Эксклюзивно для еженедельника «2000»

Дэвид МАРПЛС: "Поздравляю тебя, Украина"

Соединенные Штаты газа: почему сланцевая революция могла произойти только в Америке

№24(702) 13 — 19 июня 2014 г. 12 Июня 2014 0

Роберт А. ХЕФНЕР III, основатель и президент GHK Companies, автор книги «Великий энергетический переход» и одноименного документального фильма

Еще менее десятилетия назад перспективы американской энергетики казались унылыми. Сокращалась внутренняя добыча как нефти, так и газа, а крупные американские энергетические компании, уверовав, что их будущее лежит у побережья морей, перестали уделять внимание работе на суше. Но тут произошло нечто примечательное: инновационный прорыв позволил компаниям добывать огромные объемы природного газа, таящегося в некогда недоступных сланцевых отложениях. Обнаруженное изобилие резко опустило цены на газ в США — примерно до трети среднемировых показателей.

Природный газ стал даром небес для Соединенных Штатов. Он стимулирует возрождение промышленности, а инвесторы уже тратят и планируют расходовать сотни миллиардов долларов на новые индустриальные объекты, например химические, сталелитейные и алюминиевые комбинаты.

Сланцевый бум создает сотни тысяч новых высокооплачиваемых рабочих мест для среднего класса, и сегодня уже свыше 1 млн. американцев заняты в нефтегазовой индустрии — а это примерно 40%-ный прирост в период с 2007-го по 2012 г. Более того, поскольку сегодня природный газ покрывает около 25% потребности страны в энергоносителях (и этот показатель стремительно растет), сланцевый бум экономит потребителям сотни миллиардов долларов в год. В сочетании с другими благами эта экономия обеспечивает США стратегическое экономическое преимущество над конкурентами, помогая оправиться после депрессии.

Как бы ни завидовали другие страны такому катализатору внутреннего роста, они неспособны повторить его, поскольку Соединенные Штаты обладают уникальными составляющими, необходимыми для полноценной разработки сланцевых ресурсов. Правовая система, закрепляющая священное право частной собственности на землю и ресурсы в ее глубинах, открытые рынки капитала и продуманная регуляторная система привели к появлению и росту тысяч независимых нефтегазовых компаний. Все они ведут интенсивную конкуренцию между собой.

В результате в США пробурено почти 4 млн. нефтяных и газовых скважин, а в остальном мире — всего 1,5 млн. Всплеск активного бурения в США привел к появлению в индустрии инновационных прорывов такого масштаба, о котором остальные страны могут только мечтать.

Несмотря на то что значительные сланцевые ресурсы есть и в других местах, например в Китае и Европе, там нет дружественно настроенной по отношению к предпринимателям системы, обеспечивающей быструю и продуктивную разработку ресурсов. Иными словами, до тех пор, пока в дело не вмешаются политики, Соединенные Штаты будут получать в грядущие десятилетия весомую прибыль от сланцевой революции.

Что лежит в основе бума

История американской сланцевой революции зиждется на традиционной изобретательности янки, хотя и не со стороны крупных нефтяных компаний. Начиная с 70-х гг. добыча нефти и газа из материковых месторождений США сокращалась, поскольку они, говоря языком специалистов, переходили на «позднюю стадию разработки». В поисках новых гигантских нефтяных месторождений компании переносили мощности по разработке и добыче в отдаленные страны и осваивали глубоководные залежи. Такие инвестиции были чрезвычайно дорогостоящи, и часто на переговоры и старт уходили десятилетия.

Фото МСТ

Ради накопления капитальных ресурсов и обретения глобального масштаба, необходимого для сотрудничества с правительствами других стран, крупнейшие нефтяные компании начали процесс поглощения и слияния. По их общему признанию, нефть можно было дешевле приобрести на Уолл-стрит, чем добыть ее из недр.

Тем не менее на протяжении последовавших десятилетий эти компании превратились в чрезвычайно забюрократизированные, с зашоренными взглядами структуры. Думая главным образом только о замене источников сокращающихся ресурсов, они инвестировали в гигантские иностранные месторождения, например в казахстанский Кашаган, содержащий примерно 13 млрд. баррелей нефти. Только первая стадия разработки здесь обошлась в $50 млрд.

Тем временем более мелкие и независимые компании, получавшие львиную долю прибыли с месторождения и лишь малую — с переработки (например, со стадии рафинации), вынуждены были либо внедрять инновационные методы, либо уходить из бизнеса.

