Настоящих буйных много

№12 (858) 23 — 29 марта 2018 г. 21 Марта 2018 6 4

Очевидно, в тот момент, когда номер будет сдан в печать, Верховная Рада решит вопрос о депутатской неприкосновенности Героя Украины Надежды Савченко. По предварительной информации, он должен быть рассмотрен 22 марта, в четверг. Ну а переносить его Рада вряд ли будет — обвинения в адрес депутата слишком серьезны, чтобы парламентарии отложили рассмотрение до следующей пленарной недели, т.е. до начала апреля.

Думаю, это будет самое громкое в стенах парламента дело о снятии неприкосновенности. Ведь ранее никогда не шла речь об обвинении народного депутата в подготовке террористического акта в стенах ВР в масштабах, чудовищность которых — со слов генпрокурора — изумила страну.

Доказательства, правда, пока не предъявлены, поэтому поговорим о том, изменит ли это дело соотношение политических сил. Превратит ли оно Савченко в нового лидера?

О том, что Савченко понимала инстинктивно

О такой перспективе немало рассуждают в России. «Возвращение и помилование Савченко — это гениальная стратегическая операция России за последние десятилетия. А сейчас на Украине не знают, как загнать этого джина обратно в бутылку», — говорит Искандер Хисамов в эфире телеканала «Россия 24».

«Сегодня... родился по-настоящему рейтинговый оппозиционный кандидат в президенты этого кровавого провинциального цирка. Пожелаем им всем удачи», — пишет Александр Васильев во «Взгляде».

Однако, думаю, такие предположения явно преувеличены. Ведь до сих пор апелляции Савченко к народу в ее конфликте с властью ни к чему не приводили. Напомню, что 24 февраля прошлого года она после посещения неподконтрольной территории Донбасса записала в Фейсбуке: «Прошу всю Украину поддержать меня, как поддерживали меня, когда я была в плену. Я сейчас сознательно пошла на риск своей жизнью, чтобы освободить наших украинских пленных и довести гуманитарную составляющую минского процесса до финала. Прошу поддержки у Украины и мира. Мне очень нелегко, но я борюсь!»

В СБУ решили проверить информацию депутата Рады от БПП Татьяны Рычковой (до избрания в парламент в 2016 г. известный волонтер), которая с парламентской трибуны заявила: Савченко в районе Донецкого аэропорта встречалась с военнослужащими 79-й и 80-й отдельных десантно-штурмовых бригад и «подстрекала их оставить свои позиции и прийти сюда свергать преступную власть...» Рычкова попросила Генпрокуратуру и СБУ считать свое выступление депутатским запросом.

Тогда история закончилась ничем, по крайней мере для Савченко. Посещавшему с ней неподконтрольные территории переговорщику Владимиру Рубану закрыли пересечение линии соприкосновения, а Савченко отделалась нервотрепкой.

Никаких санкций к ней не применялись, и никто из военных не подтвердил публично информацию, озвученную Рычковой, которая сожалела об отсутствии видео. А как заявил один из десантников «Стране», смысл высказываний Савченко «был такой — она говорила, что войну пора прекращать, мол, война выгодна олигархам — Порошенко и Ахметову, и из-за них гибнут простые солдаты. И что на стороне сепаров есть тоже нормальные люди, с которыми можно договориться и закончить бойню. Но открытых призывов ехать свергать Пороха — не было».

Но не было и выступлений в поддержку Савченко — ни тогда, ни еще раньше, в декабре 2016-го, когда она в Минске встретилась с Захарченко и Плотницким, договорилась с ними об освобождении двух пленных украинок в качестве жеста доброй воли, за что поплатилась и членством во фракции, и мандатом депутата в ПАСЕ. Тогда же и парламентский комитет по обороне и безопасности решил исключить ее из своего состава, правда, Рада это санкционировала лишь 15 марта.

Главное же, что после всех этих событий рейтинг Савченко продолжил падение. Проведенный в мае 2017 г. опрос группы «Рейтинг» зафиксировал, что лишь 11% украинцев полностью или частично доверяли ей. Это худший показатель в списке из 16 политиков (где, правда, не было Яценюка и Авакова). Не доверяли же Савченко 78%, и по балансу между доверием и недоверием она обходила лишь Юрия Луценко и Владимира Гройсмана.

