Кто зарабатывает на безопасности АЭС

№42 (879) 19 — 25 октября 2018 г. 17 Октября 2018 5

Южно-Украинская АЭС

В последнее время в прессе появляются публикации о снижении надежности украинских АЭС. И это подтверждается реальным положением дел.

Так, в 2013 г. АЭС выработали 42% электроэнергии в Украине, а в 2017-м — 57,7%. В то же время в 2013 г. были две внеплановые остановки энергоблоков с отключением выработки электроэнергии, а в 2017 г. — 14(!). Естественно, это снижает выработку электроэнергии в стране и указывает на изношенность оборудования.

В статье «Время не ждет» («2000» №3(850), 19—25.01.2018) автор, экс-председатель Госкомитета по использованию ядерной энергии Михаил Уманец отмечает, что проблемы в атомной энергетике накапливались и не решались много лет.

Еще в начале 2000-х еженедельник одним из первых (если не самый первый) забил тревогу по АЭС, когда казалось, что в атомной энергетике было все более или менее благополучно. После публикации статьи статьи Михаила Уманца «Ответ по безопасности для Совета Безопасности» (август 2008 г.) прошло 10 лет, и возникает необходимость сравнить ситуацию с АЭС тогда и теперь.

В свое время в СМИ (ЗН, 2006) были приведены оптимистические заявления замминистра Минэнерго Юрия Недашковского о надежности наших АЭС. В качестве аргументов он сослался на «Энергетическую стратегию Украины до 2030
года», которой предусматривалось строительство 22 атомных блоков нового поколения с более высокой степенью безопасности.

Но в Украине, несмотря на все заверения чиновников, больше половины населения все равно продолжали относиться к атомной энергетике с недоверием, видимо, сказывался синдром Чернобыля. В своей статье профессионал-атомщик, бывший директор Чернобыльской АЭС Михаил Уманец указал на нереальность этой стратегии, так как никто не даст $100 млрд. на новые блоки, и их некому строить.

Теперь ситуация в сравнении с 2008 г. кардинально изменилась. Произошла авария на японской АЭС «Фукусима» (2011 г.), крайне осложнились отношения с Россией, с помощью которой предполагалось строить новые блоки. До на-стоящего времени за 10 лет не построено ни одного энергоблока. Стратегию пришлось корректировать, ей дали название «Новая энергетическая стратегия до 2035 года». В статье «Время не ждет» Михаил Уманец высказал критическое отношение и к этой стратегии. История повторилась.

Тот же Юрий Недашковский, но уже в ранге президента НАЭК «Энергоатом», поддержал новую стратегию и заявил, что компания будет теперь в основном ориентироваться на продление ресурсов старых энергоблоков, что в 9 раз де-
шевле, чем строительство новых, и безопасность АЭС не пострадает.

Однако непонятно, как это сделать без разработчиков реакторов наших АЭС. По причине отсутствия перспективы продление эксплуатации энергоблоков в Украине сверх проектного происходит на больший срок, чем это сделано в
других странах для таких же энергоблоков (и даже в России, стране-изготовителе ядерных установок). Т. о. создаются дополнительные риски при эксплуатации АЭС. Авария на «Фукусиме» подтвердила, что сомнения у населения насчет безопасности АЭС небезосновательны, и во многих странах вновь заговорили о моратории на строительство АЭС.

В Европе заинтересовались, как обстоят дела на Украине, хватает ли у нас здравого смысла, чтобы не допустить Чернобыль-2. Из-за недоверия к официальным источникам общественные организации начали сами собирать сведения о реальной ситуации на АЭС.

В сентябре 2012 г. в Киеве при финансовой поддержке немецкой общественной организации Фонд имени Генриха Белля в Украине состоялась международная конференция «Проблемы атомной энергетики на Украине». На конференции был представлен доклад Национального экологического центра Украины (НЭЦУ) «Эксплуатация ядерных энергоблоков в сверхпроектный период. Мировая практика и особенности процесса в Украине». В докладе подчеркивается, что в этом процессе не учитывается ряд работ, и государственное предприятие НАЭК «Энергоатом» не проводит прозрачного экономического обоснования ПТЭ (продление термина эксплуатации).

По инициативе НАЭК была изменена статья закона о ядерной энергетике. Положение о том, что «решение относительно продолжения срока эксплуатации ядерных установок принимается в том же порядке, что и решение о строительстве ядерных установок» было заменено на удобную для «Энергоатома» формулировку: «решение относительно продолжения срока эксплуатации существующих ядерных установок принимается органом регуляции ядерной и радиационной безопасности».

