Смена риторики вместо смены вех

№40 (877) 5 — 11 октября 2018 г. 04 Октября 2018 4.3

Эксперты единодушны: на сессию Генассамблеи ООН Петр Порошенко отправился за поддержкой мирового сообщества (прежде всего — Запада), а также за жестами такой поддержки, что ему крайне важно в контексте стартовавшей президентской гонки.

Итоги поездки иначе, чем неудовлетворительными, охарактеризовать сложно. Единственным представителем американской администрации, с которым удалось встретиться украинскому президенту, стал Курт Волкер, чьи обязанности Украиной и ограничены (на общественных началах, зарплату он получает не в госдепе, а в неправительственном Институте Маккейна).

Естественно, на встрече прозвучали слова о поддержке Украины, но преподнесенный в красивой рамочке в знак этого текст недавней декларации госдепа о непризнании аннексии Крыма выглядит чуть ли не троллингом. Честно говоря, не знаю, как в Америке, но у нас, когда речь идет о статусном, но совершенно бесполезном документе, говорят: «Разве что в рамочку на стену повесить».

У Дональда Трампа, как и у других высших руководителей США, представителей конгресса, где «проукраинское», точнее — антироссийское лобби достаточно сильно, времени для Петра Порошенко, увы, не нашлось (так же, к слову, как и у руководителей расположенного в Вашингтоне МВФ). А ведь год назад на полях Генассамблеи и встреча с Дональдом Трампом состоялась, а в 2015 г. (в Генассамблее-2016 Порошенко не участвовал) была обстоятельная беседа с Джо Байденом.

Не впечатляет и список зарубежных государств, с лидерами которых побеседовал Порошенко (а ведь Генассамблея ООН — традиционная площадка, где в «компактном» режиме можно встретиться с коллегами со всего мира, обсудить актуальные вопросы, «сверить часы»). У Порошенко состоялись встречи лишь с лидерами Словакии, Турции и Хорватии. И все! Из политиков «высшей лиги» была встреча только с председателем Евросовета Дональдом Туском. Не удалось пересечься ни с Эммануэлем Макроном, ни с представлявшим Германию министром иностранных дел Хайко Маасом, ни с занимающей крайне антироссийскую позицию Терезой Мэй.

В общем, подтверждается наш недельной давности вывод: западные лидеры «на всякий случай» предпочитают дистанцироваться от Петра Порошенко, как-либо помогать ему остаться в своем кресле еще на пять лет они не собираются, в т. ч. понимая значение для него любых «знаков поддержки», включая личные встречи. Впрочем, это не значит, что у них не осталось к нему вопросов, и активность на украинском направлении заморожена до появления нового хозяина на Банковой. Это далеко не так.

Президентский сайт сообщил 1 октября: «Петр Порошенко провел телефонный разговор с федеральным канцлером Германии Ангелой Меркель. Собеседники обсудили ситуацию на Донбассе. Президент Украины отметил важность активизации усилий для освобождения всех украинских заложников, включая Олега Сенцова и Романа Сущенко. Говорилось также о перспективах продолжения санкций против РФ. Собеседники договорились продолжить миротворческие усилия и контакты на высшем уровне для освобождения украинских территорий от российской агрессии. Петр Порошенко и Ангела Меркель обсудили вопросы двусторонней повестки дня, в том числе энергетической безопасности. Собеседники также обсудили повестку дня визита Ангелы Меркель в Украину, который состоится этой осенью».

Безусловно, бросается в глаза сухость самого сообщения, отсутствие упоминаний о каких-либо высказанных собеседницей Порошенко словах поддержки, а особенно краткость и тональность предложения, касающегося темы санкций. Что именно говорилось об их «перспективах», сайт (в отличие от предыдущих сообщений об аналогичных переговорах) не сообщает. На сайте же Меркель о разговоре вообще не упоминается. Однако следует подчеркнуть, что договоренность о визите канцлера Германии в Украину, первого после августа 2014-го, — бесспорно заметное дипломатическое достижение.

**Менять «ястребиную» предвыборную стратегию, сформированную под значительным влиянием окружения, Порошенко не собирается

И все же факт такой договоренности не опровергает сделанные ранее выводы: вопрос о продлении европейских санкций против России перестал носить сугубо формальный характер, причем Франция и особенно Германия весьма заметно колеблются в этом вопросе, хотя и не столь последовательно, как этого хотелось бы Москве.

Правда, уже по возвращении из США Петр Порошенко заявил: «сегодня Украина, Соединенные Штаты, Германия и Франция имеют настолько общее видение такой миротворческой миссии, что практически готовы вносить совместную резолюцию на рассмотрение Совета Безопасности ООН».

Детали этого плана несколько ранее раскрыл Павел Климкин. По его словам, документ состоит из трех пунктов.

