Владимир Малинкович покидает «улей»

№41 (433) 10 - 16 октября 2008 г. 10 Октября 2008 0

Диссидент-политолог Владимир Малинкович покидает Украину с тяжелым сердцем. Перебирается на ПМЖ в Германию, в Мюнхен, где работают двое его сыновей и дочь, где нет беззакония, чинимого властью, и хаоса в человеческих головах.

Там, нянча внуков, наведываясь временами в близкую душе Италию и, конечно же, другие страны, Владимир Дмитриевич будет писать книги. Об истории, культуре, социально-экономическом устройстве мира. О будущем нашей противоречивой цивилизации.

Размышлять о судьбах нашей Родины ему порядком надоело. Тем более — давать комментарии и политические прогнозы на эту тему. Решение уехать он принял год назад, после чего только раз выступил со страниц нашей газеты, а после исчез даже из политических ток-шоу.

Малинковича заметно разочаровали «оранжевые» годы, чехарда в кабинетах власти, гонения на русское, непредсказуемость политиков, президент и его опричники... Кроме того, к семидесяти годам можно, наконец, позволить себе и о душевном спокойствии позаботиться, и о потомках, и о творческом наследии.

Да и не захочешь, а вылетать из «улья», откуда «пасечники» уже который год выкуривают, приходится. Вот и улетает. В ноябре.

Забирая с собой собаку и кота и оставляя нам надежды что-то здесь изменить.

Гражданином Украины просит его не считать. Так и сказал, добавив, что он не намерен терпеть руководителей с чуждой ему идеологией и низким интеллектом. Имеет право, имеет возможности.

***

«Только вы не пугайтесь, — предупредительно заметил Владимир Дмитриевич, приглашая к себе домой, — я практически на чемоданах...»

«Раскардаш, наверное?»

«Правильно, раскардаш».

Но раскардаш я представлял себе иначе: книги, лежащие на полу, вещи, вытащенные из шкафа, пакеты, чемоданы, сумки. Ничего такого в квартире у Малинковича нет: книги на полочках, картины на стенах, кресло-качалка посредине комнаты, телевизор, кровать. Квартира находится в двух шагах от Майдана — на ул. Костельной. Высоченные потолки, деревянные окна, ремонта не видела десятилетия, потому сохраняет дух той еще эпохи, которая выгнала Владимира из этой квартиры и страны за вольнодумство и неуважение к советским порядкам.

В 80-м Малинкович покидал страну с двумя чемоданами в руках. И сегодня с нетяжелым скарбом: книги и животные. Раньше эту родительскую квартиру он сдавал, что, по его словам, и обеспечивало ему жизнь, теперь продал, и, наверное, на беспечную старость денег хватит.

Владимир Дмитриевич до жизненных благ нежадный и считает, что современное стремление удовлетворять как можно больше человеческих потребностей развращает и уже разрушает общество. С этими потребностями скоро все внутренние ценности задешево распродадим.

Ему скоро перевалит за седьмой десяток, а я бы дал пятьдесят пять, не больше. Подтянут, свеж, бородка и прическа, как у поседевшего брата Карамазова. Пьем черный крепкий чай.

***

В 1992 году он вернулся в Украину не потому, что в изгнании его сильно измучила ностальгия по каштанам и киевским улочкам, нет, он не мог и не хотел оставаться в стороне от происходящих в любимой стране перемен, он приехал помогать строить гражданское общество.

Однако теперь понимает, что вернулся совсем в другую страну, которую сегодня Родиной назвать не может.

Родина — она ж свое, родное, а Украина для Малинковича становится чужой, непонятной и презирающей те культурные основы, которые сформировали его диссидентское мировоззрение. Признать Украину Родиной стало для него однозначным отрешению от самого себя.

За эти годы Украина отняла у Малинковича жену-художницу (он уверен: живи они в Германии, врачи смогли бы ей помочь), комфортный для русскоязычного интеллигента социум, веру в справедливость.

