Стресс-тест «слуги народа»

№17 (905) 26 апреля — 2 мая 2019 г. 24 Апреля 2019 4.5

Необстрелянному политику Зеленскому предстоят экзамены матерому парламенту и опытным дипломатам

Украина обрела нового президента, пока в статусе избранного. И во главу угла повестки дня поставлен вопрос, что и как будет делать Владимир Зеленский, вступив в должность. Отметим, что он оказался в очень сложной ситуации.

В глазах украинских граждан президент несет ответственность абсолютно за все, что и стало причиной разгромного поражения Порошенко. Но согласно букве закона в экономике полномочия главы государства весьма ограничены. Он по сути лишь визирует предложенную парламентcкой коалицией кандидатуру премьера. Имеет право назначить с согласия ВР главу Нацбанка, а единолично — половину наблюдательного совета НБУ (все назначения на эти должности делаются на определенный срок, и президент не может инициировать досрочное увольнение этих лиц по своему желанию, что может произойти лишь в случае их добровольной отставки). Кроме того, он проводит консультации с лидерами парламентских фракций, если имеет конституционные основания для решения распустить Раду.

Полномочия президента сосредоточены в основном в сфере безопасности и обеспечении законности, но и тут назначения и освобождение от всех ключевых должностей утверждаются парламентом. Норма же об автоматическом сложении полномочий правительства и высших чиновников исполнительной власти перед новым президентом (за исключением глав обладминистраций) в украинском законодательстве отсутствует. Правительство делает это перед новоизбранной Верховной Радой.

О вероятности досрочного роспуска ВР

Президент может издавать указы и распоряжения (в т. ч. как Верховный главнокомандующий), но азы науки управления говорят о том, что главное не отдать даже гениальное распоряжение, а добиться его реализации, чего при неподконтрольных — а то и враждебно настроенных исполнителях — добиться крайне сложно.

В общем, все упирается в возможность президента влиять на парламент. И в этом для него все куда проблематичнее, чем у победителей выборов в 2005, 2010 и 2014 гг. Виктор Ющенко, Виктор Янукович и Петр Порошенко также получили парламент в наследство от контролировавших его предшественников. Но все они и сами имели в ВР мощные фракции и союзников, а недобор голосов был практически сразу компенсирован депутатами, которые «всегда за тех, кто побеждает».

У новоизбранного же президента своей фракции нет вообще. Поэтому неудивительно, что еще до второго тура и в команде Зеленского, и в экспертной среде заговорили о роспуске Рады новым президентом. Но тут и возникает коллизия: последний срок для роспуска ВР наступает 27 мая, далее вступает в силу полугодовой иммунитет перед конституционным сроком истечения ее полномочий, начавшихся с первого заседания нынешнего созыва 27 ноября 2014 г.

Новый президент вступает в должность в течение 30 дней после официального объявления итогов выборов, при этом закон дает ЦИК до 10 дней на составление протокола об их результатах. Но официальным объявлением итогов является их публикация в газетах «Голос України» и «Урядовий кур'єр» в течение трех дней после составления этого протокола.

Причем 22 апреля замглавы ЦИК Евгений Радченко заявил, что ориентировочно результаты будут объявлены 30 апреля. Основными причинами задержки назвали пасхальные праздники и необходимость удостовериться, что нет никаких незавершенных судебных разбирательств. Т. е. самый поздний срок вступления Владимира Зеленского в должность — 3 июня, причем дату проведения инаугурационного заседания определяет парламент. Но по календарному плану в мае он начнет работать лишь с 14 числа. Правда, в регламенте Рады отмечено, что эта дата определяется по согласованию с новоизбранным президентом, но фактически это дает ему лишь совещательный голос. И есть все основания полагать, что торопиться ВР не станет.

Правда, пошли разговоры о том, что распустить Раду может и действующий президент Порошенко. «Почему вы думаете, что этот вариант для нас хуже и мы будем против? Избирательные штабы развернуты, их только нужно перенаправить» , — говорит замглавы фракции БПП Сергей Березенко.

Действительно, потерпев поражение, Порошенко тем не менее обзавелся мощным электоральным ядром, которое теперь именно в нем видит главный центр сопротивления тому негативу, который они ассоциируют с победителем президентской гонки. За полгода патриотический консенсус вокруг Порошенко может распасться, а электорат — примкнуть к другим идеологически близким политикам.

