Взгляд вдаль с края пропасти

№46 (883) 16 — 22 ноября 2018 г. 15 Ноября 2018 4.4

9 ноября сопредседатель партии Оппозиционный блок и одноименной парламентской фракции Юрий Бойко и депутат от той же фракции лидер партии «За життя» Вадим Рабинович подписали в кулуарах Рады соглашение о создании «Оппозиционной платформы — За жизнь».

В ее основе три позиции, которые озвучил Рабинович: «Первое — это установление мира в стране. Второе — это прекращение экономического геноцида украинского народа. И третье — это создание независимой нейтральной страны — Швейцарии в Восточной Европе».

Договоренность также предполагает выдвижение единого кандидата на президентские выборы и совместное участие представителей платформы в выборах как в Верховную Раду, так и в местные советы.

О двух технологиях определения единого

Впрочем, полный текст документа в СМИ, включая партийные сайты, обнаружить не удалось. Зато в самом материале о создании оппозиционной платформы», опубликованном на сайте партии «За життя», вообще ничего не говорится о выдвижении единого кандидата и о единых списках. Правда, в появившемся там же комментарии главы ее политсовета Виктора Медведчука сказано о совместном участии платформы в парламентских и местных выборах. 9 ноября появился и материал о позиции Нестора Шуфрича: «Народный депутат также заверил, что «Оппозиционная платформа — За життя» вскоре объявит о выдвижении единого кандидата на следующие президентские выборы. «Политическая сила выдвинет единого кандидата на президентские выборы в сроки, определенные законом Украины, а решение о баллотировании будет согласовано на съезде партии», — резюмировал Нестор Шуфрич».

Примечательно, что слова о едином кандидате — это все же не прямая цитата Шуфрича, а если брать закавыченные слова политика, то все же до конца не ясно, что имеется в виду под словами «политическая сила». Это только что созданное объединение или партия «За життя»? Вопрос тем более правомерен, поскольку чуть позже появилось сообщение о том, что политсовет «За життя» «рекомендовал выдвинуть единым кандидатом на выборах президента Украины» Вадима Рабиновича. В сообщении был и комментарий самого Рабиновича: «Хочу также подчеркнуть: окончательное решение по выдвижению единого кандидата от оппозиции на выборах президента будет принимать съезд партии «За життя», который состоится в ближайшее время».

Безусловно, съезд партии может выдвинуть в президенты и не ее члена, может вообще никого не выдвигать, а лишь заявить о поддержке на выборах кандидата, выдвинутого другой партией, или самовыдвиженца. Последний вариант не требует предоставления в ЦИК каких-либо документов — все равно данный кандидат регистрируется и фигурирует в бюллетене как самовыдвиженец или как кандидат ранее выдвинувшей его партии. Например, Виктора Ющенко в 2004-м поддержали все 9 партий, входивших в блок «Наша Украина», но он шел как самовыдвиженец. И Виктора Януковича тогда же также поддерживал ряд партий, но в бюллетене он присутствовал как выдвиженец лишь Партии регионов.

И если для выдвижения кандидата съезд по закону необходим, то просто для заявления о поддержке он не обязателен. Для этого можно принять решение на уровне политсовета или другой руководящей структуры, хотя, конечно, со съездом, будет солиднее.

Разумеется, нельзя было ожидать, что Рабинович не упомянет о съезде: это бы значило, что он готов согласиться с кандидатом со стороны, следовательно — это демонстрировало бы его готовность сдать позиции. Но настораживает, что он никак не говорит не то что о конкретных механизмах согласования единого кандидата, но и о необходимости такого согласования.

Мало ясности внес и данный 12 ноября Юрием Бойко комментарий решения политсовета партнерской партии: «Я еще раз хочу вас заверить — будет единый кандидат от оппозиции. Мы готовы умерить свои амбиции и добиться реального единого кандидата от оппозиции, чтобы сломать сценарий власти. Если «За життя» выдвинет Вадима Рабиновича, мы поддержим... Но окончательное решение по этому вопросу будет позднее, на съездах партий».

Однако ясно, что партийные съезды в данном случае могут лишь оформить достигнутые ранее договоренности или их отсутствие. А вот о том, как будут пытаться договариваться, Бойко молчит. Однако технологий определения единого кандидата только две.

Первая — это праймериз, т. е. проведенное в масштабах страны голосование приверженцев определенной политической ориентации. Это достаточно давнее американское изобретение, которое в последние годы успешно внедрилось и в Европе, в частности во Франции и Италии.

