Выход партии войны

№26(912) 28 июня — 4 июля 2019 г. 25 Июня 2019 4.2

Президент не нашел аргументов против прекращения войны. Появятся ли они после выборов?

Интрига с возможной отменой назначенных на 21 июля парламентских выборов благополучно разрешилась — КС признал соответствующим Основному Закону указ президента о роспуске Рады.

Для участников политического процесса это была довольно нервная неделя. Периодически из недр КС просачивалась информация об острых дискуссиях между судьями, вплоть до срыва заседаний. Просчитывались расклады, количество твердых сторонников указа, столь же жестких противников и особенно колеблющихся, на позицию которых решающее влияние могут оказать внешние факторы. Прогнозировался также вариант компромиссного решения, при котором выборы не отменят, но в то же время укажут на юридические огрехи президентского решения. Впрочем, был еще один, действительно снявший все вопросы момент — у Порошенко пришли к выводу, что на фоне ниспадающего рейтинга его политической партии перенос выборов ему ничего хорошего не сулит.

Об источнике абсолютной власти

Обратим внимание на аргументацию решения. КС не стал выяснять, когда прекратила деятельность коалиция — 17 мая, когда «Народный фронт» заявил о выходе, или еще раньше, как считают у Зеленского. Для суда существенным стало то, что ранее Регламент ВР детально расписывал вопросы деятельности коалиции, в т.ч. прекращения работы, тем самым выполняя требования Конституции.

При Януковиче КС вернул редакцию Конституции 1996 г., не предполагавшей коалицию, и регламент был изменен — все нормы относительно коалиции убрали. После майдана была восстановлена Конституция в редакции 2004 г., но данные положения так и не восстановили.

В итоге КС считает, что конституционный конфликт между президентом и Радой не имеет правового решения, поскольку порядок прекращения деятельности коалиции не указан в Основном Законе и вопреки Конституции не указан в Регламенте ВР. А так как единственным источником власти является народ, то решение конституционного конфликта посредством досрочных выборов правомерно, следовательно, указ конституционен.

Из этого, по мнению КС, следует, что в ситуации, когда нет очевидных доказательств наличия/отсутствия коалиции, президент все равно может распускать парламент в связи с ее отсутствием. Т.е. сомнительные обстоятельства толкуются в пользу признания права на роспуск. Но возникает вопрос: не расширил ли КС чрезмерно прерогативы президента, нарушая принцип презумпции невиновности? Ведь данный принцип предполагает, что все неустранимые сомнения в виновности обвиняемого, возникающие вследствие недостаточности доказательств и т. д., суд обязан толковать в пользу обвиняемого.

На мой взгляд, неправомерно сравнивать спор президента и парламента с судебным процессом, где, обвиняя гражданина, скажем, в краже, сомнительные доказательства толкуют в пользу обвинения. Неправомерно, потому что нельзя сравнивать рядового человека, который столкнулся с государственной машиной, со спором двух ветвей власти. А досрочные выборы объективно несравнимы с уголовным наказанием.

К тому же все сомнительные обстоятельства в этом споре созданы исключительно бездействием ВР, не ставшей — вопреки требованию Конституции — менять свой регламент. И это бездействие вполне можно считать преднамеренным, призванным создать неясность вокруг коалиции и осложнить роспуск Рады.

Кроме того (хотя это уже вопрос морали, а не права), отвратительно лицемерной выглядит власть, которая, с одной стороны, стала таковой благодаря майдану и клянется его именем. С другой — сохраняет к своей выгоде регламентные нормы, созданные старым режимом, не приводя их в соответствие с законом, чье восстановление и было основным требованием протестующих.

Для Зеленского главное то, что, подтвердив в КС правомерность своего указа, он впервые показал свою силу в противостоянии с непопулярной в обществе Радой, что должно дополнительно поднять рейтинг его политсилы. А он остается чрезвычайно высоким.

