«Дело Гонгадзе»:g беззаконие в действии

22 Сентября 2010 5

Самая ранняя — «Газета олигарха обвиняет Кучму в том, что кадровые решения принимаются за него на Западе» (31.08.00, Евгений Захаров) — это возмущение автора по поводу критики премьер-министра Виктора Ющенко газетой «Киевские ведомости» (в частности, перепечаткой из «Континента» статьи «Птичья метка на мундире премьера»). Но самое интересное, что этот материал — сплошное «битье» Виктора Андреевича. В нем говорится о том, что Ющенко усадила в кресло главы правительства спецгруппа немецких советников, что он жестко настроен против России, зато поддерживает своих самых отмороженных наци, что его любят бандеровцы, а жена работала в различных организациях и правительственных учреждениях, так или иначе связанных с американскими спецслужбами. Да Юрий Федорович, по слухам тогда метивший в кресло премьера, должен был бы за такой компромат на его здравствующего обладателя руки-ноги целовать и автору, и руководителю сайта, разместившего ее. Какое убийство! А если кого и «заказывать», так это президента, позволяющего западным партнерам принимать за него кадровые решения.

«Имплементация по-кучмистски» как момент истины для украинской национал-демократии» (1.09.00) Максима Стрихи повествует о шоке, который он ощутил по результатам голосования в ВР за президентский законопроект об имплементации результатов референдума. Это ж надо, национал-демократы решили исход голосования!

Далее Стриха рассматривает варианты возможного развития событий осенью, их последствия, ожидаемые действия президента, обвиняет Кучму в желании иметь абсолютную власть и ручной парламент, призывает патриотов Украины к принципиальности, единству и непродажности. Но в итоге признает: конституционный переворот если и состоится, то вполне легитимно, а может, и вообще не состоится, Леонид Данилович ограничится очередными словесными демаршами в адрес парламента.

Вопрос к следователю: неужели после убийства Гонгадзе Стриха, Мороз, Чорновил и др. не нашли бы, где опубликовать свои крамольные мысли (если он узрел их таковыми) относительно поправок к Основному Закону?

«Самые большие аферисты Украины — из окружения Кучмы» (7.09.00). Анонимный автор (допустим, Гонгадзе) считает: проведенный радио «Свобода» опрос дает основания полагать, что Украина — одна из наиболее коррумпированных стран мира. Коррупция тут достигает наивысших эшелонов власти, а самые близкие ставленники президента (Игорь Бакай, Павел Лазаренко) обвинены в многочисленных махинациях.

И где же тут предмет для смертельной обиды Кравченко? Президент лично тоже не оскорблен. Или радио «Свобода» не имеет прямого выхода в украинский эфир, а только через «УП», с закрытием которой будет решена проблема трансляции заграничной ереси?

В предложенном следователем списке действительно нелицеприятной для президента можно считать статью «В интернете Кучма не популярен» (8.09.00). В ней представлен анализ виртуального голосования по оценке деятельности Леонида Даниловича на одном из интернет-порталов, сопряженный преимущественно c негативными комментариями посетителей сайта и итоговым выводом автора материала: президента Кучму — посадили не в свои сани. Прочитав такое, можно, конечно, загореться желанием «убить гада!». Но все дело в том, что гад-то инкогнито, к тому же использует данные чужого интернет-ресурса, который не умрет вместе с убитым Гонгадзе, если считать это сочинение творением последнего.

В том же стиле, только с большей долей сарказма написаны «Сказки нескучной страны» (11.09.00), но это перепечатка из «Граней». Не будет подобных материалов на «УП» — будут в других СМИ, причем более известных.

Из тех же «Граней» «Страх — источник вдохновения президента?» (11.09.00) авторства Ольги Анисимовой. Президент Кучма характеризуется как человек, испытывающий страх перед доморощенными олигархами и Москвой, а также критикуется за как бы препятствование реформаторской деятельности Ющенко и Тимошенко, в первую очередь в энергетическом секторе. Допустим, вышел из себя главный милиционер страны, ознакомившись с очередным пасквилем на президента. Ну и приказал бы не оставить мокрого места от Ольги Анисимовой и печатающих ее «Граней». Что изменится в редакционной политике этого издания со смертью руководителя «УП»?

