Недобрекзит и недоэксит

№45(929) 8 — 14 ноября 2019 г. 06 Ноября 2019 4.3

Поиск новой устойчивой конструкции мира

1 ноября отметили очередную годовщину ЕС. В 1951 г. Франция, Италия, Западная Германия, Бельгия, Нидерланды и Люксембург подписали соглашение о Европейском объединении угля и стали. В 1957-м они учредили Европейское экономическое сообщество (ЕЭС) и Европейское сообщество по атомной энергии.

Параллельно развивался фактически конкурирующий проект — Европейская ассоциация свободной торговли (ЕАСТ), который принято считать английской инициативой. В 1960 г. это соглашение подписали Великобритания, Дания, Норвегия, Швеция, Австрия, Швейцария и Португалия. Но конкуренции с ЕЭС они не выдержали, и впоследствии участники ЕАСТ стали покидать свою организацию, предпочитая членство в ЕЭС.

Феномен ЕС как таковой возник только в 1992 г., когда появился знаменитый Маастрихтский договор, призванный якобы синхронизировать финансовые и политические системы членов ЕЭС. Но в действительности у объединения возникла возможность поглощения восточноевропейских стран, ставших после распада СССР (и СЭВ) легкой добычей ЕС, и именно этот процесс нужно было как бы синхронизировать. В объединении появлялось все больше государств, вводилась общая валюта. Британия же ни полноценным членом так и не стала, ни европейскую валюту у себя не ввела. И это давало ей определенную свободу.

Проблемы, разделяющие Евросоюз на евроскептиков и сторонников, остались в европейском объединении до сих пор. На сегодня источники роста ЕС практически исчерпаны. Исчерпана и питательная среда, которую поставляли объединению новые члены. Более того, периферийные страны стали уже обузой для Брюсселя, и содержать их нет ни возможности, ни необходимости. Идет активное обсуждение темы о как бы «локомотивах» Евросоюза и о «слабых звеньях» объединения. Однозначный лидер ЕС — Германия, которая наконец-то добилась выполнения своей давней цели гегемонии в Европе. Но это лидерство и явилось фактически основной причиной Брекзита.

Все происходящее с миром сегодня, если посмотреть на это в историческом масштабе, — это продолжающийся процесс распада двухполюсной архитектуры мира. Тридцать лет в историческом масштабе — совсем немного. И процесс не закончен. За это короткое время возникла и исчерпалась американская глобализация. Исчерпался почти и сам мировой гегемон. Появилась уже новая глобализация — китайская. Она не такая агрессивная, как американская, но она развивается, в то время как американская — сворачивается. И пока невозможно представить, во что она превратится со временем. Возник и исчерпался Евросоюз. Он медленно, но верно скользит по наклонной. Никакого направления движения у него нет. Исчерпался и западный финансовый либерализм. Возник и исчерпался мультикультурализм, может быть, главная идеология Европы...

Идет процесс торможения евроинтеграции, уже обремененный большими издержками роста. Но источники, поддерживавшие рост, его уже не обеспечивают. Кажется, что все идет так, как и шло. Но все скользит по наклонной. Евросоюз предстает как германский проект еще с кайзеровских времен, но Германия проиграла войну, и ничего из ее планов не вышло. Дважды находясь на пике военно-экономического могущества, Германия настойчиво пыталась реализовать проект Евросоюза и оба раза терпела полный крах.

Однако после очередного поражения и распада на ГДР и ФРГ, попав под контроль победителей и потеряв право держать большую армию, Германии удалось все-таки возглавить Евросоюз. Однако нынешний Евросоюз не является германским проектом, и не в интересах Германии он создавался, и не Берлин его провел в жизнь. Это было бы просто невозможно по объективным обстоятельствам. Создавался он Британией в ее собственных интересах.