Эти изменения привели к тому, что обосновывать продолжение работы ядерных реакторов сверх проектного срока «Энергоатому» не нужно. Также компания имеет право не проводить никаких обсуждений с общественностью, как это предусматривалось ранее. Расходы на продление срока эксплуатации украинских блоков оказались более низкими, меньше в 2—4 раза, чем показывает мировой опыт.На конференции было высказано предположение, что при продлении срока эксплуатации не учитывается часть расходов по общей безопасности АЭС.

Специалистам известно, что общая безопасность состоит из двух составляющих: первая — защита ядерных реакторов от внешних воздействий, на которые они не рассчитаны, и вторая — защита населения от воздействия ядерных реакторов (ядерная и радиационная безопасность). Первую составляющую безопасности, к которой также относят энергетическую, проектную и экологическую, принято называть «безопасность площадки». Видимо, из-за того, что она не учитывается, затраты на продление срока эксплуатации атомных энергоблоков занижаются.

Минтопэнерго также добивается снижения расходов на продление работы блоков, так как в этом случае «кому-то» достается больше денег от продажи электроэнергии, а вопросы общей безопасности АЭС уходят на второй план.

АЭС сдают электроэнергию в «Энергорынок» по низкой цене, но потребителям она продается по цене в 10 раз выше — так создаются громадные финансовые потоки, которые контролируются финансово-промышленными группами.

На конференции напомнили, что авария на «Фукусиме» произошла не из-за неисправности ядерных установок, а по причине того, что не была обеспечена безопасность площадки: землетрясение и цунами оказались больше тех, на которые она была рассчитана. Что касается аварии на ЧАЭС, то ясно одно: если бы не было эксперимента по использованию электроэнергии — «выбега ротора генератора», не было бы и аварии. Т. е. она также произошла от внешнего воздействия на реактор при эксперименте, и неясно, имелось ли согласие разработчика реактора на этот эксперимент.

При продлении эксплуатации необходимо учитывать общую безопасность, а не только ядерную и радиационную, как это делают Минтопэнерго и «Энергоатом».

Иностранных участников больше всего интересовала Ровенская АЭС, так как она ближе всего расположена к границам ЕС — от границы с Польшей ее отделяет 90 км. Но самое главное — она единственная в мире расположена в зоне карстов: атомные блоки стоят на ненадежном основании, из-за чего станция ранее уже останавливалась на длительное время для ликвидации последствий, причиненных образованием карстовых воронок, которые появились в результате экстремальных атмосферных осадков. Непонятно, как при такой неблагоприятной ситуации было принято решение о продлении эксплуатации энергоблоков №1 и №2 Ровенской АЭС на рекордные 20 лет, что стало самым большим сроком продления в мире.

По итогам конференции было принято обращение о пересмотре этого срока.

Еще в сентябре 2012 г. в киевскую общественную организацию «Координационный центр» поступила жалоба от жителей Кузнецовска на то, что на Ровенской АЭС из железобетонных секций очистных сооружений станции вынимают отходы и заполняют ими овраг вблизи речки Стырь. Что эти отходы загрязнены радиацией, стоки от них попадают в речку, и на это никто не реагирует, несмотря на то что речка Стырь входит в бассейн Днепра и эти загрязнения могут достигать Киева.

Поскольку на критические замечания относительно Ровенской АЭС реакции не последовало, в 2013 г. была создана рабочая группа с привлечением проектировщиков АЭС для проверки изложенных фактов.

Законом Украины об охране окружающей среды допускается такая проверка: «передбачається здійснення громадського контролю за додержанням законодавства про охорону навколишнього середовища». В ст. 11, 17, 20 закона «Об использовании ядерной энергии и радиационной безопасности» также указано, что граждане и их объединения имеют право на участие в обсуждении программ в сфере ядерной энергетики. В «Новой энергетической стратегии Украины до 2035 года» тоже поддерживается участие общественных организаций в выполнении этой программы и «інформування суспільства про діяльність органів державної влади з реалізації НЕС», что мы и делаем.

