Баттлы и намеки

27 Апреля 2021

Подробная информация о состоявшейся 19 апреля встрече советников лидеров стран «нормандского формата» подтвердила сделанный мной по первому пресс-релизу Офиса президента Украины вывод, что Киев решил делать упор на прекращении огня, дабы оттянуть переход к политическим пунктам, а обсуждения «кластеров», которые Владимир Зеленский анонсировал накануне сразу после переговоров в Эммануэлем Макроном и Ангелой Меркель, не произошло.

Детальное обсуждение было решено продолжить на следующий день на заседании ТКГ по вопросам безопасности, и тут итоги в оценках сторон оказались диаметрально противоположными. Алексей Арестович и вовсе заявил, что заседание подгруппы по безопасности в ТКГ, на котором обсуждались меры по прекращению огня на Донбассе, стало «сенсацией».

«Вчера политические советники договорились о том, что вопрос безопасности превыше всего, и только после этого будем обсуждать кластеры. Сегодняшние переговоры стали логичным развитием этой позиции. Стороны предложили свои дополнения к уже существующим дополнительным мерам, принятым 22 июля 2020 года, по соблюдению режима прекращения огня… Украина предложила свой вариант: сделать главной по верификации ОБСЕ с документальными подтверждениями фактов нарушений режима прекращения огня. И чтобы после верификации ОБСЕ стороны уже подавали свои официальные заявления», – сообщил Арестович.

За основу был взят украинский документ (Дополнения к действующей редакции мер по прекращению огня на Донбассе), в который вносились правки. Арестович уточнил, что стороны прошлись по документу попунктно и рассмотрели его до конца: «У россиян были свои предложения. Мы вносили правки в наш документ. И прошлись по каждому пункту до конца документа – я такого вообще не помню за полгода моей работы в ТКГ. Обычно «вязли» на втором абзаце. А сегодня очень конструктивно поработали. Россияне, конечно, заявили, что есть принципиальные несогласия…»

До конца этой недели должно состояться еще одно заседание подгруппы по безопасности, где документ рассмотрят во втором чтении. И если он будет согласован, Арестович надеется, что к заседанию ТКГ 28 апреля дополнительные меры по прекращению огня на Донбассе будут полностью готовы и утверждены на встрече контактной группы. «Тогда на Донбассе должно стать «тише», – заверил Арестович

На данный момент информации о еще одном заседании подгруппы нет, зато есть последовавшее практически одновременно с приведенным выше заявление Дмитрия Козака о фактическом провале переговоров: «На последней встрече политических советников «нормандского формата» 19 апреля 2021 года из итогового заявления по инициативе Украины и при попустительстве представителей Франции и Германии были в очередной раз вымараны любые упоминания механизмов, способных реально обеспечить режим прекращения огня, и предпринята попытка свести итоги многочасовых переговоров к очередной размытой политической декларации».

О реальной ситуации на линии разграничения можно судить по сообщению представительства самопровозглашенной ДНР в Совместном центре контроля и координации режима прекращения огня от 24 апреля: «За истекшие сутки общее количество нарушений бессрочного режима прекращения огня со стороны ВСУ составило девять раз. Общее количество примененных ВСУ боеприпасов – 94 единицы

При обстрелах украинская армия использовала 122 и 152-мм артиллерию, минометы калибром 82 и 120 мм, гранатометы различных видов и стрелковое оружие. Обстрелами было нарушено энергоснабжение Старомихайловки, в Александровке повреждена кровля дома…»

Т.е. речь идет о применении вооружений (152-мм артиллерии), которая не просто должна быть отведена из прифронтовой полосы по формально действующему соглашению о прекращении огня, но и действительно не применялась в течение длительного времени.

Конечно, к любым таким сообщениям в рамках информационной войны нужно подходить с осторожностью (отчет ОБСЕ, как всегда, опаздывает), но следует констатировать, что вечером 23 апреля в соцсетях появилось много сообщений жителей Донецка о мощных «прилетах», которых они не слышали уже несколько лет.

