Все забывается легко...

№38(834) 22—28 сентября 2017 г. 21 Сентября 2017 1 5

ОТ РЕДАКЦИИ. История, о которой рассказывает наш постоянный автор, хотя и касается, казалось бы, сугубо столичных проблем, однако имеет безусловное значение для всей страны. В статье детально рассмотрен уже отработанный механизм тотального переформатирования нашей общей исторической памяти. Не очищение ее от идеологических наслоений и штампов прошлого (что можно было бы только приветствовать), а именно тотальное переформатирование, смена, образно говоря, самой матрицы национального сознания. Этот процесс все активнее идет в школах и вузах, искусстве и науке. Можно только предполагать, кому и зачем это нужно, и гадать, во что все это выльется.

«Все забывается легко:

Былая красота, отвага, смелость...

Все заберет завистливое время.

И оклевещет!»

Слова Шекспира не утратили своей истинности. Именно так произошло в истории со многими, кого она сначала возносила, а затем низвергала. И судьба легендарного украинского народного полководца Николая Щорса в очередной раз это подтвердила. Не он первый, не он и последний...

У французов была юная Жанна д'Арк, воззвавшая к народу во имя спасения Франции. На Украине — юный Николай Щорс. Жанну д'Арк власть предержащие хладнокровно устранили, дабы не затмевала своей славой короля. Николая Щорса вычеркивают в независимой Украине отовсюду, дабы не затмевал битых им Петлюры и полковника австро-венгерской армии Евгена Коновальца, политических неудачников, вознесенных ныне в культовые герои независимой по стечению обстоятельств Украины.

Кто стремится искалечить душу Украины и остановить нашу страну на полном скаку?

Щорс, которому и двадцати пяти не было, имел за плечами фронт, образцовое служение воинскому долгу и проявленную личную доблесть. Комиссованный по болезни, он поднял народ против оккупации Украины немецкой армией, которую гетман Скоропадский впустил для грабежа, чтобы расплатиться за поддержку на Брестской мирной конференции, а затем и против поляков, призванных Петлюрой поддержать его правление в обмен на Волынь и Западную Украину. А заодно и против всех иже с ними.

Щорс вел народ за очищение своей земли от захватчиков и за лучшую долю. И был убит пулей в затылок своими временными попутчиками — большевиками.

А Коновалец пришел с галичанами в Киев вершить национальную революцию и создавать украинскую державу: украинскую по названию и языку, но непонятного социального и государственного уклада, сторонников у которой из-за этого в исконной Украине было катастрофически мало, раз приходилось звать на помощь интервентов и расплачиваться с ними то поборами, то территорией.

Вот и возникает вопрос: кто из них более близок был и народу, и его чаяниям?

Щорс побеждал всех как в бою, так и в маневре. Его не побеждал никто. Этим он походил на Ивана Богуна, с которого брал пример и именем которого далеко не случайно назвал свой полк украинских повстанцев. Да и погиб-то он точно так же, как и его кумир, от пули временных политических попутчиков. Щорс — в окопе от выстрела чекиста, едва перешагнув двадцатилетний рубеж, а Богун — на обочине дороги от пуль поляков, к которым примкнул служить, пребывая во время Руины в мучительных поисках окончательного выбора...

Выдающийся полководческий талант Николая Щорса признают даже те, кто вытравливает теперь всякую память о нем, кто нынче переименовывает названную в его честь киевскую улицу, меняя ее название на имя битого им полковника Коновальца. Кто ратует за упразднение поставленного в память о Щорсе прекрасного конного монумента — одного из пяти лучших не только на 1/6 земной суши, но и, пожалуй, даже в мире. В монументе нет ни вычурности, ни салонности. Он — само воплощение застывшей в металле прекрасной и короткой жизни героя. Действительно короткой, как выстрел. Зато сколько она вместила за один-единственный неполный год своего победного шествия!

Возможно, список сражений и побед как убедительное доказательство военного искусства и полководческого таланта Щорса больше соотечественники не увидят. Ибо из истории Отечества он будет изъят... Навсегда или только на время, не скажет уже никто. Но мы теряем яркую личность.

