Будущее системы альянсов США:переживет ли она президентство Трампа?

№50(800) 16 – 22 декабря 2016 г. 15 Декабря 2016 2.5

В ходе предвыборной президентской гонки в США Дональд Трамп часто высказывал сомнения в полезности НАТО. И хотя он при этом утверждал, что не собирается выводить Соединенные Штаты из альянса, огульная критика этой структуры в его исполнении произвела неизгладимое впечатление на союзников США (хорошо это или плохо, сказать сложно).

______________________________________
Статья опубликована на сайте журнала Foreign Affairs 5 декабря 2016 г. © Council on Foreign Relations. // Tribune News Services.

Более безобидные комментарии Трампа (подобные заявления нередко озвучивались и до него) сводились к словесной порке партнеров США за неготовность по справедливости оплачивать свою долю расходов на обеспечение обороны в рамках НАТО. «Только 4 из 28 стран-членов (помимо Америки) тратят минимально необходимые 2% на оборону», — говорил Трамп в апреле. Он также заявил, что альянс «не уделяет должного внимания борьбе с терроризмом».

Более резкие нападки со стороны избранного президента (к примеру, он называл НАТО анахронизмом) нанесли серьезный удар по устоям альянса. Но тревожнее всего другое: он неоднократно давал понять, что гарантии США в сфере обороны — это некое подобие товара, пользоваться которым можно лишь при соблюдении определенных условий.

«Скажу честно, если они не в состоянии платить по счетам, пусть уходят», — заявил он на митинге в Висконсине, а позже несколько раз повторил эту фразу. По словам Трампа, если Россия нападет на входяшие в состав НАТО страны Балтии, Соединенные Штаты будут обязаны прийти им на помощь только в случае «если они будут выполнять свои обязательства перед нами». Обсуждая возможный вывод американских войск, Трамп говорил: «Если нам придется защищать Соединенные Штаты, мы всегда сможем действовать со своей территории, и это обойдется нам гораздо дешевле».

С учетом подобных заявлений и комментариев, подразумевающих сближение в отношениях с российским президентом Путиным, а также неизбежность обретения Японией и Южной Кореей ядерного арсенала, у лидеров альянса появилась тревога — вполне естественная реакция. Президент Южной Кореи провела беседу с Трампом всего спустя два дня после голосования, а генеральный секретарь НАТО принялся старательно убеждать всех (а возможно, и себя) в нерушимости альянса. 17 ноября с избранным президентом в резиденции Trump Towers встретился специально прилетевший для этого премьер-министр Японии Синдзо Абэ: он первым среди государственных лидеров предпринял такой шаг. В ходе этой (и других) встреч Трамп подтверждал обязательства США в рамках альянса.

На текущий момент неясно, какие из обещаний Трампа станут реальностью, а также насколько мощной (или хрупкой) окажется трансатлантическая и транстихоокеанская система альянсов США в ситуации новой неопределенности. Тем не менее анализ прошлого дает возможность понять, что именно следует ожидать от будущего.

Карточный домик

С исторической точки зрения, официально заключенные оборонные альянсы отличаются относительно коротким сроком действия и, как правило, условностью их сути. К примеру, Соединенные Штаты вступали в ряд ситуативных коалиций — от временного альянса с Францией в период Американской революции до краткого периода «боевого» участия США в Первой мировой войне. После терактов 11 сентября занимавший тогда пост министра обороны Дональд Рамсфельд так сформулировал идею условности и зависимости альянсов от стратегических обстоятельств: «В этой войне состав коалиции будет определяться миссией, и никак иначе», — писал он в то время, как администрация Джорджа Буша готовилась ко вторжению в Ирак.

В этом контексте многонациональный атлантический альянс, сформированный после Второй мировой войны, а также союзы США с ключевыми азиатско-тихоокеанскими партнерами, в которых Вашингтон играл ключевую роль ступицы, а союзникам отводились вспомогательные функции колесных спиц, выглядят относительно молодым явлением.

Но при этом они существуют вот уже две трети столетия, демонстрируя устойчивость и живучесть. Атлантический альянс пережил трансформацию европейской системы безопасности (от конфронтации по линии Восток—Запад до ориентации на основанный Западом порядок после завершения «холодной войны»). Причем в ходе этого процесса НАТО провело свою первую полноценную войну на Балканах, а затем и интервенции — в Афганистан и Ливию. В тот же период НАТО почти в 2 раза нарастило количество стран-членов.

В азиатско-тихоокеанском регионе фокус внимания управляемых Вашингтоном альянсов сместился от сдерживания СССР к формированию противовесов процессу становления Китая. Азиатские и европейские альянсы на практике продемонстрировали умение снимать внутреннюю напряженность в отношениях между своими членами: это глубокое и давнее недоверие между Японией и Южной Кореей, последствия затяжного (с 1966-го по 2009-й) ухода Франции из структуры подчинения военному командованию НАТО, а также непрестанные дебаты по поводу раздела груза ответственности.