Первый пункт — это присутствие миротворческих сил. Дипломат отметил, что операция должна быть последовательной, т.е. миротворцы должны присутствовать в зоне конфликта в самопровозглашенных Донецкой и Луганской народных республиках, а не «сидеть вдоль линии соприкосновения». При этом количество миротворцев не является принципиальным вопросом.

Вторая составляющая — это полицейские силы, которые будут осуществлять «реальное разоружение» и отвечать за безопасность.

Последний компонент проекта — международная администрация, которая должна заменить властные структуры в зоне конфликта. Климкин подчеркнул, что последние два пункта — «мегапринципиальные вопросы».

В целом ничего принципиально нового (в сравнении с тем, что обсуждается уже более года) этот план не несет. Другое дело, что есть глубинные течения, политические интриги, собственная игра, которую ведет каждая из сторон. Но, как говорится, обряды нужно соблюдать, и в их рамках единая позиция западных спонсоров миротворческого процесса, похоже, действительно согласована.

Понятно, что осталась главная проблема — как в классическом анекдоте, «осталось уговорить Ротшильда», т.е. проблема в согласии России. Очевидно, что в дискуссиях вокруг этого проекта Россия акцентирует свои возражения на опасениях того, что после ввода миротворцев и закрытия границы все обязательства в отношении жителей ОРДЛО будут похоронены Киевом при молчаливом потакании руководства миротворческой миссии. И внутренняя политика Киева вкупе с радикальной предвыборной риторикой, естественно, добавляет Москве аргументов.

Поэтому от Киева требуют определенных жестов, причем более предметных, чем пролонгация бездействующего закона об особом статусе. Правда, возникает некая дилемма: один из «кнутов» для Киева — снятие антироссийских санкций, но с другой стороны — в европейских столицах прямо говорят, что в случае прогресса на востоке Украины будет запущен процесс их снятия, да и для самой Москвы это единственный стимул идти на уступки по Донбассу.

Так или иначе, но в риторике Порошенко проявились новые нотки. В ходе поездки в Харьковскую область (уже после возвращения из США) он заявил, что ознакомился с результатами большого опроса общественного мнения, проведенного тремя очень важными и авторитетными компаниями: «Они интересовались, какой люди видят оптимальную стратегию возвращения Донбасса в Украину и Украины на Донбасс. Лишь 5% высказываются за военное наступление и возвращение силой».

Президент отметил: «естественно, наименьшее количество сторонников такого сценария, менее 6% — на Востоке Украины» (так на президентском сайте. — С. Б.). «Это понятно, потому что фронт здесь, рядом, и люди знают, что такое дневать и ночевать под прицелом. А по ту сторону линии фронта живут не только враги и наемники. Там — многомиллионные городские агломерации, в которых проживают граждане Украины, наши соотечественники. И думаю, что ни один украинский политик, в том числе, конечно, и я, никогда не примет решение превратить Донецк в Грозный времен первой и второй чеченской войны. Путинский сценарий нам не нужен. Это Кремль легко уничтожал мирное население ковровыми бомбардировками. А Украина — не Россия. Мы принадлежим к другой цивилизации, где ценят человеческую жизнь и не приносят ее в жертву имперским амбициям. И я как Президент ценю жизнь каждого украинца», — подчеркнул Порошенко.

Он также сообщил, что 10% — предлагают «изолировать оккупированные территории, забыть о них на некоторое время и надеяться, что когда-то в будущем их удастся вернуть», а 9% считают, что вообще никого и ничего возвращать не надо.

Петр Алексеевич напомнил ситуацию в Приднестровье и Абхазии и сказал, что нельзя отворачиваться от таких вызовов: «Это называется спрятать голову в песок... Такая позиция не подходит ответственным политикам и государственным деятелям. И я на нее тоже никогда не соглашусь... Как Президент и Верховный Главнокомандующий точно разделяю позицию большинства граждан — 60%, на Харьковщине таких более 72%, которые высказываются за политико-дипломатическое урегулирование»; «Это и есть моя стратегия борьбы за мир и де-оккупацию. Меня жестко критикуют с разных сторон. С одной стороны — ястребы, которые не осознают всех последствий военного сценария»; «В конце концов, народ мудрый, и понимает, какая стратегия верна. Она не быстрая, требует времени, нервов и выдержки, и вы слышали, наверное, что я уже неоднократно просил прощения за свое обещание очень быстро завершить АТО».

Согласитесь, такие программные тезисы, ссылки на мнение подавляющего большинства украинцев и на критику «со всех сторон», позиционирующие президента в качестве избегающего крайностей умеренного политика, были бы более уместны в ежегодном послании парламенту две недели назад, а не в дежурной речи на торжествах в Национальной академии правовых наук в рамках рабочей поездки.

