Мировому сообществу нужен инновационный и инвестиционный драйв

№35 (619) 31 августа – 6 сентября 2012 г. 30 Августа 2012 0
С. Ю. ГЛАЗЬЕВ, директор Института новой экономики государствен-ного университета управления, проф., д. э. н., академик РАН*
В. А. ИВЧЕНКО, заместитель председателя Национального совета по устойчивому развитию Украины, председатель МОО «Фонд содействия инвестициям» (Киев)
М. П. ФРЕЙДЛИН, исполнитель-ный директор «Постоянно действующего совещания руководителей регионов Украины и России», к. э. н. (Одесса)

В июне этого года состоялось важнейшее событие планетарного масштаба — конференция ООН по устойчивому развитию «Рио+20». Наряду с официальными делегациями государств на нее были приглашены и эксперты многих неправительственных организаций.

Несмотря на зыбкость успехов глобального развития, появление новых вызовов и угроз, нарастающую экономическую и социальную деградацию в слаборазвитых странах, у мирового сообщества, благодаря «инстинкту самосохранения» и уникальным возможностям новейших технологий, есть реальный шанс поднять благоденствие населения всех стран мира. Спрашивается: «дело помощи утопающим — дело рук самих утопающих» или всего мирового сообщества? Рассматриваются два основных сценария такого спасения. Новые глобальные правоотношения, институциональные преобразования и технологическая модернизация могут буквально спасти мир, сделав объективно выгодным подтягивать в экономическом и социальном развитии страны-аутсайдеры, не оставлять в «тылу» мирового устойчивого развития никого, кто мог бы представлять угрозу накопленному богатству, наращиваемому благоденствию успешно развивающихся стран. Тогда богатые страны станут еще более богатыми, состоятельные люди еще более состоятельными, но при этом, «попутно», будут решаться и главные задачи устойчивого развития мира — искоренение нищеты, охрана окружающей природной среды, снижение «градуса» социальной напряженности, рост благополучия всего населения планеты.

________________________________
*Сергей Глазьев 30.06.2012 г. назначен советником Владимира Путина по координации деятельности федеральных органов исполнительной власти, направленной на развитие евразийской интеграции.

Появление термина «устойчивое развитие» стало логическим завершением длительных поисков новой парадигмы развития, инициатором которых в конце 60-х годов ХХ в. выступил Римский клуб. Прогнозы ближайших и отдаленных последствий глобальных процессов были опубликованы в первом докладе Римскому клубу в 1972 г. «Пределы роста». Его авторы Форрестер и Медоуз пришли к выводу: если индустриализация, загрязнение природной среды, сокращение производства продовольствия и истощение ресурсов будут продолжаться, то в течение XXI в. мир подойдет к пределам роста. Вследствие этого резко снизится объем производства и произойдет неконтролируемый спад численности населения. Однако тогда авторы считали, что эти тенденции можно изменить и в долгосрочной перспективе прийти к экономической и экологической стабильности.

Но уже в 1989 г. авторы «Пределов роста» публикуют второй доклад — «За пределами». В нем они констатируют: ситуация только ухудшилась, причем настолько, что человечество движется к экологической катастрофе. Справедливости ради нужно сказать, что они не учли новые возможности роста, связанные с переходом к новому технологическому укладу, который стал проявляться в то время. Лежащие в его основе информационно-коммуникационные технологии породили огромное разнообразие продуктов и новых потребностей, далеко отодвинувших «пределы роста». Траектории роста этого уклада оказались намного менее энерго- и материалоемкими, чем предыдущего, основанного на нефтехимии и атвомобилестроении. Ведущие страны благополучно вышли на новый длинноволновой подъем, который продолжался вплоть до нынешнего глобального кризиса. При этом новый технологический уклад принес новый тип потребления с намного более жесткими требованиями к качеству окружающей среды. Так колоссальные инвестиции были вложены в очистительные мощности, благодаря которым основные европейские реки из сточных канав превратились в более-менее пригодные для жизнедеятельности источники.