Так, согласно опросу Украинского института социальных исследований и центра «Социальный мониторинг», проходившему с 3 по 10 июня, 54,1% граждан поддерживали первые действия Зеленского и лишь 7,5% не поддерживали, еще свыше трети (34,6%) выбрали вариант ответа «еще нечего оценивать». Массовая поддержка отмечена во всех макрорегионах и возрастных группах. Различия внутри них были невелики, хотя и примечательны.

Прогнозируемо больше всего сторонников у президента среди молодых людей. Почти 2/3 респондентов в возрасте до 30 лет поддерживали Зеленского. Люди старше 60-ти симпатизируют ему меньше — 47,4%, но о такой цифре может мечтать любой политик. Особенно если учесть, что неприятие Зеленского во всех возрастных группах и почти в каждом макрорегионе не достигает и 10%.

Антирейтинг президента чуть превысил этот уровень (10,2%) лишь в Западной Украине. А ведь заметных для общества действий Зеленского было очень мало. Роспуск ВР и оживление (как казалось на момент опроса) Минских переговоров. Вот, пожалуй, и все. Назначения в АП, думаю, вряд ли относятся к тому, что привлекает общественное внимание. Очевидно, на высокую оценку народа повлияли прежде всего заявления президента — т.е. слова, которые являются не действиями, а лишь обещаниями.

Об ускользающем Минске

Прошедшая неделя развеяла весь первоначальный оптимизм относительно Минских переговоров. Так, очередная встреча в ТКГ 19 июня не принесла практических результатов. Частично ее участники были довольны. Представитель «ЛНР» в гуманитарной подгруппе Ольга Кобцева сказала, что ее заседание «прошло в достаточно конструктивном диалоге». А представитель «ДНР» Дарья Морозова в той же подгруппе сообщила, что в ходе обсуждения были достигнуты договоренности по взаимному обмену данными, о подтверждении местонахождения запрашиваемых лиц и относительно их процессуального статуса. По ее оценке, «заседание прошло в конструктивном ключе, что дает надежду на дальнейшее продвижение в выработке действенных решений».

Еще оптимистичней звучали заявления Морозовой 21 июня в Донецке: «Нам удалось разблокировать переписку между украинской стороной и нами впервые за полтора года. Это уже большой шаг. На предыдущих переговорах мы договорились обменяться списками. Пока придерживаемся той позиции, что каждый случай прорабатываем индивидуально... нам стало легче, никто не блокирует работу подгруппы, нет криков, мы разговариваем и обсуждаем проблемные вопросы, пытаемся находить конструктив. В этом есть положительная динамика».

Морозова сообщила, что на следующей встрече подгруппы по гуманитарным вопросам стороны планируют определить приблизительную формулу обмена. Правда, быстрого решения вопроса она не ожидает: «вполне возможно, что к осени мы произведем обмен. При условии, если все стороны приложат к этому усилия». Один-два месяца должно уйти на «процессуальное очищение», т. е. на решение вопросов с помилованием или амнистией тех лиц, которых передает Украина.

С украинской стороны такой оптимизм не звучит, хотя эти заявления и не дезавуируются. Однако (несмотря на некий прогресс) напомню: согласно п. 2 Минского соглашения от 12 февраля процесс обмена «всех на всех» «должен быть завершен самое позднее на пятый день после отвода» (тяжелых вооружений. — С. Б.). А об этом стороны договорились еще осенью 2015-го.

Но о самом главном подтверждении прекращения огня, подкрепленном дополнительными мерами контроля над режимом перемирия, равно как и о разведении сторон в Станице Луганской договориться не смогли, причем, судя по тональности комментариев сторон, они еще дальше от этого, чем были двумя неделями ранее.

Так, представитель «ДНР» Наталья Никонорова сказала лишь: «К сожалению, сегодня переговорщикам не удалось выполнить поручение контактной группы предоставить на ее утверждение компромиссный вариант пакета дополнительных мер».

