Морской бой с конфессиональными последствиями

№49 (886) 7 — 13 декабря 2018 г. 06 Декабря 2018 1 4.6

30 ноября бывший посол США в Украине Джон Хербст (в настоящее время директор Евразийского центра Атлантического совета) опубликовал статью с красноречивым названием «Как Запад совершенно неправильно понял введение военного положения в Украине».

Хербст — один из ведущих и наиболее влиятельных экспертов по украинской проблематике, а Атлантический совет, который он возглавляет, занимается подготовкой аналитических материалов для Организации Североатлантического договора. Причем важнейшая задача Атлантического совета — своевременно доводить до союзников США по НАТО американскую позицию.

Судя по всему, европейские союзники США, не проявившие особого восторга в связи с введением украинской властью военного положения (хотя и выразившие поддержку Киеву в связи с событиями в Керченском проливе), по мнению американской стороны, действительно нуждались в подробном разъяснении того, как следует понимать случившееся. Поэтому статья Хербста скорее напоминает конспект для нерадивых учеников, чем размышления политического аналитика.

Так, он сразу же заявляет, что последние несколько дней были для Украины исторически важны, поскольку способствовали ее развитию как суверенного и демократического государства.

Этот тезис стоит отметить особо. Получается, что захват Россией украинских кораблей в Керченском проливе важен не столько с точки зрения укрепления национальной обороны (Украина, к примеру, могла бы задуматься о создании действительно боеспособного военно-морского флота), сколько как фактор укрепления украинской демократии.

В чем же тогда при столь странном допущении заключается важность этого тезиса?

Херст объясняет это следующим образом. Во-первых, Россия впервые выступила в качестве открытого врага Украины, прямо угрожающего ей силой, что и обусловило необходимость введения военного положения. Т. о. украинская власть больше не сражается с какими-то неясными «донбасскими сепаратистами», а находится в открытом конфликте с Россией.

Во-вторых, политические силы Украины продемонстрировали умение приходить к компромиссу по важным вопросам, введя военное положение, при этом ограничив область его действия десятью регионами Украины, а срок — одним месяцем. В результате первый тур президентских выборов состоится в день, установленный украинским парламентом, — 31 марта.

В-третьих, в процессе введения военного положения с лучшей стороны проявили себя три главных политических игрока Украины: Петр Порошенко, сумевший прийти к соглашению с ВР, Юлия Тимошенко, которая не стала возражать против решения президента, являющегося ее главным соперником на предстоящих выборах, и Арсений Яценюк, умеющий договариваться и заключать взаимовыгодные сделки. Да и весь украинский политический класс в целом продемонстрировал умение в сложных обстоятельствах использовать демократические институты для защиты государственного суверенитета.

Поэтому западным политикам и экспертам не следует заниматься поиском скрытых мотиваций, заставивших украинское руководство добиваться введения военного положения, использовав в качестве предлога агрессивные действия России. Не нужно беспокоиться и относительно усиления авторитарных тенденций в украинском обществе. И уж тем более недопустимо утверждать, что Европе угрожает не только агрессивный курс Москвы, но и безответственная политика Киева.

Стабильность в Европе, мол, зависит от того, удастся ли остановить российскую экспансию, а для этого важно, чтобы европейские политики поддерживали действия украинской власти.

Из статьи Хербста следует весьма важный вывод: в Вашингтоне хорошо понимают, что введение украинской властью военного положения вызвано не нуждами национальной обороны, а необходимостью обеспечить накануне президентских выборов консенсус всех ведущих политических сил вокруг курса на открытое противостояние с Россией. При этом для американской правящей верхушки, по крайней мере для той ее части, которая ставит во главу угла сохранение евроатлантического единства, не имеет особого значения, кто именно — Порошенко или Тимошенко — станет президентом Украины. Важно, чтобы в украинском политическом пространстве сохранялись три фигуры, представляющие наибольшее значение для Вашингтона: Порошенко, Тимошенко и Яценюк. Их взаимодействие же рассматривается как надежная гарантия продолжения нынешнего внешнеполитического курса.