Забытое наследие

И это не конец парадоксам. Следователь Харченко в основу мотивации убийства не включил ни одну из статей, подписанных Георгием Гонгадзе, причем вышедших в тот же период, что и рассмотренные выше (т. е. в течение двух первых недель сентября), и являющихся куда более острыми и вызывающими. Все эти сочинения представлены в «2000» за 13 сентября 2002 г.

С последней из них — «Александр Волков обиделся на «УП», датированной 14 сентября, понятно. Упомянуто имя бывшего «директора парламента» — значит, мало не покажется: от его ярости даже вооруженная до зубов «Альфа» не защитит. Но согласно новейшей версии следствия, Волков не при делах. Почему же следователь не заметил другие произведения, где стоит подпись Гонгадзе? Возможно, потому, что они давно вдоль и поперек перечитаны и признаны не способными взорвать ни президента, ни кого-либо другого из его окружения. Свежую же порцию динамита когда еще массово прочитают!

Но, как оказалось, прочитали. И уже в первые дни после обнародования творения за подписью Александра Харченко обратили внимание на то, что из-за написанного в подобранных им статьях эмоциям Юрия Кравченко не то что тайфунить, легкой зыбью покрываться нечего. Руководитель МВД вообще там не упомянут: ни прямо, ни косвенно, ни в десятом колене.

Оплошность следствия пришлось исправлять Мирославе Гонгадзе. На «Шустер live» в прямом включении из Вашингтона она подчеркнула, что Георгий на самом деле задевал Кравченко... Два раза. Один раз в эфире с Вячеславом Пиховшеком, задав вопрос президенту о состоянии дел в МВД, другой — в публикации под названием «Политический стайер» (12.09.00).

Но в этой статье Гонгадзе видел Юрия Кравченко будущим президентом — транзитом через пост премьер-министра — уже в ближайшее время. Чего же злиться? Радоваться только по причине отмеченных достоинств и перспектив головокружительной карьеры! Что по сравнению с ними несколько издевок типа «полицай», «генерал в черном эсесовском мундире» и т. п.! Если кого и «мочить» министру, так это главу президентской администрации Владимира Литвина, который, по инсайдерской информации Гонгадзе, втайне вынашивает планы самолично обзавестись гетманскими клейнодами.

Причастность Кравченко к преступлению, таким образом, установлена только со слов Пукача и ничем не подтверждена. Совокупности достоверных и неоспоримых доказательств нет и в помине. Трудно даже представить, что может подтвердить беседы один на один и без негласной прослушки. Или в загашнике еще есть «свидетели»?

Имя министра Кравченко упоминается в трех эпизодах: 13—14 сентября отдал устный приказ Пукачу на убийство, 17 сентября принял рапорт об исполнении, в начале октября отдал распоряжение скрыть преступление. Да, и самый важный эпизод, а посему в дословном изложении: «...Пукач, реализуя общий умысел на убийство, действуя кроме того, во исполнение заказа Кравченко Ю. Ф., запхал в рот Гонгадзе носовой платок...»

Почему замолчали «пленки Мельниченко»

Но следственные изыски продолжаются. Из «преступной» биографии Кравченко полностью изъята предыстория исчезновения журналиста, в частности, разговоры на тему Гонгадзе с Леонидом Кучмой, отчеты о слежке, неоднократная словесная презентация «орлов», т. е. все «пленочное» жизнеописание. При том что последняя встреча министра и президента, согласно обнародованным аудиофайлам, состоялась 11 сентября, за 2—3 дня до того, когда — по версии ГПУ — Кравченко отдал приказ Алексею Пукачу убрать критикующего власть журналиста.

А ведь комплексная криминалистическая фоноскопическая экспертиза (чипа из звукозаписывающего устройства, переданного Мельниченко — «Українські новини», 7.09.10) состоялась, ее выводы были получены еще 26 августа. Об этом на брифинге 9 сентября сего года сообщил Генпрокурор Александр Медведько. И именно отсутствие экспертного заключения, по словам руководителя ГПУ, было сдерживающим моментом для окончания расследования. «Сейчас результаты всех экспертиз есть, проведены практически все допросы, и мы можем говорить о том, что вступили в завершающую стадию следствия» («Профиль», 11.09.10).