Начиная с конца 90-х цены на природный газ поползли вверх, и компании узнали, что в американских сланцевых подземных породах содержатся огромные объемы газа. Поэтому такие фирмы, как GHK Companies (я являюсь ее основателем и президентом), предпринимали попытки с помощью вертикальных шахт добраться до этих запасов и добыть газ, вводя в скважины песок, воду и химикаты. Этот процесс получил название «гидравлический разрыв пластов», или «фракинг». Но такой метод оказался неприбыльным.

Затем Джордж Митчелл, независимый нефтяник, разрабатывавший техасскую платформу Барнетт, подобрал первый ключик к тайне. Его инновационный метод предусматривал горизонтальное бурение в сланце, что обнажало десятки тысяч футов газоносной породы, а не около 100 футов (а часто 10 или 20), как в вертикальной скважине. Вскоре цены на газ взлетели еще выше, а технологию Митчелла усовершенствовали, и он начал добиваться коммерческого успеха.

В 2002 г. компания Devon Energy, предчувствуя грядущую революцию, приобрела фирму Митчелла и принялась за ускоренную разработку новаторских методов добычи газа с платформы Барнетт. Вскоре в игру вступили Chesapeake Energy и другие независимые компании, что и стало началом бума в США. Всего за десятилетие Chesapeake обошла Exxon Mobil в рейтинге крупнейших американских поставщиков природного газа, а вскоре после этого США опередили Россию, став крупнейшим добытчиком природного газа в мире.

Независимые компании трансформировали не только индустрию добычи природного газа — то же самое они сделали с нефтью.

Обнаружение запасов привело к тому, что стоимость американского природного газа рухнула с более $13,50 за тысячу кубических футов в 2008 г. до примерно $3—4 в 2009-м. Он настолько подешевел, что независимым разработчикам вновь пришлось заняться инновациями, чтобы оставаться на плаву.

Поскольку газ продавался по цене, эквивалентной менее $25 за баррель нефти, а нефть реализовывали по $100, для добычи ее из сланцевых пород стали применять технологии, которые использовали ранее для извлечения газа. И результаты оказались одинаково впечатляющими: к концу десятилетия США обгонят Россию и станут вторым в мире поставщиком нефти. По прогнозам Международного энергетического агентства, США способны обогнать даже Саудовскую Аравию и занять первое место в мире по добыче нефти.

Ничто из этого не могло бы произойти без уникальной американской правовой системы. Она обеспечивает землевладельцев правами не только на поверхность участков, но и на все, что расположено под ней, — теоретически вплоть до центра Земли. В остальном мире практически все подобные права на минеральные ресурсы принадлежат суверенным правительствам или строго контролируются ими. В Соединенных Штатах любая компания может заключить сделку с землевладельцем об аренде прав на нефть и газ, находящиеся в недрах его земель, и приступить к бурению.

Такая ситуация способствовала развитию конкуренции по типу дарвинистского естественного отбора ради выживания и роста. В США свыше 6000 независимых нефтяных и газовых компаний и столько же связанных с ними сервисных предприятий. Для сравнения: в других странах существует лишь горстка независимых добытчиков и сервисных компаний.

По каждой из скважин американских компаний десятки умов пытаются усовершенствовать каждый этап ее разработки. Используя трехмерные модели подземной сейсмической активности, инженеры — зачастую в онлайн-режиме на удалении — контролируют точное перемещение любого бура, чтобы он оставался в наиболее продуктивных зонах сланцевой породы. Они заняты оптимизацией размера трещин, созданных методом гидравлического разрыва, — чтобы они не были слишком велики или малы. По сути на каждую скважину работает собственная миниатюрная «Силиконовая долина». Благодаря тысячекратным повторам эти и многие другие методики позволяют компаниям максимально повышать производительность, снижать издержки и наполовину сокращать время разработки скважины.

Задумайтесь, как много может измениться всего за год. В 2013-м в Оклахоме на участках площадью 150 кв. миль, принадлежащих GHK Companies, одна крупная американская независимая компания пробурила и разработала свыше 100 горизонтальных скважин. Если бы их бурили вертикально, это позволило бы обнажить всего около 1000 футов сланца, а вот горизонтальное бурение привело к разработке почти 100 миль пород! И вместо того чтобы проводить 100 вливаний жидкости для гидравлического разрыва (с вертикальной скважиной), компания проводит по каждой скважине от 1000 до 2000 вливаний.

Инженеры экспериментируют и с такими переменными значениями, как тип и скорость вращения бура, давление в процессе бурения, количество гидравлических разрывов. Благодаря непрерывным экспериментам, а также экономии за счет масштабов производства (например, оптовых заказов трубчатой стали) компании удалось за 18 месяцев сократить затраты на 40% и при этом повысить продуктивность. Результат: в 2014 г. 6—7 буровых установок пробурили больше скважин и добыли больше нефти и газа, чем 12 установок всего год назад.

