Время работает против нас

№9—10 (856) 2—8 марта 2018 г. 28 Февраля 2018 5

Виктор Яковлевич! Внимательно изучил вашу статью «Время не ждет, однако и не прощает ни одного потерянного мгновения». Это единственное, с чем я согласен в статье.

Не прощает и не простит!

Понимаю, что ваша фраза: «Это не новаторство Украины, как это пытаются представить некоторые «энергетические профессионалы», — камень в мой огород. Это не первая попытка представить меня читателю как профана в области ядерной энергетики. Первую предпринял некий Лосев в статье «Почему атомная энергетика Украины информационно уязвима» на сайте УНИАН 5.09.2016 г.

Попытка найти Лосева не увенчалась успехом. А вот с вами, Виктор Яковлевич, о профессионализме мы поговорим. Да простит меня читатель: все, что я напишу о себе, это не пиар, не самореклама, а аргумент в дискуссии с лосевыми.

Я пришел в атомную энергетику в 1972 г. на строящуюся Ленинградскую АЭС. Прошел три ступени — начальник цеха наладки и испытания оборудования, заместитель главного инженера по эксплуатации, главный инженер Ленинградской АЭС.

В ноябре 1986 г. мне предложили должность директора Чернобыльской АЭС. Могли ли в то время эту должность предложить «энергетическому профессионалу»? Пять лет в эпицентре катастрофы я руководил ликвидацией ее последствий. В арсенале у меня пуск третьего, наиболее пострадавшего от аварии, энергоблока, выполнение мероприятий по повышению уровня эксплуатации реакторов РБМК, вторичная дезактивация станции и территории, создание энергополиса ЧАЭС — Славутич. С 1992-го по 1996 г. я — президент концерна «Укратомэнергопром», председатель Госкомитета Украины по использованию ядерной энергии (Госкоматом). В этот тяжелейший, «бартерный», период была подготовлена Программа развития атомной энергетики до 2010 г., в дальнейшем утвержденная Верховной Радой, достроен и пущен шестой блок Запорожской АЭС. Я участвовал в его пуске в качестве председателя государственной комиссии.

С марта 1996 г. по февраль 2003 г. я работал главным консультантом Государственного аварийно-технического центра атомной энергетики, помощником премьер-министра, первым заместителем министра энергетики Украины.

Я лауреат премии Совета Министров СССР, Государственной премии Украины в области науки и техники, заслуженный энергетик Украины, Почетный работник атомной энергетики Украины, награжден тремя орденами (один — СССР, один — России, один — Украины), двумя медалями Росэнергоатома «За заслуги в повышении уровня безопасности АЭС». Я академик Всемирной академии наук по экологии, защите человека и природы.

Имею пять изобретений, за одно из которых награжден медалью Николая Рериха названной выше академии.

А теперь заглянем в ваше резюме, Виктор Яковлевич. С 1961-го по 2014 гг. вы работали на Ждановском заводе тяжелого машиностроения и в Киевском научно-исследовательском и проектно-конструкторском институте «Энергопроект».

Этот институт не проектировал реакторные установки. Ни на одном предприятии, использующем хоть какие-то ядерные установки, вы не работали. Т. о. весь ваш практический опыт работы в области атомной энергетики и ядерно-топливного цикла начинался и заканчивался кульманом и компьютером. И только с марта 2017 г. вы — старший научный сотрудник Государственного научно-технического центра по ядерной и радиационной безопасности.

Очевидно, этот «всеобъемлющий опыт» позволил вам назвать «Энергетическую стратегию Украины до 2035 г.» главным энергетическим документом страны. Повторю то, что я писал в своей предыдущей статье об этой «стратегии» в части атомной энергетики и ядерно-топливного цикла: «стратегия» не стоит бумаги, на которой написана.

Передо мной комментарий к упомянутой стратегии инициативной группы по развитию атомной энергетики и промышленности Украины. Он — на 112 страницах. Было бы очень важно его обнародовать.

А теперь по сути. Откуда взялся оптимизм относительно возможности продления сроков эксплуатации реакторов ВВЭР-1000 на 30 лет, т. е. до 60 лет? Ссылки на опыт США, мягко говоря, некорректны.

У реактора ВВЭР-1000 есть главный конструктор, есть завод-изготовитель. Они что, согласовали эту цифру — 30 лет? Нет такого согласования!

И с каких это пор Госкомитет ядерного регулирования (ГКЯР) счел возможным принимать такие решения без согласования с главным конструктором?! Напомню, что срок эксплуатации первого реактора ВВЭР-1000 (пятый блок Нововоронежской АЭС) продлен на 10 лет, и после пуска блока №6 с реактором ВВЭР-1200 планируется остановка блока №5 (возможно, досрочно).

