Трутни чего-то напутали

№17 (863) 27 апреля — 3 мая 2018 г. 25 Апреля 2018 5

Украина это один из крупнейших в мире экспортеров меда, стабильно занимающий 3-ю строчку рейтинга — после Китая и Аргентины. Но при этом пчеловодческая отрасль не похожа ни на одну другую: тут почти нет крупных производителей, а сотни тысяч мелких пасечников работают ниже уровня рентабельности. Только 2% из 400 тыс. пасечников — формально зарегистрированные предприниматели, причем считаются они почему-то животноводами (код 01.49 «Разведение других животных).

Нет другой такой отрасли сельского хозяйства, которая бы настолько находилась в тени — фактически почти все цифры официальной статистики здесь очень приблизительны. Например, производство меда за 2016 г. составило едва 59 тыс. т — на 14 тыс. т меньше, чем в 2013 г. Однако это лживый показатель — он почти полностью совпадает с цифрой экспорта, которая составляет 96% от внутреннего производства. Если верить статистике, то украинцы едят только 60 г меда в год — что неправдоподобно.

Более-менее точно можно посчитать только экспорт. Он с 2011 г. демонстрирует грандиозный рост — в 7 раз! Валютная выручка от этой статьи экспорта в 2017 г. — около 134 млн. долл.

И это при том, что экспортировать мед крайне сложно. Так, квота в ЕС с нулевой ставкой составляла до 2017 г. только 5 тыс. т, а затем была увеличена еще всего на 2,5 тыс. т. В реестре экспортных мощностей Госпродпотребслужбы зарегистрированы 74 экспортера. То есть один экспортер приходится примерно на 5300 производителей! Это тоже уникальное соотношение.

Для большинства наших пасечников будет серьезным шоком узнать, что рынок меда регулируется 26 инструментами и 44 регуляторными актами. Почему же он остается таким диким и серым?

Это постарались выяснить эксперты Офиса эффективного регулирования (BRDO), выполнившие колоссальную работу, изучив номенклатурные документы, которыми должен руководствоваться любой, кто производит мед. Оказалось, что 8 нормативных актов неактуальны, а еще 3 — незаконны.

Зачем паспорт насекомым

Одними из самых «коррупционно опасных» являются первые же шаги, которые должен пройти пасечник, чтобы легализоваться.

Например, закон «Про бджільництво» предусматривает, что пасека подлежит регистрации — вот только регистрировать ее нужно, согласно тексту документа, в местных органах исполнительной власти или органах местного самоуправления. Уже это создает казус дублирования полномочий.

В то же время законодательство не предусматривает никакого наказания за отсутствие регистрации, а сама регистрации не имеет никакого смысла даже для государства — оно не ведет реестра пасечников. В результате сельсоветы часто даже не подозревают, что они должны зачем-то регистрировать пчел!

Иногда регистрацией занимаются совсем уж странные люди: так, Госпродпотребслужба сообщает, что в Волынской обл. регистрацию пасеки проводят ее районные управления.

После регистрации подтвердить ее должны в 30-дневный срок органы ветеринарной медицины. Но с какого момента отсчитывать 30 дней — никто не знает, это нигде не указано. Более того, как и какие документы подавать ветеринарам, тоже не формализовано.

Каждая пасека обязана иметь паспорт — ветеринарный документ о состоянии пчелиных семей. В то же время согласно закону «Про ветеринарну медицину» паспорт пасеки не относится к ветеринарным документам! А между тем он нужен, даже чтобы просто продавать мед на рынке.

Паспорт пасеки обходится недешево: например, для 100 ульев суммарная стоимость превысит 4 тыс. грн., а для 3 тыс. пчелосемей — свыше 107 тыс. грн. При этом осмотр и исследование пасеки проводятся, как правило, два раза в год.

Но эта процедура никак не прописана в законодательстве, как нет и расчета ее стоимости. Более того, она не отвечает положениям закона «Про адміністративні послуги». Нет и никаких критериев, согласно которым можно оправдать отказ в выдаче паспорта пасеки, а срок действия документа не определен законодательством.

Кто убил моих пчел?

Ученые всего мира отмечают, что планета столкнулась с глобальным явлением — массовым и стремительным вымиранием пчел. «Синдром разрушения пчелиных семей» как беда именуется официально и не имеет одного объяснения. Эксперты полагают, что виной тому целый ряд факторов. Но один из самых ключевых — применение агрохимии.

Согласно украинскому закону «Про бджільництво» как физические, так и юридические лица обязаны не позднее чем за три дня до обработки медоносных растений сообщать об этом через СМИ всем пасечникам в радиусе минимум 10 км от соответствующего поля. В сообщении должны указываться дата обработки, название препарата, его токсичность и т. д. Никакого контроля исполнения этой нормы закона не существует, как не проводился и анализ оценки ее эффективности.