Рождается новый уклад

В настоящее время мировая экономика переживает «роды» следующего технологического уклада, основанного на комплексе нано-, био- и информационно-коммуникационных технологий. По мере их распространения она будет выходить из кризиса на очередной подъем с еще более высокой эффективностью использования природных ресурсов и жесткими требованиями к экологичности производства.

Однако это вовсе не означает, что пределы роста автоматически отодвигаются и угрозы развитию человечества нейтрализуются благодаря непрерывному научно-техническому прогрессу. Увы, нет, ибо возникают все новые и новые риски и угрозы. Поэтому инициированная 40 лет назад Римским клубом дискуссия не утратила актуальности. Более того, парадигма устойчивого развития может стать доминирующей экономической идеологией, сменив обанкротившийся либертарианский мэйнстрим. Во всяком случае с переходом к новейшему технологическому укладу для этого возникают серьезные научные и материальные основания.

Интеллектуальное и политическое движение по переводу человечества на рельсы устойчивого развития началось 20 лет назад, когда на Всемирном форуме в Рио-де-Жанейро в 1992 г. была принята «Повестка дня на XXI век», ставшая глобальным консенсусом практически всех государств и одновременно — их политическим обязательством в решении проблем окружающей среды и общемирового развития в целом. Принципиально важным было то, что «Повестка...» открыла для мирового сообщества возможности совместно не только останавливать разрушительные войны, но и вырабатывать созидательные решения в интересах всех стран.

Вместе с пониманием, что альтернативой устойчивому развитию является экономическая и экологическая деградация, на саммите было заявлено, что нет и не может быть универсального рецепта такого развития. Каждое национальное сообщество, регион, территория, муниципальная община должны решать проблему устойчивого развития, исходя из своих целей, особенностей и возможностей.

К сожалению, эти идеи не были реализованы — их притягательная сила для руководителей ведущих стран была блокирована жаждой наживы транснационального капитала. После окончания «холодной войны» и распада мировой социалистической системы возобладала доктрина «Вашингтонского консенсуса», нивелирующая роль национальных государств и расчищающая мировую экономику для свободной игры международного капитала. Цели развития были подменены технологиями всемерной либерализации, обернувшейся катастрофой для большинства постсоветских государств и в конечном итоге приведшей к нынешнему глобальному кризису.

Однако время не прошло зря. В мире активно идет переосмысление целей и процессов развития, во главу угла выдвигаются ценности более высокого порядка — духовные и нравственные. Постепенно материальная прибыль перестает служить единственной самоцелью деловой активности. Становится все более очевидным, что вложения в человеческий капитал приносят не только нравственное удовлетворение, но и выступают стимулом творческой активности, экономического роста и воспроизводства опять-таки человеческого капитала.

Кроме того, на первый план стала выдвигаться экономика знаний: научные и научно-прикладные достижения все активней материализуются в новейших технологиях. Это в свою очередь открывает возможности ускоренного роста «зеленой» экономики, снижения техногенных угроз, повышения качества медицинских услуг, решения глобальной продовольственной проблемы, снижения социального напряжения в отдельных странах и во всем мире.

Утверждаясь в массовом сознании, новые смыслы развития должны рано или поздно превратиться в осмысленные действия. Вот только ждать этого «рано или поздно» уже нельзя. Нужно спешить. Все более и более сомнительным становится устойчивый рост не только слаборазвитых стран, но и ушедших вперед, казалось бы, успешных наций. На фоне нарастающих техногенных угроз, дефицита энергетических, водных и продовольственных ресурсов растут также политическая нестабильность и социальное напряжение, причем не только в странах, находящихся на периферии экономического прогресса, но и в странах с высокими материальными и социальными стандартами жизни — стандартами, которые с каждым днем все труднее поддерживать на достигнутом уровне.

Момент истины наступает

И вот спустя 40 лет со времени опубликования доклада «Пределы роста» и 20 лет с проведения саммита 1992 г., на юбилейном форуме в Рио-де-Жанейро Генсек ООН Пан Ги Мун, подводя итоги, сообщил: «Масштабы сохраняющихся проблем невозможно переоценить. Помимо того, что крайняя нищета и недоедание являются попрежнему широко распространенным явлением, в результате недавних кризисов их показатели возросли, что свидетельствует о зыбкости успехов... Давление на экосистемы продолжает нарастать».