В то же время отмечу, что в сообщении самопровозглашенной республики не говорится о жертвах, да и разрушения, извините за неизбежный в освещении длительного военного конфликта цинизм, носят незначительный и «рутинный» характер. Похоже, украинские военные, применив запрещенное и мощное оружие (и это точно невозможно без санкции сверху), осознанно вели огонь по пустынным местам.

 

Такая вот тактика «мелкого фола», к которой нередко прибегают в футболе, когда судья в «пограничной ситуации» стоит перед выбором, свистнуть или нет. Вот и в этот раз Москва, а также топовые российские СМИ именно этот эпизод оставили без комментариев (при наличии жертв это было бы сделать гораздо сложнее).

Похоже на своеобразный троллинг Москвы на фоне сделанного накануне Сергеем Шойгу заявления о начале отвода войск из приграничных с Украиной районов: «Считаю, что цели внезапной проверки достигнуты полностью. Войска продемонстрировали способность обеспечить надежную оборону страны. В связи с этим мной принято решение завершить проверочные мероприятия в Южном и Западном военных округах», – сказал российский министр.

Напомню, что мы приводили слова российского политолога Сергея Маркова, который, ссылаясь на свои источники, прогнозировал отвод войск в эти сроки по итогам телефонного разговора Владимира Путина и Джо Байдена. У Зеленского при этом отвод российских войск объявили большой победой Украины, достигнутой благодаря мощной поддержке Запада. И выстрелы шестидюймовок под Донецком могли играть роль «салюта», адресованного украинскому ура-патриотическому сообществу – дескать, «они» отходят, а мы усиливаем военную активность.

Конец «формуле Штайнмайера» и «кластерам»

Что же касается «кластеров», то и по ним ближе к концу прошлой недели Киев достаточно четко обозначил свою позицию. Алексей Резников и Андрей Ермак выступили с пространными интервью, в которых вновь заявили о несогласии с прописанным в Минских соглашениях порядком их выполнения. Более того, впервые на уровне украинских официальных лиц высказано несогласие с «формулой Штайнмайера». Резников назвал ее фантастической. В свою очередь Ермак заявил: «Формула Штайнмайера, текст которой был согласован и которая в будущем может быть имплементирована в украинское законодательство, уже предусматривает изменение сроков передачи границы. Это наша принципиальная позиция: не могут проходить выборы, пока граница не передана под контроль украинского правительства. Не знаю, из каких соображений наши предшественники могли вообще соглашаться с другой последовательностью».

Нужно отметить, что, не соглашаясь с формулой Штайнмайера по сути, Киев формально ее не отвергал. Кроме того, она упоминается в итоговых документах Парижского саммита «нормандской четверки» 9 декабря 2019 г. Т.е. заявлениями Резникова и Ермака был перейден очень важный рубеж – пожалуй, впервые за все время переговорного процесса открыто высказано несогласие с предложениями Парижа и Берлина.

Видимо, заявления вышеназванных чиновников были пробным камнем, и поскольку реакции западных партнеров по «нормандскому формату» не последовало, высказался и президент: «Сейчас я участвую в процессе, который был разработан до моего прихода на пост президента. Минский процесс должен быть более гибким. Он должен служить целям настоящего, а не прошлого», – заявил Зеленский в интервью Financial Times.

По его словам, есть два варианта развития событий. «Мы можем изменить Минский формат, скорректировать его. Или мы можем использовать какой-то другой формат» – заявил Владимир Зеленский, уточнив, что речь идет о подключении к переговорному процессу США, Великобритании и Канады, т.е. стран с наиболее антироссийской позицией.

По сути Зеленский откровенно высказал недовольство посредническими «услугами» Германии и Франции и обратился за поддержкой к более лояльным к Киеву странам. Из этого можно сделать вывод, что никаких «резонов» выполнять Минские соглашения в Киеве не видят, и позиция по этому вопросу в последние дни только «укрепилась», партнеров по «Нормандии», похоже, решили игнорировать. Причем, по целому ряду признаков, основное недовольство вызывает Германия, а вот Франция, Эммануэль Макрон занимают более лояльную к Украине позицию.

