Социальная апатия: тревожный симптом

№10(976) 11 – 17 марта 11 Марта 2021

Каковы европейские перспективы Украины, что поможет нашей стране преодолеть кризис, насколько регулируемой должна быть экономика?

Об этих и других проблемах беседуем с гостем редакции — доктором экономических наук, профессором, заслуженным экономистом Украины, ведущим научным сотрудником Института экономики и прогнозирования НАН Украины Алексеем Плотниковым.

— Алексей Витальевич, как вы охарактеризуете состояние основных отраслей отечественной экономики, каковы проблемы и перспективы?

— Давайте сразу скажем, что т. н. базовые отрасли выступают в качестве эдакой палочки-выручалочки для национальной экономики все годы независимости: то, что нам досталось от Советского Союза — химия, металлургия, сельское хозяйство.

Все годы независимости более 50% экспорта — это т. н. необработанная продукция базовых отраслей.

Мы можем долго говорить о том, что это плохо. И действительно — подобная структура экспорта не очень европейская, скорее она характерна для развивающихся стран. Тем не менее базовые отрасли поднимали экономику Украины и после кризиса 1998 г., и после 2008—2009 гг.

Полагаю, что, когда экономика начнет выходить из упадочного состояния после пандемии, именно базовые отрасли будут способствовать этому процессу.

Что касается общих оценок, то они не радужные. Химия, металлургия — эти предприятия достаточно вредные. Они наносят вред не только экологии, но и работающим на этих производствах людям. К сожалению, стандарты по экологии в Украине не соответствуют европейским. Поэтому Евросоюзу даже интересно, что в Европе есть государство, которое позволяет себе иметь такие химические, металлургические предприятия.

Что касается сельского хозяйства, то у нас нет таких дотаций, как в Евросоюзе. Поэтому мы не можем конкурировать по ценовому фактору. Мы не можем конкурировать с Евросоюзом и по причине того, что для Украины введены квоты. Тем не менее я думаю, что как бы кто во власти ни рассуждал, что нас-де выведут из кризиса IT-технологии, какие-то легализации игорного бинеса и открытие рынка земли, налоги, что-то необычное, но локомотивом выхода из кризиса будут базовые отрасли.

— Предвидятся ли в ближайшее время какие-либо заметные изменения в базовых отраслях? Если да, то чем они будут вызваны, например, в угольной промышленности?

— Если спрос на прокат зависит от того, на подъеме мировая экономика или на спаде, если спрос на химию тоже зависит от использования определенных технологий, то спрос на продукты питания есть всегда, и он, по всей вероятности, будет только возрастать.

Что касается угольной промышленности, о которой вы упомянули, то следует отметить, что происходит перестройка потребления угля во всем мире. Видимо, это коснется и Украины. А с этим связано несколько аспектов: снижение добычи, проблема закрытия шахт, переход на иные источники энергии.

Аналогичные проблемы связаны с машиностроением. Мир не стоит на месте, и это самым жестким образом сказывается на тех или иных отраслях, на которых специализируется Украина. Но пока, в краткосрочной перспективе, все это будет функционировать. При этом к перспективам каждой отрасли надо подходить дифференцированно.

— Эксперты говорят о том, что государство утратило рычаги управления основными отраслями экономики, что оно перестало быть ведущим игроком, который обеспечивает развитие и вывод на рынок продукции этих отраслей.

— Ситуация все-таки связана с тем, что наши базовые отрасли были лакомым куском с самого начала, еще когда приватизация только началась. Вся металлургия, химия, строительство, сельское хозяйство теперь сосредоточены в частных руках. Не приходится говорить о том, что частные собственники заботятся об экологии, об условиях труда, что они придерживаются европейских нормативов и стандартов. Но в целом работающие в этих структурах люди не жалуются на оплату труда. Иными словами, речь идет о выжимании максимально возможной прибыли. Государство выступает только в роли помощника, защитника. Но нельзя сказать, что оно здесь действует успешно.

— Во всех программных документах и правительства, и основных политических сил, которые участвуют в управлении государством, стоит вопрос активного вхождения Украины в ЕС. Процесс непростой, последствия можем — с той или иной степенью точности — только прогнозировать. Насколько такое вхождение способно отразиться на развитии тех или иных отраслей, что нас может ждать в этом плане?

— Ответ я разделю на две составляющие. Во-первых, я все-таки больше евроскептик, чем еврооптимист. Мне непонятно, когда реально Украина станет членом Евросоюза и станет ли им вообще. Ведь не следует забывать о кризисе самого ЕС. Насколько целесообразно Евросоюзу в данной ситуации расширяться за счет Украины, весьма специфического, скажем так, государства, — большой вопрос. Особенно в свете того, что ЕС сделал ставку на Западные Балканы.

Иными словами, есть масса вопросов, что, по всей вероятности, позволяет сформулировать нашу перспективу в виде сотрудничества, а не членства в ЕС. Не вижу никаких предпосылок к тому, что мы получим приглашение и начнем реально интегрироваться в ЕС в большей степени, чем мы имеем по Соглашению об ассоциации.

