. Институт был создан в 1961 г. Тогда же здесь впервые в Союзе была разработана промышленная технология синтеза алмазов. Перед коллективом поставили задачу — на основе исследований обеспечить внедрение в производство нового инструмента из синтетических алмазов (более дешевых и доступных, обладающих лучшими абразивными характеристиками по сравнению с природными) для горнорудной, угольной промышленности, бурения нефте,- газоскважин, машиностроения, промышленности строительных материалов, обработки камня, древесины.

Ученые справились. А со временем вышли и на новые орбиты — расширили область применения синтетических алмазов. «Алмазный инструмент использовался для заточки и доводки поверхностей резцов, зенкеров и разверток, сверл, фрез различных конструкций и назначений, протяжек, многогранных пластинок, инструментов для обработки древесины и ее заменителей, дисковых пил. Производимые алмазные порошки и пасты применялись при хонинговании* отверстий в деталях из чугуна, стали, обработки цилиндров и гильз автомобильных, тракторных, авиационных, танковых, судовых и других двигателей, деталей топливной аппаратуры и различных трущихся пар высокой точности... В 1963 г. институт выполнял работы по внедрению синтетических алмазов на 580 предприятиях СССР, в том числе на 180 — украинских», — говорится в производственной «летописи» ИСМ.

___________________________________
* Хонингование — обработка отверстий в различных деталях, в том числе в деталях двигателя (отверстий блоков цилиндров, гильз цилиндров, кривошипной и поршневой головок шатунов, шестерен) и т. д. Обеспечивает стабильное получение точных отверстий и требуемых параметров шероховатости обработанной поверхности.

И еще цитата: «В институте было создано много инструментальных материалов, в том числе высокоизносостойкий, композиционный «Славутич», алмазо-твердосплавные пластины, поликристаллы кубического нитрида бора, лучшие в мире абразивные алмазные микро- и субмикрошлифовальные порошки. Здесь выпускают наноалмазы по взрывной и статической технологиям. Во время исследовательских работ удалось получить сверхтвердый карбонид бора, оксиды бора, сверхпроводящий диборид магния...»

В музее — десятки образцов: крупные буровые долота и коронки (они — с алмазными вставками и сверхтвердыми композитами), различные резцы, шлифовальные и отрезные алмазные круги, пилы, полировальные пасты для высокоточной оптики... На полках под стеклом — также алмазные россыпи. Те самые камешки, без которых серьезному производству не жить.

А вот, кажется, изюминка — медицинские инструменты для хирургических отделений, скальпели из диоксида циркония.

— Эти чудо-скальпели выдерживают любые виды стерилизации, причем многократные, без потери режущей способности, — слышу голос своего гида. — Они обладают повышенной режущей способностью. Увы, промышленность «не подхватила» эту продукцию.

Не заметили, «не подхватили»... Типичная картина. Еще одна особенность нашего времени.

Год назад глава правительства поручил разработать программу импортозамещения товаров производственного назначения. Многие СМИ рассказали, что на заседании Кабмина Николай Азаров раскритиковал стремления чиновников покупать все зарубежное. «Для резки металла машины мы можем изготовить, а для резки бумаги — нет? Это абсурд», — заявил он.

Думаете, после этого кто-то из высокопоставленных должностных лиц поинтересовался в том же «алмазном» институте: «А чем вы, господа хорошие, можете помочь промышленности, народному хозяйству, коммунальным предприятиям?». Не было такого.

Между тем ИСМ может подставить крепкое плечо любому городу страны: например, изготовить очень прочные асфальтные резцы для дорожных работ, инструменты для буровых машин и проходческих щитов. Для проведения микробиологических исследований и контроля качества продуктов, состояния окружающей природной среды коллектив ученых выпустил серию сверхтонких высокоточных отрезных алмазных кругов.

Или, скажем, сфера энергетики. С помощью новых инструментов из кубического нитрида бора можно на ранних этапах выявлять дефекты трубопроводов.

У ученых ИСМ есть интерес также к автобусам, троллейбусам, метрополитену, технике коммунального хозяйства. Предлагаемые ими поликристаллические сверхтвердые материалы позволяют в ходе ремонтных работ восстанавливать износостойкие детали двигателей.

— У нас есть алмазные сверла самых разных диаметров. Они «берут» все — любой материал им подвластен, — продолжает Евгений Чистяков. — Многие производственники, предприниматели в восторге от них. Приезжают к нам и сразу хотят купить этот товар, как правило, за наличный расчет. И когда слышат, что мы работаем только «по безналу» (государственная организация!), то не верят своим ушам. Разве это не палки в колеса со стороны родного Отечества? Наши клиенты разворачиваются и — на рынок, покупают китайские сверла. В общем, мы сильно зажаты в этих финансовых тисках.