Украинская сторона вернулась к прежнему формату комментария переговоров. Как и при Порошенко, ее представитель Леонид Кучма ничего не говорил, а вся информация публиковалась на странице его пресс-секретаря Дарки Олифер в Facebook: «Введение режима тишины могло бы изменить к лучшему ситуацию с безопасностью в Донбассе, прежде всего для мирных жителей... Однако обострение, которое наблюдалось в течение последних дней, мешает этой мирной инициативе. Подгруппе по безопасности поручено проработать подготовку к т. н. «хлебному перемирию». В этих условиях СММ ОБСЕ должна получить надежный и безопасный доступ по всей территории Украины согласно ее мандату».

Украинская сторона ничего не говорит о дополнительных мерах, в т.ч. о запрете на ответный огонь, заявления о чем вызвали такой скандал в лагере старой власти. Между тем (естественно, при двустороннем согласовании) это предотвратило бы эскалацию конфликта. Зато появились слова о доступе миссии ОБСЕ. Но что при этом имеется в виду, не слишком понятно, тем более что СММ уже свыше двух лет сама себя ограничивает в зоне конфликта. После подрыва ее машины на мине и гибели одного из наблюдателей на Луганщине в апреле 2017-го ее сотрудники перестали перемещаться по грунтовым дорогам, тем самым сократив возможности наблюдения, и возврат к прежней практике не предполагается.

Наиболее словоохотливым после был представитель ОБСЕ Мартин Сайдик: «Участники ТКГ и ее рабочих групп сегодня продолжили обсуждение тех идей, над которыми они начали работу на нашей последней встрече. Как вы понимаете, это требует тщательной подготовительной работы. У меня есть ощущение, что стороны действительно хотят разведения сил и средств в Станице Луганской. И я надеюсь, что оно состоится, но точную дату сегодня предсказать не могу. Несмотря на очевидную заинтересованность сторон и в так называемом «хлебном перемирии», они, к сожалению, сегодня еще не смогли прийти к общему мнению по тексту совместного заявления».

Т.е. дипломат пытается настроить на оптимизм, признавая, что требуется кропотливая подготовительная работа. Но ведь стороны не с нуля ее начинают, такая работа проводилась и раньше. Проблема в том, что едва стороны подходят к решению какого-либо вопроса, происходит обострение, которое дает повод это решение откладывать. В т. ч. и потому, что никто не в состоянии признать наличие провокаций со стороны своих. Хотя как раз именно обострения и должны дополнительно подталкивать к поискам.

В итоге заседание ТКГ выглядит поворотным пунктом, как минимум замораживающим, как максимум — прерывающим то изменение подхода к Донбассу, которое проявилось у Зеленского после инаугурации. Ключевой момент здесь не отсутствие договоренности по перемирию, а резюмирующий абзац поста Олифер в Facebook: «Для существенного прогресса в работе ТКГ нужна политическая воля лидеров стран «нормандской четверки». Такая встреча могла бы дать сущностный импульс для прогресса по всем направлениям реализации Минских соглашений».

До сих пор и пресс-секретарь Кучмы всегда адекватно отражала его мнение, и Леонид Данилович в статусе главы делегации Киева в ТКГ высказывал позицию руководства страны. Следовательно, запись Олифер должна отражать мнение Зеленского. А она фиксирует не только возврат к позиции времен Порошенко, но и дезавуирование высказываний главы государства на пресс-конференции с Эммануэлем Макроном о том, что для проведения саммита «нормандской четверки» надо на минской площадке решить ряд проблем. Причем эти проблемы Зеленским названы: прекращение огня, разведение войск, обмен пленными, ремонт моста в районе Станицы Луганской. Т.е. речь шла о выполнениях решений последнего (2016) саммита «нормандской четверки», о которых постоянно напоминает Кремль как о предпосылках новой встречи.

Правда, уже на пресс-конференции с Меркель ни украинский президент, ни германский канцлер не говорили о таком прогрессе как о предпосылках саммита. Поэтому можно допускать, что позиция Зеленского ужесточилась благодаря Меркель. Это, конечно, не обязательно достоверная гипотеза. Я думаю, что дело обстоит иначе. Заявления Кучмы после первого при новом президенте заседания ТКГ оказались зондажом, проявившим организованность партии войны, и Зеленский решил не рисковать.