Почему же следствие проигнорировало известные на весь мир вещдоки, альфу и омегу «дела Гонгадзе» всех десяти лет? А потому что не видит приемлемого для себя варианта использования полученного Мельниченко продукта. Признав «пленки» сфальсифицированными, Генпрокуратура обязана будет начать по этому факту расследование. Но Николай Мельниченко-то у нас неприкасаемый из неприкасаемых. «Бело-синяя» команда, как и «оранжевая», взяла на себя обязательство не привлекать его к ответственности и свято соблюдает его. Иначе экс-майор уже давно давал бы следователям показания, а не указания.

Еще в большей мере, нежели личность Мельниченко, табуированы обстоятельства снятия информации с первого кабинета страны.

Признание же фрагментов записей, причем наиболее сомнительных и спорных, аутентичными автоматически подтверждает и легализует факт прослушки и переводит в статус правдивых весь массив аудиофайлов. В том числе тех, на которых слышен голос Виктора Януковича. Часть из них была обнародована 19 октября 2004 г. на пресс-конференции в Варшаве. Гуляет по интернету и обращение Мельниченко к Григорию Омельченко, Владимиру Стретовичу и Владимиру Радченко того же периода («УП», 21.10.04). Разговор с участием губернатора Донецкой области присутствует и в бестселлере «Кто есть кто. На диване президента Кучмы» («УП», 17.01.03). Обратим внимание на дату — начало первого премьерства Януковича. В этот период тем, кто проводил спецоперацию по захвату власти в Украине (позже принявшую вид т. н. «оранжевой революции»), Виктор Янукович был такой же помехой, как и Леонид Кучма. И поэтому также стал одной из основных фигур, против которой ведут атаку «борцы за демократию» в Украине.

Не желая вдаваться в безусловно весьма непростые нюансы проведения этой спецоперации (Леонид Кучма недавно даже назвал спецслужбу, активно участвующую в ней), Генпрокуратура, отбросив всю многолетнюю экспертную работу по записям, в том числе выполненную в августе этого года, сделала вид, что незаконной прослушки кабинета президента не было вообще, как и международного уровня десятилетних спекуляций на эту тему и понесенного Украиной материального и имиджевого урона.

Как сообщила Валентина Теличенко («ЗН», 18.09.10), «записи Мельниченко» не фигурируют в качестве доказательств, поскольку их подлинность (происхождение) не удалось установить.

Отказано и в возбуждении уголовного дела против Мельниченко: мол, записей нет, сам он дает противоречивые показания, экспертиза однозначно ничего не установила.

Но эта страница в нашей истории была, и она запечатлена в неисчислимом множестве носителей информации! Органы власти, не привлекая горе-майора к ответственности, негласно признают его честность, чистоту намерений и отсутствие монтажа в предоставленных им записях.

Есть еще один аспект этого вопроса: протекция над Мельниченко — это надругательство над чувствами людей, которые живота своего не жалея воевали за Родину, в том числе на выборах 2010 года, голосуя за Виктора Януковича как за антипода представителей предательского в их понимании «оранжевого» лагеря.

Потери на марше

Обрезание матчасти относительно Юрия Кравченко не идет ни в какое сравнение с обрезанием матчасти относительно Алексея Пукача. По версии Генпрокуратуры, до 13—14 сентября 2000 г. он — что ни на есть законопослушный гражданин. Ни одного темного пятнышка. Выведены даже те, которые инкриминировались ранее: организация незаконной оперативной разработки Подольского и Гонгадзе, приказ на уничтожение в июле 2003 г. документации касательно этой слежки, принуждение подчиненных к выгодным ему показаниям во время допросов. Уголовное дело по этим позициям закрыто. Вопрос уничтожения документов суровой отчетности ГУУР после задержания Пукача, по всему, даже не поднимался. Забыт даже арест 2003 г. и многочисленные суды по его последствиям.

А ведь 14 января 2005 г. ГПУ возбудила уголовное дело против Пукача как раз за превышение власти и должностных полномочий и за злоупотребление служебным положением сотрудника правоохранительных органов. 21 января того же года на этом основании было вынесено постановление о привлечении Пукача в качестве обвиняемого в совершении этих преступлений, а 24 января Печерский районный суд Киева вынес постановление о задержании генерала и доставке в суд под стражей для рассмотрения в судебном заседании ходатайства об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу. В тот же день Пукача объявили в розыск. Выходит, напрасно за человеком гонялись — не было на то оснований.