— Бороться с ними не пытались?

— Один в поле не воин. Давайте-ка лучше о «звездных войнах». Перед вами — 12 уникальных станков.

— И что в них необычного? Какие-то зеркала, загадочная и непонятная «механика».

— В свое время наш институт по заданию Академии наук подключился к закрытой оборонной программе, касающейся так называемых «звездных войн». Мои коллеги выезжали в командировки в Россию, «в гости» к нобелевскому лауреату, академику Прохорову, который осуществлял научное руководство разработкой информационных и боевых лазеров. В одной из закрытых лабораторий при обработке медных зеркал были успешно испытаны в том числе наши полировальные составы на основе алмазных субмикро- и нанопорошков. В итоге впервые была достигнута чистота поверхности в 20 ангстрем**. После этого ряду предприятий рекомендовали заключить с нашим институтом хоздоговоры совместного участия в создании основных узлов лазеров, в частности специальных зеркал для информационных и оборонных установок. Планировалось применять эту технику для повреждения электронной системы в стартовавших ракетах противника, а также для уничтожения танков сгустком лучевой энергии. Но... развалился Союз, и эта разработка зависла. Жаль. Мы «вдохнули» в нее все лучшее, получив десятки патентов.

__________________________________
** Ангстрем - единица измерения расстояний, равная 10(-10)м. Названа в честь шведского физика и астронома Андера Ангстрема. Часто используется в физике, поскольку 10(-10)м — это приблизительный радиус орбиты электрона в невозбужденном атоме водорода. Тот же порядок имеет шаг атомной решетки в большинстве кристаллов.

— А продать ее можно?

— Никто не разрешит.

«Звездные войны» — явно не в интересах миллионов украинцев. А над какими проектами социального характера сегодня работают специалисты алмазных дел? Евгений Чистяков познакомил меня с ведущим научным сотрудником ИСМ, доктором наук Сергеем Соханем, который, что называется, с головой окунулся в проблему протезирования суставов. Может ли наука помочь больным? Ежегодно в Украине 25—40 тыс. чел. нуждаются в протезировании суставов. А проводится около 3 тыс. операций. Почему так мало?

Во-первых, не налажено широкое производство качественных отечественных эндопротезов; во-вторых, дает о себе знать дороговизна импортных изделий такого рода (от 8 тыс. до 50 тыс. грн.).

Некоторые предприятия, например «Мотор-Сич», и рады бы подсобить медицине, в частности запустить линию по выпуску исключительно отечественных эндопротезов плечевого сустава, рассказал Сергей Сохань. Но они не обладают техническими возможностями для собственного изготовления пар трения (подвижное соединение сферической головки эндопротеза и его ацетабулярной чаши), которые являются основным компонентом такого протеза. Поэтому ориентируются на импортные комплектующие.

А с этими парами трения, оказывается, даже гигантам индустрии не так легко справиться. Как говорит доктор наук Сохань, для всех пар трения принципиальное значение имеет суперточность изготовления компонентов пары, а также шероховатость поверхностей трения. Да и важно знать, какой материал лучше всего подходит с точки зрения долговечности, безопасности: керамика — полиэтилен, керамика — керамика? В ИСМ и эту высоту взяли — разработали технологии высокоточной алмазной обработки для изготовления компонентов пар трения. Сегодня проводятся испытания некоторых материалов, в том числе предлагаемого для таких пар трения.

Если институту удастся создать опытно-экспериментальное производство и соответствующие мощности, то ежегодно он сможет выпускать 1000 — 1200 комплектов пар трения. Но, как подчеркивают ученые, «нужен идеолог» всего этого процесса, нужна четкая направляющая линия.

Между прочим, в былые годы разработками ИСМ интересовались многие руководители Союза и УССР: институт посещали Никита Хрущев, Леонид Брежнев, Петр Шелест, Владимир Щербицкий. За 20 лет независимости ни один президент не нашел времени побывать в этом учреждении.

Украинский вариант футбольного Кубка мира

Копия футбольного Кубка мира от ИСМ
радует болельщиков многих стран

Все, пора к директору. В коридоре, возле приемной, на «парадной стене» — несколько десятков грамот, поздравлений «по поводу...», приветствий. Здесь же, в строгой рамке, — текст апостольского благословения Папы Римского Бенедикта XVI.