«Это лишний раз на высшем уровне, наверное, демонстрация того, что Украина хотела бы минский процесс видоизменить, а его видоизменить, не положив, собственно, ему конец, просто невозможно», – прокомментировал это заявление пресс-секретарь российского лидера Дмитрий Песков.

Дипломатический «баттл»

Отчетная неделя оказалась очень богата на дипломатическую и медийную активность между Киевом и Москвой, заявления сыпались, как из рога изобилия, но на первый план вышло обсуждение возможной встречи двух Владимиров – Путина и Зеленского, превратившееся в своеобразный дипломатический «баттл»*.

Запустил его Владимир Зеленский (видать, опыт КВНщика «не пропьешь»), выступив со специальным телеобращением, в котором предложил «встретиться в любой точке украинского Донбасса, где идет война».

Ответ из Москвы последовал быстро: «Если он [Зеленский] хочет обсуждать Донбасс – ему следует сначала встретиться с руководителями ДНР и ЛНР, а потом уже с российским. А если хочет обсудить двусторонние отношения – ждем в Москве в любое удобное время», – сказал российский лидер

Путин отметил, что если Зеленский хочет начать восстановление отношений, то Россия будет это только приветствовать. «В последнее время действующее руководство Украины предприняло очень много шагов, разрушающих российско-украинские отношения. Это касается ряда проблем двусторонних отношений, это касается отношения к РПЦ и попытки ее разрушения, [отношения] к русскому языку, и к русскоговорящим гражданам Украины, и к российским гражданам, проживающим на Украине».

Александр Лукашенко, на встрече с которым Владимир Путин сделал свое заявление, добавил к этому: «Мне кажется, Владимир Владимирович, Зеленскому уже пора научиться конкретно дипломатично себя вести, кроме всего прочего».

Мы же отметим, что накануне поездки в Москву белорусский лидер принял нардепа от «Слуги народа» Евгения Шевченко. На официальном уровне визит последнего, естественно, охарактеризовали как ни с кем не согласованную частную инициативу, но, что характерно, ни о каких серьезных санкциях в отношении нардепа речь не идет.

Поэтому выглядит, как минимум, заслуживающей рассмотрения версия, что Шевченко через белорусского президента должен был передать некое послание от Зеленского Путину. На это указывает и время визита (накануне поездки Лукашенко в Москву), и необычайно высокий уровень приема, оказанный рядовому украинскому парламентарию. Но, судя по всему, российского лидера «месседжи» из Киева не впечатлили.

На Банковой же встречное предложение Москвы, судя по всему, вызвало растерянность. Поиск ответа занял несколько дней, согласно инсайдам рассматривались разные варианты, но ничего подходящего, тем паче остроумного, так и не придумали, не помог и КВНовский опыт. 

Итогом стало заявление Зеленского: «Мне кажется, что все идет к тому, что встреча состоится. Я действительно предложил – вы это слышали – встретиться в Донбассе, президент подтвердил свое желание, но предложил встретиться в Москве. Я уже дал задачу руководителю Офиса президента Андрею Ермаку, чтоб он связывался с администрацией президента Путина, чтоб они нашли взаимопонимание, определили сроки и место, где мы могли бы встретиться», – передает ТАСС.

Зеленский также добавил, что ему «важна суть встречи, а где именно она будет – это детали». Он также заявил, что готов обсудить с президентом России вопрос о положении русскоязычного населения и православной церкви на Украине, если встреча двух глав государств состоится. «Даже если эти вопросы стоят на повестке и будут стоять при встрече, если она все же состоится, то, пожалуйста, мы обсудим и эти вопросы, не вижу, в чем тут проблема», – заявил он.

