Афганское направление донбасского конфликта

№35(831) 1–7 cентября 2017 г. 31 Августа 2017 2.9

Афганский сценарий годится и для Украины?

28 августа Владимир Путин провел в Будапеште переговоры c венгерским премьер-министром Виктором Орбаном, обсудив с ним перспективы экономического сотрудничества. Этот визит российского президента, который ведет избирательную кампанию, сражаясь не столько с соперниками (которых у него попросту нет), сколько с образом милитариста и изоляциониста, был призван показать заинтересованность российской власти в партнерских отношениях с Евросоюзом.

Этот шаг мог бы оказаться особенно эффектным на фоне внешнеэкономических заявлений Дональда Трампа, регулярно угрожающего перейти к протекционистской политике и ставящего под сомнение (к ужасу главы Европейского Центробанка Марио Драги) принципы свободной торговли.

Однако после «афганской» речи Трампа, с которой он выступил 21 августа на военной базе Фортмайер (США), стало ясно, что Вашингтон нашел новую точку приложения геополитических усилий, и теперь многие вопросы международной жизни, в т. ч. и торговые разногласия между США и ЕС, будут решаться в зависимости от того, как развивается ситуация вокруг Афганистана.

Местные традиции нужно уважать

21 августа вице-президент США Майк Пенс опубликовал передовую статью в одной из самых популярных американских газет «США сегодня» (USA Today), традиционно ориентирующейся на республиканцев. Статья Пенса посвящена разъяснению важнейших положений новой стратегии США в Афганистане, которая была сформулирована Трампом в его упомянутой выше речи, произнесенной — что крайне символично — в тот же день.

Вообще ажиотаж, созданный американской администрацией вокруг выступления президента по афганской проблематике, говорит о том, что высказанные им мысли относятся не только к планам США в Афганистане, но и к внешнеполитическому курсу Вашингтона в целом.

В этой связи особую важность представляет тезис Пенса (вынесенный вице-президентом в самое начало статьи) о том, что США не станут навязывать Афганистану централизованное управление, которое противоречит афганским традициям, предполагающим сильную местную автономию. При этом американская администрация будет подталкивать общенациональное правительство Афганистана к борьбе с коррупцией, настаивать на проведении реформ и помогать укреплению сил безопасности. Последнее очень похоже на то, как действуют США в Украине.

Безусловно, тезис о противоречии централизованного управления местным традициям нельзя автоматически распространять на подход США к украинской проблеме, которая отошла на второй план во внешнеполитических проектах Вашингтона после «афганской» речи Трампа: на первом месте теперь прочно утвердились усиление военного присутствия в Афганистане и разрешение кризиса, вызванного испытаниями баллистических ракет в КНДР.

Однако было бы по меньшей мере странным, если бы американская администрация собиралась игнорировать при разрешении второстепенных для нее вопросов те принципы, которые должны обеспечить ей успех в основном для нее внешнеполитическом проекте, которому она придает огромную важность. И потому нельзя не отметить, что данный тезис из статьи Пенса (который является переложением мысли Трампа) совпадает с одним из пунктов Минских соглашений, предусматривающим широкую автономию для территории, которую занимают самопровозглашенные «ДНР» и «ЛНР», после ее возвращения в украинское правовое и политическое пространство.

Что же касается традиции де-факто политической автономии, то она утвердилась на Донбассе сразу же после обретения Украиной независимости. Все украинские президенты, начиная с Леонида Кравчука, вынуждены были считаться с тем, что экономической и политической жизнью региона управляют несколько группировок, конфликтующих друг с другом, но сохраняющих видимость единства перед лицом центральной власти.

Уже в начале 2000-х у донбасских групп появились политические амбиции и на общенациональном уровне, в результате чего была создана Партия регионов, которая стала главным средством реализации этих амбиций. Вооруженный конфликт на Донбассе — прежде всего следствие провала попытки части «донецких» любыми средствами удержать полученную власть и стремлением России (непродуманно связавшей свое присутствие в украинском пространстве с данной группировкой, о чем «2000» писали все последние годы правления Януковича) спасти своих союзников от полного уничтожения.

Поэтому остановить военные действия и приступить к мирному урегулированию на Донбассе не удастся до тех пор, пока политическая группировка, потерпевшая поражение на общенациональном уровне, в союзе с выдвинувшимися благодаря российской поддержке местными деятелями последнего времени сохраняет контроль над частью «базовой» территории.

Единственной альтернативой этому является военное поражение Кремля. Но такой сценарий никем всерьез не рассматривается.