С начала сланцевого бума — более чем за десятилетие — компании пробурили в США около 150 тыс. горизонтальных скважин. Это грандиозное достижение, обошедшееся примерно в $1 трлн. За это время остальной мир пробурил всего несколько сот горизонтальных скважин. А поскольку каждый горизонтальный ствол тянется примерно милю (а иногда и две) и подвергается 10 и более вливаниям гидравлической жидкости, компании в США обработали 150 тыс. миль сланцевых пород 2 млн. раз.

Малозначимые конкуренты

Крайне маловероятно, что другим странам когда-либо удастся догнать Соединенные Штаты. Да, Китай и Европа сидят на бескрайних запасах сланцевого ресурса (в случае Китая — там, вероятно, больше газа, чем в США). Но эти ресурсы начнут добывать не скоро.

Поскольку другие государства не могут позволить себе существование тысяч независимых нефтяных и газовых компаний, их природные ресурсы могут эксплуатировать только забюрократизированные неповоротливые национальные предприятия и международные гиганты (а им приходится сталкиваться с еще более забюрократизированными правительствами и зачастую с византийской правовой и регуляторной системой).

Заключение масштабных сделок по разработке сланцев в других государствах и выход на добычу отнимает десятилетия. Даже в Китае, где правительство практически полностью контролирует использование поверхности и недр земли, лишь несколько национальных компаний и горстка иностранных фирм только планируют приступить к разработке сланцевого газа. А поскольку над этой добычей будет работать гораздо меньше умов, для познания ее принципов потребуется больше времени, а результаты будут скромнее, чем в США. Поэтому издержки окажутся выше, а прибыль меньше.

Во многих демократических государствах процесс разработки сланцев тормозится синдромом «только не у меня во дворе». В отличие от жителей Оклахомы или Техаса, выросших по соседству с нефтегазовой индустрией, граждане других стран, как правило, с ней незнакомы. Большинство из 1,5 млн. нефтяных и газовых скважин за пределами США расположено либо на глубоководье, либо на удаленных наземных участках. А поскольку правительства контролируют подземные ресурсы, землевладельцы не могут участвовать в процессе. Не получая никаких экономических выгод и сталкиваясь только с оборотной стороной проектов по добыче, они вполне оправданно выступают против бурения.

Такова ситуация в Европе, где проблема усугубляется гиперактивностью зеленого движения, готового на все для блокирования добычи сланцевого газа. Франция полностью запретила метод гидравлического разрыва пластов, а Германия фактически ввела на него мораторий. Без масштабного пересмотра отношений в этой сфере Европе потребуется даже больше времени, чем Китаю, на разработку своих ресурсов сланцевого газа. Но даже если она и начнет такую разработку, результаты будут менее впечатляющими, а ждать их придется гораздо дольше.

Тяжким бременем для Европы стала ошибочная политика в энергетике. В начале этого столетия политики утверждали, что их континент должен стать лидером мирового движения по переходу к зеленой энергетике и сокращению выбросов двуокиси углерода. Они выделили десятки миллиардов долларов налогоплательщиков как субсидии для проектов зеленой энергетики, главным образом ветровой и солнечной. Но те еще не были ни эффективными, ни надежными, ни конкурентоспособными. К сожалению, вряд ли движение Европы в сторону зеленой энергетики действительно завершится тем утопическим будущим, которое прогнозируют ее поборники. Ради удовлетворения растущих энергетических потребностей в Европу уже начинает поступать грязный уголь, высвободившийся в США из-за перехода американцев на природный газ.

Реальность такова: европейские страны обременили себя дорогостоящей, но не очень эффективной энергетической инфраструктурой, выступающей тормозом стратегического экономического роста. И пока США модернизируют промышленность, Европа, не имеющая новых политических лидеров, хорошо разбирающихся в экономике энергетики, рискует впасть на десятилетия промышленного спада и стагнации.

Дар, приносящий благо

У сланцевой революции есть свои яростные оппоненты. Они указывают на циклический характер цен на природный газ и возможность их взлета, что якобы делает это топливо ненадежным и невыгодным. Но прошлые колебания были вызваны жестким ценовым правительственным контролем, сложным процессом дерегуляции и высоким риском при разработке традиционных газовых месторождений. Иными словами, цены зависели как от причуд национальной политики в каждой стране, так и от сложностей подземной геологии.

Ни одной из этих проблем сегодня не существует, поскольку о ценовом контроле мы давно забыли, а американским компаниям достоверно известно, где находятся огромные залежи доступного природного газа. Поэтому добыча стала вполне предсказуемым производственным процессом, а не рискованной авантюрой.

