Запомните их имена: С. Бабушкин, Я. Виг, А. Пашенько, М. Сусская

№33 (617) 17 – 23 августа 2012 г. 16 Августа 2012 0

**Вина за разрушение старого Киева лежит не столько на людях, облеченных властью, сколько на архитекторах

Петр ТОЛОЧКО

То, о чем пойдет речь в настоящей статье, — крик души давнего киевлянина, утрачивающего чувство органической сопричастности к городу над седым Днепром. Постоянно ловлю себя на неприятной мысли, что для меня больше нет того очарования, которое вызывали раньше столичные улицы, парки, удивительный рельеф.

Подъезжая к Киеву с левого берега или плывя по Днепру, еще сравнительно недавно можно было видеть высокие склоны, покрытые зеленью садов и парков, над которыми возвышались золотые купола древних храмов. В этой удивительной панораме восхищенный взгляд ловил живописные монастырские и храмовые комплексы Выдубичей, Киево-Печерской лавры, Андреевской и Кирилловской церквей.

Мне в молодые годы приходилось проводить спецэкскурсии на так называемых речных трамваях. Их маршрут проходил от Почтовой площади до Выдубичей, затем до Вышгорода и обратно. Восторгам экскурсантов не было предела. Даже если это были и киевляне. Всегда казалось, что увиденное для них — какое-то откровение.

За зеленой стеной склонов, на холмах и крутоярах раскинулся большой город. Не Рим, конечно, но удивительно красивый, уютный для жизни, утопающий в зелени. Его визитными карточками были все те же православные храмы — знаменитая София Киевская, Владимирский собор, Покровский монастырь. Городская жилая застройка, вошедшая в литературу как «архитектура киевских подрядчиков», очаровывала необыкновенно красивой кирпичной кладкой с фигурными декоративными элементами и теплым изжелто-солнечным цветом фасадов. Она не возвышалась над храмами, не давила своими объемами, но как бы оттеняла их архитектурное первозначение, подчинялась давно найденным масштабам и пропорциям.

В еще большей мере сказанное относится к архитектурным шедеврам выдающихся зодчих Б.-Ф. Растрелли, И. Мичурина, В. Беретти, Д. Зайцева, В. Городецкого, В. Николаева, М. Казанского, П. Алешина и др., поражающим стилевой чистотой, а также гармоничным соединением с киевским рельефом.

К сожалению, того Киева практически уже нет. Он исчезает на наших глазах. Исчезает с такой скоростью, что мы не успеваем даже как следует отреагировать на это.

Посмотрите на город с левого берега Днепра сегодня. Маковки храмовых куполов еще просматриваются, но уже не доминируют в общей панораме. На гребень киевских гор вышли громады жилых домов. Они в одночасье сделали жалкими церковные сооружения. Даже знаменитую лаврскую колокольню высотой 96 м. Своими неимоверно большими объемами раздавили днепровские склоны, которые уже не кажутся такими высокими, как раньше. Так себе, небольшие всхолмления.

Помню, как общественность города была шокирована строительством дома по ул. Грушевского, 9а. Мне казалось, что оно в принципе невозможно. Против строительства выступило Украинское общество охраны памятников истории и культуры, я лично как его председатель, а тогда еще и как народный депутат. Наши обращения были направлены в том числе в Генпрокуратуру. И никакого результата. Некоторые надежды появились после прихода к власти Ющенко, который публично высказался за понижение высотности здания, но и они вскоре развеялись. Более того, именно при президентстве Ющенко была реализована вторая очередь этого гигантского проекта, в результате чего жилой дом «спустился» на Парковую аллею.

Как говорится, лиха беда начало. Вскоре на тех же печерских кручах вырос аналогичный архитектурный монстр. Его адрес: ул. Мазепы, 11а. Для этого был ликвидирован детский садик, а его территория отведена под новое строительство. И снова никакие протесты граждан, общества охраны памятников, общества охраны природы и др. не были услышаны. Аргументы власти были убийственно просты. А чем отличается территория по ул. Мазепы, 11а от территории по ул. Грушевского, 9а? Раз там было возможно возвести здание, то почему нельзя здесь? Строители пренебрегли и рекомендациями Министерства регионального развития и строительства, согласно которым жилищный комплекс по ул. Мазепы, 11а должен быть не выше 27 м от уровня земли, что определено генеральным планом застройки Киева, утвержденным Киевсоветом (№ 370/1834 от 28.09.2002 г.). И не нашлось в столице силы, которая бы урезонила организацию-заказчика, зашифрованную под названием «К. А. Н. Девелопмент».

