Чистильщики обуви на могилах героев

25 Мая 2007 0

На аллее Славы у Вечного огня ранним утром в День Великой Победы лучшие суворовцы, именуемые лицеистами-«богунцами», готовились к торжественному моменту.

Ждали президента.

А пока президент ехал, лицеисты чистили туфли.

У них очень красивые туфли, белые и блестящие. И они натирали их до ослепительного сияния.

На могильных плитах это сделать оказалось удобней, чем на асфальте.

Вот так: ставишь туфлю на серый гранит и щеточкой полируешь.

У одного лицеиста не оказалось под рукой баночки с обувным кремом. И он сосредоточенно стал искать глазами — чем бы начистить кожу?

Ничего подходящего не увидел. Только красные гвоздики на граните.

Но тут как раз на соседней плите освободилась щетка, и курсант принялся надраивать свои туфли. Очень резво — чтоб успеть к прибытию президента.

Доволен Верховный — довольны все

Командиры, не сомневаюсь, остались довольны внешним видом своих подопечных.

И Верховный главнокомандующий, без сомнения, тоже.

Я даже думаю, если бы президент случайно увидал сцену полировки туфлей на могилах генерал-полковника Кирпоноса или же гвардии старшины Шолуденко, который в ноябре 1943-го на танке первым ворвался в Киев, — наверное, и внимания б не обратил.

Ничего особенного: ну чистят, ну готовятся к торжеству. Вот и ладно.

И вряд ли бросило бы его в дрожь от снимков — как именно готовится будущая офицерская элита ко встрече с ним.

Скверно, конечно, так думать, но что-то мне подсказывает: наоборот, мог бы и похвалить кадетов за их изумительно блестящую обувь.

А поскольку в последние годы настойчиво стране внушается, дескать, время пришло, надо пересмотреть свое отношение к войне, и пора отказаться от «Великой Отечественной», а перейти на нейтральное — «Вторая мировая», — знаете, наверняка б похвалил.

Я расскажу, почему у меня возникла столь кощунственная мысль.

Но сначала — сами спросите себя: хватит ли у вас сил забыть все, что рассказывали вам о войне ваши же родные?

Если сможете, не читайте дальше.

Потому что вы не поймете, почему бросает в дрожь от одного только взгляда на фотографию, где «суворовцы» надраивают штиблеты.

Когда мой сын был совсем маленьким, перед 9 Мая мы покупали тюльпаны и ехали в парк Славы, чтобы отдать цветы незнакомому старику с поблекшими медальками на затертом черном пиджаке.

Я не знаю, кто был этот старик. Может, он специально перед праздником приезжал в Киев, чтобы почтить память кого-то из однополчан, и его однополчанин — так думала — вероятно, похоронен на аллее Славы.

Он долго стоял у Вечного огня. И молча поминал павших.

Конечно, если бы его попросить рассказать о прошлом, то он бы говорил о войне часами.

Только — вы заметили? — их давно уже никто не слушает, все кажется: стариков подводит память. Хотя на самом деле это не так: они все могут забыть. Кроме войны.

Мой сын отдавал тюльпаны незнакомому ветерану, и тот, тронутый до слез, вел мальчишку по аллее. А ребенок страшно гордился, что старик раскладывал — очень бережно — по тюльпану на каждую гранитную плиту.

Я до сих пор помню — сколько их на аллее Славы.

«Прониклися»

А теперь объясню, что ж натолкнуло меня на кощунственную мысль, с чего это я решила, что президент, скорее всего, похвалил бы кадетов за туфли. И не стал бы журить за использование надгробий в качестве подставок для обуви.

Это я поняла после разговора с руководством Киевского лицея имени Богуна.

Офицеры вышколенного элитного военного заведения, которое участвует в парадах, четко улавливают: что нравится первым лицам государства на церемониях, а что нет.

Так вот нашим первым лицам нравится блеск.

Я позвонила в «суворовское». Начальник лицея был в отпуске, а «на хозяйстве» в понедельник, 21 мая, остался его зам — подполковник Лисовый. Он-то мне и нужен был, потому что по долгу службы отвечал за «гуманитарные вопросы». Раньше, кажется, он бы назывался «замполитом».

Хотела, конечно, сразу спросить про туфли, а потом — показалось, что неловко, и собеседник сочтет вопрос некорректным.

Может, вообще не поймет, о чем речь, потому что таким «мелочам» никто ж из лицея не придал значения.

Поэтому я спросила его о патриотическом воспитании лицеистов.