Вместе с тем, по словам Пан Ги Муна, в странах Восточной Азии отмечены «особенно примечательные темпы роста». Этот успех объясняется наличием сильных и компетентных государственных учреждений, которые обеспечили направление инвестиций на исследования, разработки и развитие важнейших элементов инфраструктуры. В этих странах был создан благоприятный для предпринимательства политический климат, осуществлялся рост накоплений и инвестиций, в том числе в экономику знаний, стимулировались экспорт и интеграция на международных рынках.

Если столь впечатляющие успехи в странах Восточной Азии достигнуты благодаря «наличию сильных и компетентных государственных учреждений», то не пора ли мировому сообществу в лице той же ООН задуматься о создании сильных и компетентных, но уже межгосударственных учреждений развития?

Сейчас в мире сложились предпосылки для серьезных институциональных реформ. Остановимся на двух основных. Первая — это надежда на инстинкт самосохранения человечества. Зыбкость успехов глобального развития, появление новых вызовов и угроз, нарастающая экономическая и социальная деградация в мире — вся эта «головная боль» человечества подталкивает его к поиску новых «рецептов» самосохранения. Удручающие показатели развития представляют собой своеобразный «плинтус», ниже которого опускаться нельзя, но они же могут явиться и точкой отсчета на пути к всеобщему процветанию.

Такой путь реален, если опереться на главную движущую силу устойчивого развития. Речь идет о второй предпосылке, об имеющемся шансе поднять бласостояние населения всех стран — об уникальных возможностях использования в планетарном масштабе новых достижений науки и техники, широкого внедрения прежде всего нанотехнологий.

Однако сегодня доля таких технологий в структуре современной экономики, а главное — их распространение крайне ограниченно для подавляющего большинства стран. И это несмотря на то что за последние 20 лет накопилась «критическая масса» новых фундаментальных, научно-прикладных и технологических знаний, с помощью которых эту задачу можно решить.

Судьбоносный конфликт интересов

Препятствия на этом пути — устаревшая геополитическая философия, государственный эгоизм развитых стран, непримиримая конкуренция, торговые войны и азарт наживы. Они локализуют и сдерживают инновационные процессы на планете.

Один из важнейших факторов, двигающий экономику развитых и успешно развивающихся стран, — системная государственная научно-техническая, инновационная и инвестиционная политика. Здесь всячески поощряются партнерство науки и производства, альянс ученых, бизнеса и власти. Стимулируя внутреннюю инновационную и инвестиционную активность, импортируя сырье с низкой добавленной стоимостью и экспортируя товары с высокой добавленной стоимостью, эти страны получают сверхприбыль за счет извлечения несправедливой, по меркам остального мира, чужой природной ренты.

При этом относительно высокая скорость экономического роста развитых стран происходила и сейчас поддерживается во многом за счет других — ресурсоемких, но технологически отсталых стран. Удержание лидерства достигается в том числе и геополитическим давлением на уязвимые государства, и неконтролируемой мировым сообществом эмиссией мировых валют (главным образом доллара США). За этими процессами стоят крупнейшие корпорации и финансовые организации, которые сегодня по инерции воспринимают устойчивое развитие в интересах всего мирового сообщества как помеху своим интересам.

Но геополитический экспансионизм, стремление получить выгоду ценой ослабления других государств сегодня уже в гораздо большей степени сдерживают инновационные процессы в мире, нежели стимулируют инновации. В конечном итоге это ведет к обнищанию многих стран, их политической неустойчивости, жесточайшим региональным и мировым конфликтам, ставящим под удар накопленные богатства, в том числе и успешных стран, состояния их граждан. Такая политика непременно ударит бумерангом по тем, кто ее проводит.

