Зенитные комплексы, которые все изменили

№40 (877) 5 — 11 октября 2018 г. 04 Октября 2018 2 3.5

Как новая стратегия России в Сирии скажется на развитии донбасского конфликта

2 октября российский министр обороны Сергей Шойгу доложил Владимиру Путину о том, что Сирии были переданы зенитные ракетные системы С-300. Сирийцы вместе с четырьмя пусковыми установками также получили оборудование для обнаружения самолетов противника: локаторы подсветки, основные системы определения и автоматизированные системы управления, которые до сих пор поставлялись только в российские вооруженные силы.

ЗРК С-300

Благодаря российским зенитным ракетным комплексам (ЗРК) сирийские правительственные войска смогут уничтожать израильские самолеты, периодически наносящие удары по позициям сирийской армии и шиитских формирований, находящихся под контролем Ирана.

О решении поставить в Сирию С-300 Сергей Шойгу сообщил еще 24 сентября. Поставку планировалось осуществить в течение двух недель. Но, как оказалось, хватило и одной: сирийские военные получили ЗРК и радиолокационную технику уже 1 октября. Скорее всего, российский министр обороны хотел успеть к совещанию президента с членами совбеза РФ, чтобы отрапортовать о завершении поставки на мероприятии, которое неизменно находится в центре внимания официальных СМИ.

Сергею Шойгу, по всей видимости, было важно подчеркнуть стратегическую важность произошедшего. Действительно, передача Сирии С-300 не только резко повышает эффективность сирийской системы ПВО, что существенно меняет расстановку сил в регионе. Этот шаг говорит об отказе российской власти от той линии, которую она проводила до сих пор в сирийском конфликте. Кремль, ранее неизменно подчеркивавший, что российское присутствие в регионе помогает обеспечить безопасность Израиля, вступил с последним в открытое противостояние.

Причем произошло это весьма неожиданно.

То, что министр обороны РФ в качестве предлога, оправдывающего поставку ЗРК в Сирию, использует аварию 17 сентября российского самолета-разведчика ИЛ-20, которая унесла жизни 15 российских военнослужащих, только подчеркивает то, что реализуется давно разработанный план.

Самолет сбили сирийские ПВО, которые пытались ответить на атаку израильской авиации. Причем к тому времени, как сирийский расчет выпустил ракету, поразившую российский самолет, израильские летчики уже завершили нанесение удара и возвращались на базу. Поэтому первоначальная версия минобороны о том, что они попросту укрылись за заходившим на посадку ИЛ-20, оказалась ширмой, призванной оправдать ответные действия Москвы коварством израильтян и их моральной нечистоплотностью.

Когда же это оправдание не нашло подтверждения и поддержки, Шойгу попросту обошелся без него. Впервые за все время конфликта российское военное ведомство фактически объявило Израиль враждебной державой, которая угрожает безопасности российских военнослужащих, находящихся в арабской республике. Именно необходимостью их защиты Шойгу и объяснил передачу ЗРК в распоряжение Дамаска. И уже через неделю после трагического происшествия глава минобороны РФ сообщил о завершении отбора группы сирийских специалистов, которых в течение трех месяцев будут обучать пользованию зенитными системами. Такая оперативность говорит о том, что министерство еще до гибели ИЛ-20 вело необходимую подготовку.

Наличие у Минобороны подробного плана по передаче Сирии современных российских ЗРК и обучению сирийских расчетов, которые будут их использовать, представляется совершенно естественным.

Сергей Шойгу вскоре после своего назначения на пост министра (это произошло 6 ноября 2012 г.) пытался получить разрешение Владимира Путина на поставку в Сирию комплекса С-300. Но тогда передача ЗРК сирийским ВС была остановлена высшей российской властью по просьбе израильской стороны.

Теперь, как видно, ситуация изменилась.

Но было бы ошибкой объяснять изменение российской позиции только геополитическими переменами.

Несомненно, израильские удары по сирийским и иранским формированиям ослабляют позиции России в регионе. В результате складывается впечатление, что Кремль не может защитить даже своих ближайших союзников, а потому, мол, делать ставку на сотрудничество с ним довольно рискованно.

Вплоть до недавнего времени подобное регулярное унижение со стороны Израиля компенсировалось надеждой на то, что американская администрация, оценив важную роль России в обеспечении безопасности своего ближайшего союзника, не будет возражать против усиления российского влияния на Ближнем Востоке.

