«Новичок» в большой игре

№11 (857) 16—22 марта 2018 г. 15 Марта 2018 1 3.2

Тереза Мэй в Палате общин

13 марта бывший госсекретарь Рекс Тиллерсон узнал из сообщения в Твиттере, которое разместил президент Трамп, о своей отставке. Это первое в истории увольнение столь высокопоставленного госчиновника, осуществленное посредством социальной сети. Правда, Тиллерсон, который в последнее время все сильнее расходился с Трампом по ключевым вопросам американской внешней политики, должен был ожидать подобного шага. Глава аппарата Белого дома генерал Джон Келли еще 10 марта посоветовал госсекретарю завершить свое турне по африканским странам и следить за твитами главы государства.

Преемник Тиллерсона Майк Помпео выглядит политиком значительно более близким президенту по своим взглядам. Между тем Майкл Фукс, занимавший при Обаме должность помощника госсекретаря по Восточной Азии и Тихоокеанскому региону, пишет в «Гардиан»: «Тиллерсон был катастрофой, а Помпео может оказаться еще хуже». Действительно, для всех, кто считает, что важнейшим приоритетом американской внешней политики должно быть сохранение трансатлантического единства, это назначение стало неприятной новостью.

Помпео принадлежит к числу наиболее радикально настроенных республиканских консерваторов, входивших в «Чайную партию», которая открыто выступала против внешней политики, основанной на либеральных ценностях. Радикальные консерваторы не сомневаются в том, что США способны самостоятельно, не опираясь на помощь союзников, добиться мировой гегемонии. Поэтому Вашингтон не должен идти на уступки во имя сохранения единства западного сообщества. Напротив, это другие государства западного мира должны прилагать усилия для того, чтобы сохранить американское покровительство.

Нужно заметить, что сам Трамп во время избирательной кампании неоднократно высказывал подобные взгляды. А после избрания всерьез порывался проводить соответствующий внешнеполитический курс, чем привел в ужас западноевропейские государства. Несколько успокоить европейских союзников США удалось только после того, как американское политическое сообщество продемонстрировало способность если не контролировать, то хотя бы смягчать наиболее опасные порывы Трампа. И в этом, безусловно, значительную роль сыграл Тиллерсон, не позволивший президенту выступить на стороне Саудовской Аравии в конфликте с Катаром и использовать решение признать Иерусалим столицей Израиля для обострения противостояния на Ближнем Востоке.

Теперь Трамп, получивший в лице Помпео идейного союзника, сможет приступить к проведению внешнеполитического курса, который в значительно большей степени соответствует его представлениям об американской миссии в мире.

Это значит, что в ближайшем будущем могут обостриться отношения США со всеми странами, которые рассматриваются радикальными консерваторами как препятствие на пути к глобальной гегемонии, — Ираном, Россией и Китаем. Помпео без всякого сочувствия относится к каждому из этих государств. И в этой связи Россия, которую новый госсекретарь не так давно обвинил в том, что она угрожает Европе и не оказывает реальной помощи США в борьбе с ИГИЛ, может стать главным пострадавшим от перестановок в американском руководстве. Однако для западноевропейских стран самую большую угрозу представляют планы Трампа вновь ввести жесткие санкции против Ирана и начать полномасштабную торговую войну с Китаем.

В таком случае по крайней мере трем ведущим странам Западной Европы — Великобритании, Германии и Франции — придется выбирать между сохранением лояльности по отношению к США и собственными внешнеэкономическими интересами. И это (в особенности с учетом отсутствия у Трампа заинтересованности в укреплении трансатлантических связей) может стать крайне тяжелым выбором.

В этой ситуации правительство Великобритании приняло решение, которое, как представляется, поможет сохранить западное единство, не ставя под угрозу европейские связи с КНР и планы по развитию сотрудничества с Ираном. Лондон принуждает западные государства создать единый фронт для давления на Россию, что сделает невозможным (по крайней мере в ближайшем будущем) открытое противостояние Вашингтона с Пекином и Тегераном. Ведь для успешного давления на РФ потребуется сохранение статус-кво на других геостратегических направлениях, в т. ч. относительного спокойствия в исламском мире, которое было бы подорвано в случае конфронтации США с Ираном.

Британское правительство объявило, что российское руководство несет ответственность за отравление боевым нервно-паралитическим газом «Новичок» бывшего полковника ГРУ Сергея Скрипаля, осужденного в 2006 г. за сотрудничество с британской разведкой и помилованного в 2010 г. в рамках обмена шпионами между Россией и США. Кроме самого Скрипаля, серьезно пострадали его дочь Юлия и сотрудник полиции, проводивший осмотр в его доме.

Показательно, что нынешняя реакция британских властей существенно отличается от их поведения после отравления Сергея Литвиненко в ноябре 2006 г.