Скорее всего, фракция Порошенко в новом составе ВР будет уступать нынешней по численности, но и сегодняшняя наверняка значительно сократится в размерах. Тем паче что и до второго тура действующий президент контролировал ВР с большим трудом. Ведь ключевые для него законопроекты принимались за счет использования всех доступных средств воздействия на депутатов, создания ситуативных альянсов. Аля этого возможностей наверняка уже не будет.

Держаться за нынешний состав парламента у Порошенко особых резонов нет. Однако есть один момент, о котором, похоже, забыли сторонники варианта немедленного роспуска ВР в его команде — Раду нельзя распускать не только за полгода до истечения ее полномочий, но и за полгода до истечения полномочий действующего президента. Т. е. Петр Порошенко распустить парламент не может.

Единственный вариант для него — сдать полномочия до 27 мая, предоставив такую возможность Владимиру Зеленскому. Но решение о дате инаугурации принимает парламент, а там, кроме наиболее лояльного к нему ядра БПП, сторонников досрочного прекращения собственных полномочий, судя по всему, нет. Так что, вероятно, полгода новому президенту придется сосуществовать со старой ВР. Причем ситуация для него усугубляется тем, что дубины в виде угрозы досрочного роспуска у него не будет.

О противостоянии нового президента и старого парламента

Максимальный кредит доверия президенты имеют сразу после своего избрания. Проведение парламентских выборов вслед за президентскими закрепляет успех главы государства созданием ориентированного на него парламентского большинства. Особенно это важно для тех стран, где президента привыкли считать национальным лидером, хотя его реальные конституционные полномочия не слишком велики. Там такие выборы объективно оказываются технологией превращения парламентской республики в президентскую.

Так, в апреле 2005 г., через три недели после вступления в должность Виктора Ющенко, согласно опросу КМИС «Наша Украина» получила бы около 40% мандатов в новой Раде — в три с лишним раза больше, чем БЮТ. Напомню, что в 2005—2010 гг. парламент избирался исключительно по партийным спискам с 3%-ным барьером. Следовательно, у обеих партий было бы парламентское большинство. Но Юлия Владимировна оказалась бы в нем младшим партнером — в отличие от реальных выборов 2006-го и 2007 г., когда ее политсила явно опережала «Нашу Украину», что в итоге привело к маргинализации Ющенко на президентской должности.

Точно так же в апреле 2010 г. (спустя менее двух месяцев после инаугурации Януковича) соцопрос КМИС давал Партии регионов еще лучший результат, чем был у тогдашнего победителя выборов в первом туре. При этом «регионалы» получали бы порядка 55% мест в Раде, а «Батькивщина» и «Фронт змін» Арсения Яценюка — чуть больше четверти. Прочие места достались бы «Сильной Украине» и КПУ, с которыми ПР имела бы конституционное большинство.

Этот опыт был подтвержден и в 2014-м, когда президент стал представителем совсем иной политической силы. Тогда был создан прецедент сближения сроков президентских и парламентских выборов, между которыми прошло лишь пять месяцев. Через три месяца после инаугурации Порошенко рейтинг БПП достигал 40%.

Это значило, что партия получила бы абсолютное большинство мест по партийным спискам. Такое преимущество дало бы ей возможность вовлечь в свою орбиту достаточное число мажоритарщиков, чтобы при желании править без всякой коалиции. Но на практике двух месяцев оказалось достаточно, чтобы БПП растратил преимущество, уступив на финише «Народному фронту». Но, как показали дальнейшие соцопросы, если бы выборы проходили еще позже, результат президентской партии оказался бы еще хуже.

Диспозиция Зеленского отличается от положения Януковича в 2010-м и Порошенко в 2014-м в худшую сторону. В 2010-м уровень жизни был повыше, чем сейчас. В 2014-м выборы проходили на фоне экстремальных событий, при этом именно парламент избирали — в отличие от президента— вскоре после того, как военные действия достигли пика. В таких условиях люди объективно скорее разочаровываются во власти.