Во-вторых, страны, которые стали членами Евросоюза на предыдущей волне его расширения, получили вместе с членством весьма жесткие ограничения. Скажем, Болгарии предписывали ликвидировать свои виноградники, запретили торговать мясными продуктами на сельскохозяйственных рынках. У Румынии были очень жесткие вопросы, связанные с машиностроением и легкой промышленностью. Иначе говоря, членство в таком межгосударственном объединении предполагает, что кто-то будет давать жесткие указания насчет того, что делать, как развиваться, что закрывать, что не закрывать, какие, к примеру, помидоры продавать в ближайшем магазине — украинского производства или выращенные в Испании.

И ничего предосудительного в том нет. Таковы правила работы ЕС в отношении государства, которое присоединяется к союзу.

Поэтому нужно четко понимать: если мы (даже гипотетически) идем на членство, то у нас появляется «старший брат», который нам диктует, что нам делать, что выращивать, что производить, на что ориентироваться. Это достаточно жесткие советы, которые идут вразрез прежде всего с традиционными экономическими параметрами государства, не говоря уже о каких-то привычках, традициях, особенностях. Кстати, абсолютно без всякой задней мысли я допускаю, что нам посоветуют запретить продавать сало, например, по той простой причине, что оно может вызвать у европейцев какое-то неприятие. Хоть это, может быть, несколько скандально звучит, но именно такой мне видится ситуация.

— Какова роль государства в регулировании рыночных отношений в Украине? Насколько вообще такое регулирование необходимо в условиях рыночной экономики?

— Когда в 1991 г. ломался Советский Союз, мы стали независимым государством, у нас — прежде всего в экономике — сломалась жесткая система регламентации. Т. е. там, где государство из Москвы доводило ассортимент общепита, например, до каждой сельской столовой, все это ломалось. И абсолютно логично по меркам 90-х, что Украина избрала не скандинавскую модель, где государство серьезно влияет на экономику, а некую модель дикого рынка. Все объяснялось просто: надоел социализм, захотелось чего-то рыночного, вольного и абсолютно непонятного.

Другое дело, что за 30 лет все-таки можно было понять, что выбрана не лучшая модель, что во всем мире государство увеличивает, а не уменьшает свои функции.

Думаю, при разумном подходе к началу 2000-х вполне можно было повысить роль государства, государственного регулирования экономики, протекционизма, отстаивания национальных экономических интересов за рубежом. К примеру, даже в Германии, во Франции государство играет более активную роль в продвижении соответствующих товаров за пределы страны. И это притом что это члены ЕС, а ЕС должен работать как коллективный орган.

Можно приводить в качестве примера социальные государства типа Швеции, Норвегии, Дании, Финляндии. Я уж не говорю о китайской модели — она уникальна, и вряд ли из Украины можно сделать вторую Китайскую Народную Республику. Но там предельно четко осознают, что невидимая рука рынка не смогла бы сыграть столь значительную роль без очень жесткой видимой руки государства.

Иными словами, для более успешного развития требуется, чтобы государство играло более серьезную роль в национальной экономике.

— Но есть ли у государства эффективные механизмы, которые позволяют позитивно влиять на развитие рыночных отношений?

— Механизмы регулирования есть. Нет средств для дотаций. У нас нет финансовых ресурсов для поддержки бизнеса. Но административных рычагов для продвижения украинских товаров — сколько угодно. Например, возможность принятия законов, согласно которым приоритет оставался бы за национальной, а не за импортной продукцией. На административном уровне, на уровне государственных разрешений и запретов можно активно формировать более позитивное отношение к украинским производителям, их продукции и в Украине, и за ее пределами.

— Как вы охарактеризуете социальные последствия экономической политики последних лет, и чего ожидать Украине в ближайшей перспективе?

— Социальные последствия достаточно грустные. Напомню: согласно первой статье Конституции Украина определена как социальное государство. Эта статья не выполняется уже какой властью. Но самое плохое, что граждане с этим как-то свыклись, смирились, они не задаются вопросом, почему не выполняется Основной Закон. В этой связи, может, власть нужно поменять, может, нужно привести к власти иные силы, которые готовы усилить социальные функции государства?

Я надеюсь, что граждане вспомнят об этом на выборах. А пока массовая апатия, равнодушие к власти, смиренность и при повышении тарифов, и при повышении цен, и при принятии странных решений и законов, которые противоречат интересам граждан, — все это вызывает большую тревогу.

— Отражаются ли экономические проблемы на социальном составе населения Украины?

— Конечно, отражаются! Если снижается экономическая активность, уменьшается количество граждан, которые преодолели черту бедности, увеличиваются параметры бедности, съеживается средний класс, уменьшается количество граждан, которые удовлетворены своим материальным положением, которые считают, что могут покупать себе товары повседневной необходимости, делать какие-то сбережения и т. д. Все это ухудшает социальный состав, приводит к тому, что возрастает бедность, усиливается расслоение общества, нагнетается неуверенность в завтрашнем дне. Т. о. общество становится равнодушным, несопричастным к судьбе государства — со всеми вытекающими отсюда последствиями.