Вторая — это кулуарные переговоры, которые можно проводить и во время формальной кампании, после выдвижения кандидатов, как, например, почти 20 лет назад пыталась безуспешно определиться с кандидатом «каневская четверка». А поскольку праймериз в украинских условиях нереальны, остается именно второй вариант.

Впрочем, теоретически возможна промежуточная модель, которая учитывала бы настроения избирателей и минимизировала бы волюнтаризм при кулуарных решениях. Заинтересованные стороны выбирают социологическую службу, которой они доверяют, и та проводит детальное исследование: оно определило бы не только текущие рейтинги возможных кандидатов, но и потенциал их роста. Однако о таких планах также не слышно, хотя, безусловно, в качестве аргумента в переговорах стороны будут прибегать к социологическим данным.

Однако пока непонятно, что за политические силы будут договариваться о едином кандидате, точнее — кого Бойко имеет в виду под «мы», которые готовы умерить свои амбиции. Ведь с самого начала стало ясно, что речь идет отнюдь не обо всем Оппоблоке.

О разрыве, который логичен

Так, еще 9 ноября на вопросы журналистов о том, какое количество депутатов фракции Оппозиционный блок решило присоединиться к платформе, Бойко не называл цифры, а лишь отметил, что это те члены фракции, которые присутствовали при подписании соглашения. А по данным «Интерфакс-Украина» при подписании присутствовали Юрий Павленко, Юрий Мирошниченко, Николай Скорик, Юлия Левочкина, Нестор Шуфрич, Сергей Ларин, Василий Нимченко. Оперативно заявил о поддержке соглашения и Сергей Левочкин. За исключением Нимченко и Шуфрича, которые вместе с Тарасом Козаком относятся к немногочисленной группе Медведчука в ОБ, все прочие представляют т. н. газовиков (или группу Бойко—Левочкина, за которой стоит тень Дмитрия Фирташа).

Реакция не меньшей по влиятельности группы, которая любит называть себя промышленниками, не заставила себя долго ждать.

Один из наиболее авторитетных и влиятельных оппозиционных политиков Вадим Новинский сказал изданию «Обозреватель»: «Он (Бойко. — С. Б.) выступал как частное лицо, это его частная инициатива. Никакого решения съезда и политсовета по этому поводу не было. Видимо, таким образом Юрий Бойко и Сергей Левочкин хотят вступить в партию «За життя» и создать «За життя» (объединенное)» — (возможно, это намек на партию объединенных социал-демократов, которой на пике ее влияния руководил Виктор Медведчук. — С. Б.). Мы обсудим сложившуюся ситуацию. Также будем требовать созыва съезда, чтобы обсудить эту ситуацию с представителями всех областей. Партия Оппозиционный блок всегда выступала за единого кандидата от прогрессивных оппозиционных сил, который мог бы создать конкуренцию действующей власти и не быть на подтанцовке у Петра Порошенко. А они пытаются создать единого кандидата под Порошенко. То есть они играют в его игру».

А другой сопредседатель ОБ и глава оппозиционного правительства Борис Колесников записал в Фейсбуке: «Заявление о создании Оппозиционной платформы «За життя», прозвучавшее сегодня в стенах Верховной Рады, является личной инициативой народного депутата Юрия Бойко, не согласованной с другими членами Оппозиционного блока и не легитимизированной съездом партии. Мы являемся последовательными сторонниками консолидации оппозиционных сил и выдвижения единого кандидата в президенты — авторитетного представителя промышленных и предпринимательских кругов, местного самоуправления, способного побеждать на выборах, а не кандидата, являющегося подстилкой для нынешней власти».

Начинавшая политическую карьеру как пресс-секретарь Колесникова, а потом многократно становившаяся депутатом ВР Елена Бондаренко пишет в той же соцсети: «Оппоблок разорвало. Логично. Все четыре года внутреннее противоборство, обоюдное недоверие и, как следствие, невнятная деятельность. «Газовики» ушли в стан Медведчука—Рабиновича. «Укрпром» остался. Почему-то не покидает ощущение, что под благородной идеей об объединении оппозиции прячется план под рабочим названием «на одном корабле собрать и утопить».

В общем, из видных представителей этого крыла не высказался только Александр Вилкул, который, по слухам, считается Ахметовым желательным для него кандидатом.

