Игра билбордов

№ 5 (893) 1 — 7 февраля 2019 г. 31 Января 2019 4.9

К моменту выхода номера уже завершится регистрация кандидатов на пост президента Украины, и пока мы не знаем, сколько их будет. Но программы почти всех претендующих на хороший результат уже опубликованы на сайте Центризбиркома. Вот что там пишут о решении главной, согласно соцопросам, проблемы страны — вооруженного конфликта в Донбассе.

О теоретиках миротворчества и реинтеграции

Юлия Тимошенко, как и следовало ожидать, возлагает надежды на Будапештский меморандум — не только относительно Донбасса, но и Крыма. Вот в какие формулировки это упаковано. «Задача украинской армии на современном этапе — сдерживать агрессора и наращивать силы. Задача украинской дипломатии — во главе с президентом — идти в наступление и добиваться коллективных мер по принуждению агрессора к миру и возвращения Крыма и Донбасса. Мы добьемся организации настоящего переговорного процесса и восстановления мира в соответствии с Будапештским меморандумом. Мы вернем военно-дипломатическим путем мир и оккупированные территории Крыма и Донбасса».

Также в программе говорится о решимости добиваться компенсаций от России и о том, что программа реинтеграции Крыма и Донбасса, разработанная командой Тимошенко, «является альтернативой сегодняшней «минской формуле». Но в чем суть этой реинтеграции, не конкретизируется. Зато отмечается: «дипломатическим путем можно достичь только тех целей, для достижения которых достаточно военных возможностей. Именно поэтому одной из основ нашей стратегии мира и безопасности является укрепление украинской армии».

Т. е. дипломатическое давление в формате Будапештского меморандума окажется успешным, лишь когда украинская армия сможет победить на Донбассе. Однако на практике ждать такой возможности придется долго. А что будет, если с дипломатическим давлением не получится?

Программа Тимошенко на это не отвечает, зато отвечает программа Олега Ляшко: «Люди устали от войны на Донбассе... Я готов сделать все для мира. Но не ценой капитуляции... Я буду жестко отстаивать национальные интересы на международной арене. Вместо того чтобы гнуть спину перед «партнерами» — требовать от них выполнения Будапештского меморандума. Ведь, подписав этот документ, Украина отказалась от третьего в мире ядерного потенциала в обмен на гарантии безопасности. Если документ не выполняется — мы имеем полное право заявить о восстановлении статуса ядерной державы. С другой стороны, мы требуем прямого военного соглашения с США».

Причем, судя по контексту, такое соглашение Ляшко, по всей вероятности, считает необходимым независимо от выполнения Будапештского меморандума — как альтернативу НАТО. Во всяком случае об альянсе, как и о Крыме, у него ничего не сказано (впрочем, и у Тимошенко речь не идет об интеграции в НАТО, а лишь о переходе армии на стандарты этой организации).

Не говорится о НАТО и в программе Анатолия Гриценко, но Крым у него не забыт: «Капитулянтского возвращения Донбасса не будет — оккупированные территории вернем без «особых статусов» дипломатическими, военными, экономическими, санкционными средствами совместно с зарубежными партнерами. Это возможно осуществить в течение 5-летнего президентского срока. Не будет Украина уступать права на Крым в обмен на любые экономические уступки — в Крыму наши граждане, это наша земля, и Крым будет украинским!»

Т. е. Гриценко не говорит о возобновлении войны, но упоминает военные меры по возвращению территорий. У Тимошенко же речь идет о мерах «военно-дипломатических», которые, конечно, можно понимать и как сочетание войны и дипломатии, но в общем контексте ее программы эти слова, очевидно, означают подкрепление переговорного давления военной мощью.