Ни пана, ни хама

Чтобы доказать враждебность Щорса украинской идее, раз он побивал и петлюровцев, и галичан, и поляков, и немцев, и гетманцев, и григорьевцев, тщательно составили и предоставили справку как бы научные сотрудники как бы Института как бы национальной памяти, которые вопреки названию своего как бы научного заведения из национальной памяти Николая Щорса злопыхательски пытаются вычеркнуть и оклеветать как врага украинского народа, а саму национальную память подвергнуть обрезанию. Вопрос только в том, кого они считают украинским народом, а кому в этом праве отказывают. В полку Щорса иностранцев не было. Была сплошь украинская беднота.

Но вот вопрос! Был ли он, истый украинец, хуторянин, селянский сын, честный боевой офицер, в самом деле враждебен украинской идее? Конечно, нет, иначе бы народ за ним как завороженный, как в свое время французские простолюдины за Жанной д'Арк, не шел. Вопрос только, что считать украинской идеей, а что не считать... Иначе он бы не сидел в окопах, где и встретил свою смерть. Он был апостольски красив и апостольски убедителен. И, сжигаемый окопным туберкулезом, за свою жизнь не цеплялся. Не петлял, как Петлюра, не политиканствовал, как другие.

Он был ясен и понятен, идя за такую правду, которую понимал народ, к которому он принадлежал и по происхождению, и по положению, и по убеждению. Он как эсер служил иной идее — той, которая созвучна истинно национальной идее украинства, согласно которой на Украине не должно быть ни пана, ни хама, а земля должна принадлежать селянам... Идее, от которой теперь намеренно отворачиваются в напрасных поисках ей замены.

За это и поплатился жизнью, когда большевики рассмотрели его поближе и убедились, что в его лице может объявиться новый Хмельницкий, новый Богун, который, войдя в силу, не будет их послушной марионеткой.

Вознесенный в комдивы и первые коменданты Киева, он звездным недугом не страдал и за чины не продавался. Он был истый лыцарь народно-освободительной и сугубо украинской по духу классовой войны — без страха и упрека. Такие ни Ленину, ни Троцкому не были не только нужны, но и глубоко враждебны, как всегда враждебны всем тиранам и доктринерам народные, а не политические вожди, которых они только на время и приблизили и поддержали в своих корыстных интересах. Теперь его трактуют как врага. Как врагом королю стала и спасшая короля и Францию Жанна д'Арк.

Владимир Винниченко, стоявший у истоков украинской независимой державы, позднее, словно о Щорсе и его оппонентах, писал в своем политическом завещании, утверждая, что можно побеждать, только опираясь на свой народ, а не на пришлых немцев и поляков, в чем и усматривал причину поражения и Скоропадского, и Петлюры.

Почему вспоминаем об этом?

Потому что к концу месяца, ориентировочно к 25 сентября 2017 г., конный монумент Николаю Щорсу, удивительное, гениальное творение скульптора Н. Лысенко и его талантливейших учеников и помощников — скульпторов В. Бородая, Н. Суходолова, архитекторов А. Заварова и А. Власова, должен исчезнуть с постамента. И никто уже не скажет, на время или навсегда.

Потому что далее — неопределенность.

Наступило время или сражаться за него, или прощаться с ним. Ибо все заберет завистливое время. И оклевещет.

Щорс уходит непобежденный и оклеветанный потомками тех, кого он побеждал, а его конный монумент будет убран, предварительно подло ими оскверненный.

Остается только поблагодарить настоящих киевлян, которые, потеряв свой город под волнами переселенцев, разобщенные и одинокие, делали что могли, чтобы отстоять и память о своих, а не пришлых героях, и сам памятник как подлинный шедевр монументального искусства. Отстоять от современных слепоглухонемых вандалов с извращенным представлением об украинском патриотизме и истории.

Оклеветанный и непобежденный

Обратный отсчет времени в существовании монумента Николаю Щорсу формально пошел с принятия Закона Украины «Об осуждении коммунистического и национал-социалистического (нацистского) тоталитарных режимов в Украине и запрете пропаганды их символики», которым предусмотрен запрет на все произведения искусства советского периода, где содержится, в частности, напоминание о деятелях коммунистического прошлого. А фактически обратный отсчет времени начался с заседания постоянной Комиссии по вопросам культуры, туризма и информационной политики Киевского городского совета VIII созыва, состоявшегося 15 марта 2017 г.