И действительно, упомянутые альянсы оказались весьма прочными и способными адаптироваться к условиям, значительно отличающимся от обстоятельств, существовавших на момент их создания. Действующая система отличается немалой встроенной инерцией — так, американский военный контингент все еще находится в Европе и Азии. Всеобъемлющая интеграция систем управления и контроля, существование единых технических и процедурных стандартов на всех уровнях, а также совместная разведывательная деятельность на потенциальных полях сражений — все это дополнительно укрепляет альянсы. В целом такая система обеспечивает Соединенные Штаты беспрецедентным со стратегической точки зрения глубоким тылом — тем, о чем Китай и Россия могут только мечтать.

Никто не утверждает, что разрушительная риторика Трампа и бурное становление популизма на Западе не подвергают систему альянсов серьезным перегрузкам. Мало того, ей теперь предстоит пройти беспрецедентную проверку.

Проблема обещаний, данных Трампом в ходе избирательной кампании, в следующем: партнеры Вашингтона рассчитывают, что у американских президентов, полностью зависимых от своего электората, слово с делом не расходится. Естественно, реальность (или даже обычный стратегический здравый смысл) порой вынуждает президентов действовать иначе, но это те действия, которые нельзя было спрогнозировать.

Буша избирали не для того, чтобы он вторгался в Ирак, но теракты 11 сентября наделили его правом на это — даже несмотря на то что итог вторжения оказался в равной мере неожиданным и провальным. Не стоит иностранным лидерам тешить себя надеждой на то, что разжигающие вражду высказывания Трампа — это лишь тщательно выбранный им инструмент сиюминутного удовлетворения потребностей его почитателей, поскольку такая трактовка опасна. Она может означать и то, что реверансы Трампа в адрес лидеров Южной Кореи и Японии прозвучали лишь ради успокоения этих политиков и вовсе не являются серьезными заявлениями о намерениях.

Непростую ситуацию существенно усугубляет и раскол в рядах европейских членов НАТО в вопросе о том, как альянсу следует реагировать на непрерывные вызовы в сфере безопасности — такие как конфликт в Украине.

Позиции Великобритании в НАТО останутся незыблемыми, но эта страна представляет собой дезориентированного члена альянса, всецело погруженного в переговоры по условиям выхода из ЕС. Благодаря успеху популизма во всем западном мире те, кто сегодня до блеска надраивает собственные регалии, завоеванные в борьбе против элит, считают, что встать на сторону Путина теперь весьма выгодно.

И этот момент лишь разжигает костер риторики, направленной против политики истеблишмента, а Франция, Германия, Италия и Нидерланды в это время с неуверенностью входят в период предвыборных кампаний. Несколько государства ЕС (в том числе Болгария, Чехия и Венгрия) уже говорят о необходимости идти навстречу России, а становление полуавторитарных режимов в Венгрии и Польше ставит под сомнение саму суть понятия общих ценностей ЕС и НАТО. И теперь Европа с каждым днем все больше напоминает карточный домик, готовый рассыпаться от малейшего дуновения ветерка.

Болевые точки

Наиболее пессимистичный сценарий выглядит так: на протяжении следующего года в Европе начнется развал системы международных альянсов, а эффект домино от этих событий отзовется мощным эхом в азиатско-тихоокеанском регионе. Данный сценарий может реализовываться несколькими путями.

Первый вариант напрямую зависит от планов НАТО по усилению присутствия альянса в Восточной Европе. С апреля по май 2017 г. НАТО предстоит сформировать так называемое «усиленное авангардное присутствие» в странах Балтии и Польши — в соответствии с решением, принятым на саммите 2016 г. в Варшаве. Оно, в частности, предусматривает размещение в Польше бронетанкового подразделения США Stryker (названного так в честь американской бронированной машины пехоты нового поколения). Отказ Америки от реализации ключевого плана по обеспечению усиленного авангардного присутствия подаст четкий сигнал (как союзникам, так и противникам) о том, что США умывают руки.

Второй вариант выглядит так: бросая вызов США и их союзникам путем интервенции в стратегически важные серые зоны Украины (Крым и Донбасс), Путин вполне способен стимулировать подрывную деятельность в балканских регионах, не относящихся ни к НАТО, ни к ЕС (например, в Боснии, Косово, Македонии и Сербии).

Нынешнее решение НАТО о дальнейшем расширении за счет Черногории (со стратегической точки зрения, это маргинальный актив для ЕС, при этом имеющий весьма высокую религиозную и историческую ценность для России) может обеспечить Путина поводом для вмешательства ради проверки степени решимости американцев.

В прошлом российский лидер весьма агрессивно реагировал на какие бы то ни было действия НАТО, казавшиеся ему личным вызовом. Так, после провозглашения независимости Косово Путин спровоцировал войну в Грузии путем признания самопровозглашенных государств — Южной Осетии и Абхазии. А когда Украине удалось свергнуть правящий режим, Путин аннексировал Крым. Вполне ожидаем и кризис в среде русскоязычного большинства Приднестровья — Путин же может воспользоваться им как предлогом для интервенции. Способен он в итоге пойти и на замену белорусского президента Александра Лукашенко более пророссийски настроенным лидером.