Иной подход к конфликту у тех, кого обычно именуют кандидатами юго-востока. Так, в программе Евгения Мураева говорится: «Задача установления мира — многоуровневая, и прекращение боевых действий путем выполнения Минских соглашений и прямые переговоры всех сторон конфликта, восстановление экономических и социальных связей — только первый уровень. Второй уровень — прекращение войны как курса внешней и внутренней политики. Украина должна вернуть свой нейтральный, внеблоковый статус... Третий уровень — прекращение культурной войны внутри Украины и восстановление нарушенного политического баланса между западными регионами и юго-востоком».

У Юрия Бойко короче, но по сути очень похоже: «Украина выполнит все международные обязательства по установлению мира на Донбассе. Сделаем все, чтобы прекратить вооруженный конфликт исключительно мирным путем. Новая власть пойдет на прямые переговоры со всеми сторонами конфликта — ради мира и возвращения территорий и населения под юрисдикцию Украины».

Это записано в самом начале программы, а в ее завершающем разделе сказано: «Обеспечим реальный нейтралитет и внеблоковость Украины. Преодолеем противоречия со всеми странами-соседями, в том числе с Россией». У Мураева Россия прямо не упомянута, но прозрачный намек на нее очевиден в обещании «свертывания ориентации на конфронтацию со всеми соседями».

У Александра Вилкула и такого намека нет, в его программе «Мир и развитие: 4 шага к успеху» внешнеполитическая часть вообще отсутствует, но в разделе, посвященном новой Конституции, сказано о «внеблоковом статусе». Конституция же — второй шаг к успеху. А первый именуется — мир.

Кандидат обещает остановить войну за 100 дней. И вот что для этого предлагается: «Вводим на Донбасс миротворческий контингент дружественных стран и нейтральных государств (Беларусь, Казахстан, Азербайджан, Финляндия, Швеция, Австрия). Проводим выборы согласно специально принятым украинским законам с участием украинских партий. Получаем контроль над границей одновременно с объявлением результатов выборов».

Далее о возвращении переселенцев и восстановлении инфраструктуры. В чем отличия в рамках этой тройки? Мураев, подавший документы в ЦИК раньше Вилкула, давал понять, что тот заимствовал программу у него. Между тем в разделе по Донбассу гораздо больше сходства между Мураевым и Бойко. Так, оба говорят о выполнении Минских соглашений (Бойко, правда, не называя их прямо, упоминая как о «международных обязательствах»). Следовательно, признавая необходимость особого статуса Донбасса, — о переговорах с самопровозглашенными ДНР и ЛНР (не названных уже обоими кандидатами, но легко угадываемых под «всеми сторонами»).

А вот Вилкул не упоминает ни о Минских соглашениях, ни о прямых переговорах, но в отличие от них говорит о миротворцах и о контроле над границей. А это ключевые элементы урегулирования и для Порошенко.

Эти упоминания и умолчания играют ту же роль, что «Слава Украине!», чем завершился форум оппозиционеров в Запорожье. Это сигнал о том, что кандидат представляет тех, кого два месяца назад Арсений Яценюк в интервью брюссельской медиаплатформе EurActiv назвал «проукраинской восточной оппозицией», расшифровав тут же, что речь идет о части Оппозиционного блока с Ахметовым, Колесниковым и Новинским.

О новой альтернативе «Минску»

Но в принципе именно такой вариант решения конфликта поддерживают и посредники ОБСЕ по Украине, выдвинув свой мирный план. Так, 16 января глава МИД Украины Климкин в ходе совместной со своим словацким коллегой и действующим председателем ОБСЕ Мирославом Лайчаком пресс-конференции в Северодонецке заявил: «Представители ОБСЕ, которые работают на минской площадке, вышли с предложением создать совместную миссию ООН и ОБСЕ. Эта миссия должна иметь военный и полицейский компоненты и международную администрацию».