Можно ли это понимать как принятие приглашения? И готова ли Москва к тому, что ее приглашение оказалось принятым? Что ж, подождем развития событий

Резюме

Чтобы окончательно сложить цельную картину из пазлов событий минувшей и предшествовавших недель, приведу свидетельство офицеров ВСУ, которые собрало издание «Страна.ua»: «Ситуация поменялась. Еще три недели назад все было похоже на то, что нас готовят к наступлению – подвозили дополнительный боекомплект, почти на передовую подтягивали «коробочки» (танки и бронетранспортеры. – С.Б.) и артиллерию. Но неделю назад поступил приказ укрепить позиции и создать минные противотанковые поля по линиям вероятного наступления противника.

Но танки и минометы остались. Стоят замаскированные даже не во второй линии, а за пару сотен метров от передка. К нам приехали спецы по минированию, устанавливают «шайбы» (противотанковые мины. – С.Б.). На нейтралке ставят, на основных дорогах и даже позади наших позиций. Это такой резервный план обороны – в случае если в наступлении будут участвовать российские войска, то после короткого боя нашу пехоту отведут на вторую, более укрепленную линию обороны».

Также спешно укрепляется граница под Крымом. По словам подполковника С., крымское направление планируется усилить, перебросив на него дополнительные силы – несколько бригад ВСУ. К слову, многие из подразделений, которые должны были уйти на ротацию в тыл из Луганской и Донецкой областей, остались на передовой.

«Бригады сейчас держат на полигонах в Николаевской и Запорожской областях. Подразделения должны были выехать на ротацию на луганское направление, но сейчас планы поменялись, говорят, что наши части перебросят под Крым. Те части, которые должны были уходить на ротацию в тыл из Луганской области, задержали на позициях. Когда будет очередная ротация, неизвестно. Отложили на неопределенный срок», – пояснил офицер.

Итак, судя по этим и многим другим свидетельствам, несколько недель назад Киев действительно стал готовить наступательные действия на Донбассе, что могло быть как дипломатическим жестом с целью поднять ставки на переговорах в расчете на то, что Москве обострение на Донбассе, на которое ей будет сложно не отреагировать, не нужно, так и реальной подготовкой к крупной операции с целью вернуть часть неконтролируемых территорий и сорвать завершение строительства «СП-2».

Россия ответила мощной концентрацией войск по всему периметру российско-украинской границы, давая понять, что ответ будет не только «непосредственным», а не через добровольцев-«отпускников», но и затронет не только Донбасс. Последовала международная реакция, кульминацией которой стал звонок Джо Байдена Владимиру Путину.

Стороны договорились работать над деэскалацией двусторонних отношений и достигли договоренностей по снижению напряженности вокруг Украины. Нужно понимать, что Владимир Путин пообещал, а Зеленскому из западных столиц порекомендовали искать пути политического разрешения затянувшегося конфликта.

Собственно, демонстрацией своей «доброй воли» обеими сторонами и являются политические маневры последних дней (сюда относится и возможное послание Зеленского Путину через Шевченко и Лукашенко). При этом каждая из них остается на своей позиции и даже поднимает ставки – Киев хочет пересмотра Минска и откровенно отказался от «формулы Штайнмайера», а Москва наоборот, настаивает на его выполнении в исходном варианте, делая акцент на необходимости прямого диалога Киева с Донецком и Луганском.

Алексей Арестович, комментируя слова российского лидера, отметил: «Он сказал с «республиками ЛНР и ДНР», которые Россия никогда до этого не признавала. Конечно, это оговорка, но эта оговорка фактически — словесный выход из Минских соглашений».

В общем, игра – «кого первым можно будет обвинить в выходе из Минских соглашений».

При этом посылаются и серьезные сигналы. Возвращению к местам постоянной дислокации российских войск из Крыма непосредственно предшествовали показанные по телевидению масштабные учения по высадке десанта. Понятно, что к «отражению агрессии НАТО» (так обозначена цель учений) такая их тематика отношения не имеет, да и не нужно трех раз, дабы угадать направление, на котором российские военные могут использовать на практике приобретенные навыки.