Теоретически можно допускать, что Зеленский делает паузу и после победы «Слуги народа» на выборах в Раду и получением контроля над парламентом и правительством он изменит свою позицию, но это также не обязательно достоверная гипотеза.

Тем временем лидер предвыборного списка «Слуги народа» Дмитрий Разумков старается избегать конкретики по вопросам мирного урегулирования. Так, накануне заседания ТКГ он заявил, что власть Украины намерена возвращать неподконтрольные территории Донбасса «информационным оружием», которое «в рамках гибридной войны является гораздо страшнее и действенней, нежели пушки, снаряды, ракеты или танки». Это, мол, предполагает «информационно доносить до временно оккупированных территорий и людей, которые там живут, о том, что мы их любим и хотим, чтобы они вернулись, и что они такие же, как и мы, граждане этой страны». Слова хороши тем, что не поднимают градус ненависти, но в остальном — обычная демагогия.

О препятствиях миру — внутренних и внешних

Как не вспомнить, что я писал сразу после победного для Зеленского завершения избирательной гонки: «В глазах украинских граждан президент несет ответственность абсолютно за все, что и стало причиной разгромного поражения Порошенко. Прекращение... войны даст Зеленскому огромные политические дивиденды, особенно если к этому прибавится возвращение украинских пленных».

Как раз для этого у него достаточное количество инструментов. Именно президент «представляет государство в международных отношениях, осуществляет руководство внешнеполитической деятельностью государства, ведет переговоры и заключает международные договоры Украины», президент напрямую назначает «глав дипломатических представительств Украины в других государствах и при международных организациях», т. е. и представителей для ведения тех или иных переговоров». К этому можно добавить, что и назначение на высшие командные посты в силовых структурах не требует согласования с парламентом.

Действительно, Зеленский сразу же назначил нового начальника Генштаба (он же — главком ВСУ) генерала Руслана Хомчака, но он и его подчиненные попросту игнорируют Главкома, его политическую программу и устремления. Понятно, что в армейском руководстве позиции партии войны особенно сильны. Но есть и куда более приземленные причины не желать мира. Вялотекущий конфликт дает командному составу выслугу за участие в боевых действиях, правительственные награды, карьерный рост и многое другое, вплоть до влияния на политические процессы в стране, что также дорогого стоит.

Причем, по нашей информации, до прямого невыполнения приказов и отсебятины дело не доходит. Зеленский, опасаясь открытого конфликта с армейской верхушкой, во всех ситуациях соглашается с их мнением. Повторюсь, все формальные полномочия, чтобы достигнуть договоренностей о перемирии в Минске и отдать приказ о прекращении огня, а также назначить военных начальников, которые будут его выполнять, у Зеленского есть уже сегодня.

В случае с вооруженными силами еще меньше оснований надеяться, что после переизбрания Рады все встанет на свои места. Помимо специфического характера армейского сообщества, отметим, что даже при получении абсолютного большинства в парламенте в правовом плане в отношениях президента и армии мало что изменится, разве что он получит возможность назначить своего министра обороны.

А апеллировать недовольные военные (если у них будут причины для недовольства) смогут и к новому составу парламента, где, помимо сильной ура-патриотической оппозиции, и в самой партии Зеленского немало людей, которых в той или иной степени можно отнести к партии войны. Вот и приходится президенту все в большей степени обходить эту тему, которая изначально выглядела самой для него выигрышной.

Вынужден вновь напомнить о вызывающем, но не вызвавшем реакции президента демарше Хомчака, который надел задом наперед бронежилет во время поездки Зеленского на боевые позиции. В очередной раз сработало правило, по которому любое не вызвавшее реакции неправильное действие обязательно влечет рецидив и появление последователей. Если назначенец президента позволяет себе такое, то почему нужно стесняться тому, кто заканчивает работу в своей должности!

