Центральная Азия: шанс на расширение

№10(976) 11 – 17 марта 11 Марта 2021

Данные опроса, проведенного Центром социальных исследований «Социс 2000» («Не с Европой единой нам жить суждено», №9 (975), 4—10.03.2021), показывают, что большинство украинцев крайне мало информированы о состоянии отношений Украины с государствами Средней Азии и Казахстаном.

И это неудивительно — Средняя Азия и Казахстан (или, как принято говорить теперь, Центральная Азия) как будто выпадают из фокуса внимания украинских политиков. И — по-своему — являются исключением в ряду прочих государств постсоветского пространства. Всем известна история взаимоотношений между Украиной и ее непосредственными соседями.

Государства Прибалтики традиционно подаются как некое «окно в Европу» и «украинские адвокаты в ЕС» — едва ли не наиболее важные после Польши.

Государства Южного Кавказа также являются заметным фактором украинской политики. Грузия длительное время считалась практически основным «напарником» по проведению реформ на постсоветском пространстве — в силу достаточной схожести и единовременности трансформационных процессов. А налаженные организационные и личные связи во вторую половину «нулевых», когда у власти в обоих государствах стояли политсилы, ориентированные на Запад, оказывают свое воздействие на политику Украины и далее (судьба Михеила Саакашвили — только один, хотя и яркий, пример такого рода).

Заметная часть украинского политического класса сочла своим долгом занять активную позицию касательно конфликта между Арменией и Азербайджаном. Причем далеко не нейтральную. Позицию, основанную едва ли не на «мести» Армении за ее голосование по «крымской» резолюции Генассамблеи ООН в 2014 г. (несмотря на то, что с тех пор в Армении произошла смена власти), а также за стратегическую «пророссийскость». В общем, исходя из представления о том, что все, что вредит (ну, или кажется, что вредит) Российской Федерации, — хорошо для Украины.

Государства же Центральной Азии (кстати, на голосовании по той резолюции либо воздержавшиеся, либо отсутствовавшие) на этом фоне видятся как будто «неинтересными» для украинской политики.

Между тем экономические связи Украины с этими государствами существуют и развиваются, для различных центральноазиатских государств Украина является достаточно важным торгово-экономическим партнером. Причем Украина может выступать в роли как экспортера сельскохозяйственной продукции (в самом широком ее ассортименте), так и поставщика товаров и услуг в сфере энергетики (в первую очередь речь идет о гидроэнергетике). И это многолетние связи, сохранившиеся со времен Советского Союза.

Украина также является импортером промышленной продукции из Центральной Азии — в первую очередь из Казахстана и Узбекистана, чьи изделия автопрома имеют традиционно высокий спрос на украинском рынке.

Разумеется, от страны к стране ситуация может отличаться. С Казахстаном, к примеру, Украина до известной степени будет конкурентом на рынке зерна. При этом Казахстан закупает другие продукты украинского производства — маргарин, говядину, продукты из муки, крупы, крахмала.

Украина продолжает оставаться весьма привлекательным местом обучения для студентов из Центральной Азии. И хотя здесь, не исключено, сказывается инерция мышления советских времен, в образовании устанавливаются и новые связи — например, с середины 2010-х гг. заметно повышение интереса к украинским вузам со стороны студентов из Туркменистана. Правда, для студентов из Центральной Азии лишним препятствием может стать обязательное обучение только на украинском языке (Читайте, пожалуйста, материал Петра Шляхтуна «По пути вытеснения» на стр. В7).

Почему же взаимодействие Украины со странами Центральной Азии находится на относительно низком уровне? Дело, как представляется, опять-таки в идеологических соображениях, которые, увы, далеко не всегда основаны на непосредственных интересах Украины.

Относительное оживление политико-экономических отношений Украины с государствами Центральной Азии было заметно в начале 2010-х, когда Украина, пусть и не слишком умело и последовательно, но все же пыталась вернуться к политике «многовекторности» и балансирования между различными внешнеполитическими центрами силы.

В схожем ключе старались выстраивать свою политику и большинство государств Центральной Азии. Разумеется, специфика сохранялась.

Так, Узбекистан и Туркменистан практически сразу после обретения независимости взяли курс на построение сильных автаркий. И уже с этой позиции — достаточно замкнутых, но при этом экономически и в военном плане сильных государств — выходили на поиск партнеров на внешней арене.