Слабые страны, отставая все дальше, находясь в «тылу» общемирового развития, все более тормозят устойчивый рост на планете, разрушая не только себя, но и ушедших вперед. Именно слабые страны со своей сырьевой экономикой, низким уровнем «человеческого капитала», нищенствующим населением представляют серьезную угрозу цивилизации. Они — лишь место борьбы за дешевые ресурсы и рынки сбыта. Социальные и политические кризисы, военные конфликты и экологические катастрофы, возникающие в отсталых странах, — главный тормоз всеобщего поступательного развития. Пока эти страны не выйдут из ступора деградации, об устойчивом развитии мира не может быть и речи.

Пусть растут — это выгодно всем!

Мировому сообществу в лице ООН, крупных гражданских и политических организаций пора объединить усилия для выработки новой политики устойчивого развития и ее конкретного практического осуществления в планетарном масштабе.

Ведь приходили же государства к всемирному консенсусу после Первой и Второй мировых войн. И победители, и побежденные находили «общий знаменатель», создав сначала Лигу Наций, а затем и ООН для поддержания мира и безопасности, сотрудничества, улучшения качества жизни на планете.

Что же необходимо сделать мировому сообществу, чтобы технологически передовые страны были заинтересованы в успешном развитии стран отсталых? Причем нужно, чтобы этот процесс был с «двусторонним движением», чтобы неразвитые страны были готовы, а главное — способны проводить у себя современные институциональные преобразования. И чтобы при этом не нарушался их государственный суверенитет, хотя сегодня этот суверенитет так же уязвим, как и экономика этих стран.

В любой стране, пусть сегодня и экономически слабой, имеются интеллектуальные ресурсы, научно-прикладные заделы. Этот потенциал при участии технологически развитых стран может быть эффективно использован для повышения материального, социального и экологического благополучия собственного населения. А это уже вклад в устойчивое развитие мира.

Программа-минимум для ослабленных стран

Слабые страны могли бы самостоятельно пойти по тому же пути, что и динамично развивающиеся. Более того, можно попробовать, «не наступая на грабли» и «срезая углы», догнать и опередить их.

В конце концов, кто о ком должен заботиться? Нужно ли отсталым странам заботиться об экономическом благополучии развитых, поддерживая их своими дешевыми ресурсами? Ведь обладая мощным ресурсным потенциалом, технологически ослабленные страны могли бы существенно увеличить денежную эмиссию и направить ее на «капельное орошение» точек роста своей экономики с опорой на собственную сырьевую базу (подробно об этом см.: С. Глазьев, В. Ивченко, М. Фрейдлин «О системе «капельного орошения» экономического роста Украины», «2000», №13(552), 1—7.04.2011). И при этом вовсе необязательно занимать деньги в Мировом банке и МВФ на условиях «вашингтонского консенсуса» — политики количественного ограничения денежной массы якобы в целях сдерживания инфляции.

В Украине, России, других постсоветских странах, в соответствии с рекомендациями МВФ, этот показатель не превышает 50% ВВП. Однако, как показывает опыт, это ведет к крайне недостаточному для технологического обновления и расширенного воспроизводства уровню насыщения экономики деньгами. Анализ отношения объема денежной массы к ВВП развеивает всякие иллюзии о необходимости ее ограничения для макроэкономического развития. Лидирует по этому показателю Китай, где объем денежной массы в последние годы в 1,5 раза превышает уровень ВВП. Следом идут успешно реформируемые Чехия, Словакия, Словения, Хорватия, Польша, не знавший экономических спадов Вьетнам.

Мощное ускорение каждой из ослабленных экономик могло бы придать и их интеграционное объединение, нацеленное на совместное использование научно-технического потенциала и природных ресурсов. В результате такие страны как минимум выиграют в росте цен на сырье на мировых рынках. Как максимум — начнет стремительно меняться структура их экономик в пользу высокотехнологичных отраслей. А с учетом низкого стартового уровня материальных и социальных стандартов населения заметно улучшится и качество жизни людей.