Наконец, надо упомянуть мнение и пожелавшего остаться анонимным депутата Рады от «ахметовской» группы, опубликованное в «Вестях» также 9 ноября: «Левочкин саботировал проведение партийного съезда, на котором должны были бы избрать единого кандидата. У нас есть принципиальное несогласие с кандидатурой Бойко, рейтинги тут ни при чем — они легко дробятся. Да и незачем идти с президентским кандидатом на те выборы, которые заранее проигрышные. Лучше было бы сосредоточиться на парламентской кампании, причем отдельно: «За життя» работала бы с «левым» популистским избирателем, а мы — на «бело-голубом» поле».

Заседание политсовета партии 12 ноября подтвердило раскол партии на условных «фирташевских» и условных «ахметовских». Оба крыла имеют по четыре члена из восьми в этом органе. В результате политсовет не смог принять никаких решений ни о проведении съезда, ни относительно сотрудничества с «За життя» — за каждый проект голосовало лишь по четыре человека.

Понятно, что каждое крыло Оппоблока имеет что предъявить другому крылу, обвиняя его в сотрудничестве с властью и в неискренней оппозиционности. Кстати, обращу внимание на то, как вел себя Сергей Левочкин 20 сентября этого года, когда Рада направляла в Конституционный Суд законопроекты о поправках к Основному Закону. Сайт ВР показывает, что в начале утреннего заседания он регистрируется в зале, но когда депутаты голосуют за направление в КС президентских поправок об интеграции в ЕС и НАТО, он уже числится отсутствующим, тогда как большинство коллег по фракции голосовали против.

Но вот когда чуть позже (но также до большого перерыва) идет голосование за аналогичное направление в КС конституционных поправок Олега Ляшко о фермерстве, то Левочкин уже оказывается на месте и за них голосует. С учетом постоянных слухов о тесных контактах бывшего главы АП Януковича с американским посольством выглядит весьма многозначительно то, что именно при голосовании о НАТО он выходит из зала или просто вынимает карточку для голосования.

Но давайте посмотрим, какую, собственно, политическую угрозу несет Оппоблоку как партии выдвижение единого кандидата.

Социологи традиционно включали в рейтинги двух членов фракции Юрия Бойко и Вадима Рабиновича. Обычно в этой паре Бойко был первым. Так, из 20 последних соцопросов он впереди в 16, а Рабинович только в четырех, в числе которых два исследования весьма сомнительной компании The Belgium-Ukraine Research Institute. Но и в ее октябрьском исследовании Бойко обходит лидера «За життя». А у Рабиновича с прошлого месяца по всем опросам рейтинг начинает проседать — это очевидное следствие ухода из партии Евгения Мураева, который начал собственный политический проект столь же юго-восточной ориентации под названием «Наши».

Согласно обнародованным 13 ноября данным опроса трех давно зарекомендовавших себя социологических служб (КМИС, «Рейтинг», Центр Разумкова), Мураев уже опережает Рабиновича. Но по моим данным, закрытые соцопросы показывали еще с сентября рост рейтинга Мураева. Поэтому Рабиновичу было целесообразно поскорей договариваться с Оппоблоком, примиряясь с ролью младшего партнера. И согласно ряду публикаций единым кандидатом от двух партий должен был оказаться именно Бойко, а нынешняя «невнятность» Рабиновича относительно технологии определения единого кандидата — это, по всей вероятности, способ набить себе цену.

Понятно, что у бывшего топливного вице-премьера немало минусов, но такой шлейф тянется практически за всеми бывшими «регионалами». Однако в практическом плане — если мы берем чистую политику, а не бизнес — его выдвижение не может угрожать группе, близкой к Ахметову. Признаюсь, я не могу представить, чтобы Бойко выиграл выборы, но их объективно не может выиграть любой кандидат юго-востока. Если появятся шансы — все равно не дадут.

Но приличный результат единого кандидата — это в большой степени залог успеха его политической силы на выборах в ВР, которые пройдут через семь месяцев после первого тура президентских выборов. При этом партии, выдвинувшие такого кандидата, могут в итоге и не договориться об общем списке в Раду, например, если будут убеждены, что порознь преодолевают процентный барьер. Но в этом случае результат единого кандидата будет работать именно на ту партию, которую избиратели ассоциируют с ним.

Следовательно, результат Бойко должен работать на Оппоблок — и на «фирташевских», и на «ахметовских». Теоретически «ахметовские» могли бы просто за поддержку его баллотирования получить гарантии преференций в партийном списке. Однако подобная логичная сделка не просматривается.