— Вот вы готовились к 9 Мая. Наверное, и вам, и курсанту важно, чтоб он как-то прочувствовал событие? Или это не обязательно?

Стилистику ответов не меняю, воспроизвожу со стенографической точностью.

— В первую очередь, когда они вступают в лицей, — объяснил офицер, — сама обстановка, уклад жизни, устав лицея, соответственно уставу Вооруженных сил Украины, способствуют тому, чтобы лицеисты полноценно могли себя готовить к будущей службе в Вооруженных силах.

Он говорил четко, как на плацу.

— Но все-таки, — пыталась докопаться я, — как же готовили курсантов ко Дню Победы?

Подполковник сразу перешел на украинский язык, потому что он собирался говорить о «вищих посадових особах»:

— Перед ліцеїстами в першу чергу ставиться завдання командиром — про проникнення самою подією, про те, що вони будуть робить. По-друге, готують свою форму одягу для того, щоб могли достойно представлять наш ліцей. По-третє, звичайно, вони проникаються відповідальністю, тому що заходи, в яких вони приймають участь, проходять за участі президента і перших осіб держави.

— Вважаєте, «прониклися моментом»? — рассматривая фотографии, уточнила у собеседника.

— Вважаю, що прониклися, — уверенно сказал он.

Чувствовалось: офицер доволен питомцами. Наверное, президент похвалил их за безупречный внешний вид.

И тогда мне не хватило воздуха.

«Цей дощ — надовго»

Я отыскала стенограмму программы Би-би-си двухлетней давности. О Великой Отечественной войне рассуждал знаток украинской истории — профессор Монреальского университета Роман Сербин.

В 2005-м, перед 60-летием Победы, помню, как резанули слух пару его фраз. Он утверждал, что «міф Великої Вітчизняної війни, по суті, був антиукраїнським міфом».

Вот пусть бы он рассказал это моей маме, киевлянке в десятом колене, которую девочкой отправили в эвакуацию за Урал, и она научилась работать на тракторе, потому что больше в поселке это делать было некому, а призыв «все для фронта, все для победы» давал ей силы и мужество.

Спросите у своих мам. Им-то вы поверите?

А еще, помнится, резанула меня фраза монреальского профессора об исключительной роли УПА.

Я ее тоже отыскала в стенограмме: «Це були борці за визволення України, тоді як Червона Армія боролася за утримання Радянського Союзу під Сталіним».

Пусть бы он рассказал это моему деду, который в 41-м стоял в обороне Киева, был ранен, взят в плен, отправлен в концлагерь. Он вернулся после войны, его отправили уже в другой лагерь, в 53-м освободили, и через месяц он умер. Единственная фотография, доставшаяся мне в наследство, — это та, где он в арестантской робе.

Впрочем, искала стенограмму господина Сербина вовсе не для того, чтоб мой дед с того света ответил знатоку истории, а потому, что было в выступлении профессора нечто слишком оскорбительное. Особенно для тех, кто воевал.

«Буваю в Україні щороку за останні 15 років. І я говорив з ветеранами Червоної Армії — від генералів до простих солдатів. Я відчув, що для них важливо згадати війну. Випити тих сто грамів, хто ще може, і з'їсти якоїсь там каші і поговорити зі своїми друзями. Для них не так важлива та перемога».

Понимаете? Оказывается, «не так важлива перемога», как — что? Просто поговорить?

Могу только представить, как невыносимо больно было бы слышать эти умозаключения моему отцу. Но он не дожил до этого времени — значит, не услышит.

На войне папа был врачом, он из того самого выпуска киевских медиков, что получили в июне 41-го вместо дипломов справки «зауряд-врачей». Им тогда досрочно присвоили звание капитана.

После войны о них сняли коротенький фильм, но отец его так и не увидел.

Но я помню, как и много лет спустя присылали нам домой поздравления с праздниками, а писали те, кто, конечно же, не знал, что его уже нет в живых.

Кто-то из этих людей, думаю, наверняка был ветераном и запомнил отца по военному госпиталю.

Я не знакома с ними, но сомневаюсь, что 9 Мая для них — лишь повод поговорить и съесть «какой-то там каши». И вообще — что Победа была «не так важлива».

Вот это ложь. Очень даже победа была для них важна.

И потому девятого мая уже сего года ветераны, съехавшиеся со всей страны, снова стояли у Мемориального комплекса «Национальный музей истории Великой Отечественной войны».

Но дальше входа их не пускали. И они мокли под дождем. В списке, составленном президентской канцелярией, их фамилии не значились.