— Вы наверняка помните классическое выражение: «Политика не может не иметь первенства над экономикой». Как это у нас проявляется, учитывается ли?

— У нас это не учитывается. У нас политическая сфера старается максимально оторваться и решить свои вопросы с помощью экономики. Нет у нашей власти идеологии, нет взглядов для народа. Нынешняя власть избиралась исключительно потому, что она никогда не была при власти и не была нужна любой власти. Пришли новые лица. С чем они пришли? Что они будут реализовывать?

Оказалось, пришли ни с чем: нет ни идеологии, ни взглядов, ни механизмов.

Каковы экономические взгляды нынешней власти — это остается для меня загадкой. Правда, об этом можно судить по конкретным шагам, по антисоциальным законам, по законам, связанным с рынком земли, и т. п. Но четко сформулированных идеологических взглядов у власти нет.

— Я прочитал, что экспорт зерновых из Украины растет такими темпами, что импорт зерновой продукции увеличился в семь раз. Специалисты говорят о том, что если так пойдет и дальше, то определенные трудности будут испытывать наши потребители зерновых культур, что это отразится на качестве, стоимости в т. ч. хлебобулочных изделий.

— Во-первых, цены на продукты питания пошли вверх, и можно с большой долей вероятности прогнозировать, что процентов на 20—25 к концу текущего года они повысятся. А что касается зерновых, то давайте посмотрим, как пройдет посевная, какой будет урожай, тогда можно будет говорить более конкретно.

— В настоящий момент практически все СМИ формируют такой информационный поток, который шокирует обывателя: жизнь хуже, перспектив никаких. К чему может привести такая информационная обработка населения?

— Мы уже говорили, что в принципе формируется равнодушие к судьбе страны, т. е. гражданам абсолютно все равно, что будет с Украиной, они рассматривают возможность поехать работать куда-нибудь в Польшу, в Россию, в Испанию с Португалией... А кто не может по каким-то причинам поехать, тоже не обеспокоен судьбой собственной страны. Иными словами, граждане все больше отдаляются от страны. И это понятно и весьма символично, ведь власть отвернулась от своих граждан.

Поэтому ситуация, конечно, плохая. Да, есть патриотизм, есть желание работать на родине, но, к сожалению, это постепенно уходит на задний план. Поэтому означенный поток информации — он даже не идеологический, он пропагандистский. И он только усугубляет ситуацию.

— Есть ли у нас возможность популяризировать или пропагандировать те или иные достижения в экономике, которые позволяли бы нам всем гордиться и страной, и способностью государства решать значимые проблемы?

— У нас огромное недоверие к власти, неверие в то, что власть, государственное руководство делает так, как об этом говорит. И это затмевает все достижения.

С другой стороны, невозможно представить, чтобы в какой бы то ни было стране мира, кроме нашей, люди, глядя на то, как вакцинируются первые лица государства, задавались бы вопросом: у них там вакцина, или глюкоза, или физраствор?

А у нас это был самый популярный вопрос, который сопровождал вакцинирование президента. И на таком фоне говорить о достижениях в экономической сфере? Вряд ли это будет услышано. Поэтому я согласен с вами: достижения надо пропагандировать, об успехах рассказывать. Но на фоне недоверия к власти это будет непременно отягощаться наслоением недоверия.

Сергей МИХАЙЛОВ

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...

Удастся ли сберечь и развить стратегические отрасли

Олег Уруский: «Верю, что в депутатском корпусе ВР по-государственному мыслящих...

Экономическая субъектность плюс суверенизация...

Почему начинать восстановление субъектности нужно с возвращения монетарного...

Дмитрий Джангиров: Официальный Киев ведет себя так,...

По мнению политического консультанта Дмитрия Джангирова инициатива президента...

Куда ведут узкие коридоры

Ослабляя одного олигарха, президент делает другого олигарха сильнее. Поэтому — или...

Дальше, чем подземный туннель в Берлине

Харьковские соглашения надо отменить. Но привлечение к уголовной ответственности за...

Не надо молчать!

Киев обрел в Исааке Трахтенберге не только преданного сына, но и блестящего летописца,...

Жесткая полемика как составная процесса

Каждая сторона считает, что потери, связанные с продолжением конфликта, ниже тех,...

Издержки «безальтернативного пути евроинтеграции»

Рынки субрегионов Южной, Восточной и Юго-Восточной Азии имеют многообещающий...

Макаронные изделия. Недорого

Нынешняя власть приняла правила игры Запада, основанные на подачках МВФ. Это тот...

Свобода права бороться за свободу

Политика полной и неограниченной свободы предпринимательства приводит к свободе...

Олег Волошин: «Каждый житель Украины при проведении...

Производство вакцины от коронавируса – это огромные деньги, и Украина могла бы...

Когда хочется меньше свободы

Люди способны выйти на улицы ради свободы. Но происходит это тогда, когда у них нужды в...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто
Авторские колонки

Блоги

Ошибка