Провинциальная столица

№5(971) 4 – 10 февраля 03 Февраля 2021

О Киеве — его судьбе, проблемах, развитии, о роли столичной власти и возможности влиять на ее решения беседуем с политиком, народным депутатом VI созыва Кириллом Куликовым.

— Кирилл Борисович, вы родились в Киеве, вся ваша жизнь связана с родным городом. Чем Киев XXI века отличается от Киева века XX?

— Сложный вопрос. Я как земляк великого киевлянина по-булгаковски пишу Город с большой буквы. XXI век — только в начале, но уже за этот период, а именно начиная с 2006-го, от Киева XX века практически ничего не осталось. Прежде всего исчез дух Киева. Это, пожалуй, самое главное. Понятно, что всех этих уродливых монстров, которых понастроено множество, вряд ли куда-то денешь, но что-то с видом Города еще можно придумать, а дух Киева жил в тех киевлянах, его уже не вернешь.

— Люди, с которыми прошло ваше детство, еще остались?

— Я вырос в центре Киева. В четырехэтажных домах «царской» постройки, где я родился и жил, даже в советские годы сохранялся прежний уклад. На полуподвальных этажах жили участники Великой Отечественной войны — инвалиды: Иосиф Виссарионович не очень ими гордился, слишком они портили картинку «счастья на века», загорелых дейнековских красавиц и красавцев. На первых этажах обитали, именно обитали, ведь все жили в коммуналках, еврейские семьи. Ты когда спускался по лестнице, слышал из-за дверей идиш.

Телефон — общий в коридоре, на весь дом было слышно, как тетя Соня что-то излагала тете Муре — Одесса завидовала!!!

На вторых этажах жили более или менее «социально приемлемые» семьи. Я был из семьи инженера (папа замдиректора института, мама инженер). Квартиру с нами делило пять семей. Нашими соседями были учителя, плюс другая интеллигенция и, конечно, алкоголики.

На третьем этаже — приблизительно то же самое. А на четвертом этаже — кто попало — разночинцы всех мастей — от шофера до мясника. После революции 1917 г. классовые названия поменялись — суть осталась. Бывшие жильцы были выселены, квартиры заселили новыми, но классовость не исчезла.

Тех людей, с которыми я жил по соседству, многих уже давно нет. Многие с моей Большой Житомирской живут уже где-то между Бостоном и Нью-Йорком. Другие — в Тель-Авиве и Хайфе.

— Вы сказали «дух Киева». Что это для вас лично значит?

— За Большой Житомирской есть такое место — Пейзажная аллея. Выглядит она красиво, оттуда открывается вид на урочища Гончары, Кожемяки и на Оболонь. Она начала строиться в конце 80-х. Ее проектировал известный советский (а позднее и израильский) архитектор Авраам Моисеевич Милецкий, который построил в Городе много зданий, в т.ч. гостиницу «Салют». На месте Пейзажной аллеи раньше были яблоневые сады.

В этом районе Города жила киевская интеллигенция. Так вот, дух Киева в моей памяти имеет свой образ: Николай Амосов, Авраам Милецкий, мой папа, Виталий Викторович Бельдий, директор 76-й, кстати, «запрещенной» в Союзе украинской школы, — вчетвером, такая компаха, любили там гулять и спорить (они вместе выгуливали домашних питомцев: у Амосова был доберман-пинчер Геда, у остальных — таксы). Украинец, русский, еврей, коммунист, беспартийный, хирург, инженер, архитектор, учитель и т. д. Спорили до пены у рта, не выбирая выражений, мат заглушал гул проносящихся по улице автомобилей. Но у этих людей не было непреодолимых различий. Это были Киевляне.

— Я вас понимаю. Когда я впервые попал в Киев, меня поразили лучезарные улыбки, открытость людей, некое обаяние всего, что тебя окружает. Город был погружен в зелень и ауру одухотворенности.

— Особые люди, особая категория людей. Когда я вернулся после учебы из Москвы, то на улице наталкивался на спины впереди идущих людей — в Москве темп жизни другой — более энергичный. Люди мечутся, потому что за день приходится проезжать десятки станций метро, колоссальные расстояния. Киев вроде тоже мегаполис, но темп жизни размеренный, солидный, особый киевский. Для многих москвичей Киев стал родным городом: на то время, до 2010 г., Киев был гораздо более комфортным для проживания, чем Москва. Наверное, питерцы и киевляне очень похожи — в любви к своим городам.

— Отвечает ли Киев своему столичному статусу?