Страна, в которой президент лжет в глаза народу, а ученые-историки ему вторят; Киев, где «интеллигенция» принимает в свой круг только тех, кто демонстрирует позицию «подальше от Москвы», считая, что лучше быть первым парнем на деревне, чем последним в городе; зависть к талантам, неприятие россиян, продажность коллег — все это политологу не нравится, не для этого он стремился сюда.

«А лично вы, — спрашиваю, — от какой партии за свою политологическую работу больше всего денег получили?»

«Ни от одной не получил. Есть у меня пара недорогих часов, подаренных Кучмой, вот и все заработки».

«И сколько таких, как вы, политологов-бессребреников?»

«Один я, наверно, и остался. Все украинские политологи именно что обслуживают интересы той или иной партии, той или иной олигархической структуры. Дают выгодные, пусть и необъективные оценки. Я их не осуждаю, всем кушать хочется, но благодарен судьбе, что предоставила мне возможность сохранить финансовую и моральную независимость».

***

Каков поп — таков приход. Владимир Дмитриевич несколько раз поворачивал нашу беседу в русло — «Ющенко и его команда — угроза Украине». Ох и не любит он Виктора Андреевича. Пасечником называет. Мне даже раз пришлось заметить, что ведь не только нам не повезло, у американцев, скажем, разве президент лучше?

«И у американцев — не совершенство, но Буш способен по крайней мере к человеческой простоте. Помните, когда недавно он выступал по поводу финансового кризиса, то те вопросы, в которых не разбирается, не стесняясь, переадресовал помощникам. У Ющенко есть что сказать по любому поводу, и он, напротив, без всякого стыда демонстрирует свою некомпетентность. В низком интеллекте украинского президента не сомневаются уже даже самые большие его поклонники, обманутые Майданом, но самое страшное, что Ющенко не хочет образовываться, учиться. Он назначил себя мессией Украины и уверенно ведет государство к пропасти.

Чем раньше он покинет пост, тем лучше, но в любом случае 2010 год для него как президента последний».

Малинкович категорически за упразднение поста президента. Считает его пережитком, нет такой должности в подавляющем большинстве европейских государств.

Оценивая сегодняшнюю политическую ситуацию, призывает БЮТ и ПР объединиться под любым предлогом, чтобы вычеркнуть должность Ющенко из Конституции.

«А потом пусть сразу же ссорятся и борются за кресло премьера. Если не изменить режим, не поломать систему двоевластия, сеющего хаос, жизнь в Украине лучше не станет».

«А новый Майдан завтра возможен?»

«Какой там Майдан? Искусственно раздутые идеалы рухнули, политические цвета смешались. Какая партия не обманула избирателей? Один обещал правосудие и законность — где они? Второй — защиту русского языка и укрепление сотрудничества с Россией, а украинизация идет такая, которой ранее страна не знала».

***

Два главных успеха работы Малинковича в Украине, по его словам, относятся к временам рассвета и заката президентского правления Кучмы, когда Владимир Дмитриевич принимал посильное участие в предвыборной кампании, предложив, в частности, тезис об официальном статусе русского языка. Тезис так, к сожалению, тезисом и остался. Но при Кучме, говорит политолог, не наблюдалось такого раскола по линии «запад — восток», не было такого натиска на русский язык и культуру, а государство развивалось: «Согласитесь, очень большая разница между Украиной, полученной и сданной Кучмой».

А второй своей заслугой он считает собственноручно вписанные в проект закона слова: «президентско-парламентскую республику» изменить на «парламентско-президентскую».

«Как известно, это было сделано для того, чтобы передать парламенту больше президентских функций, но мне и тогда казалось, а сейчас очевидно, что от перемены мест слагаемых сумма не изменяется, — размышляю, попивая чай, я. — Президента главным считать или парламент — да какая разница? Все равно будут искать способы один другому указывать».

«Есть правда в ваших словах. И в общем-то уже тогда я настаивал на слове «парламентская», а «президентскую» предлагал вычеркнуть, но политическая ситуация была настолько обостренной, что не позволяла поступать кардинально. Хотя уже то, что первый шаг сделан, меня радует, и я надеюсь, что Украина все же станет парламентской страной. Еще раз повторюсь — это упорядочит власть и застрахует страну от появления новых «мессий».