Не успели улечься страсти по поводу названных выше строительств, как Киев был скандализирован новым. И опять в той же заповедной зоне исторического ландшафта, но теперь уже на террасе Парковой аллеи. Речь идет о сооружении четырехэтажной вертолетной площадки и эстакадной дороги в Верхний город. Как свидетельствует Главное управление охраны культурного наследия Киева, проект этот у них не рассматривался и никаких разрешительных документов не получал

В одной из газетных публикаций, сообщившей о находке в котловане пушечного ядра, выражается удивление, что обнаружили его строители, а не археологи. Но чему удивляться, если все три объекта имели статус эксклюзивной неприкасаемости. Неизвестные широкой общественности их высокие покровители сделали все, чтобы никто и ничто им не помешало. И раз уж они отважились застраивать днепровские склоны, которые имеют статус охраняемого исторического ландшафта и объявлены буферной зоной Киево-Печерского заповедника, то археологи им были и вовсе ни к чему.

К сожалению, пожирание парковой зоны на днепровских склонах на этом не прекратилось. Как сообщил председатель комиссии по вопросам культуры Киевского горсовета А. Бригинец, вдоль Парковой аллеи между стадионом «Динамо» и вертолетным городком планируется возведение еще двух шестиэтажных жилых домов. После того, что уже построено на склонах, продолжение их застройки не кажется невероятным. Но это будет означать, что они навсегда потеряют не только историческую ценность, но и экологическую, как зеленые легкие Киева. Так могут поступать не рачительные хозяева города, а безродные временщики, не осознающие себя его органической частью.

Не лучше обстоят дела с новой архитектурой и в других исторических районах Киева. Там она также не согласована с более ранними постройками — ни масштабом, ни стилистикой. Особенно это справедливо по отношению к башнеобразному зданию по Кловскому спуску, № 7, напоминающему шахматную фигуру, не то ладью, не то королеву. Правда, без соответствующего завершения. Я наблюдал строительство этого «шедевра» из окна рабочего кабинета и все ждал, когда его увенчает купол. Это казалось так естественно в соседстве с колокольней Киево-Печерского монастыря. Но ни купольного, ни какого-либо другого завершения так и не дождался. Видимо, архитектора больше устраивает эффект некоей незаконченности.

Новое строительство безжалостно не только к историческому ландшафту, но, к сожалению, и к исторической городской застройке. Под лозунгом реконструкции идет тотальное уничтожение старых зданий. Причем далеко не всегда физически устаревших, а часто требовавших лишь небольших реставрационных работ. За годы независимости Киев потерял сотни таких зданий: на бульв. Т. Шевченко, ул. Ярославов Вал, Рогнединской, Владимирской, Софиевской, Большой Житомирской, Сагайдачного, Спасской и др.

Технология убийств старых зданий проста. Из них отселяют жильцов, после чего дома постепенно умирают сами. Потом их с чистой совестью сносят. Даже те, которые будто бы подлежали реставрации и были подперты железными конструкциями. На очереди снос отселенных домов по ул. Софиевской, 20 и 21, Большой Васильковской, 50, Ярославов Вал, 15 (дом И. Сикорского), Гоголевской, 8, Андреевскому спуску, 14—16, Лютеранской, 32 и др.

Конечно, ничего вечного нет. Новое всегда будет приходить на смену старому. Но, во-первых, оно должно приходить не хаотично, а системно, а во-вторых, должно быть как минимум не хуже того, что было раньше. Особенно это касается строительства в исторических районах. Здесь по определению нельзя допустить такого безобразия, как на ул. Богдана Хмельницкого, 32, где новое офисное здание (неплохое само по себе) построили, совершенно не сообразуясь с застройкой квартала конца ХIХ — нач. ХХ вв.