На повторное рассмотрение в этот день выносился проект решения Киевсовета «О мероприятиях относительно перемещения (перенесения) памятника военному деятелю Щорсу Н.А.» согласно представлению заместителя главы—секретаря Киевсовета В. В. Прокопива от 22.02.2017 г. №08231-481/ПР.

Председательствовала глава комиссии В. Муха при секретаре А. Поживанове. Решение принимала комиссия в составе пяти человек. Кроме главы и секретаря, в рассмотрении участвовали: Б. Бенюк, зампредседателя комиссии, и рядовые члены комиссии Л. Березницкая и А. Таранов.

Докладывал лично замглавы — секретарь Киевсовета В. Прокопив, подавая вопрос как личный проект исключительной политической важности, хотя это была лишенная новизны и авторства компиляция из того, что уже делали и говорили другие.

По состоянию на эту роковую дату из 144 памятников и памятных знаков, подлежащих в Киеве упразднению по закону о декоммунизации, нетронутыми оставались только 11. Среди них и величественный монумент Щорсу, внесенный Кабинетом Министров в государственный реестр памятников национального значения и имеющий соответственный этому охранный статус и номер.

Но замахнулись и на него под предлогом его спасения от самоуправного разрушения многочисленными легальными и нелегальными организациями ультра-патриотов, с которыми В. Прокопив находился в плотном переговорном процессе относительно решения дальнейшей судьбы памятника.

От комиссии он в настоятельной форме требовал принятия решения о демонтаже и переносе монумента в якобы безопасное место для дальнейшей демонстрации в экспозиции предполагаемого в будущем новообразованного музея тоталитарной пропаганды, честь идеи создания которого тоже приписывал себе.

В случае отказа он не гарантировал сохранности монумента и его защиты от повторения судьбы памятника Ленину, что звучало как откровенная угроза в завуалированной форме. Он не преминул напомнить, что радикалы в случае, если комиссия не поддержит предложения В. Прокопива, отрежет коню голову... Это читателю стоит принять к сведению.

На возражения экспертов и призывы общественников мобилизовать правоохранительные органы и не идти на поводу у радикалов, творящих в Киеве произвол, г-н Прокопив неизменно уверял в своей толерантности ко всем точкам зрения и вежливо отвечал, что уважает все мнения, но при этом категорически настаивал на принятии решения о демонтаже монумента якобы исключительно с благой целью его спасения от разрушения силами радикалов, велеречиво ссылаясь на правовую коллизию между законом «Об осуждении коммунистического и национал-социалистического (нацистского) тоталитарных режимов в Украине и запрете пропаганды их символики» и законом «О защите культурного наследия».

Политика вступила в открытый конфликт с искусством и диктовала устами г-на Прокопива свой не приемлющий возражений ультиматум. А в случае отказа от принятия его ультиматума он перекладывал ответственность за разрушение монумента на членов комиссии, что имело явные признаки морального давления и шантажа.

А почему не на Киевскую горгосадминистрацию, на которую возложена обязанность защищать культурное наследие в столице? Не на правоохранительные органы, которые обязаны стоять на защите общественного порядка и применять ст. 298 КК Украины ко всем геростратам?

На замечание о том, что В. Прокопив фактически расписывается в бессилии городской власти и ее неспособности обеспечить выполнение законов об охране общественного порядка и защите культурного наследия, он уверял, что правоохранительные органы неусыпно бдят, и нет причин для беспокойства. Как они на самом деле бдят, когда по политическим мотивам происходят нарушения с признаками уголовного преступления (согласно ст. 298 КК), вскоре всем станет ясно.

Присутствующие эксперты и представители общественности напомнили, что комиссия органа местного самоуправления не вправе принимать по этому вопросу какие-либо решения, поскольку решения по всем вопросам, связанным с памятниками национального значения, уполномочены принимать только или президент, или высший орган исполнительной власти в лице Кабинета Министров. В ответ

г-н Прокопив предлагал комиссии принять решение только о предложении Минкультуры заняться памятником Щорсу, которое якобы сугубо формально ждет такого предложения от Киевсовета для соответствующего обращения в Кабмин. Было ясно, что членов комиссии уполномоченные органы хотят использовать для того, чтобы самим умыть руки.

