Новое принуждение к миру

№7 (895) 15 — 21 февраля 2019 г. 14 Февраля 2019 4.5

Четвертая годовщина Минских соглашений прошла 12 февраля абсолютно незаметно — несмотря на то что незадолго до нее был обнародован текст наиболее серьезного документа по их реализации.

Речь идет о плане Мартина Сайдика, спецпредставителя ОБСЕ в Трехсторонней контактной группе (ТКГ). Я уже касался этого документа в позапрошлом номере, но исключительно на основании информации об этом плане, которую г-н Сайдик обнародовал в интервью австрийской газете Kleine Zeitung. Между высказываниями Сайдика и собственно текстом на 19 страницах под названием «Документ для обсуждения. Совместная миссия ООН/ОБСЕ в Восточной Украине», опубликованным порталом ЛІГА.net, огромная разница.

Нельзя утверждать, что Сайдик в беседе с журналистом Кристианом Вершютцем исказил собственный план, но соотношение его интервью с самим документом как раз иллюстрирует одну из заповедей дипломатии: «не нужно говорить всю правду, но пусть все сказанное вами будет правдой». В результате стало понятно, почему документ настолько пугает многих в Киеве, что его публикация открыла проект ЛІГА.net под названием «Зверь у ворот», посвященный антиукраинским планам России. Перечислю ключевые аспекты плана.

Повышение статуса Минских соглашений, а не замена их новым документом

В тексте подчеркивается, что речь идет о подтверждении приверженности соглашениям путем подписания «всеобъемлющего пакета политических обязательств» на уровне как лидеров «нормандского формата», так и ТКГ. Документ будет подлежать ратификации парламентами всех стран «четверки». Т. е. ратифицируется, конечно, договор, а не план, как утверждают Ирина Геращенко и «Лига».

Не говорится, что в этом пакете может содержаться нечто, кроме написанного в Минских соглашениях, или что их надо в чем-либо изменить. Очевидно, такой пакет может предполагать не только повторение текста договоренностей, но и другие моменты, о которых договорятся лидеры «четверки», в частности, уточнение механизма имплементации Минского комплекса мер. Но этот механизм уже в большой степени описан Сайдиком в его плане, и миротворческая операция — лишь часть его.

Меры, которые необходимо принять до развертывания миротворцев

Это, на мой взгляд, ключевая часть плана. Для создания предпосылок миротворческой операции стороны должны провести ряд действий, перечисленных в приложении к документу. Так, помимо мер по военной безопасности (отвод войск и тяжелых вооружений и т. п.), все вместе участники конфликта должны: утвердить формулу Штайнмайера о вступлении в силу особого статуса Донбасса; провести обмен «всех на всех».

Украина должна: принять законы, вступающие в силу при определенных условиях: об особом статусе, местных выборах и иммунитете кандидатов на них, амнистии, изменении масштаба ООС (выполнение условий будет констатировать ТКГ); безоговорочно отменить указ президента Порошенко и другие решения о блокаде Донбасса, а также правовые нормы о запрете банковских операций через линию соприкосновения; возобновить пенсии и соцвыплаты на неподконтрольных территориях; принять правовые нормы для создания и функционирования Агентства по восстановлению Восточной Украины (АВВУ).

Украина и ОРДЛО должны: возобновить банковские операции и железнодорожные перевозки, включая пассажирские, через линию соприкосновения;

ОРДЛО должны: принять законы о порядке самороспуска «народных республик»; отменить акты о введении рубля как единой валюты и о «внешнем управлении»; отменить ограничения провоза товаров через линию соприкосновения; осуществить «значимый прогресс» в возвращении частной собственности законным владельцам.

Россия должна: безусловно отменить указ президента Путина о признании документов «ДНР» и «ЛНР»; создать правовую основу для своего участия в АВВУ.

Организация миссии

Миссия будет учреждена резолюцией СБ ООН по просьбе стран «нормандского формата». Но ее глава в ранге спецпредставителя будет назначен совместно генсеком ООН и председателем ОБСЕ и подотчетен им обоим. Утверждения «Лиги» о том, что дефект плана состоит в прекращении миссии «нормандским форматом», это — грубая ложь, так как ввод и вывод миротворцев ООН в каких бы то ни было случаях (а не только в Донбассе) возможен только по решению СовБеза ООН. И вообще ввиду российского права вето в этом органе никак нельзя представлять СБ ООН менее удобным для Москвы механизмом, чем «нормандская четверка».