Как теперь быть с предметом гордости Святослава Пискуна: «при мне Пукач был арестован и давал показания»? Чем докажет, что и его плечо было под бревном «дела Гонгадзе»? И Геннадию Москалю незачем ждать ответа на излюбленный вопрос: «кем был выписан бланк наружного наблюдения, и кто его утверждал?» А никто, потому что в новейшем изложении следствия слежки-то не было.

Хотя в материалах судебного процесса над Костенко, Протасовым и Поповичем, перекочевавших через некоторое время в Верховный Суд, упоминается и о жалобе Гонгадзе Генпрокурору по поводу внешнего наблюдения за ним, и о показаниях свидетелей из числа сотрудников ГУУР о том, что 15—16 сентября 2000 г. по указанию Пукача означенное спецподразделение милиции незаконно преследовало журналиста («УП», 14.09.10).

Почему пошли на такие доказательные жертвы? А потому что и внешнее наблюдение за Гонгадзе, и утилизация соответствующих материалов — это инсинуация, направленная на достижение конкретных краткосрочных целей: в первом случае — для обвинения МВД и лично министра Кравченко в преследовании Гонгадзе, окончившемся его исчезновением, во втором — для легализации повода, на основании которого можно арестовать Пукача с последующим обвинением его в похищении журналиста по указке Кравченко— Литвина— Кучмы. Подобное не подлежит сохранению в истории, поскольку является свидетельством тотальной фабрикации дела.

Согласно анализируемому документу Георгия всего лишь задержали в Киеве. С превышением власти и служебных полномочий, правда. О мере и способе превышения не сказано, хотя сцена убийства в постановлении расписана до мелочей. А как бы подельники Пукача, кроме всего прочего, «сидят» и за насилие во время похищения. Что касается Пукача, то суд установил, что генерал после обманно-насильственной посадки Гонгадзе в служебный автомобиль ГУУР несколько раз ударил журналиста резиновой палкой по телу («УП», 14,09.10).

В обвинительном заключении отсутствует эпизод, касающийся поисков головы журналиста в конце июля— начале августа 2009 г. после соответствующего признания Пукача. Возможно, потому, что реально этого процессуального действия не было. Ни возле села Сухолисы, ни возле села Довгалевское. Доказано журналистами и запечатлено во множестве публикаций и видеокартинок. Благодаря расследованию «2000» (14.08.09) точно знаем, что информацию о найденном черепе Генеральная прокуратура озвучила приблизительно неделей раньше, нежели организовала видимость раскопок в лесополосе, расположенной на расстоянии 1,4 км от автодороги между селами Довгалевское— Колесниково. Зачем столь скользкий момент выносить на суд зрителей, тем более что он не подпадает под категорию гостайны, а посему должен быть представлен в открытой части судебного заседания.

Даже череп, фигурирующий в качестве экспертно подтвержденного окончательного и бесспорного свидетельства смерти Гонгадзе, складывается впечатление, не рассматривается как улика для судебного рассмотрения. Ведь протест Леси Гонгадзе по этому поводу может быть услышан президентом с соответствующей его реакцией. Не в последнюю очередь (судя по выступлению на «Шустер live» 17 сентября) благодаря Анне Герман, принявшей сторону мамы Георгия.

В подготовленных для суда материалах никоим образом не представлен период пребывания Алексея Пукача в розыске до поселения в Молочках Житомирской области. Где и с кем был, с кем общался, как обеспечивал физиологические потребности в жилье и еде, ничего не сказано. А ведь укрывательство от следствия также квалифицируется как преступление, подлежит расследованию и карается отдельной статьей Уголовного кодекса.

Индифферентность ГПУ по этому вопросу подтверждает наши предположения о том, что Пукач не скрывался, а сразу после освобождения из Черниговской колонии осенью 2003 г. был похищен организаторами «гонгадзегейта» и тайно удерживался ими до 21 июля 2009 г. («2000», 6.08.10).