Хозяин кабинета, академик Новиков, начал разговор с приятного:

— Давно читаю вашу газету, с большой симпатией слежу за ее успехами. Перейдем теперь к вопросам, — добродушно улыбнулся седовласый собеседник.

— Хочу разобраться, почему пробуксовывает программа импортозамещения.

— А ее вовсе нет. В соседней Беларуси, в отличие от Украины, это дело поставлено хорошо. У нас же одни разговоры на эту тему. Никаких серьезных шагов. Особенно задевает вот что. В течение многих лет я являюсь членом комитета по государственным премиям, возглавляю секцию машиностроения. На госпремию были выдвинуты создатели нашего, украинского, электровоза. Комитет поддержал предложение, рекомендовал... Эти люди получили заслуженную награду. Вы же знаете, что к выпуску электровозов имеют отношение предприятия в Луганске, Днепропетровске. Вдруг — новость: Украина покупает за рубежом — в Грузии — 110 магистральных грузовых электровозов на 438 млн. долл. (Всего в рамках программы перевооружения и обновления локомотивного депо их закупят 500. — Авт.) Разве не дикость? А Кременчуг, где периодически бывают руководители государства? В этом городе, напомню, строят вагоны для метро, железных дорог. Но стране, оказывается, они не нужны. Вагоны приобретают в Корее! То же самое можно сказать об автобусах, троллейбусах. Идет погоня за импортным. Евро-2012 грядет.

— Ваш институт каким-то образом задействован в подготовке объектов — стадионов, аэропортов, гостиниц — к футбольному чемпионату?

— Нет. Даже знаменитый Институт электросварки им. Патона остался в стороне. Ему были адресованы лишь некоторые незначительные заказы. А ведь раньше наш институт был в эпицентре всех значимых киевских строек.

Николай Васильевич подошел к мебельной стенке, открыл шкафчик и стал что-то искать. Тем временем рассматриваю его кабинет. Весьма скромно. На полу — красная ковровая дорожка. Возле рабочего стола — флаги. Книги, фотографии, с десяток сувениров... На полке в дальнем уголке заметил фигурку льва. На самом видном месте, сверху, над полками, — известная «картина» приличных размеров (где-то метр на метр): периодическая система химических элементов Менделеева.

Через минуту в руках ученого появился... кубок.

— Это же копия футбольного Кубка мира! Изящная работа!

— Точная копия, один к одному, — уточнил академик. — Когда в 2002 г. в Южной Корее и Японии проходил мировой чемпионат по футболу, по специальному заказу мы изготовили сувенирные копии главного приза. Это было нам по силам, ведь в институте разработана технология нанесения защитных, коррозиестойких и декоративных покрытий. Нитрид титана — так называется этот материал. На вид он такой же, как золото. Поэтому как только в Украину «пришло» Евро-2012, мы неоднократно предлагали некоторым чиновникам: давайте приятно удивим болельщиков, гостей первенства. Я рассказывал им о сувенирной продукции, показывал копию кубка. Но они и бровью не повели.

— Может, о вашем давнишнем футбольном проекте никто в Украине и слыхом не слыхивал?

— Ну что вы! Вопрос, полагаю, упирается... в откаты.

— Зато относительно недавно вас попросили изготовить инструменты для производства специальной мебели для Верховной Рады. Это профиль института?

— Было и такое. Видите ли, есть сложные изделия, например турбинные лопатки — их изготовляют из высокопрочных сплавов, при помощи абразивного инструмента. Но чтобы он работал долго, надежно, его все время нужно направлять и «заправлять». А чем? Инструментом другого порядка — алмазным, сверхточным. Вот мы его и выпускаем. Покупают предприятия в Запорожье, Николаеве, России.

— Нынче на многих участках ремонтируют шоссейные дороги, улицы и проспекты. Покупают ли у вас коммунальщики резцы для дорожных машин?

— Очень слабо. Понимаете, эти машины — в основном немецкой фирмы Wirtgen. Хочет ли она пустить к себе конкурентов? Нет. Поэтому навязывает свои резцы. Чтобы переломить ситуацию, нужен государственный подход, необходимо сделать ставку на развитие внутреннего рынка. Когда в 1977 г. я пришел работать в институт, ежегодный объем выполняемых работ составлял около 7 млн. советских рублей (где-то 7 млн. долл.). К 1990 г. — 60 млн. рублей. А потом началось...

— Падение?

— Сегодня этот объем — 60 млн. грн. По западным меркам такой коллектив (700 чел.) должен «давать» не менее 25 млн. долл.