Теоретически нынешние реалии могут сыграть для Зеленского двояким образом. С одной стороны, возможна дополнительная мобилизация электората «Слуги народа», возмущенного тем, что старый парламент вставляет президенту палки в колеса. С другой — возможно и разочарование в президенте и перенос этого разочарования на его партию. Электорат Зеленского очень разнороден, и прогнозировать его позицию сейчас невозможно. Новому президенту нужно будет пять месяцев чем-то компенсировать отсутствие парламентской поддержки. А как это сделать? Призывы потерпеть до выборов и дождаться полного обновления власти, конечно, не будут восприняты его электоратом.

Поэтому лучший вариант для Зеленского — досрочные выборы Рады, что сделать невероятно сложно. Остается роспуск парламента на основании того, что «на протяжении 30 дней одной сессии пленарные заседания не могут начаться», либо из-за отсутствия коалиционного большинства. Для первого нужно, чтобы Рада не позднее 26 апреля определила дату инаугурации, но после этого не провела бы ни одного пленарного заседания, и депутаты в течение месяца собрались бы лишь на инаугурацию президента (заседание считается торжественным, а не пленарным).

Ясно, что официальной публикации итогов выборов на этой неделе не будет. Практически же заседания ВР можно длительно срывать, если в этом заинтересовано либо все руководство Рады, либо большинство депутатов. Если этих условий нет, то большинство найдет возможность собраться в другом месте, как порой бывало в нашей парламентской истории.

Зеленский не может срывать пленарные заседания. Но вот развал коалиции выглядит теоретически возможным и не требует большинства депутатов. Самой простой технологией было бы заявление «Народного фронта» о выходе из коалиции. Раз партия фактически не поддерживала Порошенко в ходе выборов, то такой сценарий можно было допускать.

Но и Зеленского НФ не поддерживает. С нулевым рейтингом этой партии нет смысла форсировать досрочные выборы, а свое политическое будущее нынешние «фронтовики», вероятно, связывают с различными проектами. Но скорее всего большинство пойдет с политической силой, которую создает премьер Владимир Гройсман (он открыто анонсировал ее в эфире ICTV 22 апреля).

Хотя Зеленскому не слишком выгодно подыгрывание «Народного фронта»: это потребовало бы встречных политических обязательств перед этой фракцией в виде представительства ее депутатов в списке «Слуги народа», а также в исполнительной власти. А в НФ восемь десятков депутатов, и открытый альянс с непопулярной партией дискредитировал бы победителя выборов, показав неискренность его заявки на обновление власти.

Лучший вариант для Зеленского следующий. Группа депутатов, входящих в коалицию, объявляет о выходе из нее (либо на пленарном заседании, либо на брифинге в стенах парламента). Но главным месседжем должен стать не факт выхода, а обоснование того, что т.о. в составе коалиции нет большинства депутатов.

К моменту утверждения премьером Владимира Гройсмана в БПП и «Народном фронте» было 227 депутатов, сейчас их 215. Но всегда утверждалось, что в коалицию входят и внефракционные депутаты (кстати, спикер Парубий и его первый зам Ирина Геращенко формально внефракционные). Но сколько депутатов в составе коалиции официально, утаивается.

С громким уходом десятка—двух депутатов из коалиции ее несуществование выглядело бы очевидным. Не мешало бы Зеленскому брать этот демарш за точку отсчета 30 дней, необходимых для роспуска Рады. Учитывая возможности Игоря Коломойского, такое переориентирование пары десятков депутатов кажется несложным делом, а поскольку победитель выборов был очевиден уже после первого тура, на подготовку к таким действиям было достаточно времени.

Но в парламенте пока нет заявлений ни о выходе из коалиции, ни о поддержке новоизбранного президента со стороны групп депутатов и отдельных парламентариев. Да, определенным сигналом является инициированный депутатом Валерием Писаренко («Возрождение») сбор подписей за отставку спикера Андрея Парубия. Но эта выгодная для Зеленского инициатива не заменит публичной поддержки в адрес его самого. Да и неизвестно, чем закончится затея Писаренко даже в плане сбора нужных 150 подписей: пока ни одна фракция в поддержку отставки спикера не выступила.

Если же в самой Раде не будет актуализирован вопрос о распаде коалиции, причем самими ее членами, то и Зеленскому рискованно ссылаться на нехватку нужного числа коалициантов. В такой ситуации вполне возможен вариант срочного возвращения в коалицию «Самопомочі», что снимет вопрос о ее численности. К тому же именно члены этой фракции инициируют законодательные изменения о сокращении президентских полномочий. А принятие закона о тотальной украинизации (голосование по нему запланировано на 25 апреля, когда номер уже выйдет из печати) будет означать, что Рада стала в жесткую оппозицию к избранному президенту. Но и провал этого закона никак не будет означать формирование в парламенте выгодной победителю выборов конфигурации.