Со слов Сергея Лещенко и Валентины Теличенко, имеющих доступ к материалам дела, известно, что в них присутствует эпизод, связанный с Алексеем Подольским: незаконное задержание и нанесение телесных повреждений 9 июня 2000 г. Констатируется, что Пукач в основном подтвердил информацию об обстоятельствах, которые легли в основу судебных приговоров, вступивших в законную силу, относительно проходивших в качестве соучастников Николая Наумца и Олега Мариняка

Однако в постановлении о привлечении Алексея Пукача к уголовной ответственности, обнародованном «УП» 16 сентября, об этом ни слова. Хотя в документе, которым интернет-газета располагала раньше, предположительно 13 сентября, происшедшее с помощником Сергея Головатого присутствовало, за исключением статьи «умышленное уничтожение или повреждение индивидуального имущества граждан» (поджог дверей квартиры в качестве профилактики). При том что Апелляционный суд Киева 8.05.07 установил, а Верховный Суд 14.08.07 подтвердил, что именно Пукач предложил Наумцу и Мариняку задержать Подольского, вывезти его за пределы Киева и избить. Все трое, кроме того, применяли к похищенному и психическое насилие («УП», 14.09.10).

Примечательно, что более обширное по количеству эпизодов постановление Генпрокуратуры датировано 7 сентября, а более узкое — 4 сентября. И это тоже показатель качества следственной работы.

Неужто вчитались в показания Подольского парламентской временной следственной комиссии в 2001 году? А из них явно следует, что ни бывший начальник Управления уголовного розыска, ни уже осужденные его подчиненные ну никак не подходят под описание, предоставленное самозванной жертвой. А может, все гораздо проще? Подольский выпал из постановления потому, что история преступления Пукача и Кравченко в окончательном изложении следствия начинается 13 сентября 2000 г.? Или в конечном итоге уж очень абсурдным показалось обвинение в похищении и насилии над референтом известного политика, кроме Пукача, еще и Кравченко, якобы отдавшего соответствующий приказ?

В течение последнего года Генпрокурор Александр Медведько не раз сообщал об установленных лицах, в том числе сотрудниках милиции, помогавших генералу скрываться от следствия. 22 июля 2010 г. на пресс-конференции подобное утверждение прозвучало еще раз. Вопрос о привлечении этих лиц к уголовной ответственности будет решен после завершения следствия, — заверил Медведько.

Однако ничего подобного не произошло. Наверное, потому, что несмотря на рукотворную дискредитационную волну, не удалось отправить в отставку министра Анатолия Могилева

В том же, что имеются заготовки относительно очередных козлов отпущения, можно не сомневаться. Да и заинтересованные в окончательной «посадке» Пукача все время намекают, что основные его откровения должны прозвучать во время суда. Так что при благоприятных обстоятельствах эти закрома следствия все-таки могут быть вскрыты.

Не менее щепетильной является процедура задержания как бы беглеца. Аплодисменты она получила всего лишь от нескольких человек в Украине, остальные граждане, в первую очередь жители села Молочки, отметили ее наигранность, т. е. инсинуацию. Неудивительно, что описание этой сцены не попало в обвинительный вывод.

Скрыть, чтобы увидели

Отдельный абзац в постановлении отведен приказу Кравченко замести следы преступления. Но какое же это сокрытие, если тело лежало с украшениями, по которым без труда его можно опознать? Но от факта наличия эксклюзивных ювелирных украшений никуда не деться. Как и от ответа на вопрос, как цепочка с кулоном оказались в яме под Таращей, если труп был без головы и шеи. А потому, негласно говорит нам следствие, что голову отчленили на новом месте захоронения.

Но ребята и тут недоработали. Отчленение головы на месте находки туловища должно было оставить по себе хоть какие-то следы, например, остатки мягкой или костной тканей. Однако по результатам исследования международного детективного агентства «Кролл», ничего подобного не было («УП», 25.09.01). А по версии следствия, от даты перевозки трупа на новое место прошел лишь месяц.

С другой стороны, обнаруженное тело выглядело относительно свежим, на нем не было ни червей, ни насекомых, под правой мышкой наблюдались неразложенные ткани. Содержание желудка указывало на хранение в прохладном месте, тогда как октябрь в дневное время вряд ли в полной мере соответствовал означенному температурному режиму. Тем более при неглубоком захоронении и рыхлости почвы. Этот фактор, кстати, также указывает на то, что захоронение не месячной давности, а более позднее.

Также неясно, с какой целью отсекалась голова, если идентификаторы погибшего все равно оставались с туловищем. Может, чтобы засвидетельствовать Кравченко выполнение поставленной задачи (в уголовном мире есть такая традиция)? А Пукач просто не рискнул привезти трофей в Киев?