Планетарная программа-максимум

Мировому сообществу для упреждения экологических и социальных катаклизмов, военных конфликтов необходима новая логика устойчивого развития: переход от системы «директивных рекомендаций» ООН или «политического диалога» в рамках ОБСЕ к новым действенным стимулам и механизмам вовлечения в интеллектуальный оборот и инновационные процессы всех стран. Речь идет о синтезе нового международного права и новых институтов развития.

Прежде всего необходима общая для всех «конституция», защищающая права не только отдельного человека, но и всего человечества. По сути нужна «инновационная конвенция планетарного устойчивого развития»: общие для всех правила, с одной стороны, всячески поощряющие развитые страны делиться со слабыми своей интеллектуальной рентой, новыми технологиями, а с другой — обязывающие слабые страны принимать такую помощь, обеспечивая таким образом свой вклад в устойчивое развитие.

Так мировое сообщество сможет воздействовать на любые вызовы, будь то военные конфликты или техногенные угрозы.

И если такая «конституция», а также новые институты развития заработают, станет заметно повышаться благополучие населения, особенно в беднейших частях мира, и многие проблемы человечества пойдут на убыль.

Такая система сделает объективно выгодным для всех государств, особенно экономически развитых, подтягивать в экономическом и социальном развитии страны-аутсайдеры. Богатые страны станут еще более богатыми, состоятельные люди еще более состоятельными, но при этом будут решаться и главные задачи устойчивого развития мира — искоренение нищеты, охрана окружающей среды, снижение «градуса» социальной напряженности, рост благополучия всего населения планеты.

Всемирная «инновационная конвенция» — шанс для устойчивого развития

Сегодня главным учреждением, занимающимся политикой устойчивого развития на глобальном уровне, является соответствующая Комиссия ООН. Такой же мандат имеют Экономический и Социальный советы ООН. На вершине глобальной институциональной архитектуры вообще и устойчивого развития в частности находится Генеральная Ассамблея ООН. Конференция ООН по устойчивому развитию должна рассмотреть целесообразность создания нового межучрежденческого механизма, который смог бы координировать деятельность в области устойчивого развития.

В новом органе следует сосредоточить значительные полномочия. В его распоряжении должны быть денежные ресурсы, по объемам сравнимые со средствами на содержание миротворческих контингентов ООН, финансовыми ресурсами Мирового банка или МВФ. Тогда такой орган управления будет обладать реальной властью.

Потребуется также создание глобальной открытой информационной системы прогнозирования природных и техногенных катастроф, своевременного предупреждения органов власти и оповещения населения. Необходимо будет сформировать механизм финансирования срочных мер помощи жертвам катастроф и восстановления объектов социальной и экономической инфраструктуры пострадавших территорий — например, специальный налог на международные валютно-обменные операции, скажем, в размере 0,001 объема совершаемых трансакций. Понадобится также создать условия для привлечения международных инвестиций в восстановление экономики и социальной сферы пострадавших регионов.

Реализация инновационной стратегии устойчивого развития с опорой на новую международную правовую платформу, новейшие технологии и соответственно «перелицованную» геополитическую философию, рассматривающую развитие слабых стран уделом всего мирового сообщества, — и есть лучшее «миротворческое» решение в любых измерениях: политико-военном, человеческом, экономическом и экологическом. Все эти «измерения», включая права человека и человечества в целом, можно свести к одному общему геополитическому и геоэкономическому «знаменателю» — объективно назревшему инновационному миссионерству развитых стран в слабые.

Итак

Считаем целесообразным, наряду с разработкой новой правовой платформы («инновационной конвенции»), рассмотреть идею создания международной корпорации инновационного развития. Такой институт мог бы быть сформирован по образу и подобию самостоятельных всемирных организаций, созданных ООН, когда возникали объективные задачи мирового масштаба, — ЮНЕСКО, МАГАТЭ или ВТО.