Авторское отступление. Первая промышленная партия синтетических алмазов в количестве 2 тыс. карат (400 г) была произведена на опытном заводе института в октябре 1961 г. Через год выпуск алмазов увеличился в 30 раз и составил 137 тыс. 400 карат (27,48 кг), а в декабре 1963 г. достиг 3 млн. 61 тыс. 630 карат (612,322 кг). В течение 50-летнего периода общий объем синтетических алмазов, «сошедших с конвейера», составил 424 млн. 500 тыс. 698 карат, или 84,3 т. Пик выпуска зафиксирован в 1991 г. — 20 млн. 731 тыс. 247 карат.

— На официальном сайте института производственные показатели на первый взгляд солидные. Вы ежегодно заключаете 150—200 контрактов.

— Правильно. Но это же мелкие контракты. Мы не столько «делаем погоду», сколько показываем возможности... Демонстрируем образцы продукции. Вот я побывал на Новокраматорском машиностроительном заводе, у Георгия Скударя. Тамошнее производство не может обходиться без режущих пластин. Георгий Маркович предложил, чтобы мы поставляли предприятию эти пластины. Но ему ведь нужна крупная партия — 10 тысяч. А институт может сделать не более ста.

— Что мешает выполнить заказ машиностроителей?

— Но мы же — госпредприятие! Я не могу взять кредит для создания цеха по выпуску тех же режущих пластин. Нам нужны инвестиции... А зарубежные партнеры не спешат к нам. То есть не можем развернуться... Вот сдаем в аренду часть институтских площадей, получаем за это деньги. Если до недавнего времени я имел право направлять эти средства на научные разработки и даже платить ученым за их труд, то сегодня наложен запрет на такие операции. Зарабатываем, а тратить не можем.

— Почему?

— В обществе, в руководящих органах нет четкого представления о роли и задачах науки. Вспомните министерство, в названии которого было бы слово «промышленность». Нет такого.

Порошок для «Тойоты»

— Когда Украина обрела независимость, то имела ряд заводов алмазного профиля. Что с ними сегодня?

— Десять разных предприятий работало. Загублено все. Скажем, был отличный завод в Полтаве. И был типичный для многих таких объектов путь приватизации и прихватизации, продажи иностранцам.

— Завод купили структуры, за которыми просматривается известная «бриллиантовая» компания «Де Бирс»?

— Да, была такая информация. Однако новые хозяева не понимали, что это предприятие может работать только «в контакте» с Институтом сверхтвердых материалов. Потому что технологии для полтавчан разработали именно мы. Есть соответствующие патенты. Увы, западные собственники не захотели с нами сотрудничать.

— Какова же причина?

— Есть более дешевые технологии. Завод поработал малость и стал неконкурентоспособным. Китайское алмазное производство серьезно потеснило и «Де Бирс», и «Дженерал электрик», и другие компании.

— А если бы предприятие использовало разработки Института сверхтвердых материалов, это помогло бы ему выжить (с учетом китайской экспансии)?

— Да. Потому что технологии изготовления низкопрочных алмазов, которые тогда предлагал институт, — вне конкуренции, они и по сей день остаются лучшими.

— Накануне беседы с вами я прочитал, что ученые ИСМ разработали станки, алмазные инструменты и технологии, которые позволяют выпускать металлические зеркала до трех метров в диаметре. Вас и после этого не завалили заказами?

— По этой технологии вместе с коллегами из киевского «Арсенала» мы разработали производство оптических элементов, которые применяются для оснащения авиации, ракетной техники, танков. И все это купили китайцы.

— А к созданию новейшего украинского танка «Оплот» вы тоже причастны?

— Везде, где применяется передовая техника, присутствует какой-то атом нашего труда. Я часто привожу такой пример. Где-то с 1992-го по 1997-й мы экспортировали в Японию порошок кубического нитрида бора. Это мельчайший порошок, где размер каждой частицы — от полмикрона до полутора микрона. Японцы спрессовывали его, спекали и делали резцы (кстати, такие операции и нам по силам). А потом эту продукцию передавали в автомобильную промышленность. Значит, в «Тойотах», «Ниссанах» есть частица и нашего труда.

— Гордитесь этим, Николай Васильевич?

— А как же. Еще при Союзе я внедрял на Московском автозаводе эти передовые технологии, за что и получил Госпремию СССР.

— Ваш нитрид бора и дальше идет в Японию?

— Мы не закончили тот проект. Таможня все сломала. Этот порошок (а он похож на цемент) вызвал у нее подозрения. На границе не могли понять, почему мы продаем «цемент» по высоким ценам. Решили, что здесь какой-то обман. И поставки были прекращены. А японцы не стали ждать у моря погоды — переключились на покупку китайского порошка.