Сам Лайчак этой темы не развивал, и можно было подумать, что министр преувеличивает. Однако 23 января «Укринформ» со ссылкой на офис Спецпредставителя председателя ОБСЕ в Украине и Трехсторонней контактной группы (ТКГ) Мартина Сайдика сообщил следующее. Еще 6—7 декабря на полях заседания Совмина иностранных дел ОБСЕ в Милане имело место обсуждение концепции этой миссии, которую представил Сайдик, а разработали три человека: он сам, координатор политической подгруппы ТКГ Пьер Морель и глава СММ ОБСЕ и координатор подгруппы по безопасности ТКГ Эртугрул Апакан.

В офисе отметили, что все трое авторов выступали «в своих личных качествах», а «содержание документа и обмен мнениями по нему не оглашались». Но в опубликованном 24 января в австрийской газете Kleine Zeitung интервью дипломат уже не говорил, что эти предложения — сугубо личное мнение, а главное — изложил их содержание.

Основных элементов в плане Сайдика два. Первый — новый документ об урегулировании вместо Минских соглашений. Это договор, который должны подписать лидеры стран «нормандской четверки» и ратифицировать парламенты. При этом не уточняется, должна ли ратификация иметь место в четырех странах или лишь в двух.

Дипломат отмечает: «Нужен договор, который действительно имеет политический и юридический вес. Минские соглашения не ратифицировались ни российским, ни украинским парламентом. ...Наша идея состоит в том, чтобы придать документу такой политический вес, который побудит все стороны реализовать его».

Однако такой документ оформляет конфликт уже как украинско-российский, а подписание его лидерами самопровозглашенных ДНР и ЛНР, пусть в персональном качестве, как в Минских соглашениях, не предполагается. Это однозначно выгодно Киеву, но невыгодно Москве, которая постоянно подчеркивает, что она является не участником конфликта, а посредником. Формулировки же как первого, так и второго минских соглашений столь расплывчаты, что невозможно точно уяснить, кого они определяют участником, а кого — посредником.

Второй ключевой элемент документа — это функционирование на ныне неподконтрольной территории Украины международной администрации. Из интервью неясны многие нюансы. Известно лишь, что речь идет о «легкой переходной администрации ООН». Ее должен возглавить спецпредставитель генсека организации, который будет руководить силами как ООН (военными, полицейскими и гражданским персоналом), так и ОБСЕ. Общая численность миссии непонятна. Сайдик лишь утверждает, что можно обойтись меньшим числом, чем 20 тыс. человек.

Необходимость этой миссии Сайдик объясняет тем, что «за прошедшие годы мы увидели, что в Минском соглашении не все прояснено. Важным моментом является то, что для реализации центрального элемента, для проведения местных выборов, необходима помощь извне. Мы пришли к выводу, что это может быть только ООН. У ОБСЕ есть задача составлять мнение о выборах, поэтому она не может организовать выборы. К этому добавляется весь аспект безопасности. ...Сейчас наблюдатели ОБСЕ, которых около 600 человек, работая в Восточной Украине на площади 17 тыс. кв. км, на линии фронта более 420 км, не могут создать ее в одиночку».

Т. е. главная причина создания миссии — не столько безопасность, сколько организация выборов. Правда, в самих Минских соглашениях не говорилось не только о миротворцах, но и о внешней помощи в проведении выборов. Не было о ней ничего и в появившемся в сентябре-2015 плане Пьера Мореля, который якобы был одобрен «нормандской четверкой», но затем Киев от него открестился. И раз в интервью Сайдика говорится о международной переходной администрации ООН, речь идет не просто о помощи в их проведении, а о непосредственной организации. Везде, где такие администрации существовали, они осуществляли все гражданское управление на соответствующих территориях, в т. ч. и организовывали выборы.

При этом отдельно от администрации будет действовать Агентство по реконструкции Донбасса, которое в соответствии с концепцией Сайдика «должно быть организовано ЕС, следуя примеру того, что уже существовало на Балканах». Т. е. доноры будут выделять деньги на реконструкцию, а чиновники ЕС следить за тем, чтобы они расходовались по назначению.