Поддержать ее как кандидата в президенты были готовы лишь 1,3% избирателей (от намеренных участвовать в выборах и определившихся), а ее партию на парламентских выборах — 0,7%. После этого Савченко почти перестала интересовать социологов. Но падение рейтинга продолжилось — в ноябре 2017 г. поддержка ее партии (опрос «Рейтинга») упала до 0,4%. И на фоне такой цифры логично, что фамилия Савченко не попала в часть анкеты, посвященную кандидатам в президенты.

А ведь согласно той же соцслуцжбе, еще мае — начале июня 2016 г., т. е. сразу после возвращения в Украину, Савченко была единственным политиком, имеющим позитивный баланс между доверием и недоверием (45% против 34%), а президентский ее рейтинг достигал 10% (также от намеренных участвовать в выборах и определившихся).

На чем погорела политическая репутация Савченко, понять легко. После возвращения у нее обозначилась магистральная идея, которая сводится к следующему: Украине нужен мир, и для мира надо вести прямые переговоры с лидерами самопровозглашенных ДНР и ЛНР. «Выйти на прямую связь без Минских договоренностей с ДНР и ЛНР, выйти на внутреннюю связь без третьей и четвертой стороны», — так сказала она 7 июня 2016 г. на радио «Эра». А в другом интервью в те же дни пояснила, что говорить с лидерами «ДНР» и «ЛНР» надо, поскольку «есть враг, а есть противник. Враг должен пойти домой. Это Россия. А противника можно переубедить, потому, что мы с ними одной крови приблизительно».

Да, высказывания Савченко, могли показаться ограниченными, поскольку ничего не говорили о формах политического урегулирования. Минские договоренности не отвергались, но как бы выносились за скобки — авось, в ходе прямых переговоров можно будет договориться до чего-то лучшего. Однако, с другой стороны, было ясно, что в отличие от большинства коллег она видит в жителях Донбасса и даже в лидерах самопровозглашенных республик не неполноценных русифицированных украинцев, не «совков» и не «ватников».

Тогда могло показаться, что Савченко играет роль тарана, благодаря которому Порошенко сможет убедить Раду принять требуемые Минскими соглашениями законы. Ведь если их поддержит человек, ставший для немалой части Украины символом патриотизма, значит, сомнения и оговорки многих депутатов должны отступить. Реальность не оправдала эту версию. Но Савченко все равно отстаивала свой план компромисса, причем делала это, на мой взгляд, умело.

Не имеющая фундаментального образования, она все равно инстинктивно понимала, что урегулирование возможно только по технологии step by step, когда стереотипы будут исчезать не сразу, а постепенно. При этом традиционный национал-патриотический имидж во многом сохранялся. Так, в октябре 2016 г., когда обсуждался закон о запрете допуска на украинский рынок антиукраинской литературы, Савченко говорила: «Російського агресора треба зупиняти, і в першу чергу треба зупиняти в нашій свідомості. Тому літературу вичистити в першу чергу, і це треба було зробити давно».

Впрочем, на фоне массы украинских политиков и журналистов особой русофобией она не отличалась, на Кубань — в отличие от Донецкого губернатора Павла Жебривского — не претендовала и вообще считала, что «лучше быть хорошими соседями, чем плохими братьями». А в общем контексте ее действий частая антироссийская риторика объективно выглядела соусом, под которым удобней реализовать идею прямых переговоров.

Вообще-то идея договоренности с сепаратистами, когда отношения с Москвой выносятся за скобки и антироссийская риторика сохраняется — отнюдь не изобретение Савченко. В самом начале АТО в таком ключе действовала и Юлия Тимошенко, когда в апреле 2014-го в Луганске встречалась с будущим первым лидером самопровозглашенной ЛНР Валерием Болотовым. А в сентябре, после первого Минского соглашения, тогдашний зам днепропетровского губернатора, а ныне мэр Днепра Борис Филатов говорил в интервью «Лиге»: «Нам придется идти по пути Чечни в Донбассе. Другого выхода нет... Россия тоже прошла опыт амнистирования и десепаратизации. Для сохранения территориальной целостности нужно уметь показать местной публике выгоду оставаться в составе Украины».

