Алиса Ложкина: «Моя библиотека — кладовая воспоминаний»

№48 (885) 30 ноября — 6 декабря 2018 г. 28 Ноября 2018 0

Алиса Ложкина рассказала «2000», что бумажная книга для нее умерла, что школьная библиотекарша, которая заставила ее прочитать рассказ о Ленине, стала челночницей, что в 18 лет ее интересовали Ницше, Юнг, Рассел и Батай, что в один из периодов жизни она не читала ничего, кроме постов в соцсетях, а сейчас читает Бхагавата-пурану, хотя мало что в ней понимает.

Кто она: арт-критик, культуролог, куратор современного искусства, в прошлом — главный редактор журнала ART Ukraine и заместитель директора «Мистецького Арсеналу».

— Почему и для чего вы читаете книги?

— У моего старого друга — исполнителя интеллектуального шансона Псоя Короленко есть песня, исчерпывающе отвечающая на этот вопрос. Она называется «Нипочему». То есть часть текстов я, конечно, читаю по работе, но в основном безо всякой цели, исключительно из экзистенциального любопытства.

— Где вы обычно читаете?

— У меня нет особого ритуала, я читаю где попало. На диване в кухне, на диване в гостиной, в уборной (там, кстати, отлично усваивается материал, особенно поэзия и произведения духовно-нравственного характера), в самолетах, залах ожидания, в машине (конечно, если не я за рулем).

— Предпочитаете бумажные книги или электронные?

— В последние несколько лет читаю почти исключительно с айпада, телефона или ноутбука. В моем мире размылось понятие «книги». Корректнее будет говорить о потоке текстов на ту или иную тему, которая интересует меня в данный момент. Если я читаю книгу, то в основном параллельно ищу что-то дополнительное в Гугле, Википедии, смотрю другие аналогичные тексты. Книга как замкнутое пространство букв и смыслов для меня умерла.

Да, перескакивание и фрагментированное сознание — зло, но я стараюсь хотя бы читать большие куски материала, а также не зависать на тупом скроллинге. Наверное, для того чтобы опять ощутить целостность текста, нужно попасть на необитаемый остров с обрывком газеты и выучить его наизусть.

Такая история, кстати, в конце 1990-х произошла с покойным одесским поэтом и художником-концептуалистом Игорем Чацкиным. Он пропал из города на месяц, а когда вернулся, объяснял свое исчезновение тем, что упал в ущелье во время путешествия в Крым. Подвернув ногу, он якобы месяц питался из оставленного кем-то мешка перловки, запивая ее водой из ручья. Тут же поблизости нашел мокрый слипшийся глянцевый журнал и заучил из него наизусть рецепт блюда под названием «баранье седло». В моей жизни на сегодняшний день таких важных текстов нет.

— Что входит в круг вашего чтения?

— Все подряд. В основном это, конечно, тексты на гуманитарную тематику. Наверное, самой экзотической вылазкой в неизвестное когда-то была книга «Основы обработки металлов и сплавов». Благодаря ей я теперь могу поддержать беседу об электродуговом и мартеновском методах проката стали, а также о возможных проблемах в установке «печь-ковш».

— Какая книга больше всего повлияла на вас в юности?

— Сколько живу, столько в мире повышается порог «юности». Поэтому я предпочитаю верить, что главная книга все еще впереди. Сильное впечатление в первом классе на меня произвела иллюстрированная книжка Владимира Бонч-Бруевича «Общество чистых тарелок». Маленький рассказ из цикла «Ленин и дети» нас с подружкой заставила прочесть и пересказать школьная библиотекарша, перед тем как выдать книжку о домовом, которую мы действительно мечтали получить. Это было, пожалуй, первое и последнее в моей жизни столкновение с репрессивной идеологической системой. Советский Союз очень скоро распался. Библиотекарша стала ездить челноком в Турцию и торговать трикотажем на Республиканском стадионе.

— Что вы читаете сейчас?

— Я параллельно читаю несколько книг. Сегодня утром, например, читала Бхагавата-пурану. Я всегда знала, что к индийской культуре и философии лучше не приближаться, потому что там нужно положить жизнь, чтобы хоть что-то толком понять. Всегда есть риск превратиться в нью-эйдж шизофреника с ароматической палочкой в зубах и мозгом, абсолютно вынесенным поверхностным знакомством с великой традицией.

Но в этом году я случайно прочитала книгу, которая сильно потрясла. Это была Бхагавад-гита. Меня так поразил этот великий диалог души с Богом на поле сражения, что я решила все-таки рискнуть и углубиться в тему. Конечно, уже сейчас я понимаю, что изначально была права. Для того чтобы во все это погрузиться, нужны годы и как минимум приличное знание санскрита. Все переводы, кроме старых советских академических, это какое-то издевательство.