Пока нет ответа на вопрос, чем руководствовался Пукач, выбирая места для убийства, перезахоронения трупа и отчлененной головы. Каким образом известные нам точки могли уберечь от разоблачения и последующего привлечения к ответственности?

И вообще, почему во исполнение приказа Кравченко скрыть следы преступления опытнейший оперативник не превратил труп в прах и не развеял его по ветру, а закопал человеческие останки близко к поверхности и недалеко от перекрестка совсем не глухих дорог (еще и автомобильная трасса рядом)? И наконец, какие доказательства выполнения приказа предоставил Пукач генералу Кравченко? Когда и где?

Почему после обнаружения тела, свидетельствующего о полной безалаберности и непрофессионализме руководителя отдела, сущностью работы которого является строжайшая секретность, министр не превратил в придорожную пыль самого Пукача и даже не уволил его с работы? И менее титулованные помощники остались целы-невредимы, пока их не «повязала» «оранжевая» власть.

Тайники следствия

Причины сужения доказательной базы следствия, вместе с тем, лежат на поверхности: нежелание светиться с явно абсурдными вещами, уже раскритикованными в прессе, и ориентация на суд в блиц-режиме.

Очевидно же — обвинение Алексею Пукачу составлено таким образом, чтобы минимизировать число приглашенных судом свидетелей. Фактически они вообще пока не предвидятся. Мотивация базируется на произвольно подобранных следствием литературных источниках и собственном понимании вопроса, а доказательная часть — исключительно на свидетельствах Пукача и уже осужденных его подчиненных.

Чем меньше эпизодов, тем короче судебное разбирательство Чем короче и проще процесс, тем меньше времени обсуждаются и увековечиваются на разных носителях его изъяны. И тем более низка вероятность непредвиденных показаний свидетелей. По составу преступления ну никак не тянущих на заключение в следственный изолятор СБУ. А в других условиях меры пресечения обеспечить, а тем более гарантировать необходимые показания — непростая задача даже в закрытом судебном процессе. Возможность же полной управляемости судом, как это было в случае с Протасовым, Костенко и Поповичем, все-таки ограничена. Особенно после введения в круг обвиняемых Юрия Кравченко.

Вместе с тем распространенные «УП» выдержки из материалов дела показывают большие неотраженные в заключении следствия фактажные резервы. В частности, относительно Владимира Литвина. Он жив, допрошен, а посему официально вменять ему что вздумается, нет никакой возможности. По большому счету его вовлечение в процесс в качестве обвиняемого только угробит дело, поскольку его интересы будут представлять настоящие, высшей квалификации юристы.

Но заказ на очернение председателя ВР с завершением досудебного следствия не снят. В его исполнение в материалы дела введены соответствующие показания Алексея Пукача, что обнародовано посредством слива информации в «УП». А дальше в ход пошла информационная цепная реакция, а та же «УП» сочла, что имеет достаточно оснований крутить ролик под названием «Они знают все» с фотографиями закланных на осуждение по «делу Гонгадзе».

Подобным образом черная метка выставлена Николаю Джиге только за то, что он когда-то имел совесть и мужество выражать несогласие с официальной версией следствия по «делу Гонгадзе» в СМИ, а именно отвергал возможность совершения Пукачем убийства и как глава следственно-оперативной группы по розыску пропавшего журналиста, выезжавший на место обнаружения трупа, впоследствии нареченного «таращанским телом», приводил доводы в пользу того, что труп не принадлежит Гонгадзе. Обвинив Джигу в причастности к преступлению до суда, столкнулись бы с той же проблемой: допуском его защитников к материалам дела. А затолкать Джигу в следственный изолятор СБУ и назначить «своих» адвокатов не так то просто.

Показания Пукача относительно Литвина и Джиги таким образом были рассчитаны на обнародование во время судебного следствия. О решающем значении суда в идентификации заказчиков преступления не говорит только ленивый. 18 сентября, отвечая на вопрос телеканала «1+1», такое развитие событий косвенно подтвердил и руководитель пресс-службы ГПУ Юрий Бойченко

Как только означенные показания прозвучали бы публично и посредством СМИ с соответствующими заголовками и комментариями разнеслись бы по всему миру, Генпрокуратура как бы вынужденно завела бы уголовное дело, выделив его в отдельное производство. Будет вынесено официальное обвинение Литвину и Джиге в ближайшее время — хорошо, не будет — тоже неплохо. Тема ведь все равно остается на слуху, как и простор для излюбленных требований упечь заказчиков за решетку.

