Наследники готов наносят удар по испанской монархии

№40(836) 6—12 октября 2017 г. 05 Октября 2017 4.2

Географическое название «Каталония» (по-каталански Catalunya), по одной из версий, производно от «Готалуния» — «Страна готов». Сравните с этим название шведского острова в Балтийском море — Готланд. Откуда-то оттуда, с берегов Балтики, этот легендарный варварский народ двинул в начале нашей эры в поход по Европе, пройдя огнем и мечом Северное Причерноморье, Крым (где у них было свое королевство), Балканы, Италию и Прованс. Наконец, на Пиренеях западные готы — вестготы, или визиготы, основали государство, просуществовавшее до арабского завоевания в VIII ст.

Так что каталонцы вполне могут считать себя наследниками воинственных готов, хотя те всего лишь напластовались на более древний этнический субстрат. До недавнего времени многие люди в мире и в нашей стране не задумывались, а то и не догадывались, что в Испании живут не только испанцы. Но вот теперь в полной мере проявилась вся сложность межнациональных проблем в этом государстве, долгое время давившем освободительные порывы его народов.

Очевидно, что правительство Испании совершило несусветную глупость, попытавшись решить проблему референдума силовым способом. Ему бы следовало пойти британским путем (я имею в виду референдум в Шотландии), разрешив волеизъявление и убедив жителей Каталонии в том, что отделение им невыгодно экономически. Тем более что опросы показывали вроде бы небольшое преимущество противников отделения. Хотя кто знает — после брэкзита и выборов в США доверия к социологам поубавилось, и, быть может, на самом-то деле картина была совсем другой. В любом случае в Мадриде, извините, «психанули» и скатились к полицейскому террору, к попыткам «не пущать» — и наломали дров!

Сорвать голосование не удалось, зато у сепаратистов отныне есть ощущение полного морального превосходства и правоты их дела, помноженное на озлобление и чувство того, что теперь точно надо идти до конца. Невысокую явку — лишь 42% — им легко объяснить полицейским террором, добавив к указанным цифрам данные Джулиана Ассанжа о том, что полиция изъяла четвертую часть заполненных бюллетеней.

Разошедшиеся кадры жестоких избиений и расстрела резиновыми пулями в большинстве своем вполне мирных протестующих — это удар и по реноме испанской власти, и по «европейским ценностям», да и вообще по всей западной демократии. Разумеется, сильный козырь получили и те, кто интересуется, чем же «пропорциональное применение силы» испанской демократией отличается от «зверского избиения» киевских студентов «авторитарным режимом Януковича».

Верхушка Объединенной Европы поставлена в крайне неудобное положение. К тому же на митингах в Каталонии рядом с ее «Эстеладой» были замечены такие экзотические полотнища, как, например, флаг Бретонии, не говоря уже о баскских знаменах. Проблема Каталонии не есть «внутреннее дело Испании», как попытались отмахнуться от всего этого в Брюсселе. Это проблема всей Европы, и правительство Испании своими дальнейшими неумелыми действиями может ее немало усугубить.

Самое интересное, что столь жесткое применение силы правоохранителями не является в Испании чем-то из ряда вон выходящим, тем, что вот только сейчас открылось вдруг удивленному мировому сообществу! То же в еще худшем виде имело место в Барселоне, например, 29 марта 2012 г., когда полиция применяла слезоточивый газ и резиновые пули, а ее противники строили баррикады. Только тогда была не акция за независимость, а часть общенационального протеста против проводившегося правым правительством Испании сокращения социальных расходов и ущемления трудовых прав наемных работников. Но, как это обычно бывает, борьбу за свои права и социальные интересы никто не замечает, зато баталии по вопросу о самоопределении нации сразу же вышли в топы мировых новостей.

У каталонцев тот же комплекс

Каталонцы (самоназвание «каталанс») проживают не только в Каталонии, но — в Испании — также на Балеарских островах, в областях Валенсия и локально — Арагон. В соседней Андорре каталанский язык — единственный официальный, чем там очень гордятся.