Вряд ли можно сомневаться в том, что американская администрация хорошо понимает непосредственные причины и скрытые механизмы донбасского конфликта. Однако она до сих пор не требовала от украинского руководства, которое полностью зависит от ее поддержки, быстрого и безусловного выполнения «украинской части» Минских договоренностей.

Подобная позиция Вашингтона легко объяснима. С самых первых дней своего активного вмешательства в украинский политический кризис американская администрация ставила перед собой две основные цели.

Во-первых, не допустить вхождения Украины в зону влияния Германии (эта цель была кратко сформулирована в знаменитой фразе Виктории Нуланд Fuck the EU, которая относилась прежде всего к Германии).

Во-вторых, администрация США делала все возможное, чтобы не позволить России спасти режим Януковича и укрепить тем самым свои позиции в украинском политическом пространстве, да и в Восточной Европе в целом. Не стоит забывать, что в то время поддержкой Москвы пользовались власти Словакии, Чехии и Венгрии. А эти страны непосредственно граничат с Украиной.

С немецкими амбициями администрации Обамы удалось покончить довольно быстро. Арсений Яценюк и Петр Порошенко вытеснили на второй план ориентировавшегося на Германию Виталия Кличко, который претендовал одно время на лидерство в оппозиции и был способен, благодаря своим связям, стать гарантом личной безопасности для ряда влиятельных представителей «донецкой» группировки (оказав тем самым важную услугу Кремлю). Вскоре знаменитый спортсмен, перед которым, казалось, открывались самые широкие политические перспективы, потерял даже теоретические шансы стать в обозримом будущем главой государства.

С Россией дело оказалось намного сложнее. После бегства Януковича Москва постоянно поднимала ставки. Россия сперва присоединила Крым, затем поддержала выступившие против нового государственного руководства разрозненные и разнородные политические силы Донбасса, обеспечив их консолидацию и предоставив им все необходимое для вооруженного сопротивления. На востоке Украины разгорелся вооруженный конфликт, остановить который не удастся до тех пор, пока условия его урегулирования не будут приемлемы для российской власти.

Минские соглашения позволяют создать условия для перехода от политического противостояния к мирному урегулированию. Но их практическая реализация вплоть до недавнего времени могла создать впечатление, что Россия все-таки добилась своего, заставив Киев согласиться на появление региона, обладающего широкими полномочиями, автономным статусом, экономической независимостью от центра и находящегося при этом под российским влиянием.

Ситуация изменилась после принятия конгрессом США законопроекта, ужесточающего санкции против России и затрудняющего их снятие: теперь американская администрация не сможет обменять ослабление санкций на частичные уступки. Стало ясно, что на Кремль собираются давить вплоть до его очевидного поражения. А после «афганской» речи Трампа и обвинения России в поставках оружия талибам, которые объявлены безусловным противником США, подлежащим уничтожению, вряд ли можно сомневаться в том, что американская политическая элита собирается последовательно усиливать напряженность в отношениях с российской властью, вынуждая ее отказываться от соперничества с США во всех важных геополитических регионах.

Теперь ничто не мешает Вашингтону на выгодных именно для него условиях заняться не только в Афганистане, но и в Украине урегулированием сложившейся ситуации и политическим строительством, безусловно, с учетом местных традиций и особенностей. Соответственно Киев заставят выполнять Минские договоренности, как только американская администрация поймет, что Москва не сумеет извлечь геополитические преимущества из автономного статуса регионов, возвращающихся в украинское политическое пространство.

Внутренние разногласия VS международные переговоры

Вопрос о сроках урегулирования донбасского конфликта, судя по всему, не имеет для США большого значения. Россия опасается усиления санкций и пытается сохранить связи со странами Евросоюза (и пока ей это удается). А потому не даст разрешения руководству «республик» на ведение наступательных действий. По слухам, несколько дней назад Донбасс был вынужден покинуть пользующийся покровительством Владислава Суркова писатель Захар Прилепин, который был неформальным автором идеи «Малороссии», предоставлявшей самопровозглашенной «ДНР» идеологическое прикрытие для противостояния с украинской властью.

Кроме того, существенно укрепилось положение украинской власти, которая, как казалось ранее, может пасть под давлением социального протеста или в результате переворота, организованного радикальными группировками. Рост мировых цен на металлы способствовал укреплению украинской экономики, и уровень социального недовольства несколько снизился. В ближайшие месяцы, если не произойдет ничего неожиданного, он не достигнет критического уровня, который мог бы позволить противникам власти использовать социальный протест для ее свержения.