Долгое время такие расчеты выглядели совершенно оправданными. Администрация США не возражала против того, чтобы Россия стала одним из ведущих игроков, оказывающим решающее влияние на развитие сирийского конфликта, несмотря на то, что Кремль поддержал силы, откровенно враждебные Вашингтону. Более того, США смирились с решением российской власти добиться спасения режима Асада (что и было сделано в 2015—2016 гг.) — вопреки тому, что тем самым Россия уничтожила результаты многолетних усилий трех американских союзников — Саудовской Аравии, Катара и Турции.

Но теперь, когда очевидно, что Башар Асад в обозримом будущем останется главой сирийского государства, Москва оказалась перед тяжелым выбором. Она должна либо сократить свое военное присутствие в Сирии, что невозможно без серьезного компромисса с США, в определенной степени обнуляющего прежние достижения. Либо превратиться в главного оператора конфликта, лидерство которого признают и все остальные игроки.

Если же Москва попытается заморозить ситуацию (подобно тому, как это сделано на Донбассе), не снижая уровень поддержи Асада, но и не переходя к более активным действиям, то она будет попусту тратить ресурсы, лишь наблюдая за тем, как все большее влияние приобретают в регионе страны, успешно демонстрирующие свои военные возможности, — Израиль, Иран и Турция.

Судя по всему, Кремль более всего склонялся к последнему варианту, несмотря на его очевидную бесперспективность. Возможно, все еще сохраняется надежда на то, что военное присутствие в Сирии создаст предпосылки для начала масштабных переговоров с Вашингтоном. Хотя, нужно признать, что краткая эйфория, вызванная встречей Трампа и Путина в Хельсинки 22 июля, давно бесследно исчезла.

Может, Владимир Путин стремится избежать ссоры с Биньямином Нетаньяху и Реджепом Эрдоганом. Но российские интересы в Сирии объективно противоречат израильским и турецким. Несмотря на острое соперничество, Турция и Израиль сходятся в своей неприязни к Асаду, которому Россия помогла остаться у власти. Поэтому в случае усиления военной поддержки сирийского режима со стороны Кремля неизбежно возникновение российско-израильских противоречий, которые сильно осложнят международное положение России, и резкое обострение российско-турецкого противостояния, угрожающего планам крупнейших нефтегазовых корпораций РФ.

Отказ России от участия в наступлении на противников Дамаска в провинции Идлиб заставил российских союзников — Иран и Сирию — отказаться от реализации данного плана. Но вместе с тем он позволил Москве сохранить партнерские отношения с Анкарой. Заявление Путина 18 сентября о том, что гибель российского самолета-разведчика стала следствием трагического стечения случайных обстоятельств, явно было направлено на то, чтобы не допустить развитие конфликта с Израилем.

Причем российский президент особо подчеркнул, что это событие ни в коем случае не следует сопоставлять с инцидентом с российским СУ-24, который был сбит в ноябре 2015 г. турецким летчиком. Тогда, как заметил Путин, турецкий летчик действовал совершенно сознательно. Теперь же к гибели самолета привела цепь трагических случайностей, а не враждебные действия израильских военных.

Самое удивительное, что это заявление российского президента не произвело ни малейшего впечатления на российское Министерство обороны.

Оно не только не смягчило свое прежнее, крайне жесткое высказывание, но и сделало шаг, который нельзя рассматривать иначе, как открытое проявление недоброжелательного отношения к Израилю (имеется в виду передача Сирии С-300).

Если ход событий не удастся изменить, они могут принять крайне опасный оборот: из российской зенитной установки может быть уничтожен израильский самолет, либо же сами ЗРК станут жертвой удара израильской авиации. Тогда под угрозой окажутся жизни российских офицеров, без содействия которых сирийцам вряд ли удастся наладить раннее обнаружение самолетов противника и эффективную работу зенитных систем.

Безусловно, российский министр обороны в отличие от большинства российских политических игроков, опасающихся прямого конфликта с Израилем и США, напрямую заинтересован в усилении российского военного присутствия в Сирии. Для Сергея Шойгу это означает постоянное увеличение финансирования его ведомства и усиление собственного политического влияния (в т. ч. благодаря постоянному присутствию в медиа, которое гарантирует ему эскалация сирийского конфликта). Учитывая, что в российской политической элите в ближайшее время будет решаться вопрос об определении преемника Владимира Путина, такого рода выгоды могут оказаться чрезвычайно своевременными.