Они хотели попасть на территорию музея, потому что там был президент, и, вероятно, решили, что он хочет побыть с ними со всеми, а не только с избранными.

Но не для них была приготовлена каша. И не им предписано было отведать ее под тентами в компании с Виктором Андреевичем.

Старики закрывались от ливня кульками, выданными им одной общественной организацией ко Дню Победы.

Из кульков вываливались блокнотики и «георгиевские ленточки», которые тоже раздавала ветеранам, но уже другая организация.

В это время старикам, чьи фамилии значились в списке, президент говорил, что «пам'ять про кожного воїна, кожну жертву і кожного рятівника України є і буде вічною і нероздільною».

Возможно, он даже верил в то, что говорил.

А после приема я видала, как один из ветеранов, который был в списке, вынес гостинец другому, которого в списке не было, и он мок под дождем.

Он отдал большущее красивое яблоко своему товарищу по войне. Наверное, яблоки «под тентами» полагались ветеранам на десерт.

Переписка кадетов

Есть такая страничка с адресом ksvu.kiev.ua, которую ведут выпускники бывшего Суворовского училища.

9 мая лицеисты (суворовцы, кадеты) поздравляли по интернету друг друга с праздником.

Этим выпускникам уже, наверное, за 40 — кто-то закончил в 80-м, кто-то еще раньше. И, честно говоря, даже не представляю: могли ли они — хоть курсантами, хоть офицерами — перед встречей не то что с президентом, а с господом Богом чистить туфли на могилах героев войны?

Даже и не героев, просто павших. Просто на надгробиях. Смогли бы?

Ответ: нет.

Не сочтите мое предположение ностальгией по «советским нравам». У армии, как и у общества, во все времена считалось грехом осквернять погост — хоть героев, хоть поверженных врагов.

Что ж теперь случилось? Отчего больше это не считается греховным?

Почему Отечественная — уже не война, а «миф»?

И те герои — почему «второго сорта»? Потому что первый — «занят» другими павшими?

В их честь Виктор Андреевич, не сомневаюсь, издаст указ, чтоб отмечать День Героя — 20 мая. Сейчас это делают, правда, только в западных землях Украины.

Не знаю, может, по очереди будут геройские праздники — и 9-го, и 20-го?

А может, 9-е отменят как «наследие тоталитарного режима»? И не станут больше уточнять цифры людских потерь в Великую Отечественную. Какой смысл? Перевернул страницу и забыл.

Понимаете, цифры —- хоть и уточненные — уже не станут никого потрясать.

Допустим, официально признают: погибло не 20 млн., как считалось раньше, а 35. Но не ужаснется никто, что 35 — это больше, чем две трети всего нынешнего населения Украины.

И чтобы почтить память минутой молчания каждого, понадобилось бы почти 70 лет.

Или целая жизнь.

Гораздо больше времени, чем прошло с мая 45-го.

Но, знаете ли, мне почему-то кажется, что каждый погибший в Великую Отечественную достоин большей памяти.

Больше, чем одна минута.

34 «подставки»

«...На шостому році війни німецький солдат уперше воював за свій народ у прямому сенсі цього поняття, безвідносному до ідеологій... Як мужньо трималися німецькі міста-герої: Кенігсберг, Піллау, Ельбінг, Кольберг, Бреслау й інші! Деякі з них червоні наїзники не спромоглися здобути аж до настання тотальної капітуляції вермахту, попри те, що ті билися в глибокому тилу Совєтської Армії.

Совєтські джерела подавали факти стійкого опору німців як вияви фанатизму та жорстокості нацистської верхівки, проте, не заперечуючи реальності того й другого, мусимо відзначити насамперед героїзм тисяч захисників німецьких твердинь...»

Вот такой альтернативный взгляд на Великую Отечественную.

Да простят меня немцы, но если бы это я прочитала в каком-то их издании — не уверена, но, скорее всего, поняла бы причину.

Все немножко любят переписывать свою историю.

Появись это в Германии или там Австрии — поспокойней бы воспринимала.

Но это — цитаты из газеты, издающейся в «пьемонте», интеллектуальной столице Украины, во Львове.

Статья, которая меня потрясла, вышла 17 мая.

Жаль, что она не потрясла никого из наших политиков, иначе они непременно где-то да высказали б публично свое мнение на сей счет.

Может, даже сделали бы это в воскресенье в Быковне — на митинге. Он назывался «Памяти жертв коммунистического режима».