Но к моменту возвращения Савченко в Украину идея прямых переговоров не просто исчезла из публичного пространства, но и перешла в разряд криминала. И изначальный авторитет Савченко не мог сделать эту идею проходной, напротив — именно она стала разрушать ее репутацию.

О том, почему не сдадут

Это хорошо видно по сделанному в августе-2016 опросу группы «Рейтинг», по-моему, единственному обнародованному социсследованию, которое уделило особое внимание Савченко. Оказалось, что доверие к ней упало до 22%, недоверие возросло до 63%. Резонансные высказывания политика поддерживали лишь 36% тех, кому они были известны, но не поддерживали 49%. Причем наибольшее неприятие вызывали самые компромиссные высказывания — о необходимости амнистии участникам боевых действий со стороны сепаратистов (кроме их лидеров), и о том, что майдан и антимайдан стояли за одни и те же ценности, только не смогли понять друг друга. С каждым из них соглашались меньше 30%, не соглашались по 55%.

Эти слова Савченко больше всего поддерживали избиратели Оппоблока, но не поддерживал электорат «партий майдана», особенно «Свободы». Однако лично ей избиратели ОП не доверяли подавляющим большинством, тогда как в «партиях майдана» относились к депутату куда лучше — больше всего доверия было у сторонников «Батькивщины», где она тогда состояла, далее шли приверженцы «Свободы» и радикалов Ляшко. Т. е. симпатии к Савченко-политику были остатками симпатий к тому ее имиджу, который сложился, когда она была в российской тюрьме. Но повести за собой избирателей, изменить их взгляды она не могла, а для избирателей Оппоблока она закономерно осталась чужой.

В дальнейшем рейтинг Савченко неуклонно падал. Не знаю, понимала ли она, что сохранением линии на диалог с Донецком и Луганском она разрушала свою популярность. Зачем она это делала? Понять это труднее, чем ответить на вопрос, зачем украинские политики идут на непопулярные меры ради кредитов МВФ.

В предыдущем номере я уже писал, что американский эксперт Линдон Оллин сказал: «солдаты вообще-то воюют ради мира». Думаю, это касается далеко не всех, но судьба Савченко — как раз иллюстрация этого тезиса. Чувствовалось, что, испытав плен и тюрьму, она переживает за тех, кто попал в аналогичные обстоятельства.

Однако обмен удерживаемыми в рамках Минских соглашений — это государственный процесс. Не став частью государственного механизма, Савченко объективно могла рассчитывать лишь на то, что сепаратисты передадут ей пару человек в порядке доброй воли — как и произошло под конец 2016 г. Возможно, в дальнейшем передали бы еще, если б оказалось, что Савченко способна менять общественное мнение в Украине.

Но оказалось, что это общественное мнение ее отторгает. Ибо военные действия в Донбассе в глазах общества перешли в приемлемый для него формат. Диванные стратеги могут не опасаться, что их заберут на фронт. С отказом от проведения мобилизации там остались только те, кто решил связать свою жизнь с армией, а уровень потерь ВСУ, примерно соответствующий потерям украинцев в составе советского контингента армии в Афганистане, не слишком беспокоит население.

Да, линия фронта остается стабильной с февраля 2015 г., но власти удается создать у населения ощущение позитивной динамики развития конфликта. А это не только занятие пары сел в «серой зоне». Позитивная динамика — это когда в отношении противника можешь делать то, чего не мог делать вчера и позавчера, и это не влечет никаких негативных последствий.

Поэтому решение главы МВД Авакова не пускать 18 марта российских граждан в диппредставительства для голосования на президентских выборах в этой стране как раз и демонстрирует подобную динамику. Ведь в сентябре 2016-го, когда проходили выборы в Думу, власть в последний момент отказалась блокировать диппредставительства РФ. А вот сейчас это стало возможным.