Тогда у Лондона было значительно больше формальных поводов утверждать, что, мол, российское руководство могло иметь информацию о готовящемся убийстве или, как утверждали некоторые английские эксперты, даже принимало участие в его организации (в отличие от нынешней ситуации, когда нет никаких доказательств контактов российских госструктур с участниками покушения на Скрипаля). Однако в первом случае правительство Великобритании ограничилось гневными заявлениями и символическими действиями. Теперь же премьер-министр объявила в Палате общин о введении санкций против России (это произошло 14 марта).

МИД Великобритании призвал также провести внеочередное заседание СБ ООН, чтобы обсудить результаты расследования и проинформировать СовБез об использовании химического оружия на британской территории, за которое предполагается возложить ответственность на Россию. Конечно, в 2006 г. у власти находились лейбористы, которые в значительно меньшей степени, чем правящая сегодня Консервативная партия, склонны к жестким внешнеполитическим действиям. Однако дело все же не столько во внешнеполитических традициях консерваторов, сколько в изменившейся геополитической ситуации. Тогда давление на Кремль ничего не принесло бы Лондону, кроме осложнения отношений с западноевропейскими странами, стремившимися установить как можно более тесные отношения с Россией (что рассматривалось в то время как способ уменьшить зависимость от США).

Ныне же Германия и Франция прямо заинтересованы в том, чтобы сохранить противостояние между ЕС и Россией, поскольку это единственный способ повысить внутреннее единство ЕС и усилить сотрудничество стран—членов Евросоюза в вопросах безопасности. Кроме того, сегодня Великобританию, ЕС и США, от уровня взаимодействия которых напрямую зависит сплоченность западного сообщества в целом, объединяет желание остановить геополитическую экспансию России и заставить ее отказаться от претензий на лидерство на постсоветском пространстве.

Поэтому усиление давления на Россию, по мысли британской политической элиты, может стать универсальным инструментом, позволяющим как поддерживать единство Запада, так и оказывать влияние на внешнеполитический курс США, вынуждая американскую администрацию отказаться (хотя бы временно) от шагов, обостряющих противостояние Вашингтона с другими геополитическими игроками.

При этом британское правительство пока решило воздержаться от шагов, грозящих нанести ущерб финансовым кругам Соединенного Королевства, которые, разумеется, заинтересованы в сохранении связей с российскими корпорациями.

Итак, 14 марта, выступая в Палате общин, премьер-министр Великобритании заявила, что возглавляемое ею правительство пришло к выводу, что руководство России либо утратило контроль над боевым химическим оружием (которое «не уничтожило полностью вопреки своим международным обязательствам»), либо позволило связанным с ним структурам использовать его на британской территории. А потому Великобритания, ставшая объектом химической атаки, призывает своих союзников объединиться, чтобы защитить общие ценности и коллективную безопасность.

Но меры, которые Лондон намерен принять в одностороннем порядке, если учесть, какая пропагандистская канонада сопровождала заявления британского премьера, выглядят достаточно сдержанными. Тереза Мэй объявила о решении выслать 23 российских дипломата и ввести персональные санкции против тех, кто несет ответственность за смерть Сергея Магницкого. Премьер-министр пообещала также использовать правоохранительные органы для борьбы с коррумпированной российской элитой. А вот введение запрета на сотрудничество британских финансовых институтов с российскими корпорациями не планируется (учитывая, что большая часть мировых финансовых потоков по-прежнему проходит через Лондон, это могло бы нанести серьезный удар по российской внешней торговле).

Правда, Тереза Мэй намекнула, что могут быть приняты и другие меры, о которых нельзя публично объявить по соображениям национальной безопасности. Но основные усилия, направленные на «наказание России», Великобритания собирается принимать совместно со своими союзниками по НАТО, опираясь на поддержку США и Евросоюза.

С позицией премьер-министра согласился и лидер оппозиционной лейбористской партии Джереми Корбин, который, впрочем, не упустил возможности упрекнуть премьера за недостаточно эффективные действия во внешнеполитической сфере. По мнению Корбина, Великобритании для защиты национальных интересов необходима «сильная дипломатия» и «многосторонние действия». Лидер лейбористов призвал поддержать силы, защищающие права человека внутри России (если США и ЕС согласятся принять в этом участие, еще более глубокий и долгосрочный конфликт между Россией и Западом можно считать гарантированным).

Как подчеркнул Корбин, Великобритания должна прийти к соглашению со своими партнерами, добиваясь при этом не только принятия совместных мер против российского руководства, но и незамедлительного полного уничтожения химического оружия во всем мире. Проведение подобной линии в ситуации, когда у разных стран диаметрально противоположная оценка ситуации с наличием химического оружия у Асада, непременно приведет к обострению противостояния между США и Россией в Сирии, где вновь возникла угроза прямого столкновения между российскими и американскими военными формированиями из-за планов американского командования нанести удар по правительственным учреждениям в Дамаске. При этом в качестве предлога для авиаудара по сирийской столице США как раз называют возможное использование химического оружия сторонниками президента Асада.

Конечно, пока рано утверждать, что правящие круги Великобритании смогут сформировать международную коалицию, направленную против России, которая позволит отвлечь Трампа от реализации планов по обострению противостояния с Китаем и Ираном.