По другую сторону гор — во Франции — расположена историческая область Русильон (департамент Восточные Пиренеи), где также живут каталонцы. В 1659 г. эту территорию отхватила, разделив каталонские земли, Франция. Во Франции каталонский вопрос — равно как и баскский — тоже имеет некоторую остроту: идея «Великой Каталонии» вызывает тревогу. Это проявилось в том, что власти Франции долго препятствовали установке на границе этнической территории каталонцев монумента «Ворота каталонских земель», но в 2003 г. это событие состоялось.

Есть мнение, что каталанский язык по лексике и фонетике ближе к южно-французскому окситанскому языку, чем к испанскому. Официальный статус он имеет в Каталонии, Валенсии, на Балеарах — и в Восточных Пиренеях тоже.

Еще один район компактного проживания каталонцев — город Альгера на западе Сардинии — был колонизован каталонцами в средние века. Жители называют его Барселонетта — Маленькая Барселона. В Альгере каталонцев каких-то 20%, но их язык является одним из официальных на Сардинии.

После объединения Испании в 1479 г. Каталония постоянно оказывала сопротивление политике централизации страны. Крестьянское восстание 1640 г. («война жнецов») переросло в движение за независимость, инспирированное извне Францией, однако потерпело поражение. А в 1714 г. в результате войны за испанское наследство Каталония лишилась и прежней автономии. Что удивительно, именно этот день — день поражения! — 11 сентября — каталонцы отмечают как главный национальный праздник. Видимо, у этого народа тоже имеется «комплекс национальной неполноценности», от которого он всячески стремится избавиться.

XIX ст. прошло в Каталонии под знаком национального возрождения. В ходе его каталанский язык, к началу века вытесненный вследствие проводимой испанцами «кастилизации» в сугубо бытовую сферу, вновь возродился как литературный. На этой волне поднялось и политическое национальное движение. Самой крупной его фигурой считается Франсеск Масиа' (1859—1931), основавший популярную и сегодня партию «Левые республиканцы Каталонии».

Во время испанской революции и гражданской войны Каталония получила автономию и добивалась полной независимости, вступив ради этой цели в союз с испанскими республиканцами — против генерала Франко. Каталонцы, наряду с басками, оказывали франкистам наиболее упорное сопротивление. При этом, однако, Каталония стала ареной острого противостояния внутри республиканского лагеря — между анархистами, коммунистами, троцкистами и др., что ослабило ряды республиканцев и помогло Франко захватить власть в Испании. Каталония утратила автономию и подвергалась во времена диктатуры дикому национальному угнетению. Франко, «укрепляя нацию», стоял на той позиции, что в Испании живут только испанцы, других народов попросту не существует. Каталанский язык был запрещен — за его использование грозило уголовное преследование.

Каталонцы хотят сами есть свое сало

Меня несколько удивляют рассуждения большинства аналитиков о причинах нынешнего каталонского сепаратизма. Мол, на Каталонию приходится всего 16% населения Испании, зато 20% (или около того) ВВП страны и до четверти ее экспорта — стало быть, Испания «обирает» более развитую и богатую Каталонию, а та «не хочет с ней делиться». И ведь в самом-то деле одним из главных лозунгов сторонников самоопределения Каталонии стал лозунг «Хватит кормить Мадрид!»

Мне это живо напоминает Советский Союз последних лет его существования, в котором каждая республика утверждала, что кормит все остальные. А вот, дескать, перестанем отдавать «за просто так» нефть, газ, лес, сало, хлеб, хлопок и прочее — сразу заживем по-человечески! Любому должно быть понятно, что лучшие экономические показатели и лучшие условия жизни в Каталонии достигнуты в рамках целостного экономического организма Испании, да и всей Европы. Так что разрыв связей с Испанией и проблемы с ЕС (а он сразу заявил, что автоматического принятия Каталонии туда не будет, и, соответственно, это новое государство будет выведено из общего рынка ЕС) неизбежно приведут к экономическому коллапсу.