Еще пример. Решение Кабмина разорвать программу экономического сотрудничества с Россией на 2011—2020 гг. Ведь программа — документ сугубо декларативный. Реально важные вещи — например, транзит газа или поставки ТВЭлов на украинские АЭС — регулируются договорами между хозяйствующими субъектами. После того как в 2007 г. срок действия предыдущей десятилетней программы истек, в течение трех лет отношения развивались без такого документа, однако возникавшие в тот момент сложности были вызваны вовсе не ее отсутствием. Но обществу-то эти нюансы неизвестны, поэтому безболезненный разрыв такой программы можно преподнести как украинский успех.

На таком фоне возрождение рейтинга Савченко под влиянием процесса над ней — вещь невероятная. Это подтверждается и историей с Саакашвили, который, несмотря на низкий рейтинг власти, не возродил собственную былую популярность ни репутацией преследуемого, ни массовыми протестами. Сравнение же с ним оказывается для Савченко невыгодным — ведь протестов такого масштаба организовать она не в состоянии, рейтинг обваливался еще больше, и пытаться связать ее с Россией еще проще.

Однако все это не значит, что Генпрокуратура легко добьется своего в парламенте. Посмотрим, какие аргументы предъявит она в сессионном зале, но пока не приходилось встречать серьезных экспертов, которые всерьез бы принимали аргументы обвинения, всплывшие на момент подготовки номера к печати.

Да, Савченко (человек, извините, безбашенный), например, 15 марта говорила с телеэкранов: «Украинцы, задайтесь вопросом, кто хоть раз не думал уничтожить эту власть, снести эту власть, как призывал майдан? Кто не думал взорвать Банковую или Верховную Раду? Военный переворот в Украине — это вполне ожидаемое и правильное событие...»

Согласимся, это было сказано под влиянием предъявленных обвинений, но еще 3 марта до ареста Рубана, после разгона «михомайдана», к которому она относилась критически, Савченко записывает в своем Фейсбуке: «Колiївщинi в Україні бути знову!!!» Ну и, наконец, 15 марта она, очевидно, и впрямь пришла в сессионный зал с гранатами, из-за чего коллеги с военным опытом вывели ее оттуда. Ведь на вопросы об этом инциденте она отвечала уклончиво, ни разу не опровергнув подозрения в свой адрес.

Но проблема в том, что в условиях постоянно нарастающей радикализации общественных настроений в Украине «настоящих буйных» политиков стало, пожалуй, слишком много. Савченко — одна из самых ярких, если не самая яркая, но при этом лишь одна из многих подобных фигур. К таким речам, как бы страстно они ни звучали в ее устах, мы уже привыкли, они стали обыденными в нашей жизни.

Хотя, безусловно, одно дело — слова о том, что хорошо бы свергнуть эту власть, сказанные в узком кругу или в пылу спора на очередном шоу, и совсем другое — личные практические действия по подготовке переворота или теракта, для которых совсем не обязательно перевозить оружие из Донбасса. Поэтому вполне можно допустить, что нашлись лица из числа военных, которые намеренно провоцировали Савченко поиграть в заговор. Хотя в таком случае — согласно практике ЕСПЧ — ее можно привлекать к ответственности, лишь если бы она могла реализовать такие намерения без тех, кто изначально выступил в роли агентов-провокаторов.

Разумеется, практику Европейского суда Генпрокуратура может проигнорировать ради целесообразности. Но ради той же целесообразности Рада может не сдавать Савченко полностью и придирчиво отнестись к прокурорским аргументам. Ведь сомнительное дело работает на создание предвыборной атмосферы, которая не нужна ни одному из противников Порошенко на президентских выборах, особенно Юлии Тимошенко, уже предвкушающей лидерство в президентской гонке. Вдруг окажется, что они тоже к каким-то заговорам причастны. Причем тут совсем не обязательно отправлять за решетку, достаточно замарать политическую репутацию статусом свидетеля в подобных уголовных делах, разгоняя по СМИ и соцсетям информацию, что свидетеля могут переквалифицировать в подозреваемого.

Поэтому, думаю, у многих депутатов сработает инстинкт самосохранения. Т. е. снятие неприкосновенности с Савченко ограничится лишь следственными действиями в отношении нее, а санкцию на арест Рада не даст.