Однако в последнее время российское руководство собственными заявлениями и высказываниями создало предпосылки для объединения Запада на антироссийской основе.

Причем существенно способствовала этому неадекватная оценка российской властью складывающейся в мире ситуации и в результате — неудача в формировании информационных сигналов, направленных на то, чтобы склонить общественное мнение США в пользу России.

Владимир Путин отвечает на вопросы Мегин Келли

1 марта в Кремле и 2 марта в Калининграде Путин ответил на вопросы журналиста американского телеканала NBC Мегин Келли. Саму Мегин Келли можно поздравить с безусловной журналистской удачей (впрочем, она уже неоднократно демонстрировала свои выдающиеся способности). Ей удалось своими вопросами и репликами по ходу интервью подтолкнуть российского президента так сформулировать важные для него мысли, что у западного телезрителя возникает стойкое ощущение того, что российский лидер не признает ценности западного общества и не желает считаться с особенностями его политической системы.

Но главное — благодаря умению Келли задавать внешне такие безобидные, но точно рассчитанные вопросы, в ответах Путина акцент сместился на то, что новейшие российские разработки в области вооружений фактически направлены на «принуждение» Запада к переговорам по вопросам глобальной безопасности.

Глава России призвал западных лидеров понять, что «Россию нигде невозможно сдержать», а потому с ней необходимо сотрудничать. Однако еще более опасным, чем такие заявления, которые с большой вероятностью будут восприняты Западом как попытка ядерного шантажа, для российской власти может стать откровение российского президента насчет того, что он не контролирует поведение даже сотрудников собственной администрации (в т. ч. своего секретаря Дмитрия Пескова), а потому не может гарантировать, что они, руководствуясь собственными взглядами, не станут совершать действия, направленные против западных стран.

Конечно, подобная активность «не имеет ничего общего с позицией Российского государства», но и наказывать за нее российская власть будет только в том случае, если она будет противоречить российским законам.

Однако у т. н. «западных партнеров» возникает вопрос: стоит ли им поддерживать отношения с российским лидером, если он не стремится сдерживать антизападную активность даже в своем ближайшем окружении? То, что он при этом не имеет никакого отношения к такой деятельности, вряд ли Запад может рассматривать как аргумент в пользу сотрудничества. Если внутри российской власти существуют группы, сделавшие ставку на конфликт с Западом, то с точки зрения западных лидеров, прежде чем восстанавливать отношения с Россией, следует добиться нейтрализации таких игроков или их исчезновения с политической сцены. В нынешних же условиях гарантировать это может только усиление давления на Кремль.

Не случайно Тереза Мэй, используя сомнения, возникшие у западного сообщества, выступила с предположением о том, что российские власти могли попросту утратить контроль над нервно-паралитическим газом, чем и воспользовались организаторы покушения на Скрипаля. А значит, есть дополнительные основания для принятия срочных мер, направленных на радикальное изменение внешнеполитического курса Кремля.

«Атака», начатая Лондоном, свидетельствует о том, призыв Москвы к сотрудничеству в вопросах глобальной безопасности не будет услышан, поскольку у ведущих стран западного сообщества нет сегодня серьезных причин для восстановления связей с Россией. И в такой ситуации «признание» Путина, что он не может контролировать всех игроков, связанных с российской властью, дает противникам Кремля новую козырную карту в большой геополитической игре, в которой Лондон далеко не новичок. И это увеличивает шансы Лондона на успешное сдерживание геополитических планов Трампа.

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...


Загрузка...

Великобритания отложила санкции против России

Лондон не сможет ввести против Москвы санкции в связи с делом Скрипалей, пока...

Британский министр ушел в отставку из-за...

Министр по делам малого бизнеса в Великобритании Эндрю Гриффитс покинул свой пост...

Эксперт: перестановки в британском правительстве не...

Основное «топливо» правительственного кризиса — внутрипартийные проблемы...

Загрузка...

Забудьте о «Джавелинах»...

Политика Путина демонстрирует: он продолжает действовать так, словно развал...

Жаркая политическая осень в Молдове

Несмотря на то, что конкретная дата парламентских выборов ещё чётко не определена,...

В мемуарах Керри нашлось место для Украины

«Путин максимально придерживал карту Украины, поскольку считал этот вопрос очень...

Цейтнот и пат: каждому свое

Единственный выход для Кремля — вернуть Вашингтон на сирийскую сцену

Я жил в стране щенков и радуги

Уважаемый губернатор Дин*, вы недавно — со скепсисом — прокомментировали в Twitter...

Комментарии 1
Войдите, чтобы оставить комментарий
Игорь
15 Марта 2018, Игорь

Похоже, что бенефициаров в деле отравления Сергея Скрипаля получается гораздо больше, чем казалось раньше. Но России, как главной подозреваемой, это было нужно меньше всего.
Это как химическое оружие Саддама Хуссейна, продемонстрированное Колином Пауэллом, в конечном итоге диктору совсем даже было и не нужно.

- 12 +

Получить ссылку для клиента
Авторские колонки

Блоги

Маркетгид
Загрузка...
Ошибка