Капитулирует ли Германия?

№18-19 (653) 17 – 23 мая 2013 г. 16 Мая 2013 0

Накануне наших пасхально-майских политических каникул ЕСПЧ вынес решение по поводу досудебного ареста и условий содержания Юлии Тимошенко. Этому событию посвящен отдельный весьма подробный материал в нашем издании (см. «ЕСПЧ опроверг политические спекуляции Юлии Тимошенко»). Тем не менее на ряде моментов и решения, и реакции на него надо остановиться особо.

И само решение, и реакция на него на Западе, и в целом события последних недель показывают, что в ЕС настроены «не терять Украину». Достаточно лишь указать на то, что 15 мая Еврокомиссия одобрила проект решения Совета Европы о подписании Соглашения об ассоциации с Украиной (Новости 2000). Т.е. украинское руководство успешно прошло установленный для него «дедлайн».

Правда, в Еврокомиссии подчеркнули, что решение ее является чисто техническим и должно дать потенциальную возможность пройти все необходимые внутренние процедуры для того, чтобы сделать возможным подписание соглашения к саммиту «Восточного партнерства», запланированному на конец ноября в Вильнюсе.

По словам представителя Украины при ЕС Константина Елисеева, «в восьми из одиннадцати основных сфер мы достигли разного рода прогресса. Но процесс идет и дальше, мы упорно работаем» (hvylya.org).

Похоже, что ощущение «никуда они не денутся», усиленное решением ЕСПЧ по делу Тимошенко, добавляет смелости украинской власти относительно «главного» (до недавнего времени, во всяком случае) условия — освобождения экс-премьера.

Именно так следует понимать весьма решительные заявления Леонида Кожары: «Европейский Союз, который сегодня говорит об избирательном правосудии, о политической мотивации, сам предлагает Украине освободить Тимошенко безусловно. В таких требованиях и проявляется желание Европейского Союза, чтобы Украина применила то же избирательное правосудие, против которого он сегодня выступает» (obozrevatel.com).

Впрочем, пока однозначно можно говорить лишь о том, что попытка добиться освобождения Тимошенко к маю не удалась, и в ЕС решили пока «не бить горшки» с нынешним украинским руководством и дать ему возможность сохранить лицо. Решение Еврокомиссии означает лишь то, что подписание соглашения в ноябре остается возможным, но не гарантирует этого.

При этом подписание соглашения при «сидящей» Тимошенко, безусловно, будет означать потерю лица для ЕС и его ведущих политиков, в т. ч. лидеров ключевых государств, которые столь громко и настойчиво требовали ее освобождения. Согласятся ли они все (в частности, позиция Германии известна, о ней мы говорили в прошлом обзоре) на публичную «капитуляцию» перед руководством Украины — большой вопрос.

«Мы должны быть откровенными и справедливыми — мы пока не на этом этапе (согласия среди стран ЕС на подписание соглашения об ассоциации с Украиной), не подошли к этому...» — заявил министр европейских дел Дании Николай Ваммен после встречи с Виктором Януковичем (УП).

Об одиноком голосе и солидарном молчании

Формально вердикт ЕСПЧ носит двойственный характер, позволяя каждой из сторон интерпретировать его по-своему. Наиболее выигрышные для украинской власти моменты — это отсутствие упоминаний о политической мотивированности решения об аресте и непризнание судом иска экс-премьера в части бесчеловечного обращения с ней в тюрьме и колонии.

Тимошенко и прочая оппозиция могут выставлять на первый план пункт о неправомерности ареста, а также ссылаться на то, что, дескать, суд все же упомянул политические мотивы. Ведь формально о возможности политической подоплеки ареста сказано, хотя и очень приглушенно, в мотивировочной части вердикта.