А из того, что так и не получилось у Малинковича сделать, так это построить систему взаимоотношений между деятелями украинской и российской элит (как политической, так и культурной), позволяющую сохранять теплоту украинско-российских отношений. Чтобы это осуществить, необходимо было создать структуру, в которой бы тесно взаимодействовали специалисты двух стран, вхожие в высокие кабинеты. Но эти попытки не увенчались успехом. Сегодняшний холод в наших отношениях отзывается морозом по коже Малинковича.

***

«Поскольку вам так дорога русская культура, то почему же — в Мюнхен, а не в Питер или Новгород? — спрашиваю. — Я понимаю, что семья в Германии, но все же».

«Ситуация в России тоже далека от идеальной и тоже мне не близка. Очевидно, что там происходит своего рода реабилитация тоталитаризма. Среди исторических героев в телевизионном опросе Сталин занимает второе место после князя Невского, и совсем непонятно, как Александр Невский с малоизвестными большинству людей заслугами занял первое. Я понимаю, что люди соскучились по порядку, но остаюсь сторонником европейского порядка, основанного на социал-демократических принципах».

Не так давно Владимир Малинкович издал книгу «Три революции и две перестройки. Этюды на темы советской истории», о чем мы уже писали. В ближайших планах — издание книги о мировой культуре, а в Германии он приступит к «этюдам» на тему «капитализм, его природа, прошлое и будущее».

Капитализм, он хоть и предоставляет личности массу возможностей, но и отнимает немало — добропорядочность, веру, совесть. Сегодняшний финансовый кризис можно, по словам политолога, расценивать как большое предупреждение заходящей в тупик постмодерновой капиталистической цивилизации. И вполне вероятно, рассуждает он, что политико-общественный строй Китая вскоре будет рассматриваться как идеальный и Европой, и Америкой, и Россией.

***

Я беседовал с Владимиром Малинковичем впервые, провел в гостях полтора часа и собирался подготовить развернутое интервью. Но первый раз со мной приключилось то, что случается, наверное, с каждым журналистом: уже придя в редакцию, понял, что мой диктофон замолк насовсем.

Можно увидеть в этом знак (своего рода «акцию протеста» против второй эмиграции Малинковича), можно огорчиться, что в моей фонотеке не сохранился голос известного диссидента, а можно сказать, что все, что ни случается, — к лучшему.

До свидания, Владимир Дмитриевич. Извините, если не воспроизвел по памяти что-то важное. Обещайте не забывать «2000».

Роман БАРАШЕВ

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...


Загрузка...

Позиционеры крайне опасны!

Американское управление по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и...

Ирина Бережная: «Не опускайте рук! За ночью всегда...

Елена Бережная: «Я думаю, что кто-то намеренно затягивает и экспертизу, и...

Ірина Луценко: «Щоб зробити мир — треба мати...

У мене дві освіти — економічна й математична, тобто я тримаю в пам'яті великі...

Дешевых юристов уже не будет

Изъяны системы правосудия и незащищенность человека перед произволом чиновников и...

Леонид Кожара: «В Украине создаются настоящие левые»

Сложно найти хоть одно подтверждение, что националистическая модель государства и...

Загрузка...

Пора греться льдом

Газовые гидраты — смесь замерзшей воды и газов — грандиозный источник...

Биометрика как «геть від Москви»

«Для введения визового режима между Российской Федерацией и Украиной потребуется...

Американская клептократия: правительственная...

Во многих странах антикоррупционные комиссии оказались не просто неэффективными, а...

Джангиров: время против Минских соглашений, но и...

«Европейский» уголь из Таганрога, фактор Украины для Трампа до и после выборов и...

«России нужны не соотечественники, а гастарбайтеры»

30 июля Владимир Путин подписал закон, предусматривающий упрощенный порядок...

«Силы добра» забирают больше жизней украинцев, чем...

Больницы до сих пор не получили 86% лекарств по детской онкологии, оплаченных деньгами...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто

Получить ссылку для клиента
Маркетгид
Загрузка...
Авторские колонки

Блоги

Ошибка