Все это похоже на «миротворческую оккупацию», которую предлагал представитель госдепартамента США по переговорам по Украине Курт Волкер. Разница лишь в словесном оформлении предложений, австрийский дипломат избегает пренебрежительных выражений о фактических властях в Донецке и Луганске. Напротив, он говорит: «Минские соглашения четко предусматривают, что представители т. н. отдельных районов из Донецка и Луганска должны участвовать и быть услышанными в процессе. Мы предполагаем, что так должно быть и после принятия всеобъемлющего договора».

Однако непонятно, как предполагается их выслушивать и учитывать их интересы. В интервью Сайдик не говорит об отказе от чего-либо из прошлых договоренностей. Напротив, он подчеркивает: «Необходимо обеспечить то, что записано в Минских соглашениях, то, что эти люди в Донецкой и Луганской областях действительно получают права, которые содержатся в этих соглашениях».

Но политические пункты этих документов он упоминает выборочно. Сказано о выборах, амнистии и языковом самоопределении, не сказано ни о постоянно действующем особом статусе Донбасса, ни о закреплении его в Конституции Украины, ни о необходимости согласования как этого статуса, так и законодательства о выборах с представителями «отдельных районов» Донбасса.

Ничего не говорится о каких-либо обязательствах со стороны Украины. Эти упоминания и умолчания очень типичны для рассуждений того же Волкера и других западных политиков. Они всегда упоминают выборы, но редко говорят об особом статусе. Да, документ, подготовленный Сайдиком и его коллегами, конечно, должен быть более подробным, чем его интервью. Но все же публикация в газете — это выжимка самых главных его предложений.

Неудивительно, что в России план Сайдика встретил критическую оценку. Так, близкий к советнику президента РФ Владиславу Суркову директор Центра политической конъюнктуры Алексей Чеснаков в интервью ТАСС сказал: «Внимательно прочитал как предложения господина Сайдика, так и его комментарии к этим предложениям (вероятно, эксперт знаком не только с интервью, но и с самим планом. — С. Б.). Из всего предлагаемого потока идей вряд ли кому-нибудь будет хорошо понятно, в чем политическая и содержательная ценность документа, и почему он появился именно сейчас. ...Позиция Москвы по вопросу выполнения Минских соглашений неизменна — они должны быть полностью выполнены. Любые разговоры о «дополнении и развитии «Минска-2» выглядят как манипуляции и попытки создать условия для украинской стороны не выполнять взятые на себя обязательства».

В самом интервью содержится ключ к тому, почему план появился «именно сейчас». Разговор Сайдика с журналистом Кристианом Вершютцем завершается обсуждением темы влияния украинских выборов на процесс урегулирования, и интервьюер спрашивает: «Можно ли сказать, что время избирательной кампании будет использовано для процесса просачивания предложенного вами, чтобы, когда в Украине политическая ситуация снова прояснится, на основе этого документа вступить в серьезные переговоры?» И дипломат отвечает: «Это верно».

Т. е. предполагается, что период выборов должен стать для украинского общества и украинских политиков временем знакомства с планом (вероятно, надо ждать и рассекречивания этого документа). И, судя по интервью, именно их мнение — самое главное. О том, что могут быть какие-то возражения с российской стороны, там нет даже намека.

Трудно сказать, какой эффект вызовет «просачивание плана Сайдика», но уже очевидно одно. Эта идея на руку Порошенко. Тому в ходе кампании надо показать продвижение урегулирования в Донбассе на киевских условиях. Вскоре после того как украинскими делами в США стал заниматься Волкер, главным из этих условий стал ввод миротворцев ООН для передачи власти в Донбассе международной переходной администрации.