Территориальный охват

Миссия, как и не входящее в ее состав и подчиненное ЕС АВВУ, должна работать на всей территории Донецкой и Луганской обл. Но переходная администрация, полицейский компонент миссии и компонент ООН по оказанию помощи в проведении выборов будут работать только в ОРДЛО. Следовательно, вооруженные миротворцы должны, как и АВВУ, действовать и на подконтрольной Киеву территории Донбасса.

Сроки действия

На реализацию миссии отводится пять лет с момента резолюции СБ ООН. В то же время указывается, что идеальный срок проведения местных выборов в ОРДЛО — осень 2020 г., одновременно с местными выборами в Украине, и что 5-летний срок «даст достаточно времени для установления мира и восстановления под наблюдением миссии».

Роль «голубых касок»

Военный компонент миссии описан скупо. Указывается, что он должен быть «умеренным по объему» и сосредоточиться на мероприятиях по разоружению, демобилизации и реинтеграции, в частности на обеспечении «отвода и складирования тяжелых вооружений» (при этом не конкретизировано, вооружения какой стороны имеются в виду). Развертывание должно производиться постепенно, вооруженные миротворцы получают доступ к границе и должны содействовать ее безопасности.

Выборы

Предполагается «компонент ООН по проведению местных выборов», который «будет помогать соответствующим властям, таким как ЦИК Украины и местные структуры, советом и поддержкой в проведении местных выборов». Процедуру выборов на основании Минских соглашений должны установить в ТКГ и «нормандской четверке». Полицейский компонент миссии призван обеспечить проведение выборов по стандартам ОБСЕ. Ему должны содействовать переподготовленные полицейские в ОРДЛО.

Статус Донбасса

После проведения выборов особый статус вступает в силу по формуле Штайнмайера, т. е. после предварительного заключения миссии БДИПЧ ОБСЕ на временной основе. После окончательного — на постоянной.

Полномочия гражданской администрации ООН

Данные полномочия на период до выборов не прописаны. Отмечается, что после выборов (в случае утверждения их результатов в соответствии с Минскими соглашениями) данная администрация в тесной координации с ТКГ «будет контролировать дальнейшее выполнение Минских соглашений, в т. ч. реагируя на недостатки в гуманитарной сфере и в вопросе восстановления мира».

Предполагается, что она будет «тесно сотрудничать с региональными властями и поддерживаться существующими временными местными структурами в ОРДЛО, которые должны быть упразднены к концу операции». Также она «будет контролировать участие органов местного самоуправления в назначении глав прокуратуры и судов в ОРДЛО», «назначать пограничных и таможенных администраторов на границе с Россией» и «способствовать добровольному возвращению перемещенных лиц».

Граница

Предполагается некое «переходное соглашение», где будет содержаться механизм «постепенного восстановления Украиной пограничного и таможенного контроля под наблюдением ООН и ОБСЕ».

Агентство по восстановлению Восточной Украины

Срок деятельности агентства рассчитан на 6—8 лет. Средства должны предоставить ЕС, Россия, США и другие доноры. АВВУ будет иметь антикоррупционный офис, «уполномоченный украинским законом действовать по собственным правилам на территории Украины, в частности при необходимости задерживать и осуществлять судебное преследование лиц, подозреваемых в мошенничестве и растрате». При агентстве будет действовать подразделение полицейских сил ООН (т. о. полицейская миссия получает доступ и на подконтрольный Украине Донбасс).

Вопросы обмена удерживаемыми

Данная сфера остается в ведении гуманитарной подгруппы ТКГ. Как говорится в тексте плана, обмен по принципу «всех на всех» должен состояться до амнистии и проведения местных выборов, но в приложении предполагается, что вопрос должен быть решен еще до ввода миротворцев. (В любом случае очевидно, что принципиальная договоренность, включая утверждение списков на обмен, должна состояться до ввода миротворцев.) Также отмечается: «Россия и Украина должны найти решение по обмену заключенными, не имеющими прямого отношения к конфликту на востоке Украины».