В будущем стоимость природного газа будет определяться не столько его разведанными объемами, как раньше, сколько производственными издержками на добычу. Таким образом, цены будут стабильными долгое время — возможно, всю следующую половину столетия. Они могут даже снизиться, поскольку продолжается сокращение затрат и повышение эффективности добычи. Дополнительные инновации в переработке, транспортировке, распределении и секторе потребления еще даже не начались. Когда они стартуют, это принесет дополнительные миллиарды долларов экономии для потребителей.

Суть такова: США благодаря сланцевой революции уже защитили себя от непредсказуемых колебаний глобальных цен на природный газ и близки к тому, чтобы добиться того же и с ценами на нефть. Внутренний дефицит нефти, вызванный природными катаклизмами за рубежом или политическими проблемами, в один прекрасный день станет уделом прошлого, особенно если американские легковые авто и грузовики будут переведены на природный газ. Рост энергетической независимости дает США преимущество перед конкурентами. И если поставкам нефти будут угрожать некие события на Ближнем Востоке, например падение режима в Саудовской Аравии, Соединенные Штаты сумеют пережить эту бурю лучше любой другой крупной державы.

Права землевладельцев США распространяются и на недра под их участками — вплоть до центра планеты

Изобилие дешевого природного газа — дополнительный актив в геополитическом капитале: оно существенно укрепляет американскую экономику. Американцы платят за природный газ лишь малую часть той цены, по которой рассчитываются остальные мировые потребители. Для примера: годовая экономия в сравнении с затратами потребителей Китая и Европы достигает $300 млрд.

Уже сегодня разработка огромных запасов сланцевой нефти и газа в США привела к увеличению ВВП на 1%. Без революции в этой сфере экономика, скорее всего, скатилась бы обратно к рецессии, а количество новых рабочих мест было бы меньше на сотни тысяч.

Большинство штатов, где наблюдается бум нефте- и газодобычи, наслаждаются сокращением безработицы. Например, благодаря бурению платформы Баккен безработица в Северной Дакоте составила лишь 2,6% — это самый низкий показатель в США.

Рост экономического преимущества Соединенных Штатов может продлиться до середины столетия и далее. Если, конечно, это преимущество не будет разбазарено. В Калифорнии и Нью-Йорке — двух крупнейших экономиках страны — борцы с гидравлическим разрывом и местные политики на уровне штата сумели затормозить разработку сланцевых ресурсов до черепашьих темпов. Оба штата обладают богатейшими залежами (Монтерей в Калифорнии и Марселлус в Нью-Йорке), и их разработка могла бы послужить мощным толчком для экономического роста штатов и страны.

Политикам следует осознать, что сегодняшняя Америка имеет беспрецедентную возможность для долговременного роста, способного обеспечить идеальной работой средний класс, навсегда забыть о Великой депрессии и обрести геополитические преимущества перед конкурентами на десятилетия. Было бы глупо не воспользоваться этим.

Данная статья -- перевод материала, первоначально опубликованного в журнале Foreign Affairs (№3, май/июнь 2014 г.). © Council on Foreign Relations. Распространяется Tribune Media Services

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...

загрузка...

Загрузка...

Украина Кувейту обеспечит «Монако»

Экипажи 831-й бригады тактической авиации Воздушного командования «Центр» ВС ВСУ...

Почему американцы нанесли удар по Гонконгу

У кого-то еще есть сомнения в том, что нельзя ездить на слоне в магазине фарфоровой...

В поисках мира

Бывшие европейские империи превратились в сателлитов, зависимых от товарных кредитов...

Индустрия туризма помогает избавиться от бедности

Опережающий рост электронной коммерции наблюдается именно в деревнях, что...

Сад длиною в жизнь

Китайские власти всячески поощряют волонтерские проекты, а местные СМИ делают их...

Польша готовит трибунал над ОУН-УПА?

Выпячивание национализма, явно противоречащего европейским ценностям, не...

Загрузка...

Стройка на безымянных останках

История урочища Куропаты должна стать предметом изучения иностранных исследователей,...

Внешней политики без местной не бывает

Говорят, внешняя и внутренняя политика идут рука об руку, и это было очевидно...

Европа как периферия Евразии

Эпицентр мирового развития переместился из Атлантики в Тихоокеанский регион — как...

Северокорейские СМИ с восторгом описывают...

Неоднократные встречи главы КНДР и президента США, если не будет заметного прогресса,...

Молдовский сценарий для Украины

Порошенко из власти должен быть устранен окончательно. И политическими, и...

Искра и пламя

Лидеры правящей партии «Грузинская мечта» вляпались в очередную скверную...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто
Получить ссылку для клиента

Авторские колонки

Блоги

Idealmedia
Загрузка...
Ошибка