— Киев не столица. Киев, извините меня, на сегодняшний день — это убогий, абсолютно провинциальный город. Это только наш недалекий мэр может твердить (хотя он побывал во множестве городов), что Киев «великолепная столица». На самом деле Киев далеко отстал от не то что европейских столиц, но и от столиц большинства стран мира.

Элементарный пример. Знаю, что многие наши люди хоть и не были там, но имеют представление о столице Азербайджана. Так вот Баку в сравнении с Киевом — это другой век. А сравнивать Киев с Москвой или с Санкт-Петербургом — технически, по развитию транспорта, инфраструктуре — вообще невозможно.

Киев — отставший в развитии город. Город, который потерялся в середине прошлого века. Он — как больной старичок — вызывает исключительно жалость: когда мы видим на улице наших стариков, которые вроде бы и аккуратно одеты, но одежда изношенная, потертая, в пятнах, то внутри все сжимается от жалости. Такие же чувства вызывает Киев.

Чтобы Киеву стать столицей, надо вернуть во власть людей, которые искренне будут любить этот Город. Как любил его Валентин Арсентьевич Згурский, даже Сан Саныч Омельченко, по-своему, но искренне. Собственно, на Омельченко все и закончилось.

— Иными словами, борьба за развитие Киева, его процветание подменяется борьбой за власть над Киевом? Последние выборы, с их сложной системой участия и проведения — это все что угодно, но не справедливый избирательный процесс в интересах киевлян.

— Начнем с того, что какой бы сложный избирательный процесс ни был, результаты выборов, состоявшихся в октябре 2020-го, сфальсифицированы. Мы прекрасно знаем, что Кличко в первом туре набрал гораздо меньше 50%. Потому и результаты выборов не объявляли больше двух недель. Т. е. Кличко получил порядка 42—43%, вот оставшиеся 7—8% за эти две с половиной недели в результате кулуарных договоренностей и дорисовывали.

Во-вторых, мы не знаем, сколько людей проживает в городе. Можем лишь предположить, что порядка четырех миллионов. Это много для Украины, но мало для любого мирового мегаполиса. Хочу напомнить, что в Москве проживает около двадцати миллионов. За киевского мэра проголосовало — со всеми «найденными» процентами — около трехсот тысяч человек. Это «несгораемая цифра мэра», ноу-хау, изобретенное еще Леонидом Михайловичем Черновецким, когда он плевал на всех — ему было достаточно двухсот пятидесяти — трехсот тысяч любимых бабушек. Т. е. мэра четырехмиллионного города избирает меньше 10% горожан. А потом мы жалуемся на то, что происходит.

Кроме того, в Киеве тех, кто помнит Киев, осталось очень мало. Приехало много людей, которые при виде горящей на улице лампочки радуются: «Боже, какая прелесть, какой молодец мэр!». А все потому, что там, откуда они переехали, лампочки не было. Но на самом деле в городе Киеве лампочка горела давно. В этом разница.

— Прошло уже более трех месяцев после выборов. По сути «новые» старые кадры управляют Киевом.

— Старые кадры — звучит как-то по-коммунистически. У нас «старым кадрам» от 30 до 35 лет. Единственный навык, которым они обладают, это то, что они научились произносить умные слова, не видя никакой сути за этими фразами.

— Я имел в виду, что предыдущая команда Кличко...

— У Кличко нет команды. У него не может быть команды в силу его воспитания. Кличко — представитель одиночного вида спорта. Во всей этой пирамиде он самый главный, это его психологическая черта. Он не терпит никакой конкуренции, не выносит критики, очень ревнив к чужим успехам. Он амбициозен и завистлив. Он стремится доминировать во всем, но не получается — чего-то не хватает...

— Вы хотите сказать, что там абсолютно разные уровни принятия решений без коллегиального...

— Я хотел сказать, что там абсолютно низкий уровень принятия решений.

— Насколько близки депутаты Киевсовета к тем людям, которые их избирали?

— К сожалению, Киев всегда доставался победителю как трофей. Например, победил Кучма, пришли днепропетровские — трофей; победил Янукович, донецкие приехали — трофей. Все плевали на Киев, никому он был не интересен. Они могли сражаться за Ровно, Львов, Мариуполь, Запорожье.

Киев всегда находился в сфере интересов одного человека — Сергея Владимировича Левочкина. И надо отдать ему должное, свою политику он строит грамотно. В определенный момент у Кличко были хорошие отношения с Левочкиным. Потом что-то у них произошло — появился Столар. Сейчас они опять пытаются договариваться, вернуть упущенное. Не случайно на выборах «осадили» мэрские амбиции Попова.

Но нам с вами от этого не легче. Поэтому в Киевсовете часть депутатов Левочкина, часть — Кличко, часть случайно попавших.