Что касается срока продления на 20 лет эксплуатации энергоблоков №1 и №2 типа ВВЭР-440 на Ровенской АЭС, то общественниками было установлено, что разработчик реакторов ОКБ «Гидропресс» (РФ) определил максимальный срок продления работы таких блоков — 15 лет. После истечения срока такие блоки №3 и №4 на Нововоронежской АЭС в России были выведены из эксплуатации. В Венгрии планируют вывести из эксплуатации такие блоки на АЭС «Пакш» в 2023 г., где в настоящее время строится новый блок. Эксплуатация данных блоков в Венгрии продлена на 10 лет. Так же собирались поступить и у нас. На Ровенской АЭС в 2005 г. был заложен камень на месте будущего блока №5, который собирались построить к 2018 г. и вывести блоки №1 и №2 из эксплуатации.

Основываясь на зарубежном опыте, нельзя сделать вывод о том, что ровенские блоки можно продлить на больший срок, чем это делают другие страны. Кроме того, генеральный проектировщик этих блоков институт «УралТЭП» не дал заключения по безопасной работе блоков на сверхпроектный период. Т. о. российские организации ОКБ «Гидропресс» и «УралТЭП» не несут ответственности за безопасность первых двух ровенских блоков.

Выводы общественной экспертизы были направлены в Минтопэнерго. Первый замминистра Минтопэнерго Галина Карп, которая отвечала на то время за атомную энергетику, официально заверила, что не следует беспокоиться, а столь неправомерное продление срока эксплуатации назвала «успішним досвідом продовження експлуатації».

Как оказалось, г-жа Карп финансист и никогда не имела отношения к энергетике (раньше работала в финансовом управлении в г. Калуш, а министр Игорь Насалик пригласил ее в ведомство, зная ее по работе в городе, где был мэром). К слову, г-жу Карп обвинили в коррупции, и она уволилась. На освободившуюся должность г-н Насалик пригласил Татьяну Максимец (вновь из своего окружения в Калуше), которая также не имела отношения к энергетике и работала юристом.

Подобные назначения заставляют думать, что руководству министерства важна не атомная энергетика, а интересы финансово-промышленных групп. Однако «обслуживание» финансовых групп не может не сказаться на безопасности АЭС. Ситуация с эксплуатацией ровенских атомных блоков в зоне карстов это подтверждает. Как сообщили общественникам в киевском институте по проектированию АЭС, Ровенская АЭС была построена в карстовом районе. Тогда посчитали, что карсты себя не проявят, так как в том районе их никогда не было. Но они проявились на третий год после начала эксплуатации блоков и были вызваны экстремальными атмосферными осадками. Станция оказалась на грани закрытия. С большим трудом ее удалось отстоять — благодаря тому, что была сделана защита от карстов.

В 2006 г. в связи с тем, что старая противокарстовая защита была рассчитана только на проектный период эксплуатации блоков, составили новую программу, в которой были предусмотрены мероприятия относительно «запобігання суффозійно-карстовим процесам». Однако программа была свернута из-за недостатка финансирования. Чиновники в министерстве посчитали, что таких природных аномалий в районе электростанции больше не будет, и карсты, мол, себя не проявят. Ныне ровенские блоки эксплуатируются без карстовой защиты.

Степень безопасности украинских блоков соответствовала требованиям норм и правил, которые были заложены на период их создания, но они не отвечают современным. Поэтому украинские нормативы были скорректированы, в них учтены правила МАГАТЭ по обязательному использованию новых нормативных документов при продлении эксплуатации блоков.

Получается, что блоки построены по старым нормам, а их продление нужно делать по новым. Потребуется время на разработку «актуальной» проектной документации. Но в Минтопэнерго на новые нормативы и требования стараются не обращать внимания, ведь их выполнение может в несколько раз увеличить расходы по продлению, а это уменьшит прибыль заинтересованных групп.

Для Ровенской АЭС по новым нормативам требуется противокарстовая защита блоков, однако она не сделана; тем самым снижены затраты на продление блоков, но создана угроза их аварийной остановки.

В атомной энергетике сложилась ситуация, при которой атомные блоки не могут заработать даже на продление своего существования, в то время как доходы финансово-промышленных групп с каждым годом увеличиваются.

По вопросу загрязнения территории Ровенской АЭС, о чем сообщали жители Кузнецовска, города-спутника АЭС, общественники выехали на место. Удалось выяснить, что по распоряжению Кабинета Министров в достройку энергоблока № входила установка по рециклингу извести, которая используется на АЭС для очистки речной воды (отработанную известь в виде известнякового теста (шлама) сушат и обжигают, восстанавливая ее без образования отходов).