Однако переборщили: обвинив Юрия Кравченко в заказе Гонгадзе, получили обратный ожидаемому эффект. Общество по разным причинам не приняло мертвого в качестве ответчика. Даже бывшие оппоненты Юрия Федоровича. Хотя «регионалы», как мы и предполагали («2000», 6.08.10), не подвели и дружно промолчали. А некоторые (в частности Михаил Чечетов и Святослав Пискун) даже принялись защищать мудрость следствия. Партия регионов в лице народных избранников встала в один ряд с Мельниченко и Луценко. Из общего ряда выпал только нардеп Василий Грицак

Потерпел фиаско и Григорий Омельченко. На волне всеобщего возмущения с формулировкой «отсутствие состава преступления» в возбуждении уголовного дела против Литвина и Джиги было отказано. Надо полагать, под влиянием совестливой части правящей коалиции досудебное следствие продлено до 14 декабря. Николай Джига может вздохнуть спокойно.

Власть в ловушке

Однако это как бы завершение расследования по «делу Гонгадзе» запечатлено в истории, стало ее несмываемой частью и десятки лет оно будет изучаться исследователями, в том числе профессионалами. Все вещи будут названы своими именами. И вряд ли от потомков стоит ожидать высоких оценок поведению нынешней власти.

Время бессовестной массовки, презревшей принцип презумпции невиновности и требующей наказания по системе Вышинского — признание — царица доказательства, или вообще без доказательств, уходит. Это видно по мизерному количеству агрессивных участников митингов 16 сентября. А отморозки, переступившие через принцип «обвиненный не считается виновным, пока его вина не установлена по приговору суда, который вступил в действие», и требующие уже сейчас снять портреты Юрия Кравченко с мест, где он работал, вообще остались в одиночестве.

Глубоко ошибочно думать, что с течением времени вся ответственность за неприкрытую фальсификацию ляжет на следователя или на Генпрокуратуру в целом. У нас уже был в истории период, когда выносились неправомочные решения. Кто помнит хотя бы одного из их непосредственных подписантов? Но все знают имя вождя, при котором правовые безобразия происходили.

Чтобы не повторить подобное, полезно разобраться в том, кто заставил прокурорскую ветвь власти пойти на гнуснейшую мерзость — предъявить обвинение в убийстве мертвому на основе одного, ничем не доказанного свидетельства.

Давление на следствие очевидно. И искать его зачинщиков и исполнителей следует среди очень высокопоставленных лиц во власти. Не мог независимый опытный следователь, не заглянув в первоисточники, написать столь невежественное постановление о привлечении Алексея Пукача к уголовной ответственности, удалить из дела пленки с голосами Кравченко, раз уж тот обвинен в убийстве, материалы, свидетельствующие о слежке за Гонгадзе, уничтожить документацию оперативной разработки, проигнорировать момент похищения журналиста и многое другое перечисленное нами выше. Плюс умышленная утечка данных досудебного следствия до официального сообщения о завершении расследования.

Тот ли автор?

Нардеп от ПР Василий Грицак, прочитав свидетельства Алексея Пукача, назвал его отбросом и подонком. Однако хочется спросить, на чем зиждется уверенность в том, что бывший руководитель «наружки» действительно говорил то, что от его имени фигурирует в материалах следствия?

Может, прежде чем вдаваться в крайности в оценках, стоит выяснить обстоятельства и детали зрелища, названного поимкой Пукача, поинтересоваться, где тот был, прежде чем попал в Молочки Житомирской области? Наконец, вспомнить, что вплоть до 22 июля сего года Генпрокуратура в лице ее руководителя стояла на том, что «на данный момент в качестве обвиняемого — Пукач, других обвиняемых нет», а экс-заместитель главы СБУ Василий Грицак уже на следующий день после помещения Пукача в СИЗО СБУ, т. е. 22 июля 2009 г., рассказал на брифинге, что узник назвал заказчиков преступления, причем не одного. Так были ли на самом деле показания?