Еще одним сигналом стало проведение в Донецке форума «Единство русских: защита прав и свобод» (нельзя исключать, что «салют» ВСУ, о котором говорилось выше, был «приурочен» и к нему), на котором прозвучали весьма интересные заявления.

Так, политолог Сергей Марков заявил там: «Сейчас абсолютное большинство не только Славянска, Краматорска, Мариуполя проголосуют за воссоединение с Россией, но и в Харькове, Одессе, Николаеве, Запорожье – также на голосовании за воссоединение будет абсолютное, если бы у них была возможность свободно проголосовать. Но у них нет такой возможности. Дать им возможность свободно проголосовать – это наша главная историческая задача.

А проект антироссийская Украина создан только с целью ликвидировать Россию. Это пистолет, приставленный к нашему сердцу. И мы должны этот пистолет выбить из рук врага и забрать себе. Пока все территории, на которых проживает русское население, подвергаются государственному террору со стороны украинских властей, Россия не может называться великой державой».

Конечно, это «личное мнение» неофициального лица (далеко не единственное из подобных), но и как намек Киеву и его западным союзникам, его вполне можно понимать.

Что же касается последних, то следует обратить внимание на чрезвычайно спокойную (пока) их реакцию на российско-чешский скандал, связанный с обвинениями российских спецслужб (в лице «легендарных» Петрова и Боширова) в подрыве складов с вооружениями в 2014 г., что с объективной точки зрения даже серьезнее, чем «отравление Скрипалей».

Но пока чехов поддержали высылкой нескольких российских дипломатов лишь Словакия, Польша и страны Балтии, а прочие, включая США, стараются избегать даже резких комментариев. Даже если скандал вызван сугубо внутричешскими политическими интригами (на это указывает, в частности, то, что президент Чехии Милош Земан открыто отказался поддержать эти обвинения), такая позиция выглядит крайне необычной.

Впрочем, возможно и то, что эта история – очередное предупреждение Москве, что если ее позиция в отношении урегулирования на Донбассе не изменится, то повод для нового обострения в отношениях с Западом и санкций уже есть.

В общем, большая игра вокруг Украины продолжается, и эндшпиль пока не просматривается.

*Баттл — модное заимствование из английского языка конца нулевых годов, переводится на русский язык как «битва, бой, сражение». Применяется для обозначения состязания, к примеру, двух рэперов в остроумии, находчивости и т.п.

Сезон охоты на старушек

У пожилого человека выбор невелик: подписать договор пожизненного содержания с...

Распад постсоветского пространства

Разделенная Украина остается гарантом продолжения разрушения постсоветского...

Как StopFake Адольфа Алоизовича не дал «подставить»

В украинском экспертном и околоэкспертном сообществе множество различных структур...

Демонстративные бунты и скрытые интересы

Ермак стал ключевой фигурой в системе украинской власти и фактическим лидером группы,...

Куда могут завести Владимира Зеленского мечты о...

В своем парламентском послании Владимир Путин ясно дал понять, что Россия полностью...

Памяти Александра Чистякова

26 апреля скончался Александр Владимирович Чистяков, глава Ассоциации рыболовов и...

Ценою жизни

При проведении опытов в муках ежегодно погибает 150 млн. животных.

В декларациях «брехня», а в головах разруха

15 апреля на внеочередной сессии Верховной Рады в первом чтении был принят...

Быстрых «прорывов» ждать не стоит

Проявлять оптимизм чрезвычайно рано. На пути к «разрядке-2», который лежит через...

Интеллект гегемона

Ввиду того, что правящие в Украине силы открыто проявляют готовность следовать в...

Цифровая валюта рождает новый финансовый порядок

Цифровые валюты станут одним из тех инструментов, которые создадут форму и правила...

Постскриптум ко Дню космонавтики

День космонавтики и 60-летие первого полета человека в космос президент Владимир...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто
Авторские колонки

Блоги

Ошибка