К сожалению, трактовку этого фрагмента решения (п. 298) власть отдала на откуп СМИ и сторонникам Тимошенко. А они зачастую приводили намеренно искаженный его перевод. Так, представитель Тимошенко в ЕСПЧ Валентина Теличенко в распространенном пресс-службой «Батькивщины» заявлении приводит такой текст: «...Как и в деле Луценко, суд усматривает ряд специфических особенностей ареста заявительницы, которые позволяют установить наличие политических мотивов ареста отдельно от оценки общего контекста вероятно политически мотивированного уголовного преследования заявительницы как лидера оппозиции путем инициирования ряда уголовных производств после смены власти и перед парламентскими выборами».

Тогда как на самом деле в решении написано: «Как указал Суд в деле Луценко, упоминавшемся выше, когда речь идет о подозрении в политических или других мотивах в контексте уголовного преследования, трудно отделить досудебное содержание под стражей от уголовного преследования, в рамках которого был выдан ордер на арест (§108). Однако как в цитируемом деле, Суд различает ряд особых черт досудебного заключения заявителя, которые позволяют ему рассмотреть этот вопрос отдельно от более широкого контекста предположительно политически мотивированного преследования заявителя как лидера оппозиции путем выдвижения против нее нескольких уголовных обвинений после смены власти и до парламентских выборов».

По Теличенко получается, что суд якобы установил политические мотивы ареста независимо от широкого контекста. Тогда как на самом деле говорится, что ЕСПЧ решил рассматривать досудебный арест вне связи с утверждениями о его политической мотивировке.

Т. е. Европейский суд признал, что о политических моментах в принятии решения об аресте Тимошенко нередко говорится, однако он решил не изучать обоснованность таких утверждений, поскольку проще было найти нарушение Европейской конвенции без изучения данного вопроса. А то, что применение ареста за неуважение к суду является таким нарушением, было ясно всем судьям ЕСПЧ, в том числе и украинскому Анне Юдковской. Ведь хотя прежний УПК и разрешал арест за неуважению к суду, эта норма противоречила Европейской конвенции.

Правда, представители Германии, Франции и Чехии в ЕСПЧ высказали особое мнение, написав, что суд должен был сказать и о политических мотивах дела. В данном моменте решение было принято минимальным большинством — 4 против 3. Аналогичным минимальным большинством суд отверг иск Тимошенко в части «бесчеловечного» обращения с ней. В этом случае особое мнение написали председатель суда люксембуржец Дин Шпильман, а также немка Ангелика Нуссбергер и лихтенштейнец Марк Виллигер.

Однако в реальной политической ситуации значение решения ЕСПЧ сводится не столько к его содержанию, сколько к тому, как трактуют его ведущие политические субъекты, в частности руководство ЕС. Наконец, вердикт не является окончательным — у сторон есть 3 месяца на его обжалование (а в случае последнего он рассматривается уже Большой палатой, то есть 17-ю, а не семью судьями ЕСПЧ). И вот здесь-то и начинается самое интересное.

Минюст в день принятия вердикта, 30 апреля, сообщает, что сначала проанализирует решение, а затем решит, обжаловать ли его. Однако уже 2 мая министр юстиции Александр Лавринович назвал минимальной возможность обжалования решения, ибо единственное установленное Евросудом нарушение уже исправлено на законодательном уровне с принятием нового УПК.

Эти слова министра прозвучали на следующий день после интервью еврокомиссара Штефана Фюле «Интерфаксу», где тот выразил надежду, что украинская власть не будет подавать апелляцию на вердикт, а будет «действовать по этому судебному решению без промедления».

Зато голос в пользу апелляции прозвучал из другого лагеря. Глава Харьковской правозащитной группы Евгений Захаров в статье, опубликованной в «УП» 9 мая, сослался на особое мнение трех судей по вопросу политического аспекта дела Тимошенко и отметил, что есть все основания обжаловать вердикт в данной части в Большой палате ЕСПЧ.