К пуску блока установка не была достроена, ее запуск отложили на год. А токсичный известняковый шлам, в составе которого есть щелочь, стали сбрасывать в илоотстойник ливневых стоков (из-за того, что ил с территории АЭС радиоактивен, стоки по нормативам запрещается сразу сбрасывать в речку, они должны отстояться). Вскоре отстойник был заполнен, и известняковый шлам, смешанный с илом, стали извлекать из него и вывозить в овраг, а ливневые стоки — сбрасывать прямо в речку. Никто не стал напоминать о необходимости достройки установки рециклинга, и на станции продолжали (вплоть до настоящего времени) вывозить радиоактивные отходы в овраг, где их скопилось около 570 тыс. т. Нарушаются природоохранные законы: нельзя смешивать отходы и загрязнять ими территории, делать земляные накопители отходов в карстовом районе.

Кроме того, есть и экономическая составляющая: при образовании 1 т известнякового шлама расходуется $50 (общая сумма убытка достигает $28,5 млн.), непонятно, куда делись предусмотренные Кабмином средства. В пересчете на валюту это $5,3 млн. на достройку установки рециклинга, при работе которой станция могла бы получать прибыль вместо убытков.

Но самое опасное в том, что овраг с радиоактивными отходами отделяется от речки Стырь и насосной подачи речной воды на АЭС железнодорожной насыпью, которую используют как дамбу. И эти 570 тыс. т отходов в случае прорыва насыпи заполнят речку и насосную, произойдет экологическая катастрофа и остановка станции на длительное время.

А то, что подобное может произойти, подтверждают прорывы земляных дамб в других странах и на Украине. Вследствие прорыва дамбы шламонакопителя красных шламов в 2012 г. в Венгрии — была залита значительная территория, убытки составили свыше 2 млрд. евро. В 2015 г. прорвало дамбу накопителя отходов в Бразилии — была залита часть города, ущерб составил $5,3 млрд. На Украине в последние годы известны случаи прорыва земляных дамб на Бортничской станции аэрации в Киеве. Это происходит при экстремальных атмосферных осадках — отходы разжижаются и переходят в состояние пульпы.

Экстремальные осадки с подтоплением территории пока обходили Кузнецовск и АЭС, но наблюдались в Луцке, Сарнах, Ровно.

Выводы общественной экспертизы были направлены в Минтопэнерго с предложением рассмотреть поднятые вопросы на расширенном совещании специалистов и принять соответствующее решение. Однако на выводы общественной экспертизы по опасной ситуации на АЭС, связанной с карстами и неправомерным накоплением токсичных отходов, из Минтопэнерго в свое время пришла отписка за подписью г-жи Карп: «все відбувається згідно чинного законодавства». Т. е. нет смысла обсуждать проблему на совещаниях.

Что это, как не желание скрыть тревожные факты? В министерстве есть подразделения по экономической безопасности, но они не хотят информировать, куда ушли бюджетные средства на капитальное строительство Ровенской АЭС.

Этот ответ свидетельствует и о преступном равнодушии к экологической безопасности атомной станции.

Разобраться с ситуацией в атомной энергетике пытались общественники экологического фонда «Вубеф» (основатель Анатолий Процко, директор института КП «Теплоэлектропроект», Киев). Начали с вопроса сейсмичности украинских АЭС. Вопрос сейсмики был поднят МАГАТЭ после аварии на «Фукусиме»: во время землетрясения возникает дополнительная горизонтальная сила, о которой не знали раньше, и МАГАТЭ предложила в этой связи всем странам проверить свои блоки на сейсмоустойчивость.

В Украине проверку поручили провести Александру Альтману, бизнесмену с паспортом гражданина США. Он выбрал для проверки энергоблоки с ВВЭР-1000 на Запорожской и Южно-Украинской АЭС — с наиболее высоким проектным землетрясением (ПЗ) 6 баллов (для Ровенской и Хмельницкой АЭС ПЗ принималось 5 баллов). На то время уже были сделаны расчеты для АЭС «Темелин» в Чехии с такими же блоками и условиями по сейсмичности, как на Запорожской и Южно-Украинской АЭС. В министерстве сочли, что г-ну Альтману достаточно переписать расчет для АЭС «Темелин», чтобы отчитаться по выполнению поручения МАГАТЭ.