Причем в нынешней ситуации Сергей Шойгу может не опасаться того, что проведение им самостоятельного курса в Сирии приведет к его смещению с нынешней должности. Высшие политические круги России ослаблены противостоянием между группировкой Игоря Сечина и т. н. системными либералами относительно вопросов экономического развития. Кроме того, идет информационная кампания, направленная на ослабление Дмитрия Медведева, которая — пусть и косвенным образом — сказывается на положении Владимира Путина. Поэтому российский президент просто не может позволить себе отправить в отставку самого популярного министра.

Разумеется, внешнеполитическая стратегия Кремля останется прежней и будет, как и раньше, направлена на достижение соглашения с США, предусматривающего признание Вашингтоном российского лидерства на постсоветском пространстве.

О том, что «американское направление» остается главным в российской внешней политике, говорит назначение 29 сентября начальником управления администрации президента по внешней политике Игоря Неверова. Профессиональный дипломат Неверов, несколько лет работавший под началом Юрия Ушакова, помощника российского президента по международным вопросам, одного из наиболее активных сторонников идеи достижения компромиссных договоренностей с Вашингтоном, на протяжении 30 лет занимался проблемами США. Очевидно, что он назначен высокопоставленным чиновником кремлевской администрации, поскольку Путин продолжает надеяться на то, что ему все же удастся прийти к соглашению с американским президентом.

Нельзя отрицать, что такая возможность реально существует. И Вашингтон действительно решит договориться с Москвой, пойдя на уступки, в т. ч. и в украинском вопросе.

Однако в нынешней ситуации компромисс между Россией и США не стоит рассматривать в качестве гарантии прочного мира на Донбассе. Ведь, анализируя ход событий в Сирии, допустимо предположить, что российское министерство обороны в той ситуации, которая складывается в России, сможет отменить международные договоренности, если ему покажется, что они не соответствуют его интересам. И такие перемены в политических раскладах в Москве — тот новый нюанс, который уже нельзя будет не учитывать в дальнейшем при анализе и прогнозах развития ситуации как в России, так и вокруг нее.

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...


Загрузка...

Праздник для спекулянтов

Многие налогоплательщики, активные инвесторы и вкладчики украинских банков еще не...

Треть Донбасса — минное поле

В сегодняшнем обзоре региональных СМИ — актуальные темы, пребывающие в фокусе...

В серой зоне: обыденная жизнь в регионе украинского...

В «Записках из мертвого дома» — повествовании Достоевского о впечатлениях от...

«Я фашист, а ты приехал из Бангладеш...»

После накачки населения вполне определенного толка идеологией не стоит рассчитывать,...

Загрузка...

Морской бой с конфессиональными последствиями

Военное положение позволит окружению президента быстро укрепить престиж новой...

Желанная пора автокефалии

Линией на пропаганду исторических успехов власти стало тиражирование «успехов»...

Главное — соблюдение обрядов

Вы узнаете: какие дивиденды получила Украина вследствие инцидента в Керченском...

Смертельно опасное непонимание

Москва и Киев пытаются нанести друг другу как можно больший ущерб, подталкивая самих...

Азовский конфликт: причины роста напряженности в...

Увенчавшаяся жестким приземлением история дерзновенной и успешной эвакуации...

Вслед за вертолетами Авакова — геликоптеры...

В условиях военного конфликта на востоке страны, а сейчас — и с введением в ряде...

Комментарии 2
Войдите, чтобы оставить комментарий
pgrm

Министерство обороны Украины отменяет международные договорённости Украины, поскольку это не соответствует их интересам. Пардон, ошибочка. В статье написано почему-то Россия. Таки непонятно, то ли это намёк на активизацию действий пятой колонны коллаборационистов во власти для продолжения развала страны, то ли пан Галкин просто перепечатал кого-то из заокеанских желтопрессных советчиков (не путать с экспертными советниками-профессионалами), специалистов по Украине и жёлтому снегу, качество которого они легко определяют на вкус.

- -2 +
pgrm

Пустая статья, только время зря потратил. Как всё же хорошо, что пан Галкин точно знает на что надеется Путин, и о чём думают многие другие руководители государств.

- -1 +

Получить ссылку для клиента
Авторские колонки

Блоги

Маркетгид
Загрузка...
Ошибка