При таком сценарии предсказать окончательный вердикт ЕСПЧ было бы очень трудно. Однако голос Захарова остается одиноким. Оппозиционные политики солидарно молчат. А ведь вполне могли найти удобную формулировку, которая никак не дезавуировала бы их предыдущие восторженные заявления: дескать, суд принял в целом замечательное решение, но, увы, наша власть не понимает подтекста, а потому надо прибегнуть к обжалованию, чтобы суд открытым текстом назвал Тимошенко политзаключенной. Так почему же они молчат?

О градусе, который пытаются сбить

Создается впечатление, что к молчанию украинских оппозиционеров побуждает Евросоюз. А с другой стороны, он и украинскую власть побуждает к тому, чтобы она не опротестовывала вердикт ЕСПЧ. Похоже, ЕС хочет сбить градус дискуссии вокруг дела Тимошенко, который, разумеется, поднялся бы в случае обжалования дела, а тем более — признания ее политической заключенной.

Для ЕС такая позиция имеет смысл, если европарламент все же взял курс на заключение соглашения об ассоциации в этом году или, по крайней мере, на сценарий, в котором вопрос — подпишет он ассоциацию или нет, пока не решен, но дополнительные препятствия на пути к подписанию хочет убрать. В этом случае неопротестование украинской властью решения ЕСПЧ будет рассматриваться Брюсселем как позитивный шаг, облегчающий заключение соглашения об ассоциации. Возможен даже намек на освобождение Тимошенко в будущем.

Оппозиция же, в том числе и окружение Тимошенко, от опротестования отказывается не только потому, что зависит от Европы в плане своей политической поддержки или же готова наступить на горло собственным амбициям ради ассоциации. Нет, оппозиционеры, очевидно, понимают, что само подписание соглашения об ассоциации свяжет руки власти, усилит влияние ЕС на Украину, а следовательно, и их значимость.

Разумеется, Евросоюз и дальше будет выступать за освобождение Тимошенко. Однако из всех их политиков, отметившихся заявлениями по поводу решения ЕСПЧ, лишь глава ЕНП Вильфрид Мартенс стал увязывать договор об ассоциации с выходом экс-премьера Украины на свободу (что предсказуемо для политического партнера «Батькивщины»). Прочие предпочитают высказываться более обтекаемо. Например, Фюле надеется, что Киев будет «действовать по этому судебному решению без промедления», и напоминает: и ЕС в целом, и его отдельные члены «очень четко обозначили свою позицию»: «судебное дело против Тимошенко не соответствовало международно признанным стандартам, как независимое и непредвзятое». Т. е. в открытом тексте — недовольство Киевом, но ни в тексте, ни в подтексте нет сигнала о том, что это недовольство помешает ЕС пойти на ассоциацию.

Следует отметить и то, что за несколько дней до принятия решения Европейским судом (а эту дату, конечно, знали заблаговременно) в Верховную Раду был подан правительственный законопроект №2637, принятие которого открыло бы путь к изменению формы собственности украинской ГТС. Единственным реальным вариантом этого изменения выглядит газовый консорциум с Россией — о чем Виктор Янукович прямо говорил в феврале во время «Диалога со страной».

Пока поостережемся анализировать данный проект. Может, это все не всерьез, а лишь пиар-акция. На подобную мысль наводит отсутствие пропагандистских действий со стороны власти в поддержку документа, который воспринимают в стране неоднозначно (впрочем, это, возможно, следствие традиционного невнимания властной команды к идеологии). Однако как пиар в контексте вердикта ЕСПЧ такой ход вполне мог сработать и дополнительно сдержать европейцев, которые боятся, чтобы Украина не ушла от них в российские объятия.

А геополитическая стратегия украинской власти, похоже, окончательно вырисовалась. Ей сперва надо добиться осенью заключения ассоциации с ЕС, а потом уже она будет пытаться достичь принципиальных договоренностей с Россией, полагая, что укрепление связи Киева с Европой ставит его в более сильную позицию по отношению к Москве. Но готова ли для этого власть идти в вопросе о Тимошенко дальше, чем необжалование решения ЕСПЧ (вообще-то подобное обжалование вылилось бы едва ли не в обжалование нынешнего УПК, который как раз и сделал невозможным применение ареста за неуважение к суду, как было в случае с экс-премьером)?