Но чего именно хотят «ахметовские»? Если вычистить их заявления от риторики и эмоций, то месседж оказывается очень непонятным. Как будто в основном речь о том, что кандидатом должен быть кто-то помимо Бойко и Рабиновича. Но кто? Раскручивать альтернативные им фигуры надо было заблаговременно. А сейчас нарастить практически с нуля рейтинг какого-либо кандидата за оставшееся до выборов время нереально.

Вот, например, Александр Вилкул — согласно опросу, проведенному в первой половине октября группой «Рейтинг» по заказу Международного республиканского института (США), — имеет 1% поддержки. Я думаю, что и в других исследованиях могли фигурировать представители ахметовской части Оппоблока с рейтингами в долю процента, а потому скрытые в общедоступных публикациях опросов за словами «другие кандидаты».

О парламентских выборах в проекции

Однако заключенная 9 ноября договоренность не предполагает, что единым кандидатом может быть только один из двух ее подписантов. И если вся проблема была бы в конкретном имени кандидата, то «ахметовские» могли бы заявить — дескать, мы приветствуем договоренность с партией Рабиновича, так как она уменьшает конкуренцию на одном электоральном поле, только считаем, что единым кандидатом не может быть ни он, ни Бойко. Но из их заявлений как раз кажется, что они осуждают саму идею единого кандидата с партией Рабиновича. Как, впрочем, и идею единого кандидата в целом. Ведь никто пока не сказал, что раз у Мураева заметный рейтинг, надо и с ним договариваться для большего единства.

Что же касается слов о целесообразности сосредоточиться на парламентских выборах как более перспективных для партии (а такие слова со ссылкой на представителей этого крыла Оппоблока звучат во многих публикациях), то небольшой временной интервал между двумя голосованиями превращает парламентские выборы в проекцию президентских. Этот феномен хорошо известен по Франции, где с 2002-го Национальное собрание избирают через месяц после выборов главы государства, и потому там неизменно побеждает президентская партия. В Украине интервал будет не месяц, а полгода (после второго тура), поэтому данный феномен не проявится столь же рельефно, но он все равно будет заметен. Значит, для Оппоблока, как и для прочих партий, чем лучший результат будет у кандидата на президентских выборах, тем лучше партийная перспектива на выборах Рады.

Объективно на первых выборах самым большим успехом для ОБ был бы выход ее кандидата во второй тур. И, как показывали соцопросы (правда, до нынешнего взлета Мураева), выдвижение единого кандидата очень заметно увеличивало бы эти шансы. Так, например, если определять рейтинг этого кандидата не как сумму рейтингов Бойко и Рабиновича (ибо электорат не переходит автоматически даже от одного идейно близкого кандидата к другому), а как 3/4 суммарного рейтинга этих политиков, то окажется, что в большинстве опросов такой цифры было бы достаточно для второго места.

А поскольку по всем опросам сейчас впереди Тимошенко, а вторым (согласно большинству исследований) оказывается Порошенко, то получается, что именно президента единый кандидат сделал бы «третьим лишним». Тогда как его отсутствие сильно увеличивает шансы главы государства попасть во второй тур, хотя и не гарантирует (в упомянутом опросе трех соцслужб у Порошенко 10,3% определившихся избирателей, а у Зеленского — 11,4%).

И не в этом ли разгадка звучащей с разных сторон критики договоренностей о едином кандидате? Ведь не мешая чистой политике, такие договоренности мешают бизнес-интересам, которые отнюдь не совпадают у различных представителей деловых кругов в ОБ.

В этом плане интересен вопрос: а зачем вообще понадобилось сейчас заявлять о создании альянса? Ведь главный и самый сложный вопрос подобных объединений, кто именно станет единым кандидатом, как заявлено, остается «предметом дискуссий». Обычно даже при наличии разногласий стороны пытаются договориться и тянут с признанием провала попыток объединения до последнего момента. А тут, очевидно, целью действа было именно публичное провозглашение раскола в Оппоблоке, ведь реакцию Новинского, Колесникова и других предсказать было несложно. Возможно, целью было именно представить последних «раскольниками» — мы, мол, тут объединяемся, а они против.

И не будем сбрасывать со счетов высказанную мной две недели назад версию, что конфликты в стане оппозиции служат «преамбулой» для выдвижения «неожиданного», компромиссного единого кандидата, коим должен стать Виктор Медведчук, признаки раскрутки которого в данном качестве появились в медиапространстве.