О намеке, посылаемом нам

Тем более после того как в понедельник эффект разорвавшейся бомбы произвела публикация итогов февральского исследования КМИС, согласно которому лидером рейтинга является Юлия Тимошенко. Ее поддержали 24,6% респондентов, которые собираются голосовать и определились с выбором. Второе место занял лидер Радикальной партии Олег Ляшко с рейтингом 15,5%, третье — лидер партии «Гражданская позиция» Анатолий Гриценко с рейтингом 12,5%. Петр Порошенко занимает только четвертое в место в президентском рейтинге. Большая поддержка у сопредседателя Оппозиционного блока Юрия Бойко (9,7%) и оппозиционного политика Вадима Рабиновича (9,5%). Лидер «Самопомочі» Андрей Садовый — на седьмом месте с 4,9% голосов.

Еще печальней дела у президентской политсилы. По данным КМИС, 9,1% проголосовали бы за партию «Всеукраинское объединение «Батькивщина», 5,6% — за Радикальную партию Олега Ляшко, 5% — за Оппозиционный блок, 4,2% — за партию «За жизнь» Вадима Рабиновича, 3,8% — за партию «Гражданская позиция» Анатолия Гриценко, 2,7% — за Блок Петра Порошенко.

Напомню, на протяжении достаточно длительного времени практически все опросы демонстрировали близкую картину — лидировали с результатом 9—11% общего числа опрошенных (согласившихся отвечать) или тех, кто намерен принять участие в выборах, Петр Порошенко и Юлия Тимошенко с наметившимся относительно небольшим, но постепенно увеличивающимся отрывом последней. А далее, с отрывом в несколько процентов, группа из нескольких постоянно меняющихся местами кандидатов, что можно было объяснить как погрешностью выборки, так и «симпатиями» проводивших опросы социологических служб.

Так, с полгода назад, «яркой кометой» вплотную приблизился к лидерам Святослав Вакарчук, несколько месяцев спустя столь же стремительно и вовсе исчезнувший из президентских рейтингов (подробно о ситуации с этим кандидатом читайте, пожалуйста, «Идея роспуска ВР — распад системы или ее перезагрузка?», «2000», №9—10 (856) от 2—8.03.2018).

Так что-же, в электоральных предпочтениях украинцев действительно произошли радикальные изменения, или же мы имеем дело, скажем помягче, с «ангажированной социологией»? Конечно, КМИС считается одной из старейших и авторитетнейших украинских соцслужб, но, как известно, часто «девственность берегут, чтобы подороже ее продать», а сомнительные и просто скандальные эпизоды в истории КМИС уже были. И обратим внимание, что во всех случаях они происходили тогда, когда шла игра по-крупному, когда такие результаты должны были стать одним из решающих козырей в беседах с потенциальными спонсорами борьбы за президентское кресло.

В этом контексте обращает внимание, что в первой же фразе пресс-релиза КМИС о данном исследовании сказано, что оно проведено «по заказу клиента». Ранее такой оборот также иногда встречался в пресс-релизах КМИС, причем публикации сопровождались слухами о том, что клиентом является Юлия Тимошенко. Подача же итогов исследования сейчас сделана таким образом, чтобы акцентировать и сделать их более выпуклыми в глазах наблюдателей. Так, показана динамика рейтингов кандидатов в президенты и политических партий, согласно которой с сентября Юлия Тимошенко увеличила свою поддержку с 17,8% до 24,6%; Олег Ляшко — с 8,2% до 15,5%; в рамках статистической погрешности вырос рейтинг Анатолия Гриценко, с 11,1% до 12,5% (причем он даже несколько снизился по сравнению с декабрем, когда было 12,8%). И наконец — обвал у Петра Порошенко с 18,3% (в сентябре он еще опережал свою главную соперницу) до 9,8%. Да, в этом опросе в отличие от большинства социсследований в списке претендентов фигурирует и премьер Владимир Гройсман, но и суммирование его поддержки (4,2%) с поддержкой президента выводит Порошенко лишь на третье место.