— У нас, по-моему, 120 депутатов на 3—4 миллиона жителей. В Москве 45 — на почти 20 миллионов населения. А эффективность работы депутатского корпуса...

— От них мало что зависит. Там же собрались люди, которые даже не знают, как перейти с Крещатика на улицу Богдана Хмельницкого. Их это не интересует. Самый большой интерес — это земельный комитет или комитет по имуществу. Их задача состоит не в том, чтобы что-то сделать для Города, а как землю поделить, как в аренду какое-то коммунальное имущество сдать. Пусть их будет там 120, пусть пятеро — от этого ничего не изменится.

Вы вообще видели программу хоть одного кандидата в мэры? Как будет развиваться столица?

— Перед нашей беседой зашел на сайт КГГА и посмотрел план социально-экономического развития Киева. Красиво написан. Но вникнешь и понимаешь — это лишь формальность. К примеру, масса цифр, процентов относительно того, как будет развиваться промышленность, но конкретики никакой!

— А вы попросите самого Виталия Владимировича повторить хоть одну строчку из этого плана — не повторит, он не знает, он не только не писал, он и не читал этот документ. На сегодняшний день Киев его уже не интересует — у него президентские амбиции, которые обязательно закончатся ничем. Но случится трагедия. Она неминуема: какая-то техногенная катастрофа в Киеве обязательно произойдет — инфраструктура, которая 50 лет не поддерживается в надлежащем состоянии, обязательно приведет к человеческим жертвам.

— Я попытался поговорить с киевскими депутатами, которые представляют в Киевсовете «Слугу народа», попытался связаться с господином Поповым, лидером фракции оппозиционной партии, ну и с первым номером избирательного списка в Киевсовет от «Европейской солидарности» — Мариной Анатольевной Порошенко. Сделать это невозможно! В справочнике Киевсовета у 48 депутатов контакты вообще не указаны.

— Господин Попов зарекомендовал себя совсем неплохим хозяйственником. Из последних руководителей города, наверное, больше всего сделал Александр Попов. Проблема Попова — полная зависимость, он не принимает решения, он не самостоятельный политик. Если бы господин Попов хотел, он бы вышел во второй тур мэрских выборов — гипотетически такая возможность была. Но его просто сдали, а он по этому поводу даже не возмутился. Ну что вы хотите получить от господина Попова? Он не представитель народа.

— Кого тогда у нас избирают в Киевсовет?

— У нас в Киевсовет никого не избирают. Киевсовет и город Киев существуют отдельно. Я не хочу быть пророком в своем Отечестве, но, к сожалению, это абсолютно очевидная вещь: Киев на грани, удивляет, почему до сих пор не случилась серьезная техногенная авария.

— Способны ли киевляне повлиять на то, чтобы власть все-таки прислушивалась к их мнению?

— Еще раз подчеркну: в четырехмиллионном городе власть избирают порядка трехсот тысяч человек. Киевляне могут влиять на власть, если они объединятся. Я думаю, что найдется еще триста тысяч настоящих киевлян, которые сплотятся, реально придут на выборы и реально изберут власть Города.

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...

Куда ведут узкие коридоры

Ослабляя одного олигарха, президент делает другого олигарха сильнее. Поэтому — или...

Дальше, чем подземный туннель в Берлине

Харьковские соглашения надо отменить. Но привлечение к уголовной ответственности за...

Социальная апатия: тревожный симптом

Локомотивом выхода из кризиса будут базовые отрасли, а не IT-технологии

Не надо молчать!

Киев обрел в Исааке Трахтенберге не только преданного сына, но и блестящего летописца,...

Жесткая полемика как составная процесса

Каждая сторона считает, что потери, связанные с продолжением конфликта, ниже тех,...

Издержки «безальтернативного пути евроинтеграции»

Рынки субрегионов Южной, Восточной и Юго-Восточной Азии имеют многообещающий...

Макаронные изделия. Недорого

Нынешняя власть приняла правила игры Запада, основанные на подачках МВФ. Это тот...

Свобода права бороться за свободу

Политика полной и неограниченной свободы предпринимательства приводит к свободе...

Олег Волошин: «Каждый житель Украины при проведении...

Производство вакцины от коронавируса – это огромные деньги, и Украина могла бы...

Когда хочется меньше свободы

Люди способны выйти на улицы ради свободы. Но происходит это тогда, когда у них нужды в...

Саша Боровик: «Реформировать бедное и поляризованное...

«Внесудебное закрытие телеканалов государством – это иллиберальный подход к...

Когда волки сыты

Государство Украина своих людей не защищает, оно их грабит

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто
Авторские колонки

Блоги

Ошибка