Но переговоры Волкера с Сурковым, где эта тема обсуждалась, давно прервались. А вот благодаря обнародованию плана Сайдика можно говорить, что идея миротворческой оккупации Донбасса получила второе дыхание в виде поддержки ОБСЕ. А ведь эта организация до сих пор в публичных выступлениях старалась быть равноудаленной от сторон конфликта. Следовательно, в поддержке этого плана Берлином, Парижем и прочими европейскими столицами можно не сомневаться.

О партийной дисциплине на местах

На минувшей неделе прервалось затянувшееся молчание Святослава Вакарчука относительно его дальнейших политических планов. 28 января в специальном видеообращении он заявил, что не будет баллотироваться на президентских выборах-2019. Вместе с тем он отметил, что будет работать со своей командой для перемен в стране и победы проевропейских сил. При этом он заявил, что не собирается поддерживать никого из нынешних кандидатов.

Участвовать в президентской избирательной кампании без собственного выдвижения и никого из кандидатов не поддерживая — это, безусловно, новое слово в политической практике, даже если делается это с прицелом на грядущую парламентскую кампанию. Но ведь помогать можно и храня электоральную невинность, ненавязчиво направляя интерес своих сторонников (около 3% Вакарчуку дают все последние опросы, сделанные еще до его официального отказа от баллотирования) в сторону нужного кандидата, а с еще большим успехом — вести контрагитацию, прямо или косвенно указывая, за кого не стоит голосовать ни в коем случае.

Политологи теряются в догадках, за чью команду будет играть Вакарчук, но рискну предположить, что он и те, кто за ним стоит, еще сами не решили окончательно. Обладатель 3-процентного президентского рейтинга и еще незамеренного дополнительного рейтинга (т.е. люди, может, не видящие его сегодня президентом, но прислушивающиеся к его позиции) — это в сегодняшних условиях просто колоссальный электоральный резерв. В борьбу за него уже включились многие кандидаты (в т. ч. открыто предлагая Вакарчуку сотрудничество). И теперь ему осталось только выбрать того, кто предложит лучшие условия.

Судя по последнему заявлению Вакарчука, таким кандидатом вряд ли станет Зеленский, ведь определение «проевропейский кандидат» не слишком и подходит Владимиру. Между тем соцопросы неизменно показывали, что электораты этих двух кандидатов наиболее переплетены. В отсутствие Вакарчука большинство его избирателей голосовали бы за Зеленского и наоборот. И, вероятно, проседание рейтинга лидера «Океана Эльзы» и связано с тем, что часть его поклонников ушла к основателю «95-го квартала». Сможет ли Вакарчук переубедить этих избирателей?

Сказанное выше не отменяет того, что напомнить о себе, не участвуя, с прицелом на парламентскую кампанию, показать себя самостоятельным игроком стало настоящим трендом нынешней президентской гонки. Некоторое время назад по всей стране (и особенно в Киеве) появились билборды с ликом столичного градоначальника Виталия Кличко. О явных сигналах, указывающих на то, что партия «УДАР» возвращается на политическую сцену в качестве самостоятельного игрока, я писал неделю назад. А днями, как стало известно, у него возникли проблемы со здоровьем (спиной), потребовавшие пребывания в австрийской клинике и лишившие его — главу высшего органа БПП, центральной рады партии — возможности принять участие в партсъезде, который выдвинул кандидатуру Петра Порошенко на второй срок.

А несколько ранее активную билборд-кампанию провел «Народный фронт», с напоминанием о своих заслугах вообще и своего лидера Арсения Яценюка в частности. И снова напомню, что неделю назад я говорил о демаршах Арсена Авакова, которыми он демонстрирует, что в президентской гонке он будет «над схваткой», в контексте — не даст никому задействовать административный ресурс, а ведь всем понятно, кто может на него рассчитывать.