Еще худшими примерами являются дома, окружающие Национальную оперу: академический жилой дом на ул. Владимирской, здание посольства ФРГ на ул. Б. Хмельницкого и офисный центр «Леонардо» на углу улиц Владимирской и Б. Хмельницкого. Как, собственно, и гостиница «Хаят» напротив Софии, при возведении которой было уничтожено здание конца ХIХ в., где располагалась редакция журнала «Киевская старина»

Оплакивая потери старой архитектуры и возмущаясь несуразностью новой, мы далеко не всегда верно определяем истинных виновников этих неблаговидных деяний. Больше всего от широкой общественности достается сильным мира сего: и тем, которые правят городом, и тем, которые руководят страной. Во многом это справедливо. Действительно, невозможно понять, к примеру, президента Ющенко, когда впритык к его резиденции был возведен нелепый, совершенно без всякой архитектуры, многоэтажный жилой дом, а он и словом не обмолвился. То же можно сказать и о президенте Януковиче, с инициативами которого народная молва связывает строительство вертолетодрома на Парковой аллее. Получают свое также столичные градональники — как от прессы, так и от защитников старого Киева, нередко устраивающих протестные пикеты перед зданием мэрии.

Не оправдывая людей, облеченных властью, я тем не менее считаю, что неизмеримо большая вина за разрушение старого Киева и его рельефа лежит на архитекторах. Как известно, ни одно строительство в городе не осуществляется без архитектурного проекта. Главный архитектор во всех случаях выступает идеологом архитектурного и градостроительного решения. С его именем новое здание входит в историю.

Мы уже не помним, кто был киевским градоначальником в 30—40-е годы ХIХ в., зато хорошо знаем, что именно тогда город украсило великолепное здание Университета св. Владимира, которое построил выдающийся архитектор В. Беретти. Со временем забудутся и имена нынешних киевских начальников, но то, что дома по ул. Грушевского, 9а и Кловский спуск, 7 построил архитектор С. Бабушкин, будут помнить. Как будут помнить и архитектора Я. Вига, строящего немыслимо гигантский квартал в охранной зоне Софии Киевской (ул. О. Гончара, 17—23); А. Пашенько, построившего огромное здание на бульваре Т. Шевченко, 28—30, буквально разорвавшее его; М. Сусскую, не пощадившую своим зданием по ул. Мазепы, 11б ни киевский рельеф, ни историческое окружение...

Названными фамилиями, разумеется, не исчерпывается список зодчих, изменяющих архитектурный облик столицы. Их значительно больше. Но, к сожалению, нет одного — главного, который бы координировал их работу и следил за тем, чтобы новое входило в киевскую архитектуру не точечно и хаотично, но комплексно, сообразно с тем, что построено раньше.

В безответственности архитектурного сообщества мне пришлось убедиться во время обсуждения на градсовете Минрегионстроя предпроектных предложений (архитектора А. Пашенько) строительства по адресу: Крещатик, 3—5. Предложением предусматривалось возведение здесь 40-этажного здания высотой более 120 м. Поразила общая атмосфера совета. Ни один архитектор не сказал, что такого строительства не должно быть в принципе. Обсуждали технические и инженерные детали, варианты высотности, предлагали понизить здание до 96 м. На мое замечание, что высота новой постройки не должна превышать высоту домов на четной стороне Крещатика, построенных в начале ХХ в., последовала реплика: «Петр Петрович, вы так говорите, потому что не архитектор».

Но разве надо быть архитектором, чтобы понимать немыслимость высотного строительства в начале Крещатика? Достаточно здравого смысла. Должно же быть у архитекторов чувство градостроительной гармонии. После окончания совета я спросил у одного уважаемого мной архитектора, откуда такая корпоративная солидарность? Ответ оказался до удивления прост: «Все мы архитекторы-практики. Сегодня обсуждали его проект, а завтра будем обсуждать мой. Отсюда и сдержанность в оценках». При этом он умолчал о еще одном важном мотиве. Чем больше объект, тем выше его стоимость, а следовательно, и стоимость проекта, что совсем небезразлично для его автора.

Со времени того обсуждения прошло уже два года, но начало Крещатика с нечетной стороны по-прежнему украшает зеленый металлический забор. А это значит, что борьба за высотность будущего здания продолжается. Не исключено, что небоскреб здесь таки вырастет. Предполагать это позволяет система удивительной круговой поруки в архитектурной корпорации, где одни создают проекты, другие осуществляют экспертные оценки, а третьи снабжают эти проекты всеми необходимыми разрешительными документами. Когда я обратился в Генпрокуратуру по поводу строительства дома по ул. Грушевского, 9а, то получил ответ, что документация оформлена правильно и все необходимые разрешительные бумаги в ней есть.