Однако при всех геополитических расчетах ЕС, к тому же, похоже, там возобладало желание подписать договор об ассоциации, проблема заключается в том, что дело Тимошенко отнюдь не сводится к отбыванию ею срока по приговору по газовому контракту. Есть и другие дела, и если дело ЕЭСУ фактически заморожено из-за ее постоянных неприбытий в суд, то дело об убийстве Евгения Щербаня до последнего времени двигалось. А достаточно ясно, что продолжение развития этого дела будет сильнейшим раздражителем для ЕС и Запада в целом.

13 мая появилась информация о том, что, оказывается, Генпрокуратура еще 26 апреля прекратила расследование по данному делу. В ее постановлении основанием для остановки досудебного производства указывается отсутствие ответов на запросы следствия от компетентных органов Чехии и США. Но едва защитник Тимошенко Сергей Власенко выдал эту информацию, в Генпрокуратуре сообщили, что дело возобновлено. А первый зам Генпрокурора Ренат Кузьмин сообщил, что даже если США и Чехия не предоставят необходимых документов, расследование все равно будет продолжаться.

Мы не знаем, затрагивал ли тему сотрудничества в деле Тимошенко министр иностранных дел Леонид Кожара во время состоявшегося в начале мая визита в США (непривычного по длительности — 5 дней). По признанию Кожары, его коллега госсекретарь Джон Керри сказал ему, что это дело «является большим вопросом в наших двусторонних отношениях с США». И в отличие от ведущих европейских политиков госсекретарь прямо высказался за немедленное освобождение экс-премьера. Ясно, что в такой атмосфере дождаться от американцев правовой помощи по делу Щербаня невозможно. Впрочем, как-то не очень представляешь, что Кожара на ней настаивал.

Большинство сделанных главой МИДа в Америке заявлений были скорей не просто дипломатически учтивыми, но подобострастными. Единственным исключением можно считать произнесенную в Национальном демократическом институте фразу: «Проблема правящей партии заключается в том, что мы не поддержали «оранжевую революцию» в 2004 году. Уверен, если бы партия Юлии Тимошенко была при власти сегодня, Запад простил бы ей многое». Однако даже в подробной записи в своем блоге в УП Кожара эту фразу не привел.

А ведь в Америку глава украинского МИДа ездил в ранге действующего председателя ОБСЕ. Такой статус давал ему возможность поднять голову и не только выслушивать претензии американцев, но и высказать определенные претензии от имени этой международной организации. Ведь наблюдатели ОБСЕ во время выборов в США в прошлом ноябре столкнулись в ряде штатов с такими проблемами, которых нет ни в одной стране Европы: например, им просто запрещали находиться на избирательных участках в день голосования.

О внутриоппозиционных нюансах

13 мая фракция «Батькивщины» рассматривала вопрос об ответственности (исключении из фракции) депутатов, не голосовавших за отставку правительства Николая Азарова. За включение этого вопроса в повестку дня заседания проголосовали только 11 из 95 членов фракции. Примерно столько же были и против переутверждения Арсения Яценюка лидером фракции. В результате фракция ограничилась «предупреждением», а в руководстве «Батькивщины» заявили, что оно является достаточно суровым дисциплинарным взысканием (УНИАН).

В прошлом обзоре мы уже говорили о том, что главный инициатор санкций в отношении «отступников» Анатолий Гриценко целит в Арсения Яценюка, поскольку практически все они вошли в парламент по квоте «Фронта змин». Сейчас же следует обратить внимание на то, что инициатором рассмотрения вопроса наряду с Гриценко стал руководитель киевской городской организации «Батькивщины» Юрий Одарченко, выступивший от ее имени. Критика в адрес Яценюка проскальзывала у Одарченко и ранее.