Еще я читаю книгу Life 3.0. Being Human in the age of artificial intelligence американского ученого Макса Тегмарка. Меня интересуют сценарии будущего. Этот бестселлер просто и ясно объясняет, что может произойти с миром, если процесс проникновения во все сферы жизни искусственного интеллекта и автоматизации не будет серьезно осмысляться и контролироваться.

В поездках иногда пытаюсь дочитать книгу «Бегуны» букеровской лауреатки Ольги Токарчук. Сперва она меня захватила очень схожим с моим собственным ощущением жизни, которая проходит в основном в самолетах и аэропортах. Но потом наши пути разошлись, и думаю, как и множество других закачек моем айпаде, эта книга никогда не будет дочитана.

— Как выглядит ваша домашняя библиотека?

— До недавнего времени я очень любила печатные книги и страстно их собирала. Потом пару раз потеряла часть своих сокровищ и постепенно стала проще к этому относиться. Хотя до сих пор, глядя на свою библиотеку, с удовольствием вспоминаю, как покупала ту или иную книжку. Особенно, конечно, запомнились первые приобретения — на развалах на Петровке, с каких-то случайных подработок, стипендии.

У меня есть такая мемориальная полочка, отражающая интересы восемнадцатилетней студентки, — Ницше, Юнг, Бертран Рассел, «Ненависть к поэзии» Жоржа Батая, огромная нечитабельная антология дзен-буддизма и издание, в обнимку с которым я провела не одну сотню вечеров, — «И Цзин», китайская книга перемен. В школе я учила японский, и купив эту книгу, с удивлением обнаружила, что понимаю кое-что из оригинальных иероглифических толкований гексаграмм.

Конечно же, — в силу профессии, да и просто по любви — в моей библиотеке много альбомов по искусству. К сожалению, самый обожаемый — огромное редчайшее издание Тегеранского музея, посвященное иранской миниатюре, я когда-то по глупости оставила в одном московском храме. Теперь я в этот город не езжу, да и вообще многое изменилось, так что доступ к волшебному миру той книжки закрыт. Сама иногда удивляюсь, как сильно по ней скучаю и пытаюсь относиться к этому как к тренингу по преодолению собственничества и жадности. При той церкви действует серьезная иконописная школа. Если хоть один художник возьмет в руки этот альбом и вдохновится феноменальной эстетикой древней иранской миниатюры, значит, моя потеря случилась не зря.

Сегодня моя библиотека — не инструмент для работы. Это кладовая воспоминаний о каких-то событиях в жизни, связанных с приобретением или прочтением той или иной книги. Почти о каждой из них я могу рассказать историю. Кроме того, это элемент комфорта, одна из составляющих ощущения «дома». Я люблю, как выглядят книги на полках, особенно когда их много. Предпочитаю открытые шкафы, без стекла. Многие говорят, что книги пылятся, но мне так уютнее.

— Топ-5 главных книг вашей жизни?

— Не могу ничего выделить. На разных этапах это были совершенно разные тексты. В какой-то момент из моей жизни вообще исчезли книги и длинные последовательности слов. Несколько лет подряд я читала в основном посты в соцсетях. Я вообще очень люблю сетевую культуру и тексты, не претендующие на то, чтобы называться литературой. Одно время, например, с восторгом зачитывалась тем, как люди в разных уголках мира описывают себя на сайтах знакомств. Это был удивительно интересный опыт, но и он себя исчерпал. Теперь в мою жизнь вернулись книги. Время от времени я все же не могу отказать себе в вуайеристском удовольствии загуглить кого-то из старых знакомых, зависнуть в богом забытой ветке Reddit'a или на форуме, посвященном рыбалке.

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...


Загрузка...

Не по-європейськи розмита ідентичність

Це вже після майдану з приходом нової влади розпочався процес відчуження цієї влади...

В топе и тренде

Дональда Трампа и Сильвио Берлускони по стилю публичного поведения можно смело...

Загрузка...

«Киндер-сюрприз», ломающий сценарий выборов

В результате стремительного взлета Владимир Зеленский вышел в рейтинге на первое...

И капля правды — рецепт успеха шпионского чтива

Международный шпионаж, высокопоставленные заговорщики, море вымысла, капля правды и,...

Заплатил за комуслуги — ни согреться, ни проститься

Отработав по полной всю праздничную тематику, подведя итоги 2018 г. и выдав прогнозы на...

Петр Толочко: Украину объединит идея социального...

Для примирения и консолидации Украине нужен новый проект, который был бы одинаково...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто

Получить ссылку для клиента
Авторские колонки

Блоги

Лентаинформ
Загрузка...
Ошибка