Но жертвы ведь любого режима достойны, чтобы заступиться за память о них, или я ошибаюсь?

Хотя, возможно, ни политики, ни чиновники этого и не читали. Даю ссылку: /www.gazeta.lviv.ua. Там — о нацистском «героическом подвиге».

Особенно меня задело вот это:

«Кожна виграна година означала порятунок від смерті, ґвалту, наруги, голодомору, сибірських таборів для тисяч утікачів. Серед останніх були, звісно, й нацистські злочинці. Але на злочинців і в західних зонах окупації чекали суд і покарання, натомість «росіяни», чехи, поляки тамували свою жадобу помсти суто геноцидними методами».

Если один мой дед, Артемий Александрович Васильев, по национальности русский, а второй, Трофим Августинович Журавский, — поляк, военврач, умер после войны от старых ран, — выходит, они «тамували жадобу помсти геноцидними методами»?

Думаете, поверю?

Так вот и вы не верьте, если прочтете нечто подобное и в смятении чувств попытаетесь представить в кошмарном ракурсе уже собственных родных, воевавших в ту войну.

Перечитайте нюрнбергские документы. Поверьте хотя бы им.

Впрочем, отечественная история уже ставит под сомнение и Нюрнберг. «... Нацизм був не першим ворогом нашого народу», — сказал президент Ющенко 9 мая 2007 года.

Ну да, мертвые не воскреснут. Не бойтесь.

Те, кто погиб, уже не возразят, не скажут, что нацизм — это сущий ад и больше, чем ад.

Но, вы заметили, вслушиваясь в президентские речи и точно зная, что мертвые не воскреснут, мы сами уже начинаем потихоньку привыкать к мысли, что нацизм — хоть и зло, но не самое большое?

А раз так, то, получается, и погибшим полагаются не самые крупные почести? Если, конечно, мерять почести дозами.

На днях пришли в редакцию очень симпатичные ребята, старшеклассники одной из киевских школ. Мы хотели узнать, что они думают о Дне Победы.

Им дали анкеты, дети с удовольствием их заполнили.

Знаете, кто, по их мнению, сделал больше всех для Победы? «УПА» — так ответили почти все эти школьники.

В трети анкет возле вопроса: «Знаете ли, когда началась Великая Отечественная?» — прочерк.

Там, где надо было перечислить хотя бы несколько фамилий известных им героев Великой Отечественной, — писали «Гитлер». Не все, конечно. Упоминали и Маяковского, и Сталина.

Но «Гитлер» все же писали чаще.

Что ж негодовать из-за того, что кадеты — со спокойной совестью, но благословенные новой моралью, всего лишь драят туфли на могильных плитах?

Всем хватает места: на аллее Славы — тридцать четыре могилы, тридцать четыре плиты, тридцать четыре «подставки» для чистки обуви.

Просто это место уже не свято. И я не знаю, вернется ли к нам щемящее чувство скорби по погибшим на войне.

И как долго останутся они еще в нашей памяти?

Они ведь живы только в ней.

Когда забудем, умрут во второй раз.

Война как отрицание истины и гуманности

Наличие крупных азербайджанской и армянской диаспор, отсутствие прямого ущерба...

Бремя приличий

На Украину фетиш «образцовой демократии» экспортируется по явно завышенным...

Опасные игры «заинтересованных сторон»

Без нейтрализации «партии войны», которая ощущает свою абсолютную...

О чем не сказал Трамп

Трамп перед выборами может заняться урегулированием донбасского конфликта, добиваясь...

Кривбасс штормит

Если добиться ухода с КЖРК «приватовской» команды не получается, то сделать это...

Долговая грусть

Оздоровление банковской системы позволило бы увеличить до 600 тыс. грн. гарантированный...

Виртуально и на самом деле

Россия и Германия не заинтересованы в переводе отношений в режим долговременной...

Налог с хомячков и попугаев

Новый законопроект от «Слуг народа» вроде бы прогрессивный, однако его...

Зе-команда в польском сиквеле «Огнем и мечом»

Активное участие Украины в польских восточноевропейских маневрах контрпродуктивно

Киев подражает и проигрывает

Украина могла бы стать идеальным модератором урегулирования внутриполитического...

Некоторые мысли о нынешних событиях

«Уходи!», которое прозвучало на улицах белорусских городов, — это не просто vox...

В Европу с черного хода

Мы не знаем, какая ситуация с потенциальными донорами внутри страны, но вывоз органов...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто
Авторские колонки

Блоги

Ошибка