Самое неприятное — если ваша пасека погибла из-за того, что соседи применили пестициды, доказать убытки и их связь с халатными действиями будет практически невозможно. В Украине нет ни законодательства, которое бы защищало пасечников в случае отравления пчел, ни норм, регулирующих процедурные аспекты подтверждения самого факта отравления. Паспорт пасеки, кстати, в этом смысле совершенно бесполезен — хотя за него и платят существенные деньги.

Единственный нормативно-правовой акт, работающий здесь, ссылается на инструкцию, датированную еще 1989 г. Конечно, все это не работает на практике.

А вот в Европе, например, предусмотрен запрет использования новых средств защиты растений без научного вывода такой организации, как EFSA (European Food Safety Authority). В США для защиты пчел также применяется усиленный контроль за оборотом пестицидов и агрохимии.

Для многих пасечников из развитых стран мед — лишь вторичный, сопутствующий продукт бизнеса. Учитывая грандиозную роль, которую играют пчелы в повышении продуктивности сельхозугодий, большую часть выручки пасечникам дает плата от аграриев за опыление площадей.

Этот бизнес четко отрегулирован. В США стоимость использования одной пчелосемьи для опыления утверждена министерством аграрной промышленности. Средняя стоимость аренды одной пчелосемьи колеблется от 50 до 167 долл., а рынок опыления всего в шести значимых агрорегионах страны превышает 350 млн. долл. Конечно, кооперация агропроизводителей и пасечников приводит к тому, что задача защиты пчел от агрохимии решается комплексно — в защите насекомых кровно заинтересованы те, кто потом будет покупать услуги по их использованию в качестве опылителей.

В Украине не просто отсутствует подобный механизм регулирования, стимулирования повышения урожайности — нет даже цивилизованной традиции сотрудничества агропроизводителей и собственников пасек.

Что подмешали?

Наверное, все покупатели знают: качество меда — это лотерея. Дело в том, что приказ Минэкономразвития от 2003 г., устанавливающий правила розничной торговли продуктами, обязывает реализовывать мед лишь при наличии документов, подтверждающих его соответствие ГОСТ 19792-97 «Мед натуральний. ТУ».

Это противозаконное требование: данный ГОСТ не действует на территории Украины и не может использоваться производителями.

Есть и еще более странные изгибы законодательства. Например, закон «Про бджільництво» требует ветеринарно-санитарную экспертизу продуктов пчеловодства, предназначенных к реализации. Но четкой процедуры прохождения ветеринарно-санитарной экспертизы для меда просто нет! Как нет даже перечня исследований, которые должны проводиться в рамках такой экспертизы.

Конечно, это шикарный подарок коррупционерам — лаборатории рынков могут требовать от пасечников любые документы, устанавливать на свои «исследования» любую цену — вся эта деятельность находится вне правового поля.

Еще один документ, который должен сопровождать мед как продукт, — это товарно-транспортная накладная. Но законодательство не устанавливает форму этого документа, не определяет, какая информация должна в нем значиться. Даже не определяет субъект, который обязан составлять такой документ!

Но настоящий хаос вас ждет, если вы сформировали экспортную партию и желаете продавать мед за рубеж. Среди прочего Минагрополитики требует, чтобы продукция пчеловодства, предназначенная на экспорт, имела сертификат соответствия. Однако процедура получения такого сертификата не установлена. Более того — полномочия по выдаче такого сертификата не возложены ни на один центральный орган исполнительной власти!

Это лишь малая часть «бумажных» проблем, с которой сталкивается отрасль. Нормализация хотя бы части из них — жизненно необходима, чтобы медовый бизнес начал выходить из тени. Почти полмиллиона отечественных пчеловодов, каждый из которых в той или иной степени по сути агропредприниматель, — слишком большая цифра, чтобы и дальше игнорировать этот грандиозный потенциал и вставлять палки в колеса тем, кто способен сделать нашу жизнь сладкой.

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...


Загрузка...
Загрузка...

В пяти шагах от дома

В нашей стране четыре категории граждан имеют право на доступное жилье от государства

Кто зарабатывает на безопасности АЭС

Атомные энергоблоки работают на изношенном оборудовании в режимах сверхнагрузок,...

Баррель преткновения

Государство наверняка попытается извлечь выгоду из очередного всплеска цен на...

Аграрии не ощутили поддержки

За три месяца до окончания календарного года аграрии констатировали неэффективность...

Владимир Бублей: «Уничтожить рынок металлолома можно...

Что не поделили металлурги и заготовители лома? Почему производители постоянно...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто

Получить ссылку для клиента
Авторские колонки

Блоги

Маркетгид
Загрузка...
Ошибка