Радикальные группировки утратили сочувственное отношение украинского общества (массовой поддержкой они никогда не пользовались). Поэтому хотя их еще можно использовать для шантажа власти (особенно в вопросах, связанных с ходом противостояния с «республиками»), какие-либо силовые действия с их стороны вызовут столь существенное общественное раздражение, что власть (если пожелает) сможет приступить к их ликвидации.

Поэтому главная угроза для американского курса в украинском конфликте — неожиданный распад режима Порошенко или его трансформация (в т. ч. в результате государственного переворота) в открытую диктатуру — если не окончательно преодолена, то надолго (вплоть до очередных президентских выборов) приостановлена.

У российской же власти нет возможности спокойно дожидаться наступления 2019 г., когда должны состояться президентские выборы в Украине. Дело здесь не только в экономических трудностях, создаваемых санкциями, которые скорее лишают Россию перспективы развития, чем оказывают влияние на текущее положение дел (главный негативный фактор, разумеется, снижение мировых цен на нефть и газ).

Новый закон о санкциях, подписанный Трампом 2 августа, предполагает публикацию данных о финансовом состоянии всех лиц, которые, по мнению американского минфина, входят в окружение Путина или связаны с российской властью. В результате десятки ведущих российских предпринимателей могут столкнуться с проблемами в отношениях с западными банками и корпорациями. Под угрозой окажется их собственность, а также спокойная жизнь их родных и близких в странах западного сообщества.

Не следует ожидать, что это вызовет восстание российской элиты против Путина (хотя против него в соцсетях уже началась активная и явно дорогостоящая кампания). Но в результате резко повышается важность той политической группы, которая является главным партнером США в переговорах по урегулированию донбасского конфликта и восстановлению нормальных отношений с Западом.

Поэтому Владислав Сурков, который уполномочен обсуждать эти вопросы со специальным представителем госдепа по Украине Куртом Волкером, оказался под ударом влиятельных политических недоброжелателей, стремящихся ослабить его позиции.

Именно в этом качестве следует рассматривать арест Кирилла Серебренникова, который пользовался покровительством Суркова. Дело здесь не только в том, чтобы показать, насколько слабо внутриполитическое влияние российского представителя на столь значимых переговорах, который не может обеспечить защиту даже своим друзьям (как известно, Серебрянников поставил пьесу по роману Суркова).

Под угрозу поставлена политическая стратегия, которую проводил Сурков на протяжении всего правления Путина, заключавшаяся в том, чтобы обеспечить лояльность ведущих деятелей культуры, гарантировав им относительную свободу художественного высказывания и хорошие финансовые условия для творческой деятельности.

Арест Серебренникова, которому, если суд признает его виновным, угрожает длительный срок лишения свободы, создает почву для конфликта между Владимиром Путиным и обласканными властью представителями творческой интеллигенции, ранее воздерживавшимися от участия в каких-либо протестных действиях. В такой ситуации ставится под сомнение стратегическая линия Суркова, и он — по замыслу организаторов этой кампании — должен в значительной мере утратить возможность управлять внутриполитическим процессом, который оказывает серьезнейшее влияние на внешнеполитические действия российского государства.

Одновременно серьезный удар был нанесен и по позициям главы «Роснефти» Игоря Сечина, которого многие считают самым влиятельным человеком в России после Владимира Путина и весьма близким к нему. Суд, рассматривающий дело бывшего министра экономразвития Алексея Улюкаева (традиционно ориентировавшегося на Анатолия Чубайса), принял решение вызвать в качестве свидетеля Игоря Сечина. Последнего же Улюкаев обвинил в провокации взятки и заведомо ложном доносе. Причем суд принял свое решение по запросу обвинения.

Каждый, кто хоть немного знаком с российской политической системой, понимает, что прокурор не стал бы выступать с подобной инициативой, если бы не чувствовал поддержки в околовластных кругах. Но главное, 29 августа был отправлен в отставку замначальника управления собственной безопасности ФСБ РФ генерал Олег Феоктистов, который открыто отстаивал интересы Игоря Сечина и был непосредственно причастен как к задержанию Улюкаева, так и к аресту нескольких губернаторов, в т. ч. и Александра Хорошавина, бывшего руководителя Сахалина, где «Роснефть» реализует сразу несколько крупных проектов.