Не случайно Лондон создал на всякий как бы случай и параллельный Евросоюз — ЕАСТ. Быть фактическим хозяином Евросоюза, а по сути не стать его полноценной частью, подчиненной наднациональным европейским структурам, — это была суть политики Лондона в Европе.

Но, потеряв ведущую роль в объединении, Лондон уже два года безуспешно пытается избавиться от брюссельской зависимости, в которой оказался в результате фактической германизации Евросоюза. А по сути — экономической экспансии Германии в ЕЭС. Это стало возможно в результате аншлюса Германией ГДР и последовавшего затем распада СЭВ и СССР, а также продолжающегося ослабления Британии.

Неизвестно, удастся ли ей вырваться из цепких лап брюссельской бюрократии или это станет возможно только после распада самого Евросоюза. Что станет неизбежным следствием успешного Брекзита. Условно успешного, поскольку в результате распада объединения в проигрыше окажутся все: придется заново выстраивать европейскую иерархию. Мирным путем или силовым — это уж как повезет.

В этом свете Брекзит — это не просто выход Британии из европейского объединения (которое она по сути создала), а выход ее негласного главы. Если выход все-таки состоится, то Германия становится практически монопольным распорядителем ЕС. Если выход не состоится (если у Британии не хватит на это сил), то смена лидера все равно состоялась, и Германия сможет реформировать ЕС по своему усмотрению: делать Европу двух скоростей, двухэтажное как бы объединение или нечто подобное. Однако Европа будет продолжать скользить по наклонной, поскольку в таком состоянии иного выбора у нее нет. Выбор у нее появится только в случае смены стратегического союза. Но это теоретически возможно только в случае прихода к власти новой элиты.

Редьярд Киплинг писал: «Запад есть Запад, Восток есть Восток. И с места они не сойдут, пока не предстанет Небо с Землей на страшный Господень суд». Но им и не нужно сходиться вместе. Это и невозможно, и даже опасно. Нужно только занять относительно друг друга устойчивое и безопасное положение. На полиграфе важно не что отвечают, а как отвечают. Нас же в первую очередь интересует именно проскользнувшая информация, состоящая из второстепенных деталей и несанкционированных ассоциаций, от которых может иногда щемить сердце и накатываться слеза умиления.

Рыночная же экономика, капитализм тоже имеет в своей основе какую-то вполне конкретную духовность: он отнюдь не возник на голом месте с изобретением пресловутой универсальной формулы. Причем произошло это в далеком прошлом. За это время изменилась и сама духовность, и отношение к ней. Более того, мы видим, что те стандарты, которые хорошо работали на Западе еще в недалеком прошлом, в настоящем работают с очевидными возрастающими трудностями. Собственно, потому и Брекзит (недобрекзит) и недоэксит.

Если предположить, что весь мир в одночасье примет правильные стандарты, рекомендованные нам, то это совсем не означает устранения опасности нарастающего кризиса, перед лицом которого стоит и Британия, и Евросоюз. История кризисов, через которые уже проходил Запад, свидетельствует, что никаких гарантий от этого нет ни в настоящем либерализме, ни в будущем. Не служит гарантией и богатство, которое сосредоточено сегодня в Европе.

К слову сказать, история сытости в Европе не такая уж давняя. Известно, что продовольственные карточки в Великобритании отменили только в пятидесятых годах. Позже, чем в СССР. Молодая довольно сытость. Т.о. правильные западные стандарты ориентируют нас в прошлое, тем более в чужое прошлое. Тем временем в мире происходят изменения не обязательно позитивного характера. И перемены не связаны с правильным (или неправильным) образом жизни, в котором нас продолжают убеждать. Кризис этот носит сугубо внутризападный характер. И происходит он внутри как бы правильного видения мира.