Хочу напомнить горячим головам, что одной из причин Чернобыльской катастрофы назван тот факт, что злополучная программа испытания «выбега генератора» не была согласована с научным руководителем и главным конструктором.

Не наступайте на те же грабли, это может дорого обойтись! Ведь зыбкая надежда на цифру 30 (вместо 15) — это ориентация на безделье в решении проблемы строительства замещающих мощностей.

Приведу еще одну вашу фразу: «И в настоящее время, для того чтобы ставить вопрос об отжиге корпусов реакторов ВВЭР-1000 в качестве обязательного условия для их сверхпроектной эксплуатации, как это делает Михаил Уманец, нет никаких оснований». А далее — трескучие фразы о полномасштабном анализе, о соответствии уровня безопасности действующим нормативным положениям и т. д.

Но ведь отмена отжига также не согласована с главным конструктором! Кем вы подменили его функции? Передо мной записка Института сварки им. Патона «Анализ состояния дел с продлением сроков эксплуатации энергоблоков АЭС Украины». Об этой подмене в ней говорится: «Такие сомнительные частные структуры (ООО «Инженерный центр «Техэнергомаш» (ЕДРПОУ 21646...*), ООО «ИПП-центр» (ЕДРПОУ 24264...), ООО «Укратомэнерго» (ЕДРПОУ 32999...), ООО «Бюро аналитических исследований безопасности АЭС» (ЕДРПОУ 39243...), ООО «Инжиниринговая компания «Атом-Энерго-Проект» (ЕДРПОУ 38314...), ООО «Институт поддержки эксплуатации АЭС (ЕДРПОУ 25387...) и т. д.), которые не имеют достаточно квалифицированного персонала и необходимого оборудования, что уже привело к серьезным проблемам при прохождении экспертизы подготовленных материалов по продлению в ГКЯР. И как следствие — к вынужденному длительному простою энергоблоков (ОП ЗАЭС №№ 1, 2)».

Приведу еще ваше замечание: «В статье Михаила Уманца муссируется тезис о том, что Украина эксплуатирует «старые» энергоблоки и что их безопасность и надежность находится на недостаточном уровне. Это абсолютно не соответствует реальному положению дел». И далее — целая страница опять трескучих фраз.

Виктор Яковлевич, позволю себе усомниться в том, что вы читали мою статью. О надежности и безопасности в ней ничего нет! Да я и не ставил перед собой такую цель. Но уж если напросились, отказать не могу. Итак, В 2015 г. имели место: 15 нарушений, классифицированных в соответствии со шкалой INES (МАГАТЭ), что в 1,5 раза больше показателей 2014 г.; 13 внеплановых отключений от сети энергоблоков, что почти в 2 раза больше, чем в 2014 г.

В первые пять месяцев 2016 г. имели место: 7 нарушений, классифицированных по шкале INES, что в 2 раза больше, чем за тот же период 2015 г.; 14 внеплановых отключений энергоблоков от сети, что почти в 4 раза больше, чем за тот же период 2015 г.

В январе — мае 2016 г. недовыработка электроэнергии из-за внеплановых остановок энергоблоков возросла в 33 раза (с 12 млн. кВт.ч до 339 млн. кВт.ч) по сравнению с тем же периодом 2015 г.

23 марта 2016 г. Южно-Украинская АЭС в результате последовательного отключения от сети энергоблоков №2 и №1 вся «села на ноль». И это притом что блок №2 только недавно вышел из долгосрочного ремонта. Результат плачевен: российские реакторы в 2015 г. отработали с коэффициентом 91,4%, наши — 71,8%, а в 2016-м и того хуже — только 66,6%.

К сожалению, у меня пока нет данных по 2017 г., но буду рад, если ситуация улучшилась.

Нам никогда не следует забывать о событии 22 сентября 2009 г. на энергоблоке №3 Ровенской АЭС, которое пытались замолчать, а позднее — свести его к некоей незначительной оплошности, что практически удалось. Наше счастье, что авария (непосадка предохранительного клапана) произошла на остановленном энергоблоке, и активная зона реактора находилась в глубоком подкритическом состоянии. А если бы это случилось на номинальной мощности! А ведь вероятность этого была очень высока.

Мы были в одном шаге от такой же аварии, как на американской АЭС «Три-Майл-Айленд».

Так что политика уверения общества в полной безопасности не только ошибочна, но и преступна.