В этой связи Хербст советует европейским политикам не обращать внимания на действия украинской власти, противоречащие нормам политической демократии. Главное — это способность Украины к единству перед лицом российской агрессии. Тем более что переносить и отменять выборы никто не позволит.

При этом американская администрация так же, как и украинская власть, осознает, что угроза российского вторжения, которой объясняется введение военного положения, напрочь отсутствует. Очевидно также, что и Вашингтон, и Киев стараются как можно быстрее ликвидировать последствия инцидента в Керченском проливе, которые действительно могли бы обострить украинско-российское противостояние. Это значит, что опасного обострения напряженности, к счастью, пока не произошло.

4 декабря в Атлантическом совете состоялся брифинг высокопоставленного чиновника госдепартамента США (его имя не названо), стенограмма которого опубликована на официальном сайте ведомства. В адрес России было сделано довольно много жестких заявлений, но ни одно из них не содержало требования прекратить приготовления к агрессии против Украины или остановить сосредоточение сил на украинских границах.

Это значит, что ничем подобным российское руководство не занимается.

Да и сам перечень регионов, где было введено военное положение, говорит о том, что угроза российского вторжения всерьез не рассматривалась.

Очевидно, что начало Россией военных действий против Украины незамедлительно привело бы к введению новых, намного более жестких западных санкций. В таких условиях со стороны Москвы было бы, мягко говоря, несколько странным ограничивать свои военные возможности и снижать шансы на достижение успеха, соблюдая суверенитет Беларуси (которая формально составляет вместе с Россией единое Союзное государство). Наоборот, неизбежность жесткой реакции Запада открывает Москве путь к использованию белорусского плацдарма для действий против Украины. И, казалось бы, Киев должен учитывать такой сценарий и реагировать на него.

Однако ни в одной области Центральной и Западной Украины военное положение не введено. Между тем массированное российское вторжение в Житомирскую и Киевскую области могло бы создать угрозу не только быстрого военного поражения, но и распада системы государственного управления. Военное положение объявлено в Одесской области, хотя российские силы, стоящие в Приднестровье, даже объединившись с армией ПМР, не смогут создать угрозы, сколько-нибудь сравнимой с действиями российской 20-й армии (ее части расположены в непосредственной близости от белорусской границы и могут в короткий срок через территорию Беларуси достигнуть Киевской области).

Очевидно, что перечень регионов, где введено военное положение, объясняется не оборонными соображениями. Возникает вопрос: что же легло в основу его формирования?

По-видимому, чтобы ответить на него, нужно обратиться к скрытым мотивам украинской власти (вопреки настойчивым предостережениям Хербста).

Для Порошенко важно продемонстрировать еще до окончания избирательной кампании значимые успехи в создании поместной церкви. Это позволило бы ему сместить общественное внимание с социальных проблем в сторону вопросов, связанных с межконфессиональными отношениями.

Подобное изменение повестки дня неизбежно приведет к быстрой поляризации общества. Если сторонники и противники восстановления отношений с Россией примерно одинаково относятся к снижению уровня жизни, то на перспективу вытеснения канонической Украинской православной церкви новой поместной церковью они смотрят совершенно по-разному.

Поскольку Юлия Тимошенко не сможет открыто высказаться в защиту УПЦ, то большинство ее прихожан поддержат на выборах кандидатов, выступающих против церковной политики президента. Зато большинство сторонников новой церкви станут лучше относиться к главе государства, если тот сразу сумеет добиться каких-то несомненных достижений в деле ее строительства.

Эффектнее всего продемонстрировать прочные основания и блестящие перспективы новой церкви могло бы присоединение к ней архиереев канонической УПЦ. Но таких, судя по всему, нашлось немного, и число их вряд ли вырастет за несколько дней, оставшихся до Объединительного собора, который, согласно сообщению Порошенко, состоится в Софийском соборе в Киеве 15 декабря.