Главное же — изменена методика расчета. КМИС, а за ним, естественно, и опубликовавшие результаты опроса СМИ привели цифры рейтингов только относительно граждан, которые определились с выбором, исключив не решивших, за кого они отдали бы свой голос, а также тех, кто решил голосовать «против всех» или вообще не идти на выборы (таковых набралось 59%). Причем в прошлых опросах КМИС (как и другие соцслужбы) публиковал данные от общего числа участников опроса.

Если же использовать корректную методику сравнения сопоставимых результатов, то все выглядит несколько по-другому. Тимошенко увеличила свой результат по сравнению с декабрем с 7,9% до 9,8% (прилично, конечно, но не до 25%), Гриценко остался на прежнем уровне — 5% и 4,9%, Ляшко вырос с 3,5% до 6,2%, а Порошенко упал с 6,5% до 3,9%. В такой интерпретации, согласитесь, изменение рейтингов выглядит значительным, но отнюдь не глобальным, ведь речь идет о единицах процентов, которые в ходе реальной избирательной гонки могут неоднократно поменяться.

Но результаты опроса КМИС следует рассмотреть с большой серьезностью как посылаемый всем нам намек на возможные расклады на будущих выборах. И первый из идущих к нам сигналов, скорее, не в усиливающемся лидерстве Тимошенко, а в обвале Порошенко. Однозначно дается понять, что он уже отыгранная фигура, которую обошла целая группа политиков, в силу чего он не имеет никаких шансов на переизбрание. А вот с тем, кого продвигают заказчики опроса КМИС, ситуация интереснее.

И со всей определенностью скажу, что это не Олег Ляшко. Ну сложно мне представить, что кто-то из серьезных закулисных игроков может рассматривать его в качестве реального претендента на президентское кресло. Также не думаю, чтобы при всем сегодняшнем «разброде и шатании» в украинском обществе значительно увеличилось число сограждан, которые всерьез рассматривают в этом качестве этого сугубо «нишевого» политика.

Тем более что за последние месяцы он никакими запомнившимися ходами не отличился, и даже шансы «заменить» собой графу «против всех» у него неумолимо снижаются — он все более воспринимается (и совершенно справедливо) как часть существующего украинского истеблишмента (так же, как его российский аналог Владимир Жириновский), ничем особо не отличающимся от тех, кого он обещает поднять на вилы.

«Взлет» Олега Ляшко — дымовая завеса, призванная несколько замаскировать начало раскрутки другого кандидата. И имя его очевидно — Анатолий Гриценко. Да, его электоральные позиции находятся в состоянии стагнации, но ведь и он не проявляет особой медийной активности, находится в политической «засаде», причем в весьма выгодной позиции.

Во всех рейтингах он в «группе лидеров», причем его «соседи» — Олег Ляшко, Юрий Бойко, Вадим Рабинович — по разным, но понятным причинам вряд ли могут рассматриваться как реальные претенденты на президентское кресло. А значит, в случае выпадения из президентской гонки действующего президента Гриценко становится главным соперником Юлии Тимошенко. При этом его нынешняя относительно низкая узнаваемость скорее идет в плюс, указывает на еще не использованный электоральный потенциал, а также на отсутствие негативного шлейфа. Так что, учитывая его давние и ни для кого не являющиеся секретом служебные связи с заокеанской державой, большой вопрос — на кого там сделают ставку? В любом случае его можно смело относить к реальным фаворитам стартующей президентской гонки.

Впрочем, интересно, что вслед за КМИС, 20 марта, данные своего опроса обнародовал центр «Социальный мониторинг», причем исследование проводилось в марте (а не в феврале, как у КМИС) и закончилось только 18 марта, т. е. обработка и публикация его итогов была произведена в рекордные для украинской социологии сроки. И в них, кроме увеличившегося отрыва Тимошенко, все достаточно традиционно: Тимошенко — 13%; Порошенко — 8,6%; Гриценко — 6,7%; столько же у Вадима Рабиновича, на 0,1% меньше у Юрия Бойко и 6,4% — у Олега Ляшко. Отмечу, что при опросе «Социального мониторинга» только 33% участников затруднились с ответом или сказали, что не пойдут на выборы, против 54% у КМИС, к которым у последнего нужно добавить и 6,5% «противвсех».