Вопрос о гарантиях сохранности и ответственности за целостность монумента после демонтажа Прокопив переложил на некую хозяйственную организацию, которой это будет поручено. Какой именно, он скрыл якобы из соображений безопасности монумента. Но при этом всплыл вопрос о судьбе других 40 произведений монументального искусства, которые были демонтированы таким же образом для будущего музея. Судьба их оказалась или плачевной, или вообще неизвестной. А посему этот вопрос спешно отложили для выяснения в будущем.

Предложение же страховать и такие, и все остальные памятники, дабы неповадно было на них поднимать руку и располагать средствами для их восстановления в случае уничтожения или нанесения им повреждений, вообще оставили без рассмотрения и в протокол не внесли. А зря! Как показали дальнейшие события, это было бы весьма кстати!

И тут прозвучало напоминание о том, что прежде чем принимать подобное решение о демонтаже и переносе монумента Щорсу, сначала необходимо вывести его из госреестра памятников национального значения и лишить регистрационного номера, чего так и не было сделано. А сделать это весьма непросто. Из реестра памятники и памятки национального значения выводятся только в случае их разрушения или нанесения им непоправимого вреда. Это условие, как показало ближайшее будущее, и сыграло роковую для монумента роль.

Нужное ему решение в ответ на выдвинутый ультиматум В. Прокопив на заседании комиссии продавил. Чтобы не превышать полномочий, комиссия проголосовала в поддержку предложения В. Прокопива направить соответствующее обращение о демонтаже и переносе памятника в Минкультуры, которое якобы его уже ждет не дождется, чтобы начать действовать, тремя голосами «за» при одном «против» и одном воздержавшемся.

«За» голосовали глава комиссии В. Муха, зампредседателя комиссии Б. Бенюк (секретарь комиссии — А. Поживанов); «против»: Л. Березницкая, воздержался А. Таранов. Двум последним наше уважение. Но остается вопрос: неужели тремя голосами можно принимать подобные решения вместо всех киевлян?! Ведь какое это открывает поле для злоупотреблений!

И ровно через пять дней после этого заседания, 20 марта, неизвестные, несмотря на принятое им в угоду как бы в обмен на неприкосновенность произведения монументального искусства беспринципное решение, отпилили статуе коня хоть и не голову, как предостерегал об этом тесно соприкасавшийся с радикалами В. Прокопив, а ногу. Разумеется, чтобы признать монумент поврежденным и под этим предлогом вывести из госреестра памятников национального значения и лишить его таким образом и охранного статуса, и соответствующего регистрационного номера.

А что же полиция, которая, по уверениям В. Прокопива, неусыпно бдит? Пробдела.

Невольно складывается впечатление, что так точно прогнозировать возможный ход событий, как это сделал на заседании комиссии В. Прокопив, может только тот, кто во многое посвящен. Уж простите эту конспирологию.

По факту причинения вреда памятнику национального значения в полицию было направлено заявление управления охраны культурного наследия департамента культуры КГГА. Минкультуры отмолчалось и отсиделось. Полиция по ст.298 КК возбудила уголовное дело.

Но расследование фактически не осуществляется. Дело оказалось как бы изначально тупиковое. Никаких зацепок. Хотя показания хорошо информированного — благодаря очевидно контактам с радикальными организациями и формированиями — Прокопива могли бы очень помочь следствию.

Собственно, это его конституционный долг и служебная обязанность, а также ответственность за слова, произнесенные в присутствии членов комиссии, экспертов и представителей общественности с клятвенным обещанием обеспечить неприкосновенность памятника от разрушения и повреждения в ответ на их уступку.

Отпереться от сказанного уже не удастся. Заседание комиссии зафиксировано на аудиозаписи и может быть вытребовано следствием. Вопрос только, захочет ли следствие это сделать и станет ли Прокопив давать свидетельские показания.

А вот коренные киевляне, которым отказано в праве самим принимать решения в родном городе, могут поспешить в последний раз взглянуть на свой любимый памятник, которого не смогли отстоять от пришлых. Ведь им его утрата нипочем. И теперь киевлянам предстоит решать: или они вернут себе родной город, или исчезнут вместе с его памятниками.

Все забывается легко...

Тем более, когда приказано забыть.

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...


Загрузка...

А если второй Стамбул?

Вы узнаете: действительно ли с Филарета снята анафема; возможны ли притязания...