Передача власти органам местного самоуправления в ОРДЛО украинской администрации

«ДНР» и «ЛНР» должны «прекратить свое политическое существование посредством актов, симметричных временному и затем постоянному вступлению в силу особого статуса» (т. е. сначала заявить о приостановке деятельности, а после полного утверждения итогов выборов — о прекращении). «Существующие административные структуры» должны поддерживать гражданскую администрацию ООН, свернув свою деятельность с завершением миссии. (Очевидно, идет речь о том, что т. н. «министерства» и «ведомства» «ДНР» и «ЛНР» продолжают выполнять административные функции, не отнесенные к прямому ведению гражданской администрации ООН, т. е. заниматься в основном социально-экономическими.)

Отмечается, что после утверждения результатов местных выборов «ТКГ может превратиться в консультативный форум с представителями новоизбранных местных органов власти в ОРДЛО, которому будет поручено рассмотреть вопрос о продолжении реализации Минских соглашений... Украина же «постепенно восстанавливает свои административные структуры под надзором переходной гражданской администрации ООН».

Узкие места плана Сайдика

Т. о. если по интервью Сайдика могло показаться, что план подыгрывает Порошенко, то сам документ разрушает такое впечатление. В нем есть такие важнейшие моменты для украинского руководства, как миротворцы и гражданская администрация. Но понимание роли их структур и многое другое противоречит той модели урегулирования, которая отражена в законе о реинтеграции Донбасса и выступлениях Петра Порошенко.

А эта модель такова. На неподконтрольную территорию должны зайти миротворцы и взять под контроль границу. «ДНР» и «ЛНР» самоликвидируются (или ликвидируются), и все вооруженные люди с той стороны разоружаются или уходят в Россию. Власть берет гражданская администрация ООН, которая организовывает выборы. После проведения выборов под контроль Украины передается граница и вся территория ОРДЛО, а миротворцы уходят. В ходе правления международной администрации Украина принимает и другие необходимые политические решения по выполнению Минска. Но о последнем говорится скупо.

В плане Сайдика есть минимум шесть идей, которые противоречат этой модели и выглядят несовместимыми с законом о реинтеграции Донбасса:

1. Международный договор о подтверждении Минских соглашений. Документ косвенно предполагает участие в этом «ДНР» и «ЛНР». Ведь утвердить договор должны и в «четверке», и в ТКГ, а последнее означает официальное согласие Донецка и Луганска с миротворческой миссией, необходимость которого всегда отвергалась Киевом.

При этом ратификация документа парламентами всей «четверки» — это виртуозный ход. Ведь Германия и Франция в конфликте однозначно посредники, а ратификация международных договоров посредниками объективно не обязательна, если они не возлагают на них какие-либо обязанности.

В плане Сайдика такие обязанности Берлина и Парижа не просматриваются. Но ратификация только Верховной Радой и Федеральным собранием означала бы признание конфликта как украинско-российского. Это неприемлемо для Москвы, которая считает себя лишь посредником в конфликте (хотя текст Минских соглашений никак не обозначает, кто именно участник конфликта, а кто — нет). Но ратификация всей «четверкой» убирает камень преткновения.

2. Прогресс в выполнении политической и социально-экономической частей Минских соглашений до ввода миротворцев. План Ричарда Гоуэна, о котором я писал (см. «Авторитетный человек на смену вежливым человечкам» №8(855) от 23 февраля — 1 марта 2018 г.), предполагал «гарантировать, что украинское правительство продолжит процесс имплементации Минска-2 для легитимации выборов и децентрализации в Донбассе», но каким именно образом, оставалось у него за кадром.

Сайдик же требует практических действий, и в них есть и меркантильный западный интерес. Миротворческие операции — это затратные вещи, за которые платят самые богатые и сильные члены ООН. Но если участники конфликта до появления миротворцев подтвердят своими действиями приверженность миру, они создадут атмосферу доверия, в котором объективно потребуется меньше «голубых касок», а значит — меньше денег.