Главная миссия корпорации — стимулирование инновационной активности и на ее основе — роста производства, противостояние техногенным угрозам, изменение сырьевой структуры ВВП в пользу высокотехнологичной продукции, повышение общественного здоровья и продолжительности жизни людей. Корпорация развития будет формировать национальные и международные инновационные хабы («инновационные острова») по всему миру, прежде всего — в технологически отсталых странах, с сочетанием как трансфера технологий извне, так и использованием внутреннего научно-прикладного потенциала. Приоритеты будут отдаваться только технологиям пятого и шестого технологического уклада, ориентированным на решение энергетической и продовольственной проблем, существенное снижение производственных затрат, устранение техногенных угроз, повышение качества медицинских услуг и на подъем экономики в целом.

Финансирование инновационных программ и проектов будет осуществляться как на кредитной, так и на инвестиционной основе. Деньги — выделяться под конкретные проекты устойчивого развития «инновационным островам» на планете. В соответствии с новой парадигмой устойчивого развития и новыми международными правовыми отношениями в этой сфере учредителям корпорации развития — главным образом, развитым странам — будут возмещаться затраты и разумный доход на вложенный капитал, а получаемая сверхдобавленная прибавочная стоимость будет реинвестироваться в новые проекты на местах.

Можно с уверенностью утверждать, что возврат средств, направляемых корпорацией в инновации, будет гарантирован в гораздо более высокой степени, нежели погашение кредитов сегодняшнего МВФ. Инновационные проекты при правильной реализации существенно более рентабельны. При этом инвестиции в устойчивое развитие будут оцениваться не только с точки зрения их непосредственной продуктивности, но и с точки зрения их обратных связей, сопряженного эффекта — способности стимулировать дополнительные инвестиции.

Важно также, чтобы новые международные правоотношения стимулировали инновационную активность на местах, в национальных рамках, за счет местных ресурсов. Чтобы центральные банки каждой из стран проводили дополнительную эмиссию национальной валюты для рефинансирования местных банков развития с последующим целевым кредитованием под залог ликвидных активов упомянутых «инновационных островов», а также наиболее перспективных предприятий, конкурентоспособных направлений и «точек роста» национальной экономики. Этот процесс может быть подконтролен всемирной корпорации развития, которая по сути будет выполнять также функцию глобального центрального банка устойчивого развития.

При этом необходимо сделать все возможное, чтобы институты планетарного развития были независимы от интересов мировых финансово-эмиссионных центров, транснациональных корпораций и какого-либо геополитического насилия со стороны разных государств и их объединений. Необходимо также, чтобы эти институты синтезировали интересы научной, деловой, властвующей элит мира и гражданского общества.

Для сохранения высокого качества жизни в развитых странах настало время этим странам задуматься о решении проблем стран третьего мира и всем вместе — о судьбе всего человечества!

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...

Опасные игры «заинтересованных сторон»

Без нейтрализации «партии войны», которая ощущает свою абсолютную...

О чем не сказал Трамп

Трамп перед выборами может заняться урегулированием донбасского конфликта, добиваясь...

Кривбасс штормит

Если добиться ухода с КЖРК «приватовской» команды не получается, то сделать это...

Долговая грусть

Оздоровление банковской системы позволило бы увеличить до 600 тыс. грн. гарантированный...

Виртуально и на самом деле

Россия и Германия не заинтересованы в переводе отношений в режим долговременной...

Налог с хомячков и попугаев

Новый законопроект от «Слуг народа» вроде бы прогрессивный, однако его...

Зе-команда в польском сиквеле «Огнем и мечом»

Активное участие Украины в польских восточноевропейских маневрах контрпродуктивно

Киев подражает и проигрывает

Украина могла бы стать идеальным модератором урегулирования внутриполитического...

Некоторые мысли о нынешних событиях

«Уходи!», которое прозвучало на улицах белорусских городов, — это не просто vox...

В Европу с черного хода

Мы не знаем, какая ситуация с потенциальными донорами внутри страны, но вывоз органов...

Рост напряженности по всем направлениям

Если российско-немецкий кризис не будет разрешен и дело дойдет до срыва СП-2, процесс...

Не согласны? Будем лечить принудительно

Законопроект дает возможность установить отдельный порядок, который позволит...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто
Авторские колонки

Блоги

Ошибка