Оппозиция, «идя разными колоннами, каждая будет собирать электоральную поддержку (особенно тех, кого кто-то из будущих коалициантов принципиально не устраивает), расширяя общую базу, чтобы в нужный момент слить ее в один поток. И под кого собирается этот поток, становится все более очевидным, как и то, в какой «упаковке» это будет подано — дескать, нескольким идейно близким кандидатам сложно было выделить из «своей среды» единого кандидата, поэтому решено выдвинуть политика, который изначально на это не претендовал и даже не рассматривался.

Нужно отметить, что ситуации, когда два и более «политических тяжеловеса» в качестве компромисса совместно поддерживают третью кандидатуру, случаются довольно часто, но, как правило, такой «единый» кандидат изначально имеет куда меньший вес, чем вынужденные уступить ему дорогу фавориты.

В нашем же случае ситуация прямо противоположная: Виктор Медведчук уже выглядит как куда более «веская» и «весомая» фигура, чем «формальные» кандидаты Бойко, Рабинович и Мураев, а также президентских планов не высказывавшие, но претендующие на самостоятельную политическую роль Александр Вилкул и Михаил Добкин», — отмечал я тогда.

Так, может, мы становимся свидетелями развития событий как раз по этому сценарию?

О Порошенко, которому ох как есть над чем подумать

Не меньшую интригу и не меньшие противоречия можем наблюдать и на противоположном сегменте украинского политикума.

Неделю назад, комментируя политические последствия смерти Екатерины Гандзюк, я отмечал, что это трагическое событие может стать прологом к очень серьезным «катаклизмам», свидетельством чему заявление генпрокурора Луценко об отставке.

И вот, похоже, оправдывается мое предположение, что экстренно инициированное Ириной Геращенко рейтинговое голосование по отставке Луценко понадобилось для того, чтобы с ходу закрыть этот вопрос, не дать Юрию Луценко спрыгнуть с президентского поезда, поскольку намерения у него серьезные.

Глава Генпрокуратуры в эфире ток-шоу «Право на владу» на телеканале «1+1» (рупор Игоря Коломойского, а, напомню, Юрия Витальевича еще год назад «застукали» с опальным олигархом в Брюсселе) заявил: «Я с президентом имел острый разговор, он не воспринял моего шага. Он узнал обо всем за пять минут до моего захода в Верховную Раду. Тем не менее я сказал, что это мое принципиальное решение». Генпрокурор отметил, что его заявление об увольнении лежит на столе у Порошенко. Президент его рассмотрит, как только вернется из рабочей поездки из-за границы. Он подчеркнул серьезность своих намерений, а не эмоциональность принятого решения: «Это не игры, это принцип».

Собственно, еще месяц назад Луценко говорил о намерении уйти в отставку сразу после президентских выборов, на которых он свою задачу видит исключительно в обеспечении их законности, а не в поддержке одного из кандидатов. Причем совершенно определенно дал понять, о ком из кандидатов идет речь, а также то, что готовит продолжение своей политической карьеры уже «после Порошенко». Теперь же, когда из-за «дела Гандзюк» (и, возможно, не только его) вырисовывается очень крупный и резонансный «конфликт интересов», понятно стремление оказаться от этого дела в стороне, чтобы не похоронить свою будущую карьеру.

Позицию президента также понять очень легко — уход безусловно обладающего большим политическим весом и одного из наиболее близких лично ему соратников станет плохим сигналом относительно перспектив нынешнего президента для всего украинского политикума, включая собственные партию и фракции, может весьма существенно повлиять на их поведение в ходе президентской гонки и возможных «осложнений».

Да и Генпрокуратура после ухода Луценко останется в подвешенном состоянии — шансы протащить через Раду в генпрокуроры другого «надежного» человека (из политиков или «профи») крайне малы, а полномочия «и.о.», во-первых, ограничены (в частности, он не может направлять в Раду представления на снятие депутатской неприкосновенности), а во-вторых — далеко не факт, что и.о. из кадровых сотрудников Генпрокуратуры также не постарается (как минимум) дистанцироваться от превращающегося в «хромую утку» президента. Впрочем, ведь и Юрий Луценко уже вовсю «дистанцируется» и того и гляди начнет выполнять свои обещания рассматривать все дела (особенно с «предвыборным окрасом») строго в соответствии с законом. Касается это и «дела Гандзюк».

И, как сообщила пресс-секретарь генпрокурора Лариса Сарган, Игоря Павловского, бывшего помощника народного депутата от БПП Николая Паламарчука, 12 ноября арестовали по обвинению в причастности к убийству Екатерины Гандзюк. Павловский будет до 3 декабря находиться в киевском СИЗО без альтернативы внесения залога. Павловскому объявили о подозрении по ст. 115 (умышленное убийство) и по ч. 3 ст. 27 (виды соучастников) УК Украины. «Он, скажем так, посредник заказчика», — определила Сарган степень причастности арестованного к убийству Гандзюк.