3. Ограничение суверенитета Киева на подконтрольной ему территории Донбасса. Это и беспрецедентная юрисдикция АВВУ, и ввод туда миротворческих сил, который по логике ограничивает там украинское военное присутствие, чего не было ни в плане Гоуэна, ни, например, в урегулировании в Хорватии, где миротворцы находились только в неподконтрольной Загребу Сербской Краине).

Это также международный надзор над возвращением украинских институтов, включая контроль над границей. Так, особый статус влечет не полное возвращение ее под украинский контроль, а лишь «развертывание рабочей группы переходного пограничного и таможенного управления». Здесь, как видим, план расходится с Минскими соглашениями и не в пользу Киева.

4. Участие структур «ДНР» и «ЛНР» в работе администрации ООН, а также в организации выборов. Согласно плану, «компонент ООН по проведению выборов» не столько организует выборы, сколько помогает их провести. Ну а в чем заключается помощь, видимо, должны определить стороны, которые договорятся о формате выборов в рамках ТКГ. В плане Гоуэна данный момент также прописан неконкретно: «ООН и ОБСЕ могут взять на себя оперативную ответственность за проведение выборов под эгидой избирательной комиссии с участием представителей всех сторон».

В использовании структур «ДНР» и «ЛНР» также видно желание удешевить миссию. Ведь в истории нет прецедентов администраций ООН, которые бы привозили свой аппарат в обозе миротворцев.

5. Сохранение международного переговорного механизма в лице ТКГ с участием представителей

ОРДЛО и после выборов. Так, распустить группу предполагается с завершением миротворческой миссии. Правда, преобразование ее в форум с участием легитимно избранных властей Донбасса, судя по тексту плана, — это возможный и, очевидно, желательный, но не обязательный вариант.

И главное.

6. Миротворческая администрация выглядит не столько оккупантом неподконтрольных территорий, сколько защитником их жителей от украинского наступления (план предполагает разоружение незаконных формирований, поэтому их наступательные действия кажутся нереальными). Ведь ориентировочное проведение выборов осенью 2020 г. означает, что до них международная администрация будет работать в Донбассе не больше 10 месяцев, ибо разместить миссию до созыва новой Верховной Рады практически невозможно (это, как видно из интервью Сайдика, прекрасно понимает и автор плана). А то, что после выборов она должна проработать свыше четырех лет, означает, что главная ее задача — создать политический климат, при котором война не должна возобновиться ни в присутствии миссии, ни после ее ухода.

Теоретически сохраняется возможность событий, схожих с хорватской операции «Буря». Но если Загреб в 1995 г. просто прорвался сквозь заслон миротворцев и восстановил свой суверенитет, ликвидировав никем не признанное государство, то в данном случае речь пошла бы о вторжении страны — основателя ООН на территорию, управляемую (пусть временно) ООН. Это почти невероятно, тем более что такой сценарий дал бы России идеальный повод для вмешательства.

В плане отношения к конфликту план Сайдика не слишком отличается от опубликованного год назад плана Ричарда Гоуэна, который, как известно, заказывал бывший генсек НАТО, а ныне советник украинского президента Андрес Фог Расмуссен.

Но в плане Сайдика есть системный подход к урегулированию конфликта. Гоуэн же (в соответствии с заказом) сосредотачивался на военном аспекте (откуда взять миротворцев, как их вводить, как размещать и т. п.), по другим вопросам у него лишь наброски, часто очень интересные, но не составляющие цельного плана.

Если план Сайдика объективно таков, то почему его инициатива вызвала недовольные отклики в МИД России (в т. ч. на уровне статс-секретаря Григория Карасина и постпреда в ОБСЕ Александра Лукашевича), а в Донецке и Луганске просто возмущение? А ведь в МИДе, безусловно, знали оригинал плана (и могли его передать в Донецк и Луганск еще в декабре) и могли оценить, что кое в чем он идет дальше, чем, например, замдиректора Центра политической конъюнктуры (близкого к Владиславу Суркову) Олег Игнатов. Последний в прошлом марте допускал возможность роспуска структур самопровозглашенных «ДНР» и «ЛНР» еще до выборов в Донбассе при предоставлении соответствующих гарантий.