О внешнеполитическом раскладе Зеленского

Для Зеленского очень важно показать, что он не только персонифицированный кандидат «против всех», но и дееспособный глава государства. Только ссылки на препоны со стороны парламента и правительства наверняка многих не удовлетворят.

И есть сфера, в которой результат выглядит вполне достижимым даже в условиях ограниченных властных рычагов и которая, как показывают соцзамеры, наиболее волнует граждан Украины. После завершения голосования советник Зеленского Руслан Стефанчук заявил: «Думаю, что направление, связанное с контактами с Россией, для нас будет приоритетным. Нам нужно искать выход из ситуации, нам нужно завершение войны в ближайшее время».

А вот уже ответ новоизбранного президента на вопрос, как он будет выстраивать отношения с Россией: «В любом случае в «нормандском формате». В любом случае минский процесс — мы будем перезагружать его... мы будем идти до конца ради того, чтобы прекратить огонь, чтобы наших парней вернуть живыми. Также наша задача — вернуть военных, всех военнопленных».

Действительно, прекращение идущей уже четыре с лишним года (считаю с момента заключения Минска-2) войны даст Зеленскому огромные политические дивиденды, особенно если к этому прибавится возвращение украинских пленных.

И как раз для этого у него достаточное количество инструментов. По Конституции именно президент «представляет государство в международных отношениях, осуществляет руководство внешнеполитической деятельностью государства, ведет переговоры и заключает международные договоры Украины», президент напрямую назначает «глав дипломатических представительств Украины в других государствах и при международных организациях», т.е. и представителей для ведения тех или иных переговоров. Также он может инициировать замену глав МИД и Минобороны, хотя тут последнее слово остается за парламентом

МИД по сути — внешнеполитическая канцелярия главы государства. Да и Павел Климкин уже успел засвидетельствовать лояльность новоизбранному президенту.

В Минобороны ситуация схожая: без участия парламента президент, будучи Верховным главнокомандующим, «назначает на должности и освобождает от должностей высшее командование ВСУ, иных воинских формирований», что в теории может сделать действующего министра обороны номинальной фигурой (к слову, и оперативное руководство войсками — прерогатива Генштаба, а не министра обороны).

Тут есть очевидный политический нюанс: своими людьми в руководстве Минобороны для Зеленского могут быть только участники АТО, которые могут заставить армейские части и особенно добробаты соблюдать прекращение огня. И он уже сообщил: «у нас есть очень серьезные парни, которые имеют авторитет в армии. Вы обязательно их увидите. Сейчас я не имею права называть их имена».

Крайне маловероятно, что до парламентских выборов подвижки в мирном процессе выйдут за рамки прекращения огня и обмена удерживаемых лиц. Не будет до этого момента Зеленский давать повод для обвинений в слабости, капитулянтстве и неумении отстаивать национальные интересы, тем паче — в наличии закулисных договоренностей, которые будут реализованы уже после парламентских выборов (хотя такие обвинения наверняка последуют).

Зеленский уже анонсировал информационную войну с целью убедить жителей Донбасса «стать украинцами». Что, видимо, подразумевает снятие блокады, восстановление экономических связей (а это уже следующий этап Минских соглашений). При этом подаваться это будет как контригра против России.

О позиции РФ нужно сказать отдельно. Конечно, совершенно не случайно именно 21 апреля на сайте МИД России появилось большое интервью Сергея Лаврова телеканалу «Звезда», главным образом посвященное Украине.

И началось оно с вопроса: «А стоило ли тогда признавать президентские выборы на Украине? Что будет сейчас? Какой смысл признавать эти выборы? Мы все хорошо понимаем, что у нас есть очень много формальных и моральных оснований, чтобы вообще не общаться с украинской властью». На что Лавров ответил: «Президент Украины Порошенко заявлял на каждом углу, что он «президент мира» и урегулирует конфликт за две-три недели. Именно поэтому западные столицы — Париж и Берлин — настоятельно просили нас не выступать с заявлением о непризнании выборов. И мы этого не сделали, мы дали шанс... Порошенко доказал, что он отнюдь не «президент мира».