Т.е. Генпрокуратура плотно разрабатывает именно ту версию, на которой настаивают «активисты» и которая наиболее ощутимо бьет по президенту. Правда, обращает на себя внимание то, что арестовали Павловского всего на 20 дней, а не на «стандартные» два месяца. Видимо, пока есть надежда, что постепенно волна спадет и дело можно будет потихоньку спустить на тормозах. Но это — бабушка надвое сказала. Да и вопрос — какую линию изберет Юрий Луценко, если останется в кресле генпрокурора. В общем, есть над чем подумать Петру Порошенко.

О Гройсмане, вышедшем за кильватер

Между тем свой ход сделал и премьер Владимир Гройсман, давно уже ведущий собственную игру, отнюдь не в кильватере президента. Выступая на часе вопросов к правительству в ВР, он заявил: «Как будут политики решать, какая будет система управления — президентская, парламентская, это ваше дело... Я поддерживаю категорически наведение порядка в стране. Хочу сказать: премьер-министру и правительству недостаточно полномочий. Поэтому временно возможно рассмотрите. Я внесу (законопроект в парламент. — С. Б.) об изменениях в закон «О Кабинете Министров Украины» об усилении полномочий премьер-министра Украины... Если вы это поддержите, я в течение трех месяцев наведу в стране реальный порядок».

Нетрудно догадаться, за чей счет Гройсман хочет увеличить свои полномочия. И срок три месяца — это как раз до президентских выборов. Если такой законопроект будет внесен, то он практически наверняка вызовет серьезные разногласия в правящей коалиции, что способно привести к ее окончательному, юридическому развалу. Может, в этом и состоит замысел — через распад коалиции дистанцироваться от «безнадежного» президента, не уйти с ним «на дно» после его проигрыша на выборах? А поскольку закон практически наверняка принят не будет, то у Гройсмана (с прицелом на дальнейшее продолжение политической карьеры) будет классическое объяснение не самых впечатляющих результатов своей деятельности — «не хватило полномочий, президент мешал...». Т.е. будем иметь ремейк феномена Ющенко.

Причем понятно, что действует премьер в унисон с «Народным фронтом», с которым у него уже достаточно давно сложились партнерские отношения. Последний же, хотя «вербально» пока никак не высказал своего отношения к стартующей президентской гонке, отметился большим количеством билбордов по всей стране, в т.ч. и с «ликом» лидера партии Арсения Яценюка. Очевидно, что это выглядит явной прелюдией к вступлению в президентскую гонку.

Т.е. сценарий, по нашей информации, выглядит так: разрыв отношений с БПП через парламентский кризис (вокруг закона о полномочиях Кабмина) и выдвижение своего кандидата в президенты (Яценюка), которого будет поддерживать и.о. премьера Гройсман. Конечно, относительно шансов Арсения Петровича в его партии иллюзий не питают, но своевременный разрыв с Порошенко и презентация партии через участие в президентских выборах должны позволить ей сохраниться на политической авансцене и успешно пройти парламентскую кампанию следующей осенью. Похоже, что в «Народном фронте» заглядывают за более дальний, чем в Оппозиционном блоке, временной горизонт.

Но заглядевшись в такую даль — и стоя при этом с рейтингом менее 1% на краю пропасти полной потери доверия избирателя — НФ рискует в конечном итоге свалиться в эту самую пропасть.

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...


Загрузка...
Загрузка...

Рука Банковой: импровизации исключены

В России влияние крупного бизнеса на политику минимально, в то время как в Украине —...

Выбор между ногой и ягодицей

Вы узнаете: как связаны возможные санкции против «Северного потока-2» с...

К военному положению через мат и пшик

Вы узнаете: как на Банковой, рассчитывая на «фактор воскресенья», не учли того,...

Выборы без перспективы мира

Кремль устраивает как Порошенко, так и Тимошенко

Александр Квасьневский: «Польша неизменно будет...

Александр Квасьневский — президент Республики Польша в 1995—2005 гг., в настоящее...

Кредит МВФ повышает шансы на переизбрание президента...

Благодаря $4-миллиардному кредиту Порошенко не будет выглядеть в глазах избирателей...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто

Получить ссылку для клиента
Авторские колонки

Блоги

Маркетгид
Загрузка...
Ошибка