Однако на Украине наиболее опасным по сейсмике оказался энергоблок №4 на Ровенской АЭС: он стоит на сваях большой высоты, и при землетрясении реактор будет шатать больше, чем на естественном основании. По показателю ПЗ он сравнялся с ЗАЭС и ЮАЭС, т. к. по украинским нормативам при неблагоприятных геологических условиях (наличие карстов) ПЗ повышается.

Г-ну Альтману якобы выплатили 3,5 млн. грн. за фактически невыполненную работу, а он спустя некоторое время принял участие в смене собственника телеканала ТBI, что очень походило на рейдерский захват. Подобные действия лишний раз заставляют подозревать, что здесь не обошлось без интересов групп, которым нужен «свой» телеканал, и, очевидно, этот заказ и выполнялся. Если бы в министерстве действительно хотели проверить сейсмику на украинских АЭС, то поручили бы эту работу специализированным институтам — геофизики НАНУ и строительных конструкций НИИСК, которые были разработчиками украинских нормативных документов по сейсмике. В итоге вопрос проверки сейсмики для Ровенской АЭС остался нерешенным.

Кроме того, на украинских АЭС создалась серьезная проблема с их безопасностью в связи с использованием американских твэлов компании Westinghouse вместо российских компании «Твэл». Это новшество активно продвигают Минтопэнерго и «Энергоатом». По этой проблеме их представители встречались в Кузнецовске со специалистом (он просил не оглашать его имя), который длительное время работал в оперативном персонале Ровенской АЭС. Как он пояснил, проблема в том, что на советских реакторах, которые стоят на украинских АЭС, температура внутри реактора выше, чем на американских. Разработчик эксплуатирующихся у нас реакторов дал заключение, что американские твэлы для них не подходят.

Чтобы использовать американские твэлы, нужно произвести их опытно-промышленную проверку, а затем переделку, т. е. фактически сделать копию российских.

После опробования на своей АЭС с советскими реакторами отрицательное заключение дали финны, затем чехи, отказавшись от дальнейших экспериментов. По их заключениям у американских твэлов в сравнении с российскими ниже коррозионная и тепловая стойкость, что предопределяет возможность деформаций трубок твэлов.

Однако Минтопэнерго и «Энергоатом» согласились на проведение экспериментов, и первой для этого была выбрана Южно-Украинская АЭС. Проводятся эксперименты под нажимом извне: американцы не скрывают, что продвигают интересы своей компании. На ЮАЭС было несколько внеплановых остановок блоков, но якобы они происходили не из-за твэлов. По официальной информации, из-за твэлов были остановлены сразу два блока на ЮАЭС только раз.

Следующей по использованию американских твэлов стала Запорожская АЭС, но на ней был уже учтен опыт ЮАЭС: создали отряды быстрого реагирования и провели с ними учения под руководством американских специалистов.

Между тем специалисты предупреждают: такие эксперименты очень опасны, т. к. может произойти изгиб трубок твэлов, что будет препятствовать прохождению между ними стержней защиты и управления, которые гасят процесс ядерной реакции и останавливают реактор. Предполагается, нечто подобное произошло в Чернобыле. Особенно опасны такие эксперименты для блоков с ВВЭР-440, которые (в отличие от ВВЭР-1000) не имеют защитной герметической оболочки для локализации аварии. Эти реакторы стоят в обычном здании, причем в одном здании располагаются два реактора, поэтому их называют «дубль-блоки». Такие «дубль-блоки» стоят на АЭС «Пакш» в Венгрии и на Ровенской АЭС, но венгры категорически отказались от экспериментов с твэлами.

Появилась также информация, что на создание новых американских твэлов в Украине уже потрачено 185 млн. евро. И эти расходы, очевидно, не будут компенсированы американской стороной, поскольку компания Westinghouse в марте 2017 г. признана банкротом. Кроме того, Украина понесла убытки от недовыработки электроэнергии. Но Минтопэнерго спокойно относится к данной ситуации, расходы же оплачиваются населением за счет повышения тарифов.

Есть еще надежда, что Ровенской АЭС удастся уйти от опасных экспериментов, т. к. американские твэлы значительно дороже российских. И в отличие от российской американская компания не забирает отработанные твэлы, а на станции нет места для их хранения.