Третий вариант, позволяющий Трампу пустить альянс под откос, связан с иранским ядерным соглашением. Избранный президент уже пообещал разорвать его, «провести переговоры заново» или добиться «такой договоренности, какой вы еще никогда не видели».

На протяжении 4—12 месяцев с момента инаугурации Трампу придется определяться с тем, стоит ли продлевать действие решений администрации Обамы о временном снятии части санкций, ранее введенных в отношении Ирана. Если он не станет продлевать временный режим отмены санкций, то подаст сигнал об отказе США от соблюдения обязательств, предусмотренных совместным всеобъемлющим планом действий: это решение будет встречено дружной оппозицией со стороны остальных подписантов данного документа — КНР, ЕС, Франции, Германии, России и Великобритании.

В поиске страховки от рисков

На формирование таких вызовов Европа может отреагировать поиском сфер укрепления сотрудничества. Представитель правящей немецкой партии ХДС уже предлагает Франции и Великобритании совместно выступить в роли ядерного гаранта для всех европейских союзников. Но это правило и так действует (пусть и негласно) еще с 1974 г., когда атлантический альянс заявил, что ядерные арсеналы упомянутых государств станут вкладом «в общее укрепление потенциала сдерживания альянса в Европе».

Кроме того, очень сложно представить, что крайне враждебно настроенное по отношению к ядерному оружию население Германии вдруг примется приветствовать возрождение идеи возврата к полной зависимости от ядерного фактора сдерживания.

А потому наиболее вероятной реакцией Европы на утрату американских гарантий безопасности континента может стать политика страховки от потенциального давления со стороны РФ путем принятия на вооружение пророссийской политики, способной дополнительно усилить уже заданную Венгрией и Чехией после аннексии Крыма в 2014 г. пророссийскую тональность. В такой Европе у России будет широкое поле для маневров в вопросе укрепления собственного влияния далеко за пределами сформированных по итогам «холодной войны» границ СНГ.

Нет никаких сомнений в том, что восточноазиатские партнеры США тоже извлекут аналогичные уроки и будут стремиться застраховаться от конфликтов с КНР путем выработки новой и прокитайской политики: яркий пример подобной трансформации демонстрирует давний союзник США — Филиппины.

Кроме того, азиатские партнеры способны приступить и к укреплению национальной оборонной политики — например, страны, в прошлом задумывавшиеся о необходимости обзавестись ядерным арсеналом (Австралия и Южная Корея), теперь могут заняться этим вопросом вплотную.

Естественно, перечисленные варианты нельзя считать непременно неизбежными. Тем не менее Трамп вносит лепту в возможность реализации (пусть и отдаленную) таких сценариев. И будущей администрации президента США следует осторожно, но без промедления тормозить подобные процессы.

Но удастся ли не имеющему практического опыта работы новому главнокомандующему и его команде экспертов по национальной безопасности одновременно демонстрировать осторожность и расторопность? Об этом пока можно лишь гадать. Уверенность есть лишь в том, что ставки в вопросе сохранения глобальной стабильности, мощи и влиятельности США еще никогда не были столь высоки.

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...

Мезальянс с Альянсом

Если придерживаться мнения, что «НАТО – это единственный путь к завершению войны...

Прекратить кампанию дискредитации против Кубы

Во второй половине дня в понедельник, 5 апреля, генеральный директор по вопросам США...

Какая разница между Познером и Навальным?

Организаторам туристического бизнеса в Грузии, владельцам отелей, ресторанов и...

Миссия невыполнима?

Чернокожий человек визжит, кричит, упирается, явно в школу идти не хочет. Что делать...

Вершина мира

Жадность турфирм, организующих восхождение, большие деньги и амбиции постепенно...

Геостратегический кошмар США стал реальностью

Игра переходит в эндшпиль. Россия остается ферзем китайского короля, а Украина играет...

И текли куда надо каналы...

В Турции вот-вот стартует грандиозный логистический мега-проект, известный как канал...

На благо всего человечества

Китай будет отстаивать доступность вакцины для развивающихся стран, сделав ее...

«Хлопковая» война в мировом контексте: новый виток...

Активизация противостояния с КНР может быть вызвана не только объективными...

США: от политического реализма к идеологии «холодной...

Авария контейнеровоза, вследствие которой был заблокирован Суэцкий канал, показала,...

К нам приехал, к нам приехал... Джозеф Байден дорогой

25 марта он удостоился возможности поучаствовать в заседании совета глав государств и...

Трамп машет клюшкой

45-й президент США Дональд Трамп вовсе не собирается оставлять в покое 46-го президента --...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто
Авторские колонки

Блоги

Ошибка