Индийские активы как очередной козырь

Во второй половине августа «Роснефть» объявила о завершении сделки по приобретению за 12,9 млрд. долл. 49% акций индийской компании Essar Oil Limited (EOL). Теперь крупнейшая российская нефтяная корпорация получила контроль над современным нефтеперерабатывающим заводом, расположенным в городе Вадинар на побережье Аравийского моря. Строительство этого завода было завершено только в 2006 г., а после модернизации в 2012 г. его мощность возросла до 20 млн. т в год. Кроме того, «Роснефти» досталась розничная сеть, включающая 3500 АЗС и глубоководный порт в Индийском океане недалеко от Персидского залива.

Т. о. стабильное обеспечение Западной Индии нефтепродуктами во многом будет зависеть от нормальной работы российского нефтяного гиганта, который сумел предложить более выгодные условия сделки, чем извечные соперники — Саудовская Аравия и Иран.

Политическое значение экспансии «Роснефти» в Индию резко возрастает в условиях новой стратегии США в Афганистане. Как теперь известно, президент США после долгих колебаний согласился принять предложение советника по национальной безопасности Герберта Макмастера и министра обороны Джеймса Мэттиса, настаивавших на увеличении воинского контингента и на ведении активных боевых действий, нацеленных на уничтожение движения «Талибан».

Но война с талибами потребует увеличения американского влияния в граничащих с Афганистаном бывших советских республиках Средней Азии, где в последние годы правления Обамы, стремившегося к сокращению американского военного присутствия, усилились позиции России (и Китая). Соответственно появляется еще одна линия американо-российского соперничества.

В то же время Вашингтон теперь явно делает ставку на укрепление союза между США и Индией — традиционным соперником Пакистана, поддерживающего талибов. Состоявшийся в конце июня визит в США индийского премьер-министра Нарендры Моди (тесно связанного со штатом Гуджарат, где приобрела НПЗ «Роснефть») показал, что стратегические интересы Индии и Соединенных Штатов полностью совпадают.

В такой ситуации попытка стать посредником в переговорах между руководством США и талибами, ранее предпринимавшаяся российским руководством, способна лишь создать новые проблемы Кремлю. В этом отношении содействие надежному обеспечению Индии нефтепродуктами, произведенными из арабской нефти, может принести России значительно большие дивиденды.

И потому вполне возможно, что Игорь Сечин, которого, как известно, связывают давние отношения с госсекретарем Рексом Тиллерсоном, может стать оператором переговорного процесса, направленного на восстановление нормальных отношений между Вашингтоном и Москвой и снятие (или хотя бы приостановку новых) антироссийских санкций.

Ранее России не удалось обменять уступки по «сирийской», «ливийской» и «северокорейской» проблемам на выгодные для Москвы условия урегулирования донбасского конфликта. В результате Кремль лишь получил новые линии напряженности в отношениях с Вашингтоном, усилившие стремление американской элиты покончить с российскими амбициями.

До торговли по афганскому вопросу дело, скорее всего, вообще не дойдет. Но отдельные группы российской элиты могут заслужить сочувственное отношение американской администрации за содействие усилению Индии, стабилизации Афганистана и американской экспансии в Средней Азии. В этом случае у них может появиться шанс защитить свои интересы и в процессе определения пути примирения России с Западом.

Банковая вновь угрожает американским интересам

Позиция США в донбасском конфликте подробно изложена Куртом Волкером, который за неделю, прошедшую после его встречи 21 августа с помощником президента России Владиславом Сурковым, успел дать интервью нескольким влиятельным СМИ, в т. ч. российскому телеканалу «Дождь» (последний считается рупором либеральной оппозиции). А также газете Financial Times, которая традиционно пользуется популярностью у представителей экономической элиты западных стран (читайте, пожалуйста, «Как Громыко с Хейгом» на стр. А2).

Волкер выступает за безусловную реализацию Минских договоренностей. Об этом сразу же после встречи с американским представителем заявил Владислав Сурков, усмотревший в этом доказательство совпадения взглядов США и России по наиболее важному вопросу.

Однако в главном позиции Вашингтона и Москвы все-таки расходятся. Для Кремля реализация Минских соглашений должна стать началом постепенного восстановления нормальных отношений между Россией и западным миром. Американская же администрация рассматривает эту реализацию как способ запустить процесс геополитического отступления России на всех направлениях — от Венесуэлы (правительство которой недавно получило в долг от «Роснефти» 6 млрд. долл.) до Северной Кореи. Только подобными устремлениями можно объяснить оживление «крымской» тематики, которую российские (и европейские) политики хотели бы заморозить на неопределенный срок.

В последних интервью Волкер неизменно подчеркивал, что главной целью американской политики в Европе является восстановление территориальной целостности Украины, при этом, по словам представителя Вашингтона, США не делают никакой разницы между Донбассом и Крымом.