Но самым знаковым следует считать официальное заявление, появившееся на сайте полиции Винницкой области, где находится епархия УПЦ, предстоятель которой решил перейти в ПЦУ. Во-первых, винницкие полицейские заявили, что «поступили десятки жалоб от граждан о нарушении их прав на свободу вероисповедания». Во-вторых, «с целью недопущения нарушения законов ... ограничения прав и свобод граждан и предотвращения совершения подобных фактов в дальнейшем» предоставили разъяснения законодательства, регулирующего вопросы религиозной деятельности.

А ведь это называется покушение на самое святое — главный пункт политической и предвыборной повестки президента. Так что, похоже, Арсен Аваков начал свою большую игру. Кроме того, Авакова не было и на мероприятии, на котором Порошенко объявил о своем выдвижении. Но в целом кворум из ключевых фигур власти собрать удалось. В поддержку Порошенко выступили Парубий и Гройсман, присутствовал и Турчинов. А заболевший Кличко прислал видеообращение. Особо же следует отметить генпрокурора, который, судя по всему, совершенно забыл свое обещание быть над схваткой и не стал его соблюдать даже сугубо формально.

Возникает даже вопрос: насколько было оправдано возвращение генпрокурора, ведь считать Луценко политиком, способным за счет своего личного рейтинга принести в копилку президента хотя бы сотые доли процента голосов, не приходится, тем паче что и сенсацией его фактическая поддержка Порошенко не стала.

В какой-то мере это относится и к Гройсману, от которого можно было бы несколько дистанцироваться как от чиновника, несущего главную ответственность за аховое положение дел в экономике. Ведь еще неделю назад тот же Луценко в своем программном интервью активно развивал мысль, что экономика — это не сфера ответственности президента, и тут нужно спрашивать с назначенного парламентом правительства. Собственно, и кампания Порошенко строилась на «армия, мова, віра», а экономические вопросы выводились на периферию.

Выступление Порошенко на форуме в свою поддержку показало, что решено эту тактику кардинально изменить, вероятно, потому, что она не приносит результатов, и вспомнить о том, что по-настоящему волнует подавляющее большинство граждан. Но причина приглашения и выступления Гройсмана, а также Луценко иная. Это сигнал местным элитам, что у президента все под контролем, ключевые фигуры не разбегаются, а в команде (а посему и на местах) не стоит занимать выжидательную позицию. Ведь, судя по всему, именно в дисциплинированном выполнении пожеланий сверху на местах Банковая видит главный залог победы.

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...


Загрузка...

Не только самые грязные, но и наиболее...

Вы узнаете: будет ли выполнен пакт о ненападении украинских силовиков; чьи ручные...

Баланс власти разрушен

Вы узнаете: кто получит наиболее ощутимый имиджевый удар в результате расследования...

Двуликий Янус украинской политики

Гротеск. Злая, на грани фола сатира. Много-личие. Откровенный блеф с полуулыбкой в зал....

Президентская гонка в Украине будет забавной

Состязание покажет — удастся ли кандидатам избавиться от наследия постсоветской...

Язык широких жестов

Вы узнаете: о начале реанимации партии «УДАР»; о тонкостях новых правил...

Левый спрос и правое предложение

Власть пытается оправдать и обезопасить свою антисоциальную политику, ограничивая...

Загрузка...

Перезагрузка иллюзий

В политической системе Украины произошла не перезагрузка, а системный сбой

Светские выборы на конфессиональной основе

Вы узнаете: какие три сигнала адресовал президент носителям административного...

Рука Банковой: импровизации исключены

В России влияние крупного бизнеса на политику минимально, в то время как в Украине —...

Выбор между ногой и ягодицей

Вы узнаете: как связаны возможные санкции против «Северного потока-2» с...

К военному положению через мат и пшик

Вы узнаете: как на Банковой, рассчитывая на «фактор воскресенья», не учли того,...

Выборы без перспективы мира

Кремль устраивает как Порошенко, так и Тимошенко

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто

Получить ссылку для клиента
Авторские колонки

Блоги

Лентаинформ
Загрузка...
Ошибка