Речь идет о министре иностранных дел Павле Климкине, представление на увольнение которого и замену его на Вадима Пристайко направлено в парламент (считаю большой ошибкой вносить представление на увольнение работающего чиновника, заведомо зная, что оно будет отклонено). В интервью «5 каналу» Климкин продемонстрировал полную лояльность новому руководителю страны, назвав первые зарубежные визиты Зеленского «разведкой боем»: «Я считаю, что очень здорово, что эти визиты именно сейчас произошли, с временной точки зрения. Затем будут встречи в японском городе Осака, с Путиным».

Новость сразу стала сенсацией, была растиражирована десятками СМИ. Ведь возможность встречи Зеленского с российским президентом в обозримой перспективе выглядела крайне туманной. А тут речь шла о ближайших днях — 28 июня в Осаке стартует саммит G20. Из чего вытекала вторая сенсация — само участие украинского президента в работе структуры, в которую наша страна не входит, т.к. никакой информации, что она может принять участие в саммите в качестве приглашенной стороны, не было.

Сразу же последовали опровержения. В Москве заявили, что планов встретиться в Осаке с Зеленским у Путина нет. А пресс-служба МИД Японии сообщила, что «президента Украины нет в листе приглашенных на саммит. Ни МИД, ни ответственные за подготовку саммита не располагают информацией о приезде президента [Украины] в Японию».

Не допускаю мысли, что это непреднамеренный ляп Климкина. Скорее это продуманный ход, преследующий двойную цель. Во-первых, создать информационный вброс относительно скорой встречи с Путиным в контексте избирательной кампании, ведь для ура-патриотического сообщества сама вероятность такого мероприятия неприемлема. Во-вторых, лишний раз представить украинского президента — и внутри страны, и за ее пределами — как несерьезного, безответственного политика, чьи подчиненные могут нести любую ахинею.

Не все в той же Японии будут разбираться в тонкостях украинской внутренней политики. А главное — при всей квалификации зарубежных дипломатов, имевших дело с разными режимами и ситуациями, им сложно представить, что в европейской стране министр иностранных дел будет столь откровенно вредить президенту своего государства, проводимой им политике, исходя из соображений внутренней политической борьбы.

В том же ряду и предыдущее предложение Климкина в интервью ТСН от 13 июня. Сказав, что вокруг последнего заседания ТКГ появилось много «мифов в части отмены блокады Донбасса и якобы запрета вести ответный огонь», министр заявил, что нужна реальная дискуссия на уровне СНБО для формирования четкой позиции, и эта позиция должна быть публичной. Но достаточно посмотреть на состав СНБО, чтобы убедиться, что у президента там нет большинства. В этот орган входят по должности премьер, главы МИД, Минобороны и СБУ, которых Рада отказалась увольнять. Они наверняка заблокировали бы любое решение, отличающееся от вектора, заданного Порошенко.

В Украине внутренняя политика очень тесно переплетена с внешней. Так, без особого внимания прессы прошел недавний визит в Украину чрезвычайно влиятельного человека — бывшего командующего войсками США в Ираке и Афганистане, экс-директора ЦРУ генерала Дэвида Петреуса.

Этот пост он занимал при президенте Обаме, но вынужден был покинуь его после громкого скандала. Однако он остался в обойме, Трамп предлагал ему пост госсекретаря, но Петреус отказался, трудоустроившись в «Атлантическом совете» (американский аналитический центр при НАТО). С другим его сотрудником, экс-послом США в Украине Джоном Хербстом, он и посетил нашу страну.

О визите даже не сообщило посольство США в Украине на официальном сайте. И, может, он и вовсе остался бы незамеченным, если бы Порошенко не сообщил о встрече с Петреусом на своей странице в ФБ. Помимо экс-гаранта, как стало известно, американский генерал встречался с Арсеном Аваковым, Юлией Тимошенко, экс-министром экономики Айварасом Абромавичюсом, ныне назначенным Зеленским членом Наблюдательного совета госконцерна «Укроборонпром», главой СНБО Александром Данилюком, Леонидом Кучмой. Генерал посетил Донбасс, где встретился с командующим ОСС Александром Сырским и военными.