Или следствию более года понадобилось, чтобы разобраться в таком «обширном» вопросе, как краткий разговор двух людей? У кого, собственно, искали подтверждение его содержания, если в материалах дела отсутствуют прямые свидетели, а Владимир Литвин и Николай Джига были допрошены только во второй половине нынешнего августа? О «пленках», зафиксировавших диалог между министром и подчиненным, тоже что-то не слышно.

И что особенно интересно: Кравченко оказался в числе заказчиков убийства как раз после того, как губернатор Виннитчины и спикер Литвин на очной ставке напрочь опровергли показания Пукача о фигурирующей в материалах дела беседе впятером 17 сентября 2000 г., во время которой Кравченко-де говорил: «Владимир Михайлович, это — наш сотрудник, который лично разобрался с Гонгадзе». Литвин к тому же отрицает факт знакомства с Пукачем. И квалификация «заказное убийство» появилась, когда все предполагаемые доказательства такого убийства не нашли подтверждения.

Целесообразно обратить внимание и на откровения Святослава Пискуна относительно цели задержания Пукача: «Арест Пукача — это прямой выход на Кравченко. Он стал бы следующим. Вы понимаете, что если бы заговорил Кравченко, то сразу, даже если бы мы ничего не знали о записях Мельниченко, возник бы вопрос и об ответственности самого Кучмы» («Комсомольская правда в Украине», 22.04.05). Вот и получили с арестом Пукача прямой выход на Кравченко! Но фундатором-то этой работы был Генпрокурор Пискун. Именно он распорядился установить степень причастности к исчезновению Гонгадзе экс-министра Кравченко, а по результатам проверки воскликнул: есть такие «орлы!»

Много интересного можно почерпнуть и из такого признания Святослава Михайловича тому же источнику: «На следующий день после отставки ко мне домой пришли трое сотрудников американского посольства, которые предупредили меня о возможной угрозе моей жизни... Американцев интересовали истинные причины моей отставки, интересовала связь этого события с продвижением по делу Гонгадзе. Спросите коллегу по фракции, почему по теме раскрытия убийства Гонгадзе он неоднократно общался с послом США Джоном Хербстом, почему пришедшие к нему в дом американцы сказали: «Вы на правильном пути» (задержание Пукача для выхода на Кравченко и т. д. — О.З.) и предложили политическое убежище в США.

Разберитесь, что за заведение — следственный изолятор СБУ, и почему каждый, кто в нем находится, дает несусветные показания и безропотно соглашается с любым словом государственного обвинения. А ответ ведь частично на поверхности: он следует из статьи Сергея Лещенко в «УП» (14.09.10) — «одним из условий, на которых Пукач согласился сотрудничать со следствием, было предоставление помощи его дочери». Не кажется ли вам, что сговорчивость Пукача обеспечивается путем шантажа и угроз, а в качестве средства запугивания используются его дети?

Мы предупреждали

На заре президентства Януковича мы писали: «Виктор Янукович должен понимать, что «раскрытые» под его инаугурацию громкие уголовные дела — это дары данайцев... Это иезуитский способ инкорпорировать четвертого украинского президента в вышеперечисленные преступления (дело Гонгадзе, дело Лозинского, «отравительное» и «педофильное» дела. — Авт.), перевести на него ответственность за них» («2000», 12.03.10). Мы назвали фамилии гарантов успешного с точки зрения организаторов прохождения этих дел, расписали их ролевые функции и способ действия. Мы предупреждали, что исповедуемый президентом принцип невмешательства в работу правоохранительных органов отдельные члены его команды будут использовать для вершения темных дел.

Мы, к сожалению, оказались правы. Возбуждение оперативно-розыскного дела департаментом контрразведки СБУ против Владимира Сивковича и постановка на контроль телефонов вице-премьера по силовым вопросам, о чем сообщило «ЗН» (18.09.10), — лучшее тому подтверждение. Перед этим был компромат на Валерия Бондика, посмевшего вступиться за Анатолия Макаренко. В том же ряду — попытка законодательно упростить возможность увольнения с должности уполномоченного ВР по правам человека.

Что еще в этой стране должно произойти, чтобы партия власти наконец решилась на адекватные кадровые шаги? Все поголовно должны попасть в материалы дела в качестве заказчиков убийства Гонгадзе?

Ольга ЗАГУЛЬСКАЯ


Загрузка...
Загрузка...
Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто

Получить ссылку для клиента
Авторские колонки

Блоги

Маркетгид
Загрузка...
Ошибка