Об отношениях с новой властью глава МИД РФ сказал: «Главное, чтобы была договороспособность и уважение к международному праву и международным обязательствам Украины. В числе таких обязательств — международно-правовой инструмент — резолюция СБ ООН, которая одобрила Минские договоренности. Сердцевина этих договоренностей — прямой диалог между Киевом с одной стороны, Донецком и Луганском — с другой... Не стал бы сейчас вчитываться в те декларации, которые звучат из его (Зеленского. — С. Б.) штаба. Надо дождаться результатов второго тура, когда уже придется заниматься не пропагандистскими предвыборными кампаниями, а реальным делом. Тогда мы и поймем, как этот человек уже в должности президента относится к миллионам своих сограждан, которые говорят на русском».

Действительно, в Кремле назвали поздравления с победой Зеленскому преждевременными, что можно считать и намеком на возможное непризнание их результатов. Как заявил помощник президента России Юрий Ушаков, до инаугурации Кремль не планирует контактов с властями Украины. «Посмотрим, как будет реально развиваться ситуация и какие первые шаги предпримет новый президент», — сказал он.

Более того, 18 апреля Дмитрий Медведев объявил, что Россия с 1 июня установила запрет на экспорт в Украину угля, нефти и нефтепродуктов, а также заставила Беларусь прекратить реэкспорт вышеназванных товаров в нашу страну. Помимо того, что «альтернативные» поставки обойдутся куда дороже, сама структура украинской логистики (порты, трубопроводы, железные дороги) затрудняет получение требуемого объема поставок из других источников.

Формально это санкции против действующей власти, но столкнуться с их последствиями и необходимостью решать вызванные ими проблемы придется уже Зеленскому. Причем в указе прописано, что продукты можно будет вывозить на Украину на основании специальных разрешений Минэкономики РФ. Т. е. обойти запрет всегда можно в рабочем порядке, даже не портя реноме нового президента Украины, но в то же время — и снова прикрутить или вовсе перекрыть кран можно в любой момент, в зависимости от ситуации.

Одновременно Сергей Лавров направил сигналы западным партнерам — Берлину и Парижу — воспользоваться открывшимся с избранием нового президента окном возможностей, чтобы добиться прогресса в разрешении конфликта, который ни им, ни Москве (в отличие от Вашингтона) не нужен. А сам Зеленский при этом окажется в сложном положении, ведь и у американцев есть веские аргументы.

Итак, предстоит сложная дипломатическая игра, и чем в ней будет Украина — объектом или субъектом, зависит от нового главы государства и станет для него первым экзаменом на профпригодность.

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...


Загрузка...

Президент замахнулся булавой на парламент

Вы узнаете: почему парламент решил безропотно самораспуститься; зачем подал в...

Кто нужен новому президенту

Зеленский стал первым президентом, избранным объединенной политической нацией, и у...

Надежды всем, а остальные уходите

Церемония вступления в должность Президента Украины Владимира Зеленского привлекла к...

Новому президенту не стоит повторять ошибки...

Зеленский в сложном положении: за него голосовали все регионы, кроме Львовщины, — и...

По лекалам Ильфа и Петрова

Вы узнаете: по каким причинам у Владимира Зеленского пока нет никаких аргументов...

Околонулевая демократия

Рада сугубо формальное согласование даты инаугурации пытается превратить в...

Загрузка...

Гарант почти не виден

В современной политической истории страны украинцы еще никогда так нетерпеливо не...

Три конверта Зеленского

На президентских выборах более 70% избирателей поддержали Владимира Зеленского. Петр...

Етнонаціоналізм — причина поразки Порошенка

Перше політичне звернення Володимира Зеленського я побачив у листопаді 2017 р., коли...

Ватерлоо или Рубикон?

Вы узнаете: каковы результаты поездок кандидатов в президенты на переговоры в Европу;...

Выбрать будущее, остаться в прошлом

Без искренней политической воли никакие объективные условия и соображения...

Шум трибун или помехи эфира

То, что сетевые сторонники действующего президента посчитали остроумным запустить...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто

Получить ссылку для клиента
Авторские колонки

Блоги

Лентаинформ
Загрузка...
Ошибка