Официальная страница ОСС в Фейсбуке приводит его слова: «Очень грустно видеть, что было сделано с этой частью Украины, — отметил генерал Петреус, — но видеть тех, кто вызвался стать на службу Украины в час войны, чрезвычайно вдохновительно. Нам с послом Хербстом выпала привилегия провести с ними время, и мы поехали с фронта, вдохновившись теми лидерами и солдатами, с которыми мы встретились. Они однозначно заслуживают того, чтобы наша страна и наши союзники и в дальнейшем их поддерживали».

С Зеленским Петреус не встречался и вряд ли по причине того, что президент не смог выделить время для аудиенции высокому гостю. Круг его общения — люди, исторически ориентированные и плотно связанные с американскими кругами, настроенные на жесткую конфронтацию с Россией (Леонида Кучму можно к ним отнести благодаря зятю Виктору Пинчуку). Особенно те из них, кто имеет рычаги влияния на мирный процесс, и нетрудно догадаться, в каком ключе этого хотел бы американский гость.

С Тимошенко речь шла об условиях ее вхождения в коалицию со «Слугой народа» (и курсе, который она будет в ней проводить), ну а Порошенко важен как влиятельный лидер официальной оппозиции (и сам факт встречи с ним — своеобразная охранная грамота экс-гаранту).

В общем, Петреус явно формировал широкую коалицию войны. И она должна на всех участках блокировать любые попытки украинского лидера выполнить главный программный пункт своей инаугурационной речи. В том клубке интриг и противоречий, в который превратилась американская элита, трудно судить, насколько за или против президента Трампа направлен визит Петреуса. Но очевидно, что мирное урегулирование на Украине Белому дому нужно только в формате большой сделки с Россией, когда за нее можно получить важные для США уступки. И в этом плане подвижки (как достигнутые на двусторонней основе, так и в «нормандском формате») американцам не нужны.

И на этом фоне Зеленский получил новый привет из окружения американского коллеги. «Новый президент Украины по-прежнему молчит о расследовании вмешательства Украины в выборы в 2016 г. Время показать свое лидерство и расследовать оба дела, если вы хотите очистить Украину от того, что наделали люди Хиллари Клинтон и Барака Обамы», — написал в Twitter личный адвокат Трампа Рудольф Джулиани. А ведь именно на людей этих американских лидеров делает ставку нынешний президент.

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...

загрузка...
Loading...

Загрузка...

Саша БОРОВИК: «Украину ожидают американские горки»

Лучший результат для украинского президента и его дипломатов — вернуть ситуацию в...

В сказку о счастливой жизни в Евросоюзе многие...

Несмотря на многочисленные проблемы, большинство граждан Украины остаются...

Неугодный роток

Попытки закрыть независимые телеканалы и т. о. ограничить возможность получения...

О долгом пути к нормализации отношений Украины и...

недавний всплеск двусторонней активности дает понять: переговоры по конфликту в...

Перед зданием ООН разместили почти 4 тысячи рюкзаков

В Нью-Йорке перед штаб-квартирой ООН появилось «кладбище» из 3758 детских рюкзаков...

Генпрокурор о делах Порошенко: все «бывшие» равны...

Генпрокурор Украины Руслан Рябошапка выступает за снятие депутатской...

Загрузка...

Истинные нормандцы

Вы узнаете: почему в течение суток кардинально изменилось отношение украинских...

Все-просто-логия

За два прошедших десятилетия благодаря одностраничным справкам и презентациям на...

Косметический ремонт вместо налоговой революции

Нововведения негативно скажутся на бизнесе главного игрока рынка — Рината...

Вирус Коломойского

Увеличение в разы рентной платы на экспортную железную руду фактически будет означать...

Укрощение строптивого министра

Сохранение за Арсеном Аваковым поста министра МВД было объяснено видными спикерами от...

Формула консервации конфликта

Вы узнаете: почему освобождение украинцев из российских тюрем стало возможным именно...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто
Loading...
Получить ссылку для клиента

Авторские колонки

Блоги

Idealmedia
Загрузка...
Ошибка