Однако если массового перехода клириков канонической Украинской православной церкви в новую церковь не ожидается, то можно хотя бы передать в ее подчинение кафедральные соборы в крупных городах. И здесь военное положение в юго-восточных регионах может оказаться очень кстати, поскольку оно позволяет быстро укрепить престиж новой церкви, избежав открытого гражданского противостояния. Просто потому, что любые массовые мероприятия (в т. ч. в защиту канонической УПЦ) в условиях военного положения запрещены, а передвижение транспорта в регионах, где оно действует, жестко контролируется органами правопорядка.

Так что, например, прихожан канонической УПЦ, проживающих в Одесской области, попросту не пустят в Одессу, если они соберутся туда приехать, чтобы протестовать против передачи одного из городских соборов новой церкви. Да и проведение самой протестной акции заблокируют — в соответствии с законодательством.

Конечно, для того чтобы подобные действия обрели политический смысл, нужно, чтобы успешным оказался Объединительный собор. И здесь, насколько можно предположить, у президентского окружения есть все основания для беспокойства.

Кроме того, необходимо, чтобы Москва не выступила с собственными предложениями по урегулированию инцидента в Керченском проливе и ситуации вокруг Азовского моря.

Но, судя по заявлению 5 декабря Путина, разъяснившего, что он уклоняется от разговора с Порошенко, поскольку не хочет «принимать участие в избирательной кампании» последнего, мирные инициативы с российской стороны вряд ли последуют.

Российский президент, как явственно следует из его слов, считает, что Порошенко избрал тактику сознательной организации провокаций (подобных имевшей место в Керченском проливе) для того, чтобы каждый раз возлагать ответственность за происшедшее на Россию и «тут же продемонстрировать, что он успешно решает возникшие проблемы».

Между тем события в Керченском проливе стали результатом конфликтных действий обеих сторон, продолжавшихся, по крайней мере, с августа.

Порошенко просто воспользовался сложившимися обстоятельствами для того, чтобы решить собственные внутриполитические проблемы, имеющие мало общего с вопросами национальной обороны.

А Вашингтону захват Россией украинских кораблей поможет укрепить евроатлантическое единство, основой для которого все больше становится идея объединения усилий США и ЕС для «противостояния российской экспансии».

Такое положение дел, разумеется, существенно отдаляет переход к мирному урегулированию ситуации. Еще опаснее то, что у тех, кто заинтересован в нагнетании напряженности, в подобных условиях появляется возможность создавать все новые и новые линии противоречий. В т. ч. использовать разногласия вокруг Азовского моря для резкого обострения межконфессионального противостояния.

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...


Загрузка...

СМИ сообщили о секретном совещании у Лукашенко по...

Белорусский президент провел закрытое заседание с высшим руководством страны о...

Цепная реакция: нет договора о дружбе — нет договора о...

В России заявили, что договор о дружбе был связан с договором об Азовском море

В ФСБ заявили, что не блокируют украинские суда в...

В российском ФСБ заявили, что закрытие Керченского пролива перед захватом военных...

Демон Ангелы

Мультимиллионер может превратить путь канцлера на пенсию в ад, а Украине подарить...

Загрузка...

Антимайдан в Париже

Промежуточным итогом акций протестов т. н. «желтых жилетов» во Франции стала...

Анбандлинг проведем, доходов от транзита не...

11 декабря в брюссельском медиацентре американского госдепартамента состоялся...

Бойко «накатал телегу»

Бывший лидер Оппозиционного блока Юрий Бойко написал заявление в полицию...

Канадский юрист о «низменных настроениях» в...

В 1943 г. в украинском городе Самбор нацистами уничтожено и захоронено свыше 1 200...

Украина: большой войны не будет

Российско-украинский военно-морской конфликт в Черном море не перерастет в мировую...

Комментарии 1
Войдите, чтобы оставить комментарий
Владимир Теренин
06 Декабря 2018, Владимир Теренин

Похоже, что после провала попытки сорвать выборы путем введения военного положения на волне событий в Азовском море, ставка делается на межконфессиальные противоречия. Подтолкнуть религиозные столкновения до открытых стычек и для наведения порядка ввести военное положение уже по всей стране и после окончания действия предыдущего. Вот и нет выборов.

- 13 +

Получить ссылку для клиента
Авторские колонки

Блоги

Маркетгид
Загрузка...
Ошибка