В любом государстве имеются регионы более и менее развитые, есть регионы дотационные и доноры, однако это вовсе не означает, что все должны «разбегаться», чтобы «лучше жить». За всеми этими разговорами в действительности скрывается затянувшийся в Испании социально-экономический и политический кризис. И историческая аналогия с поздним СССР не поверхностна: желание «разбежаться», чтобы никого «не кормить», возникает только тогда, когда государство и общество поражены тяжелым внутренним кризисом.

Нет, если заглянуть в испанскую официальную статистику, то там все вроде бы неплохо. В последние годы экономика страны как раз ожила и вновь начала расти: в 2014 г. — на 1,4%, в 2015-м и 2016-м — на целых 3,2%, да и в этом году ожидается примерно 3%. Вот только до этого были пять лет в минусе, завершившие «экономическое чудо» 2000-х и раздувание «пузыря недвижимости», да и все прочее.

А социальные протесты, как это часто бывает, в «чистом» ли виде или же повернутые в русло национализма, обычно достигают высшего накала не в пору рецессии, экономического обвала, а уже тогда, когда вновь пошел рост, ведущий, однако, к обогащению немногих, вскрывающий социальные противоречия и вызывающий недовольство и возмущение широких слоев населения. Именно рост производства, оживление рынка труда поднимает активность масс, тогда как спад в экономике, обрушение и стагнация рынка рабочей силы вгоняют массы в уныние, вынуждают вместо борьбы за свои интересы заниматься выживанием, цепляясь хоть за какую работу.

Правительство М. Рахоя, безусловно, может поставить себе в заслугу то, что безработица в стране снизилась с 26,1% в 2013 г. до 19,6% в прошлом году и до 17,2% этим летом. Но в условиях экономического подъема население тем более возмущает то, что до начала экономического кризиса, в 2007 г., уровень безработицы составлял всего 8,2% — и получается, что за прошедшие десять лет страна не только не возвратилась к былому показателю, но находится на отметке, превышающей планку «лучших времен» вдвое!

Социологические исследования показывают, что среди людей образованных и с высоким достатком больше сторонников единства Испании, тогда как социальную базу сепаратизма составляют бедные граждане, безработные, молодежь, жители сел. В Испании с особенной остротой стоит проблема безработицы среди молодежи — пусть в Каталонии уровень безработицы и немного ниже, чем в целом по стране.

О многом говорят распространившиеся настроения против наплыва туристов — несмотря на то, что иностранный туризм составляет основу экономики области. Но люди недовольны тем, что приезжие взвинчивают цены на недвижимость и плату за аренду жилья, вообще — уровень цен, что чрезвычайно бьет по благополучию многих каталонцев. Обострившиеся трудности с ипотекой побудили к стихийному объединению людей для противостояния судебному отъему жилья у должников.

По всей видимости, каталонское движение за независимость действительно массовое, идущее «снизу» и побуждающее к более решительным шагам «верхушку». В этом регионе с давними и глубокими левыми и анархистскими традициями манифестации с сотнями тысяч и даже миллионами участников — не редкость, что подтвердила и всеобщая политическая стачка 3 октября. Высокая политическая активность масс — важнейший здесь фактор.

Крупный капитал в лице ведущих банков уже высказался против независимости. Но не все столь однозначно: ведущую роль в руководстве сепаратистов играют либеральные правоцентристы во главе с президентом Женералитата (правительства) Карлесом Пучдемоном, которых, правда, «поджимают» весьма влиятельные левые, возглавляемые вице-премьером Ориолем Жункерасом. Кстати, предшественник Пучдемона и один из главных идеологов отделения Каталонии от Испании Артур Мас — выходец из семьи богатого промышленника. Показательно, что идею независимости поддерживает «Барселона» — один из богатейших футбольных клубов мира.

