Чужих не жалко?

31 Мая 2021

23 мая в Конго произошло мощное извержение вулкана Ньирагонго. Более сотни погибших, власти начали эвакуацию, просят помощи у других стран и гуманитарных организаций. Если активность вулкана усилится, без крова останутся тысячи людей.

В нашем сегменте соцсетей все хранят молчание. Ни одной аватарки в поддержку Конго в соцсетях, никакой эмпатии. Когда в Париже исламисты расстреляли людей в 2015-м, отношение было совсем иное. В это же время КГБ Беларуси арестовывает администратора оппозиционного телеграм-канала, предварительно сняв его с самолёта в Минске. В ответ -- волна возмущения, призывы отказаться от белорусских товаров, тематические рамки на фотографии в Фейсбуке, анонсируются акции в поддержку задержанного Протасевича у посольства Республики Беларусь.

А ещё в эти дни в Колумбии идут настоящие уличные бои. Там массовые протесты против авторитарного президента Ивана Дуке переросли в беспорядки. Узурпатор бросил против манифестантов армию и полицию, и теперь улицы Боготы превратились в ландшафт для городской герильи. Но много ли сообщений о ситуации в Колумбии вы читали в последние недели? Много ли пользователей в социальных сетях выражали солидарность с народом Колумбии? Увы. Совсем обратная ситуация в нашем сообществе была, когда палестинцы наносили ракетные удары по израильским городам.

В чём же причина? Почему страдания одних вызывают у нас сопереживание и эмпатию, а новости о ещё более ужасных событиях на другом конце света читаются за обедом напрочь без эмоций? Почему борьба против нарушения прав в Европе вызывает восхищение, неподдельный интерес и чувство солидарности с условными «жёлтыми жилетами» или восставшими белорусами, а аналогичная борьба колумбийцев на улицах своей столицы не вызывает ровным счётом ничего? Задержание одного оппозиционера волнует всех. Гибель сотни конголезцев – никого. Это лицемерие?

Ответ прост. И да, и нет. Весь секрет кроется в дихотомии «свой--чужой», которая по-прежнему руководит нашими эмоциями и внутренним состоянием. Это даже не социальный расизм, как некоторые пытаются окрестить, а некая бессознательная ассоциация самих себя с Европой, Северной Америкой, развитым «старым» миром, удачи и трагедии которого переживаются как свои собственные.

Вспомните, как украинские любители заокеанского республиканизма сопереживали белым англосаксам в противовес движению BLM. Это притом что в Штатах понятие «белый» носит не расово-биологический, а социокультурный и классовый характер и означает протестанта англосаксонского происхождения (именуется аббревиатурой WASPWhiteAnglo-SaxonProtestant) с высоким доходом, престижной офисной работой, соцпакетом, домом, автомобилем и отпусками за границей. Короче, «белый» там тождественно «благополучный», «успешный», «состоятельный».

А теперь сравните доходы и возможности большинства украинцев, так яро топивших против BLM, и подумайте, точно ли они «белые» наравне с англосаксонскими протестантами. Думаю, нашим следовало бы по другую сторону баррикад сопереживать.

То же самое с парижскими терактами в «Батаклане». У среднего жителя постсоветского пространства трагедия парижан вызывает куда больше сочувствия, чем убийство исламистами нескольких сотен мирных людей в Судане, например. Гибель сотен итальянцев от COVID-19 внушала ужас, а смерть тысяч китайцев из Уханя порождала кузьмичёвскую сентенцию «сами виноваты, опять что-то нахимичили там у себя».

А все потому, что постсоветский человек подсознательно ассоциирует себя с Европой. Потому что Дюма, Жюль Верн, Джо Дассен и Ален Делон – это условно близко, а Судан, Ухань или Конго – далеко. Волнения и политические кризисы в России или Беларуси рассматриваются как свои, потому что и РФ, и Беларусь, и даже воюющий с Арменией Азербайджан – это стопроцентно наш контекст. А Колумбия или Чили – не наш. Слишком далёкие, чужие и непонятные те латиноамериканцы. Мы разве что кофе их пьём по утрам.

В этих строках нет оправдания данного психологического феномена, как нет и его осуждения. Это наша реальность. Разделение по водоразделу «свои--чужие» ещё долго будет управлять человеческими эмоциями, чувствами, поведением и системой координат.

Дискредитация божества

Трудно пропагандировать превосходства демократических процедур ввиду неприглядных...

Горячий лед: россияне и чехи снова вспоминают...

Большой спорт и большая политика – вещи тесно переплетённые и взаимосвязанные

Удастся ли сберечь и развить стратегические отрасли

Олег Уруский: «Верю, что в депутатском корпусе ВР по-государственному мыслящих...

Экономическая субъектность плюс суверенизация...

Почему начинать восстановление субъектности нужно с возвращения монетарного...

Дмитрий Джангиров: Официальный Киев ведет себя так,...

По мнению политического консультанта Дмитрия Джангирова инициатива президента...

Куда ведут узкие коридоры

Ослабляя одного олигарха, президент делает другого олигарха сильнее. Поэтому — или...

Дальше, чем подземный туннель в Берлине

Харьковские соглашения надо отменить. Но привлечение к уголовной ответственности за...

Социальная апатия: тревожный симптом

Локомотивом выхода из кризиса будут базовые отрасли, а не IT-технологии

Не надо молчать!

Киев обрел в Исааке Трахтенберге не только преданного сына, но и блестящего летописца,...

Жесткая полемика как составная процесса

Каждая сторона считает, что потери, связанные с продолжением конфликта, ниже тех,...

Издержки «безальтернативного пути евроинтеграции»

Рынки субрегионов Южной, Восточной и Юго-Восточной Азии имеют многообещающий...

Макаронные изделия. Недорого

Нынешняя власть приняла правила игры Запада, основанные на подачках МВФ. Это тот...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто
Авторские колонки

Блоги

Ошибка