Хотя есть такое ощущение, что если и далее ситуация в Украине будет развиваться также, как она развивается сейчас, то мы выйдем на уровень 100% нежелающих идти на выборы или готовых проголосовать против всех.

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...


Загрузка...

В стране, где нет «вчера»

Вы узнаете: про попытку слить в имидже Порошенко образы радикала и миротворца; почему...

Мыслепреступления как неизбежное зло и борьба с ним

Почему депутаты голосовали за арест Савченко, и ЕСПЧ в данном случае ей не помощник,...

Чужая — среди своих и чужих

Эпопея с арестом Героя Украины Надежды Савченко развивалась практически полностью в...

Идея роспуска ВР — распад системы или ее...

Вы узнаете: есть ли вероятность назначения досрочных парламентских выборов, что может...

Великое изгнание

Вы узнаете: почему ни одно из западных посольств не осудило депортацию Саакашвили, что...

Загрузка...

Трамп «запустил дурочку»

Администрация США ясно дала понять, что она заинтересована в «сдерживании»...

Очередной шаг к коллапсу

Bыборы будут проходить в неслыханной доселе атмосфере, когда еще важнее не то, как...

Будем жить по формуле Троцкого

Итак, закон о реинтеграции Донбасса благополучно принят в целом. На этот раз за него...

Когда ОРДЛО захочет в «большую Украину»

«Гуманитарная ситуация на востоке Украины продолжает усугубляться и сегодня...

«После войны буду работать над тем, чтобы она никогда...

Мы передвигаемся по своей территории, там — за линией разграничения — тоже наша...

Комментарии 6
Войдите, чтобы оставить комментарий
Орхип Панько
25 Марта 2018, Орхип Панько

Надеюсь автор за этот бред получил свои гривны)))) а то как объяснить этот поток сознания?)))

- 0 +
pgrm

Бурлаченко, ты неисправимый графоман. Я чуть не уснул на середине и понял что дальше читать просто не имеет смысла.

- 5 +
Сергей Супонин
23 Марта 2018, Сергей Супонин

Как ни печально, но самобытно-яркая Надежда Савченко промелькнула на политическом небосклоне, сродни метеориту, сгоревшему в грязи, подлости и негодяйстве обычном для политического небосклона. Ее, человека яркого, не стандарто-обывательского, необычного с «лицом не общьим выражения» наши поднаторевшие в шкурно-собственнических интригах деловари от политики цинично использовали как политический презерватив в своих предвыборно-общественных терках. Вначале, чтобы попасть в ВР ею как презервативом воспользовалась «Батькивщина» во главе ЮВТ. Без Савченко в их списках, им мало чего светило. И вот приближаются новые выборы…

- -2 +
EpsilonDelta
23 Марта 2018, EpsilonDelta

Типичная ситуация : "Верхи не могут, низы не хотят". Но никакой революции не будет ( не считать же революциями манданы ), пока немалая часть населения будет стоять на позициях "патриотизма". Вот интересно - люди почти во всем не верят владе ни на копейку, но по прежнему свято верят в "сепаратистов-террористов" и "агрессию".

- 7 +
Орхип Панько
25 Марта 2018, Орхип Панько

вот действительно - парадокс какой-то!!!!! брожение умов, наверное.... чем еще это объяснить? людям мозг разорвали.....

- 0 +
Валерий
23 Марта 2018, Валерий

В украинской жизни появилось новое понятие - феномен Савченко . Если бы депутаты не дали разрешения на арест , не было бы и самого феномена . Она всё время пребывания в Раде была там белой вороной , поэтому так быстро её и сдали . На мой взгляд она была искренней патриоткой, ( хотя стараниями всяких - разных " патриотов " это слово изгажено до последней степени ), искренняя великая путаница не способная вписаться в формат Рады . И теперь , попав под каток репрессивного аппарата , придётся
ей получить по полной программе за свою политическую наивность .

- 4 +

Получить ссылку для клиента
Авторские колонки

Блоги

Маркетгид
Загрузка...
Ошибка