Если три десятка лет тому воцарение западного образа жизни во всем мире представлялось неотвратимым, то сегодня угрозы такой неотвратимости уже нет. Очередная волна вестернизации увязла в созерцательности и гармоничности Востока. Неприятным сюрпризом стала растущая конкурентоспособность Китая, Индии, Кореи, Ирана и пр. Можно называть этот процесс ренессансно-цивилизационным сдвигом. Хотя — по Хантингтону или Тойнби — это будет скорее выглядеть как откат.

Если уходить от неудобного вопроса о европейской идентичности, то от этого проблема сама не исчезает. Еще более важной для Евросоюза является проблема внутренней интеграции устойчивых инокультурных образований, которые там только множатся. Они европейской интеграции никак не поддаются. Как долго может сохраняться это состояние размежевания — по существу микшированного апартеида?

Надо ли нам НАТО? На вопрос о том, не привнесет ли вступление Украины в НАТО больше нестабильности, чем стабильности, ответ более чем однозначный. Для Великобритании прерогатива отношений с США вполне очевидна. И она исторически обусловлена. И это обстоятельство тоже толкает Брекзит. Но Запад прекрасно понимает ущербность такого предпочтения для интересов Украины. Для нас в первую очередь важны нормальные отношения с Россией и со Старой Европой (франко-германской) и только потом с Америкой и ее сателлитами. Такую последовательность нам диктует не только география, но и история.

К сожалению, Украина строит свою внешнюю (да и внутреннюю) политику исходя не из национальных интересов, а ориентируясь исключительно на навязываемую нам идеологию смены традиционной шкалы ценностей на т.н. универсальную, общечеловеческую шкалу. Хотя универсальной, абстрактной шкалы ценностей, оторванных от конкретного живого культурного поля, в природе не бывает. Несмотря на смену власти в результате убедительной демократической процедуры, привести к устойчивости внутренний мир в стране не удается.

Шкала ценностей — это категория историческая, она складывалась в течение многих веков совсем не случайным образом. В т.ч. и в упорном противодействии навязыванию чужих стереотипов. Главное же содержание истории — это не территориальные приобретения и потери (хотя и это важно). Главное достояние — собственная культура как способ жизнедеятельности, собственная идентификация. Возвращаясь к Редьярду Киплингу, отметим, что западные представления о мироустройстве в XXI веке мало чем отличаются от представлений британских интеллектуалов во времена расцвета империи: это крепость просвещенной цивилизации в окружении отсталого, варварского мира. Разница разве в том, что виртуальная крепостная стена строится уже не вокруг Британии, владычицы морей, а вокруг элитного клуба стран G7.

Запад же представляет себя в первом вагоне поезда, приехавшего по рельсам прогресса, неизвестно кем проложенных, в светлое настоящее. Однако со времен Киплинга мир давно ушел от линейной, одномерной картины. Линейные процессы не подходят даже для описания технологических изменений. Тем более это не подходит для описания взаимодействий между культурными полями, в которых существуют страны и народы.

И наконец. Мир имеет комплиментарную природу, где главенствует принцип необходимой дополнительности. Человеческое общество и человеческая культура комплиментарны, как и природа физического мира. Европейская цивилизация включает в себя не только Западную Европу, но и Восточную Европу. Отдельно от остального мира феномен западноевропейской культуры теряет всякий смысл. Он не сможет существовать без живого взаимодействия с внешним миром. Если провести умозрительный эксперимент по их разъединению, то результат будет подобен разъединению, например, магнита на две части: в разделенных частях магнита вновь появятся северный и южный полюс. Только их сила уменьшится в два раза.

В этом смысле мир имеет многоуровневую структуру комплиментарного единства: от плюса и минуса элементарной частицы до северного и южного полюса планеты. И от комплиментарного единства мужчины и женщины до комплиментарного единства феномена устойчивых культурных полей. В данный момент мы находимся внутри интенсивного процесса распада старых полюсов. Евросоюз тоже вовлечен в этот процесс. Сегодня из-за аберрации близости еще не вполне ясно, где они смогут вновь расположиться. Но устойчивость миру необходима, и он ищет новую устойчивую конструкцию.