Т. о. согласно американским планам Москва после восстановления украинского контроля над Донбассом должна будет заняться решением крымской проблемы, а Евросоюз, вместо того чтобы восстановить экономические отношения с Россией, вынужден будет продолжать оказывать на нее давление.

Разумеется, особого восторга у европейских политиков подобная перспектива не вызывает. Но рисковать экономическими связями с США (а Трамп будет рад любому поводу для того, чтобы ограничить торговлю с Евросоюзом) никто из европейских лидеров не станет.

Цель же Вашингтона — очевидное геополитическое поражение России, и, как подчеркнул Волкер, американская администрация не гонится за быстрым результатом. Создавая новые линии противостояния, США получают возможность усиливать противоречия между Россией и ее внешнеполитическими партнерами (так, продолжение Россией прежнего курса на сближение с Китаем может теперь вызвать недовольство традиционного соперника Пекина — индийской власти) и раскалывать российские околовластные круги, предоставляя отдельным группам российской элиты шанс самостоятельно решить появившиеся проблемы.

Разумеется, главной целью американского внешнеполитического курса (вопреки официальной украинской и российской пропаганде) является не геополитическое ослабление России. Для США намного важнее сохранить единство западного сообщества и ограничить в наиболее важных геополитических регионах рост влияния КНР, стремительно превращающейся в ведущую экономическую державу мира. Однако обе эти задачи Вашингтону будет значительно проще решить, если заставить Россию отказаться от нынешних внешнеполитических амбиций, претензий на лидерство на постсоветском пространстве и стремления к особым отношениям с Пекином.

Однако планы Белого дома по использованию донбасского конфликта для ослабления России могут быть сорваны — как это ни парадоксально — из-за стремления американской администрации превратить режим Порошенко в свою главную опору в украинском политическом пространстве. Примерно такую же ошибку делала в свое время Россия, связав планы по усилению своего присутствия в Украине с окружением Януковича.

Подобно предшественнику, своими действиями президент Порошенко, бесцеремонность и алчность близких к нему влиятельных политиков и деловых партнеров провоцируют одновременно и возмущение олигархических группировок, и рост социального недовольства.

И если эти процессы наберут достаточную силу, то неизбежный в таком случае новый виток еще более опасной политической турбулентности может подтолкнуть Вашингтон — несмотря на отступление Москвы на ряде других направлений — к мысли о необходимости принять российские условия урегулирования донбасского конфликта.

Ведь иначе дальнейшая дестабилизация ситуации одновременно и в центре Украины, и в т. н. зоне АТО может привести к полной анархии в стране. А значит, возникнет серьезнейшая угроза потери Соединенными Штатами контроля над Украиной, что равносильно провалу одного из наиболее удачных внешнеполитических проектов Вашингтона последних лет. А американцы, как известно, считают и просчитывают хорошо.

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...


Загрузка...

Украина Зеленского – вызовы для новичков

После 21 июля вся ответственность ляжет на плечи Зеленского, а время перестанет...

Указ Путина: российское гражданство теперь могут...

Российский президент расширил категорию жителей Донбасса, которые могут получить...

«Великолепная семерка» в украинском варианте

Владимир Зеленский уже созрел к каким-то действиям с Россией. Правда, он еще не знает, к...

Будапешт: "Избирательная кампания в Украине носит...

Петер Сийярто: «Венгрия стремится к нормализации отношений с Украиной в будущем...

Не станет ли национализм смертельной отравой для...

Сохранение националистического курса может увенчаться лишь бесконечным гражданским...

Зеленский рассказал о содержании разговора с Путиным

Зеленский сообщил, что обсуждал с российским президентом освобождение украинских...

Загрузка...

Реальные очертания люстрации

Расширив действие закона о люстрации, принятого в отношении чиновников эпохи...

Становление «зеленниалов»*

Обновление парламента ознаменует собой подлинный старт эпохи Зеленского

Сказка о двух люстрациях

Вы узнаете: о настоящих целях первых переговоров Зеленского и Путина; зачем отстранять...

Украина на рубеже новой эпохи?

Более всего Украина нуждается в политике, позволяющей искоренять коррупцию и...

Без Подола опрос невозможен

В 220-м округе Оппозиционный блок набирает 6,5% голосов. Речь может идти о тенденции...

Индустрия парламентаризма

Партия Шария ставит задачу качественного улучшения состава парламента, изменение...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто

Получить ссылку для клиента
Авторские колонки

Блоги

Idealmedia
Загрузка...
Ошибка