Вряд ли отделение от Испании решит социальные проблемы и улучшит жизнь людей. Но от каталонского политического кризиса пострадает и экономика Испании. Кризис чреват финансовыми последствиями, если учесть, что после мизерного снижения начиная с 2014 г. госдолг королевства по-прежнему близок к 100% ВВП (а в 2007-м он был равен всего 35,5% ВВП). Дефолт же Испании стал бы, вне сомнений, катастрофой для всей Еврозоны — это куда более серьезная угроза, чем финансовые проблемы Греции, и это понимают все.

Долой монархию?!

После смерти диктатора Франко каталонцам вернули их национальные права. В рамках конституции Испании 1978 г. Каталония в 1979-м получила автономию. Более того, в 2006 г. была существенно расширена ее самостоятельность в финансовой сфере.

Однако то было на пике экономического подъема Испании, в результате же кризиса возможности для маневра, для компромисса с теми, кто не желает «кормить Мадрид», для урегулирования возникшего конфликта сузились.

Мало кто обращает внимание на то, что в бюллетене для голосования поставлен вопрос не только о независимости Каталонии, но и о республиканской форме правления. Не только в Каталонии, но и во всей Испании многие воспринимают испанскую монархию как наследие франкизма.

Каудильо восстановил монархию и назначил Хуана Карлоса I, внука свергнутого в 1931 г. Альфонса XIII, своим преемником. Роль отца нынешнего монарха в процессе демократизации страны сильно преувеличена. В его окружение входило немало бывших франкистов. Открылись свидетельства сомнительного поведения короля во время франкистского путча 23 февраля 1981 г. — Хуан Карлос знал о готовящемся госперевороте, но использовал его для «самопиара», для укрепления имиджа отца нации и защитника демократии.

Каталония выступает оплотом республиканизма — это проявляется даже в эпическом противостоянии «Барселоны» с королевским клубом «Реал» — некогда любимой командой Франко. Отчаянные попытки центральной власти силовыми средствами задавить самоопределение дискредитируют как правый кабинет Рахоя, так и политически связанный с ним королевский двор, провоцируют в стране новый финансовый кризис и в перспективе могут расколоть само испанское общество по вопросу о путях разрешения конфликта. Одним из вариантов спасения Испании от распада, на мой взгяд, могло бы стать упразднение монархии и преобразование страны в федерацию. Но, судя по всему, время, возможно, упущено.

Вспомним в этом контексте, что коронация в 2014 г. нынешнего короля Филиппа VI совпала с поражением футбольной сборной Испании на первенстве мира от Чили и «вылетом» чемпионов мира — да, плохая была примета! Испанию и ее монархию ждут непростые времена.

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...


Загрузка...

Предоставление Украине летальных вооружений чревато...

Шумиха по поводу поставок оружия Киеву может быть связана со стремлением как можно...

Боевые роботы для украинского конфликта

9 октября руководство украинской армии и представители оборонной промышленности...

Украина. Аграрный гибрид Маршалла—Моргентау

Эта политика ведет к обнищанию населения и подъему реваншистских настроений

Молодой человек на рельсах

Палаткам возле Верховной Рады посвящается

Влад Троицкий: «Энергия ГогольFestа просто так не...

Культурный контекст через кино, театр, литературу дает чувство достоинства. А...

Лишний повод «не спешить»

5 октября после весьма драматичного обсуждения Рада приняла два закона, связанные с...

Загрузка...

9 лет и 33 112 гривен

99% этого дела — незаконно добытые доказательства

Каталонский референдум: ущербная реакция Мадрида

В минувшие выходные на референдум по вопросу независимости Каталонии Мадрид...

Ставка на консервацию

4 октября Петр Порошенко внес в Раду «долгожданный» проект закона «Об...

С Вашингтоном дружим или воюем?

У Вашингтона есть экономическая мотивация для того, чтобы не идти на какое-либо...

Сжечь гимназию и отменить науки?

«Діяльність Російського центру науки та культури в Києві має бути негайно...

Второе пришествие Саакашвили — 2

Перспектива украинской карьеры экс-президента Грузии пока больше зависит от него...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто

Получить ссылку для клиента
Маркетгид
Загрузка...
Авторские колонки

Блоги

Ошибка