Безмятежному пребыванию Евросоюза и США в «светлом настоящем», из которого им совсем не хочется переезжать ни в какое будущее, мешает бурно развивающаяся экономика Юго-Восточной Азии. Особенно Китая и Индии, которые вмешались в борьбу за рынки сырья и сбыта. В последние годы стала развиваться и экономика России. Развитие технологии по сути вышло из-под контроля стран G7 — членов Римского клуба.

Потому страны G7 в свое время объединили свои усилия в т.н. «программе устойчивого развития». Если оставить за рамками замысловатость и витиеватость, то смысл ее сведется к сохранению лидерства стран G7 и торможению развития всего остального мира. Создаются и совершенствуются африкано-латиноамериканские ловушки. Причем используется весь спектр воздействия: финансового, экологического, политического, вплоть до военного.

Вместо индустриального Запад выбрал направление информационно-коммуникационного развития, в котором надеется сохранить лидерство. Но информационная сфера не принесла ожидаемого роста производительности труда. К тому же произошел отрыв экономики от экономики труда, экономики земли и стали. Виртуальные финансы виртуальной экономики, подобно цунами, свободно перемещаются по миру, не признавая ни суверенитетов, ни границ. Отряхивая рынки, как спелую грушу, и сметая на пути плотины и дамбы реальных экономик.

Последняя волна расширения Евросоюза в немалой степени была вызвана надеждами на оживление своей экономики. Однако они не оправдались. При таких обстоятельствах расширение Евросоюза возможно только как расширение своей юрисдикции. Именно это мы и наблюдаем.

Но здесь появляется шанс для Украины. Он состоит не в подпадании под юрисдикцию и вечный мониторинг Запада, а в развитии индустрии, которая каким-то чудом еще сохранилась. Это возможно только при активном проникновении на новые рынки и упорном отвоевании утерянных позиций. Место под солнцем нельзя выпросить — его придется завоевывать. Капитализм не бывает донором, он всегда акцептор.

Ласточки строят гнезда при помощи слюны и грязи, но государство так построить нельзя. Государства строятся с помощью железа. А Европу мы любим. Мы тоже «специфические европатриоты», поскольку ощущаем себя неотъемлемой частью Европы. Но и она в нас нуждается, и очень надеется на нас.

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...

загрузка...
Loading...

Загрузка...

Европейская демократия дает сбой: как выйти из тупика

Для выхода из тупика может потребоваться кардинальный пересмотр политических...

Бывшего генпрокурора Луценко заметили в Лондоне

Бывшего генерального прокурора Украины Юрия Луценко заметили на прогулке в Лондоне

В Бельгии открыли памятник Анне Ярославне

В субботу, 12 октября, в бельгийском Арлоне на площади Элизабет состоялось...

Великобритания во тьме: электричество пропало в...

Остановились поезда и метро, погасли светофоры и уличное освещение

В Лондоне автомобиль въехал в толпу людей

В результате происшествия пострадали семь человек

Загрузка...

Трампискация европейских правых

Власть делает все, что может, но практически ничего не может

Социалисты берут Кишинев

Победа Чебана — политическая сенсация: в постсоветской истории столицу Молдовы ни...

Уходящий мир — из окна кабинета де Голля

Французский лидер посоветовал странам Старого Света пересмотреть отношения с...

Путь к миру труден не только в Донбассе

Слабо организованное выступление народа в Эквадоре принудило власть пойти на...

Предвыборный капитал на промахах и ляпах

«Предвыборный штаб Трампа мастерски использует активы: огромную сумму...

Молдавські корені гетьманів і декабристів

Молдавські учні вільно володіють українською мовою і без проблем навчаються в...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто
Loading...
Получить ссылку для клиента

Авторские колонки

Блоги

Idealmedia
Загрузка...
Ошибка