В Таджикистане, а в особенности в Кыргызстане была заметна явная борьба внешних центров силы за усиление своих позиций в этих республиках. При этом даже таджикистанская политическая система выглядела относительно открытой (в сравнении с соседями), не говоря уже о Кыргызстане, с его постоянной сменой власти. Свой, специфический, путь развития сложился у Казахстана. Однако и его нельзя было причислить к государствам, находящимся под контролем какого-то одного центра силы.

В условиях, когда Украина, подобно этим государствам, пыталась балансировать между различными внешними центрами силы, были вполне понятные основания для взаимодействия с государствами Центральной Азии. А разность условий (и географического положения), в которых находились Украина и государства Центральной Азии, определяла низкую вероятность конкуренции «за внимание» этих самых внешних центров влияния.

Однако перемены, произошедшие после 2014 г., сказались и на отношениях Украины с государствами Центральной Азии. Смещение внешнеполитического курса Украины в безальтернативном западном направлении создало такие условия, при которых государства Центральной Азии как излишне, по новым украинским меркам, «пророссийские» не могли рассматриваться в качестве стратегических партнеров Украины. Не говоря уже о том, что взаимоотношения с ними не способствовали достижению основных заявленных целей — европейской и евроатлантической интеграции.

Единственные заметные исключения — переговоры о переводе «минского» формата в «нурсултанский», переговоры о поставках газа из Туркменистана — были связаны с теми случаями, когда контакты с государствами Центральной Азии (предположительно) открывали возможность для ослабления зависимости от Российской Федерации. И это на фоне того, что экономические связи продолжали развиваться. Например, с Узбекистаном, несмотря на «коронавирусный» 2020 г., товарооборот вырос на 130% в сравнении с 2019 г.

Заметным препятствием для налаживания взаимоотношений с республиками Центральной Азии является разница политических психологий стран. В большинстве государств этого региона (за исключением разве что Кыргызстана) мы наблюдали перерастание закрытой советской системы в новые, но такие же закрытые системы национально-бюрократического капитализма. Как правило — с сохранением основных ключевых игроков. Клановость (в чем часто упрекают украинскую политическую систему) здесь также носит совершенно иной, гораздо более системный характер.

Остается только сожалеть, что из-за всего этого Украина теряет шансы на полноценное и взаимовыгодное развитие отношений со Средней Азией и Казахстаном.

А ведь есть ряд факторов, объективно способствующих такому взаимодействию: это и отсутствие прямых внешнеполитических противоречий, и традиция производственных связей во времена СССР, и наличие немалых диаспор — как украинской в Центральной Азии, так и растущих центральноазиатских в Украине.

Слишком редкое сочетание обстоятельств, чтобы просто ими пренебречь.

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...

Чаус раздора и узурпация власти

В Молдове продолжается политическое противостояние между президентом Майей Санду и...

Дипломатия гибридной войны

США дисциплинируют антироссийскую черноморскую ось, и грузинский посол им нужнее в...

Выход из Союза – выход из Королевства: почему...

Невнимание британского премьер-министра Бориса Джонсона к обострению в Северной...

Остров зари багровой

«Куба – любовь моя», – слова этой некогда популярной советской песни,...

Мест за «круглым столом» хватит всем

Неуемное желание оппозиционеров любыми способами отстранить от власти «Грузинскую...

Почему Финляндия не вступает в НАТО

Для нынешних руководителей нашего государства этот вопрос не представляет особого...

МОЛОДО-ЗЕЛЕНО не только в Украине

На смену 67-летней Ангеле Меркель, которая в нынешнем году собирается уйти из канцлеров...

Мезальянс с Альянсом

Если придерживаться мнения, что «НАТО – это единственный путь к завершению войны...

Прекратить кампанию дискредитации против Кубы

Во второй половине дня в понедельник, 5 апреля, генеральный директор по вопросам США...

Какая разница между Познером и Навальным?

Организаторам туристического бизнеса в Грузии, владельцам отелей, ресторанов и...

Миссия невыполнима?

Чернокожий человек визжит, кричит, упирается, явно в школу идти не хочет. Что делать...

Вершина мира

Жадность турфирм, организующих восхождение, большие деньги и амбиции постепенно...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто
Авторские колонки

Блоги

Ошибка