Нельзя обойти вниманием и решение Минтопэнерго выдавать меньше электроэнергии за счет снижения мощности ядерных реакторов и работать в таком режиме необходимое время. Дело в том, что ядерные реакторы всегда прежде работали в постоянном режиме по мощности, а пиковые нагрузки на электросеть покрывались тепловыми электростанциями. Постоянный режим работы позволял сохранить проектный срок службы ядерных установок. В связи с тем, что на Украине теплоэлектростанции изношены, топлива не хватает, стало проблематичным регулировать поставку электроэнергии потребителям.

Атомщики бьют тревогу, но министерских чиновников это не останавливает: они заявляют, что опытно-промышленная эксплуатация будет проходить только на новых блоках — №4 на Ровенской и №2 на Хмельницкой АЭС, которые введены в эксплуатацию в 2004 г.

При этом совершенно игнорируется факт, что блоки построены еще в советское время (пуск был намечен на 1991 г.). Т. о. их следует считать не новыми, а отремонтированными после длительного простоя — никто не отменял старение строительных конструкций и технологического оборудования.

Это значит, что часть оборудования изготовлена по старым стандартам, часть — по новым. Из-за этого уже случались сбои в работе энергоблоков. Проводить эксперименты по работе ядерных реакторов в разных режимах на таких блоках так же опасно, как и на старых. Следует помнить, что авария на ЧАЭС произошла при проведении эксперимента на турбогенераторе. Авария случилась при третьей попытке, две предыдущие тоже окончились неудачно, но реактор останавливали в штатном режиме. Третья попытка отличалась от предыдущих тем, что по просьбе диспетчерской службы Киевэнерго блок не отключали свыше 13 часов, и он несколько раз переходил с одного режима работы на другой. Так что трагический опыт работы ядерного реактора в переменных режимах у нас уже есть.

Пример Ровенской АЭС говорит о том, что нарушения требований безопасности могут происходить по причине непрофессионального управления и отсутствия контроля со стороны Минтопэнерго. Кстати, в министерстве уже нет специалистов-атомщиков, а на ключевые посты по ядерной энергетике даже назначают людей без технического образования.

Мы пришли к тому, что атомные энергоблоки работают на изношенном оборудовании в режимах сверхнагрузок, проводятся опасные эксперименты. Относительно того, что ситуация уже подошла к критическому уровню, бьет тревогу Михаил Уманец. Он предлагает для управления атомной энергетикой создать корпорацию «Укратом» с правительственными полномочиями, забрав эти права у Минтопэнерго. Это помогло бы собрать в корпорацию специалистов и навести порядок в атомной энергетике, установить жесткие требования к выполнению всех нормативных документов, а также аккумулировать деньги на вывод старых блоков из эксплуатации. Расчеты показывают: если бюджетные деньги будут расходоваться по назначению, их хватит и на строительство нового энергоблока, ведь процесс строительства займет семь лет.

Очень важно предусмотреть при «Укратоме» создание специального общественного совета с допуском его членов к документации по всем видам деятельности, в т. ч. коммерческой. Общественный контроль поможет противостоять финансово-промышленной группе, которая контролирует ядерную энергетику, получая сверхприбыли. В конечном итоге выиграет страна, а не частные компании. Для такой реорганизации нужны правительственные решения, и время не ждет, пока появится новое правительство.

Анатолий ЛИТВИНЕНКО, Олег МОЛОДЧЕНКО

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...


Загрузка...

Поможет ли нам заграница убирать мусор

На Украине была создана современная научно-техническая и производственная база,...

Да не смотрите вы на карту!

Чтобы не ломать традиционный фермерский уклад, но повысить эффективность...

Обратим отходы в пользу

Примерно 40% произведенного продовольствия человечество выбрасывает на свалки

Куриная слепота

У европейских птицеводов не получится доказать незаконность украинского экспорта...

Беларусь готовится к пуску атомного сердца

Реактор Белорусской АЭС находится внутри специального здания, которого не было ни в...

Загрузка...

В пяти шагах от дома

В нашей стране четыре категории граждан имеют право на доступное жилье от государства

Баррель преткновения

Государство наверняка попытается извлечь выгоду из очередного всплеска цен на...

Аграрии не ощутили поддержки

За три месяца до окончания календарного года аграрии констатировали неэффективность...

Владимир Бублей: «Уничтожить рынок металлолома можно...

Что не поделили металлурги и заготовители лома? Почему производители постоянно...

Народные избранники ополчились против курения

Искусственный никотин, входящий в состав жидкостей для электронных сигарет,...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто

Получить ссылку для клиента
Авторские колонки

Блоги

Маркетгид
Загрузка...
Ошибка