Вынужден вновь обратиться к цитированию вашей статьи: «Строительство замещающих мощностей. Автор... поднял и подал данную тему правильно, однако, на мой взгляд, уж слишком сгустил краски». Далее — о том, что при разработке «Программы реализации положений энергетической отрасли Украины до 2035 года» будут рассмотрены вопросы выбора типов новых замещающих энергоблоков, что «к счастью, не определяется точкой зрения пусть даже и самого опытного специалиста». И далее: «... в Украине пока не проводилось объективное исследование...» (см. статью В. Шендеровича на стр. В1, 4).

Это абсурд! А как же 2008 г., когда межведомственная рабочая группа в составе экспертов Минтопэнерго, НАН, СНБО, НКЯР, НАЭК «Энергоатом» провела сравнительный анализ по 60 параметрам СANDU и пришла к выводу о возможности его применения в Украине?!

А 2009—2011 гг., когда совместная украинско-канадская рабочая группа в составе специалистов НАЭК «Энергоатом» и компании АЕС1 (Канада, главный конструктор) провела углубленное изучение технологии СANDU-EС6 по шести направлениям — безопасность, экономичность, опыт эксплуатации, ЯТЦ, лицензирование и нормативная база, инфраструктура — и пришла к тому же выводу? Так где только «точка зрения даже самого опытного специалиста»?

Обратите внимание на годы 2008—2011. Сегодня 2018-й. Десять лет прошло, и теперь из ваших уст звучит заверение, что уже в ближайшее время будут рассмотрены вопросы выбора типов новых замещающих энергоблоков. Вопросы будут рассмотрены, а когда же будет выбран новый тип реактора? Да и кто будет выбирать? Не те ли ООО, которые похоронили отжиг корпусов реакторов?

А теперь «ЦХОЯТ — оптимальный вариант решения проблемы»

Цитата: «Михаилу Уманцу, видимо, неизвестно, что ТЭО для отработавшего ядерного топлива было определено и доказана предпочтительность строительства... ЦХОЯТ...».

Виктор Яковлевич, мне доподлинно известно, как и когда это «было определено». И я ответственно написал, что дальнейшие отношения «НАЭК «Энергоатом» и фирмы «Холтек-Интернешнл» заслуживают особого изучения соответствующими органами. Свои соображения по поводу этого «доказано» я и А. П. Чернов подробно изложили в письме «на имя министра И. С. Насалика. (Вход. Минтопэнерго 04/119 от 15.02.2017 г.).

Думаю, у вас есть возможность изучить это письмо. Здесь только обозначу реперные его положения. Убедительно прошу обратить внимание на даты.

05.1996 г. утверждена Программа развития атомной энергетики (раздел 5.10) до 2010 г. В ней предусматривалось строительство пристанционных хранилищ ОЯТ.

2005 г. НАЭК «Энергоатом» с грубейшим нарушением законодательства признает фирму «Холтек-Интернешнл» победителем тендера по строительству уже не пристанционных, а Централизованного хранилища ОЯТ в Чернобыльской зоне. Под ключ! Внимание: стоимость оборудования — 54,3 млн. долл. Именно благодаря этой цене «Холтек-Интернешнл» признается победителем.

26.01.2015 г. Руководство «НАЭК «Энергоатом, забыв о необходимости выполнения условий проведенного тендера, подписывает дополнительное соглашение с «Холтек-Интернешнл» с названием «Поставка оборудования для хранилища ОЯТ реакторов ВВЭР с разработкой и внедрением модернизации технологии обращения с ОЯТ на энергоблоках АЭС». И допсоглашение объявляется приоритетным перед контрактом 2005 г.

Десять лет ушло на замену контракта допсоглашением! И цена оборудования выросла с 54,3 млн. долл. до 299,7 млн. долл., а цена реализации допсоглашения достигла заоблачного значения 1075,2 млн. долл. Обязательство «под ключ» бесследно исчезло. Напомню, цена строительства пристанционных хранилищ ОЯТ дешевле на 918,4 млн. долл.

Если бы только это! Проект ЦХОЯТ по технологии «Холтек» не отвечает нормам безопасности МАГАТЕ № 1SSR 2/1 в части требования (п. 80) инспектировать облученное ядерное топливо в сухих контейнерах в процессе эксплуатации.

Состояние ОЯТ, хранящихся в сухих контейнерах, не изучено и на вопрос, будет ли оно пригодно для дальнейшей регенерации, ответа нет. А ведь ОЯТ — это золотой фонд атомной энергетики.

И еще. Взгляните на карту Украины — вы же собираетесь транспортировать особо опасный груз с трех АЭС через всю Украину! А вы уверены в хорошем состоянии ж/д путей? Обслуживание ЦХОЯТ требует высококвалифицированного персонала, и удовлетворить это требование на АЭС безусловно проще, чем в Чернобыльской зоне.