Но послание-то было выдержано совсем в иной тональности, особенно в оценке состояния армии и последствий военного сценария: «И Кремль пытается убедить наших союзников в якобы подготовке Украиной силового сценария освобождения Донбасса. Конечно, у нас должна быть подобная опция, всякая армия должна быть готова к любым сценариям», — говорил тогда президент. Ныне же такой сценарий «грозит полномасштабной войной с Россией по всему периметру нашей границы. В условиях, когда нам нужны еще годы для укрепления армии, которую мы только начали строить».

Такую смену вех можно объяснить сугубо предвыборными соображениями в контексте целевой «юго-восточной» аудитории, на что намекнул и сам Порошенко. Но в нынешний медийный век место провозглашения тех или иных тезисов не принципиально. Их одинаково хорошо «слышно» и на Западе ( в т.ч.страны), и на Востоке. Так что, вероятно, имеет место корректировка риторики, причина которой не в результатах опросов (ничего нового они для всех, кто следит за социологией, не сообщили), а в рекомендациях, полученных от западных партнеров в самые последние дни (нужно понимать — на встрече с Волкером).

Впрочем, касается она лишь некоторого смещения акцентов (ведь с формальной точки зрения официальный Киев с момента заключения Минских соглашений никогда не выступал за силовой вариант) да констатации факта, что «по ту сторону линии фронта живут не только враги и наемники». Даже то, что на востоке наименьшее число граждан поддерживает силовой сценарий, по мнению Порошенко, обусловлено лишь опасениями, связанными с близостью региона к зоне конфликта.

Никаких намеков на поиск компромисса, национального согласия, признания за очень значительным числом граждан Украины права на самобытность, учет их интересов и мнения о курсе государства не прозвучало. Наоборот: «с другой стороны, атакуют пятая колонна и капитулянты, которые навязывают Украине смертельно опасные российские условия так называемого мира, мира в кавычках, так называемой федерализации».

В общем, менять «ястребиную» предвыборную стратегию, сформированную под значительным влиянием окружения, Порошенко не собирается, да, возможно, и поздно уже это делать. Как говорится, ставки (на наиболее радикальную часть электората) сделаны. И даже пространные ссылки на социологию можно понимать и как оправдание перед радикалами: мол, я и рад бы повоевать, да население категорически против.

Что же касается давления Запада, то периоды, когда Запад начинал давить на Киев, требуя продвижения в реализации Минских соглашений (закулисно, конечно, информация прорывалась через утечки и тональность заявлений западных лидеров), случались уже не раз, причем исходило это давление не только от Берлина и Парижа, но и от США.

И всякий раз Петру Алексеевичу, формально не противореча западным партнерам, демонстрируя готовность выполнить все их рекомендации, удавалось погасить эту волну, дождавшись очередного благоприятного изменения конъюнктуры в «российско-западных» отношениях или того момента, когда в западных столицах решали, что «перспективнее» надавить на Москву. Тактику «гнуться, но не ломаться» он с успехом применял, и когда давление Запада касалось сугубо внутренних вопросов: шел на уступки только тогда, когда возможности сопротивления без дальнейших тяжелых последствий были исчерпаны.

Конечно, предвыборная ситуация значительно усложняет положение Порошенко, ведь «до «оргвыводов» не доходило, поскольку имелось понимание, что «внеплановая» смена власти в Киеве, в каком бы формате она ни произошла, во-первых, чревата погружением Украины в хаос, из которого и Москва может извлечь немалую выгоду, а во-вторых — ударит по реноме «революции достоинства», косвенно зацепив и западные правительства, ее поддержавшие.

Но на выборах такая конструкция работать не может. Они являются плановой и даже сакральной процедурой, проигрыш их действующим президентом — нормальная история, и Запад вполне может воспользоваться ими, чтобы избавиться от необходимости иметь дело с Петром Порошенко еще пять лет». Это мы, собственно, сегодня и видим.

Однако любая успешная тактика порождает надежду, что даст результат и в более сложных условиях. Да и других вариантов, по большому счету, у Порошенко нет. Даже если западные партнеры и обещают сменить гнев на милость в случае выполнения их рекомендаций, то, во-первых, вопрос — насколько это может помочь на выборах, а во-вторых — насколько можно верить их обещаниям (впрочем, это даже не вопрос, поскольку ответ на него все, включая Банковую, отлично знают).

Так что никаких серьезных подвижек в ближайшие месяцы я не ожидаю. Будет вязкая дипломатическая возня без сколько-нибудь значимого результата.

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...


Загрузка...
Загрузка...

А если второй Стамбул?

Вы узнаете: действительно ли с Филарета снята анафема; возможны ли притязания...

«Гонгадзе» по имени Джамаль

Количество претендентов на престол не поддается исчислению, и за каждым — свои...

Зияющие вершины деградации

После зеленки и «мусорной люстрации» все более «актуальным» становится...

Еженедельник «2000» приглашает к сотрудничеству ...

Еженедельник «2000» приглашает к сотрудничеству молодых духом, но опытных и...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто

Получить ссылку для клиента
Авторские колонки

Блоги

Маркетгид
Загрузка...
Ошибка