В заключение одно воспоминание. Думаю, это было в самом начале 80-х годов. Ко мне в кабинет на Владимирской, 3 пришел интеллигентный пожилой человек. Представился: «Каракис Иосиф Юльевич, архитектор». Спросил, слышал ли я про такого? Получив утвердительный ответ, пригласил меня на беседу. Только не в кабинете, а на территории Государственного исторического музея. На лавочке под развесистыми вишнями мы проговорили не меньше часа. Собственно, говорил Иосиф Юльевич, я больше слушал. По сути это была исповедь. Тогда его поносили за то, что он построил здание Художественной школы (ныне Национальный исторический музей) в самом центре древнего Киева, а также жилой дом на углу ул. Владимирской и Георгиевского пер., который перекрыл вид на Софию Киевскую. Ему хотелось объясниться. Не знаю, почему передо мной. Может, потому, что тогда в прессе обсуждался вопрос о юбилее Киева и моя фамилия была на слуху.

В 30-е годы Иосиф Юльевич работал в государственном проектном институте. Что проектировать, естественно, не выбирал, а получал задания. Ослушание начальства тогда нередко заканчивалось путешествием в места не столь отдаленные. «Меня такая перспектива не вдохновляла, поэтому я добросовестно выполнил поручение», — сказал Иосиф Юльевич. «Конечно, понимал, сколь кощунственным было строительство на Старокиевской горе, но изменить что-либо было не в моих силах».

Вспомнив об этом разговоре с Каракисом, я подумал, способны ли нынешние архитекторы Киева на подобную исповедь. И что они скажут молодому человеку, допустим, середины ХХI в.? Что им выкручивали руки? Заставляли проектировать на днепровских склонах, Парковой аллее или в охранной зоне Софии Киевской под угрозой лишения партийного билета? Он просто не поверит, поскольку будет знать, что практически все ведущие столичные архитекторы в первые десятилетия украинской суверенности находились на вольных хлебах, имели свои мастерские, проектные бюро, сами выбирали, что, где и как проектировать. Наверное, он бы поверил, если бы они сказали, что испытывали диктат богатых заказчиков, а следовательно, и денег, но кто же из них будет способен признаться в этом? Так что, скорее всего, молодой человек середины ХХI в. не услышит такой исповеди, какую довелось услышать автору этих строк.

P. S. Хотелось бы напомнить нынешним киевским зодчим слова Иосифа Каракиса: «Честный архитектор не имеет права что-либо строить в историческом городе, если он не решил его формулу».

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...

Украина как водородная «ячейка» европейского...

Наша страна может извлечь выгоду из проектов перевода европейской промышленности и...

Заложник глобальной схватки

Европейский и американский рынки ревностно защищают собственных производителей, и...

Хаос и полумеры: украинские школы открыли двери

Из Фонда борьбы с COVID-19 для общеобразовательных средних школ не выделено ни копейки

Маленькие заботы о минимальной зарплате

Решение о повышении МЗП не может поколебать макроэкономическую стабильность, но имеет...

Не работаешь — не рожай

Если одинокая мать не работает и не состоит на учете в центре занятости, то скатертью...

Патриот в сознании столичной молодежи

Накануне Дня Независимости центр социологических исследований «Социс 2000»...

Подарочный сертификат в СИЗО

Платные камеры — «дискриминация по признаку имущественного состояния» и...

Абромавичусские страдания

За деньги, выплаченные за полгода членам правления и набсовета «Укрзалізниці»,...

У Марины Лазебной закончились бэби-боксы

Посредством монетизации «пакунка малюка» получатели смогут приобрести в...

Медузы атакуют Киев

В Днепровских водохранилищах морская рыба игла и мелкая медуза стали привычными...

Опасная вода

Почему на Западную Украину обрушилось жуткое наводнение? Чтобы более менее полно...

Нейтральная Украина: «за» и «против»

Многочисленные сложные проблемы, которые на протяжении последних лет безуспешно...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто
Авторские колонки

Блоги

Ошибка