Зачем ложь? С общественностью проект не согласован. Рекомендации общественных слушаний жителей Иванковского, Полесского районов и города Славутич провести референдум среди этих жителей об одобрении/неодобрении строительства ЦХОЯТ в зоне отчуждения НАЭК «Энергоатом» проигнорировал.

Последний раздел вашей статьи — «Атомной энергетике необходим конструктивный диалог». Согласен (и убежден) — в первую очередь о срочной необходимости создать новую систему управления. Основанием для моих предложений служат:

— выводы комиссии по причинам Чернобыльской катастрофы, в которых одной из причин аварии названа передача строительства и эксплуатации АЭС из Министерства среднего машиностроения (атомное министерство) в Министерство энергетики и электрификации СССР;

— попытка выполнить эту рекомендацию посредством создания Министерства атомной энергетики положительных результатов не дала, и АЭС были возвращены в Минсредмаш, а затем в корпорацию «Росатом». Игнорировать этот опыт считаю глупостью.

На моих глазах происходила деградация системы управления атомной отраслью от создания Госкомитета Украины по использованию ядерной энергии (Госкоматома) до его ликвидации и передачи АЭС и предприятий в Минэнерго Украины. Это решение и есть моментом «наступления на грабли». На первом этапе была создана структура под управлением первого заместителя министра и двух заместителей министра, департаменты были укомплектованы профессионалами, сегодня это только департамент, которым руководит Светлана Васильевна Кульчицкая (до нее руководил Григорий Иванович Плачков). Я не знаю этих людей, может, они семи пядей во лбу, но они не атомщики и потому являются кирпичами в стене непрофессионализма между проблемами атомной энергетики и руководством государства. А это не соответствует принципу приверженности культуре безопасности при эксплуатации ядерно и радиационно опасных технологий.

Атомная энергетика Украины пребывает в глубоком кризисе. Итог нашей независимости таков:

— денег нет, «НАЭК «Энергоатом» банкрот;

— своих технологий нет;

— руководящих кадров нет.

Это состояние требует создания и госкорпорации «Укратом», и создания правительственной комиссии, наделенной широкими полномочиями.

Работая генеральным директором ЧАЭС, я получил большой опыт работы в такой комиссии. Так что изучать цели, задачи и методы работы новой структуры управления можно быстро, опираясь на опыт. Но необходимо понять, что наша сегодняшняя система управления — импотент. Период ее пребывания «у власти» — это период безделья, безответственности и безнаказанности.

Мы с вами коснулись далеко не всех проблем. А ведь за четверть века при этой системе управления:

— не создана система научно-технического сопровождения эксплуатации АЭС и предприятий;

— не освоен Ново-Константиновский урановый рудник;

— не построен завод по производству ядерного топлива;

— загублено производство циркония и тяжелой воды;

— не решена проблема выгрузки ОЯТ из мокрого хранилища ЧАЭС;

— не решается проблема надежной изоляции и переработки жидких высокоактивных радиоактивных отходов предприятия «Барьер»;

— не построено хранилище твердых высокоактивных радиоактивных отходов.

Зато родили «мышь» — «Энергетическую стратегию развития до 2035 года». Убежден, что удачи нам не видать:

— если не будет срочно создана правительственная комиссия;

— если не создадим новую структуру управления и не укомплектуем ее патриотами-профессионалами.

P. S. Виктор Яковлевич!

В «2000» №8(855) от 23.02 — 1.03.2018 г. напечатана статья доктора экономических наук, профессора, Героя Украины Валентина Константиновича Симоненко — «Государственное управление — высокое искусство». Этот профессионал в течение 15 лет руководил Счетной палатой Украины и не понаслышке, а изнутри, на собственном опыте, изучил «высокое качество» системы государственного управления Украины.

Прошу Вас внимательно изучить статью и понять, что наша система управления атомной энергетикой и промышленностью — это фрагмент государственной системы. Она несет в себе те же риски и смертоносные последствия для страны, особенно с учетом того, что электрогенерация является фундаментом экономики государства, а атомная энергетика сегодня вырабатывает 70% общего объема генерации в Украине.

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...


Загрузка...
Загрузка...

Если лишить аграриев льгот, они начнут работать

В этом тихоокеанском государстве рынок земли существует еще с колониальных времен, в...

Мы не перерабатываем мусор. Поэтому импортируем его!

Всего за два года украинцы стали мусорить на 8% больше

Евродрова вместо газа

С экономической точки зрения производство брикетов из биомассы более привлекательно,...

Цезий и стронций для народа

Чернобыльская зона уже давно стала местом «паломничества» браконьеров, которые...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто

Получить ссылку для клиента
Авторские колонки

Блоги

Маркетгид
Загрузка...
Ошибка