«Гонгадзе» по имени Джамаль

Количество претендентов на престол не поддается исчислению, и за каждым — свои...

Зияющие вершины деградации

После зеленки и «мусорной люстрации» все более «актуальным» становится...

Еженедельник «2000» приглашает к сотрудничеству ...

Еженедельник «2000» приглашает к сотрудничеству молодых духом, но опытных и...

Загрузка...

Неудача России грозит обернуться бедой для Украины

Неразрешимые трудности на «европейском направлении» Кремль может попытаться...

Радость Климкина

«Французы называют Москву Моску, а немецкий Ахен — вообще Экс-ле-Шапель. И никого...

Смена риторики вместо смены вех

Менять «ястребиную» предвыборную стратегию, сформированную под значительным...

Широкой этой свадьбы было мало

Вы узнаете: кому нужно продление закона об особом порядке самоуправления в отдельных...

Интеграция Украины с Европой: дружно игнорируемая...

Европейские чаяния Украины носят необратимый характер, большая часть общества...

Зенитные комплексы, которые все изменили

«Силовая группировка» в российской власти может принять самостоятельное...

Комментарии 1
Войдите, чтобы оставить комментарий
Александр Пашин
25 Сентября 2017, Александр Пашин

Вот интересно – а в чей, собственно, адрес негодует автор? Господин Кинько не приветствовал, или хотя бы не одобрял агрессивный беспредел, именуемый майданом, породивший режим, творящий то, по поводу чего он негодует? Я умоляю- не-сторонник майдана и порожденного майданом политического дискурса вряд ли смог бы занимать должность, подобную той, которую занимает автор статьи. Их не предупреждали в свое время, чем заканчиваются лобзания с носителями идеологии, которых репрезентует упомянутый в статье «работник в области искусства» пан Бенюк? Или они надеялись, что вне всякого сомнения также «коренной киевлянин» с констатирующей фамилией Прокопив трепетно отнесется к памятникам анафемствуемой им и ему подобными эпохи? Вы, господин Кинько, и Ваши единомышленники полагали, что адепты агрессивного национализма- это действительно носители культуры, этики и морали? Что это расовые демократы, всосавшие ген толерантности из материнской груди?
Нет. Это фашня, самая настоящая, рафинированная, наглая, пассионарная. Уверенная в своей силе и в безнаказанности. И без разницы, что кто-то из них в балаклаве режет бронзовую конечность памятника болгаркой, а кто-то в костюме и галстуке заседает в Киевраде, или в сессионном зале парламента голосует за закон, отказывающий русским ( и не только) в образовании на родном языке. Это две формы одной и той же сущности. Это парадокс для приветствовавших гиднолюцию интеллигентов? А вот для меня это- закономерность.
Ах, народ не спросили? А отдает себе господин Кинько отчет в том, что народ- это уже не он лично и даже не ему подобные прекраснодушные интеллигенты? И даже не жалкое адекватное меньшинство киевлян, избежавших массового майданного психоза? А народ нынче- это как раз вот это самое конченное «стрибуче» зверье или инфантильные недоумки с картиной мира в башке, представляющей собой микс из Голливуда, Ютьюба и вульгарных мифов, являющихся содержимым нынешних школьных и ВУЗовских программ?
В теории права существует понятие вины, включающее две составляющие- умысел и неосторожность. Соответственно, вина субъекта вовсе необязательно связана с умыслом. В исключающей умысел составляющей вины юристы разделяют преступную самоуверенность и преступную халатность. Обе названных категории, хотя и определяют неумышленный характер деяний, тем не менее квалифицируют эти деяния как безусловно преступные. Преступная самоуверенность- это когда лицо, её допустившее, знало, что его действия приведут к тяжелым последствиям, но самоуверенно полагало, что этих последствий удастся избежать, а преступная халатность- когда лицо не знало о возможных пагубных последствиях собственных действий, но по занимаемой должности и положению обязано было об этом знать.
Господам интеллектуалам, мучительно ищущим виновных в том, что происходит крайние годы в гуманитарной сфере, вряд ли нужно так уж изнурять себя поисками- достаточно взглянуть в зеркало.

- 6 +

Получить ссылку для клиента
Авторские колонки

Блоги

Маркетгид
Загрузка...
Ошибка