— Чем сегодня можете удивить?

— Если подытожить результаты работы по ряду направлений за минувший год, то в нашем активе — шесть главных научных результатов мирового уровня. Разработали интересную технологию, позволяющую получать коллоидный раствор наночастиц серебра. Он имеет антибактериальные свойства. Медики уже заинтересовались... Вы улыбнетесь, возможно. Заинтересовались в Арабских Эмиратах. Обещают покупать...

— Однажды академик Юрий Пахомов заметил: «Наука может быть привлекательной, если вместо огромных НИИ у нас будут маленькие элитарные институты». Вы согласны с ним?

— Нельзя противопоставлять научные учреждения, сравнивать их по количественному составу. В развитых странах работают как большие, так и маленькие институты. Все зависит от того, какую цель ставим, что хотим от науки.

— А какие цели ставит перед собой академик Новиков?

— Хочу, чтобы все мы жили хорошо. Хочу сохранить институт. Здесь много труда вложено. А цели и задачи? Да их никто и не ставит передо мной. При советской власти меня каждый месяц вызывали или в Госплан, или в ЦК партии — ставили задачи. А сегодня — тишина, «режим молчания». Только один председатель Киевской госадминистрации Александр Попов пригласил на совещание, услышал мои аргументы.

Сразу после выступления в КГГА академика Новикова Попов поручил подчиненным изучить вопросы сотрудничества муниципалитета с Институтом сверхтвердых материалов. Отрадно, что город решил найти применение своим алмазным «россыпям».

Справка «2000»

Институт сверхтвердых материалов им. В. Н. Бакуля НАНУ. 04074, Киев-74, ул. Автозаводская, 2. Тел. 468-8632, факс 468-8625. E-mail: novikov@ism.kiev.ua

Николай Васильевич Новиков — известный ученый в области материаловедения, механики материалов и конструкций, научных основ машиностроения. Ведущий научный работник в области создания и применения сверхтвердых материалов как основы новой техники и высоких технологий ХХІ века. Родился в 1932 г. в Киеве. Возглавляет институт с 1977 г. Автор и соавтор более 500 научных работ. Доктор технических наук, профессор, академик НАНУ, заслуженный деятель науки и техники Украины, лауреат Государственных премий УССР (1973 г.), СССР (1981 г.), Украины (1996 г.), почетный доктор ряда отечественных и зарубежных институтов, университетов.

Награжден орденом князя Ярослава Мудрого V ст., полный кавалер ордена «За заслуги». Отмечен серебряной медалью и дипломом «За выдающиеся достижения ХХ века» (1995 г., Кембридж, Великобритания), орденами и медалями зарубежных стран.


Для вашей работы срочно понадобилось лазерное оборудование, а вы не знаете, где его можно приобрести? Не печальтесь! Заходите на наш сайт www.maxismart.ru, читайте информацию более детально и вы увидите, что у нас можно приобрести лазерное оборудование для резки металла по очень доступным ценам. Удачной вам покупки. Мы вас ждём!

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...


Загрузка...

Санкции для Молдовы

 В середине ноября Евросоюз заморозил финансовую помощь Молдове и пригрозил...

С Темзы выдачи нет

Высокий суд Лондона отказался рассматривать дело о выводе $1,91 млрд. из украинского...

Деловой середнячок

Обращать внимание не на количество ступенек, на которые поднялась наша страна, а...

Изрубленные шашечками

Мало кто из потребителей знает, но в стране полностью отсутствует контроль за...

Регрессивное стимулирование

Глава Минсоцполитики Андрей Рева нашел 10 млрд. грн. для Пенсионного фонда: деньги на...

Экономная экономика — уже не тавтология

Лозунг «Экономика должна быть экономной», озвученный лидером СССР Леонидом...

Загрузка...

Не уверен — не возбуждайся

В центре переживаемого Украиной ажиотажного интереса к возобновляемой энергетике...

За одного профессионала двух «патриотов» дают

Еще 26 октября вице-премьер-министр и министр регионального развития, строительства и...

Поможет ли нам заграница убирать мусор

На Украине была создана современная научно-техническая и производственная база,...

Да не смотрите вы на карту!

Чтобы не ломать традиционный фермерский уклад, но повысить эффективность...

Обратим отходы в пользу

Примерно 40% произведенного продовольствия человечество выбрасывает на свалки

Куриная слепота

У европейских птицеводов не получится доказать незаконность украинского экспорта...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто

Получить ссылку для клиента
Авторские колонки

Блоги

Маркетгид
Загрузка...
Ошибка