Да, все эти негативные оценки основывались не на тексте документа, а на интервью дипломата, которое позволяло «развить» идеи Сайдика в выгодном Киеву ключе.

Складывается впечатление, что австрийский дипломат специально представил в интервью план так, чтобы не оттолкнуть Киев. Ведь в интервью говорится о необходимости «просачивания плана» во время избирательной кампании в Украине, «чтобы, когда в Украине политическая ситуация снова прояснилась, на основе этого документа начались серьезные переговоры». Следовательно, казалось, что главное для утверждения — позиция Киева, а в поддержке России (тем более Европы) дипломат не сомневается.

Но в Киеве несложно было добраться до оригинала документа, и такая подача плана в интервью могла вызвать в Москве подозрения, что Сайдик готов корректировать свой документ в пользу Украины.

Однако возможно, что Москву как раз в основном все устраивает, но если она об этом заявит, то спровоцирует такую корректировку. А вот публичное недовольство как России, так и Украины может помочь плану стать базовым для урегулирования. Конечно, в идеале лучше всего, если документ сразу одобрят обе стороны, но неплохо будет и если его обе изначально не одобрят. Ведь в последнем случае можно говорить о равноудаленности предложений от враждующих сторон, и на этой основе продвигать концепцию урегулирования.

Вопрос только: что такое «план Сайдика» — его личная инициатива или же «нормандская» (точнее — франко-германская)? В случае же второго варианта неясно, насколько австрийский дипломат продуцировал оригинальные идеи, а насколько — лишь оформлял и конкретизировал то, что хотели увидеть в документе более влиятельные люди.

Политический вес дипломата Сайдика, конечно, побольше, чем у эксперта Гоуэна, но если речь идет о его личной инициативе, то у нее нет шансов. Но, скорей всего, он сам и его соавторы (представители ОБСЕ в политической подгруппе и подгруппе по безопасности Пьер Морель и Эртугрул Апакан) вряд ли по собственному желанию взялись бы за такую работу.

Само объединение этих людей, наверняка не знакомых друг с другом до украинского конфликта, в авторский коллектив выглядит результатом внешнего толчка. И если б этот план был их самодеятельностью, то крайне маловероятно, чтобы они могли его представить даже на полях ежегодной встречи глав МИД ОБСЕ, как это имело место в прошлом декабре в Милане.

Но если за планом Сайдика стоят Берлин и Париж, значит, после завершения украинского избирательного цикла можно ожидать, что именно на основе этого документа будет сделана серьезная попытка принуждения сторон к миру.

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...


Загрузка...

Генеральный секретарь Европейского института...

Экономика диктует нам правила международных отношений. Государство не должно идти на...

Валентин Гайдай: «На кону большие ставки, но Запад...

Отличительная черта нынешней президентской кампании — недостоверные соцопросы

Владимир Быстряков: «Главная проблема нашей страны в...

Украина не едет на Евровидение. Разразившийся во время национального отбора скандал...

Сергей Куделя: «Впервые в Украине решающее влияние на...

Результаты свежего соцопроса (проведен 19—28 февраля) свидетельствуют: самую высокую...

Глонасс как двигатель торговли

Украина обвиняет Россию в нарушении международных правил свободы транзита. Новое...

Загрузка...

Дмитрий Джангиров: «Козырей у Порошенко нет, но у него...

Я не удивлюсь, если в марте под казацкий марш и с развернутыми знаменами украинская...

Владимир Воля: «Мировоззренческий кризис украинских...

Прощание с иллюзиями происходит во всем украинском политикуме, во всех...

Сергей Белашко: «Результат выборов не повлияет на...

Сторонники Порошенко — это необольшевики, люди, которые верят в эффективность...

Над пропастью во лжи

Взобравшись на пьедестал спасителя нации, нахрапистые циники отвели истинному...

Болгарская православная церковь опровергает...

Болгарская православная церковь опровергает растиражированную украинскими СМИ...

Украинское отражение в иерусалимском зеркале

Не обязательно быть верующим, чтобы признать: законы политического и церковного поля...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто

Получить ссылку для клиента
Авторские колонки

Блоги

Лентаинформ
Загрузка...
Ошибка