Напомним, что лидером киевской структуры Юрий Одарченко стал относительно недавно, в апреле 2011 года, а до этого руководил соратниками Юлии Тимошенко в Херсоне, где прожил всю свою жизнь и где находится его бизнес. В Раде до «перевода» в столицу он также не был сильно заметен и в число лидеров оппозиции явно не входил. Т. е. для Киева он — типичный «варяг», и его избрание обусловлено исключительно личным решением Юлии Тимошенко, которой нужен был преданный и полностью от нее зависимый человек. В число твердых «тимошенковцев» Одарченко входил и после ее ареста (настолько твердых, что прошлым летом даже ставил вопрос об отзыве Андрея Кожемякина с поста лидера фракции). И в свете этого направленный фактически против Яценюка демарш столичной «Батькивщины» приобретает особое звучание.

Судя по всему, он связан с готовившимся слиянием «Батькивщины» и «Фронта змин» (юридически путем вступления членов последнего в ряды «Батькивщины»). В прошлом обзоре мы отмечали, что «такой шаг, если он станет реальностью, однозначно укрепит позиции Арсения Яценюка как лидера ОО. Но он несет для него также риски потерять все, если отношения со «старой» «Батькивщиной» и Юлией Тимошенко разладятся».

Понятно, что «группа Тимошенко» сочла такое установление полного контроля Арсения Петровича над объединенной партией нежелательным.

И демарш киевской «Батькивщины» — явный сигнал Яценюку, что установить полный контроль над партией Юлии Тимошенко ему будет непросто. Поэтому, по имеющейся информации, по инициативе Яценюка объединительный съезд перенесен на июнь, а также он озвучил идею «постепенной конвергенции» двух партий. В СМИ также просочилась информация (Версии), что Яценюк тормозит процесс объединения, поскольку его не устроили условия, высказанные Тимошенко.

Но в любом случае очевидно, что в отношениях Тимошенко и Яценюка появилась новая опасная для ОО трещина. Желающих зацементировать ее пока не видно, а вот готовых углубить — искать не придется.

У вас есть автомобиль? Хотите узнать, где можно купить купить шины в СПБ по доступной цене? предлагаем вам зайти на наш сайт www.koleso-russia.ru и прочитать информацию более детально. Покупайте у нас шины и вы всегда будете находится в безопасности находясь в своём авто!

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...

Долговая грусть

Оздоровление банковской системы позволило бы увеличить до 600 тыс. грн. гарантированный...

Виртуально и на самом деле

Россия и Германия не заинтересованы в переводе отношений в режим долговременной...

Налог с хомячков и попугаев

Новый законопроект от «Слуг народа» вроде бы прогрессивный, однако его...

Зе-команда в польском сиквеле «Огнем и мечом»

Активное участие Украины в польских восточноевропейских маневрах контрпродуктивно

Киев подражает и проигрывает

Украина могла бы стать идеальным модератором урегулирования внутриполитического...

В Европу с черного хода

Мы не знаем, какая ситуация с потенциальными донорами внутри страны, но вывоз органов...

Рост напряженности по всем направлениям

Если российско-немецкий кризис не будет разрешен и дело дойдет до срыва СП-2, процесс...

Не согласны? Будем лечить принудительно

Законопроект дает возможность установить отдельный порядок, который позволит...

Игра в кошки-мышки

Не исключено, что Витольд Фокин чрезвычайно смелыми заявлениями провоцирует...

Как понять, чего добивается Россия от Украины

Москва хорошо видит просчеты украинской власти, но при этом предъявляет к ней...

Портрет покупателя на фоне коронакризиса

Новый тренд — коттеджные поселки малоформатных домов. Осенью увидим старт продаж...

Послевкусие

Символизм жертв стал методом интронизации «нового исторического пути» как некой...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто
Авторские колонки

Блоги

Ошибка