Вдали от родины

№39(923) 27 сентября — 3 октября 2019 г. 25 Сентября 2019 5

Герои всех четырех книг нынешнего обозрения по воле судьбы или по собственному желанию оказываются далеко от родных мест. Радикальней других поступил американец Майкл Шейбон — он отправил три миллиона евреев на Аляску. Его соотечественница Лили Кинг забросила своих персонажей еще дальше — к первобытным племенам Новой Гвинеи. Главный герой романа британца Патрика Гейла вынужден не только отправиться из Англии в Канаду, но и превратиться из джентльмена в фермера. Четыре украинки из книги Ирены Карпы по разным причинам обретаются в Париже — там же, где последние годы обитает и сама Ирена.

Кругом одни евреи

Автор: Майкл Шейбон

Название: «Союз еврейских полисменов»

Язык: русский перевод с английского Елены Калявиной

Издательство: М: «Иностранка», 2019

Жанр: альтернативный детектив

Объем: 512 с.

Оценка: ******

Первый раз «Союз еврейских полисменов» перевели на русский в 2007-м, и на обложке было написано «Майкл Чабон». В 2019-м «Иностранка» выпустила роман в новом переводе Елены Калявиной, гораздо более удачном, чем предыдущий, но автору опять не повезло — теперь он превратился в Шейбона. Дело в том, что на самом деле правильное произношение фамилии — Шабон, с ударением на втором слоге, об этом мне рассказала коллега, лично знакомая с писателем. Но чтобы не устраивать путаницу, в своей заметке я все-таки буду именовать его Шейбоном — так, как в книге.

Странная дефиниция «альтернативный детектив», указанная в качестве жанра романа, требует пояснения. Представьте себе, что в 1948 г. только что провозглашенное израильское государство потерпело поражение в войне с арабами и сотни тысяч евреев были вынуждены снова покинуть родную землю, а правительство США предоставило им и беженцам из Европы 1941 года право жительства на острове Баранова, возле юго-западного побережья Аляски. В конце концов, если в СССР Сталин отправил евреев к черту на рога в Биробиджан, на Дальний Восток, то почему бы Шейбону не вообразить приблизительно то же самое, только в Штатах?

Итак, «Союз еврейских полисменов» — это детектив, построенный на фундаменте альтернативной истории. Следя за его сюжетом, нужно иметь в виду, что остров Баранова сдали евреям в аренду не навсегда, а на 60 лет, и поскольку действие романа происходит в 2007-м, срок подходит к концу. Как американские власти поступят с аляскинской еврейской колонией, население которой разрослось до трех миллионов человек, пока неизвестно. Ортодоксы настаивают на возвращении в родные палестины, и тут переносный смысл этого выражения совпадает с прямым. Проблема в том, что там, где в реальности находится Израиль, в мире, придуманном Шейбоном, никакого Израиля нет.

Впрочем, до геополитических игрищ «Союз» добирается далеко не сразу. Сначала перед нами мокруха и бытовуха. В столице Еврейской Аляски, городе Ситке, в гостинице «Заменгоф» найден убитым молодой мужчина, называвший себя Эмануэлем Ласкером — по имени знаменитого шахматиста конца ХIХ — первой половины ХХ века. За расследование берется Мейер Ландсман, следователь, сам больше похожий на бандита, чем на копа — циничный, пьющий, неряшливый, постоянно превышающий свои полномочия, в общем, невозможно обаятельный тип. Ландсман тяжело переживает разрыв с женой Биной, тоже детективом. А вот и она тут как тут: уже не Ландсман, а снова Гельбфиш, вернулась со стажировки, назначена инспектором полиции Ситки и начальницей своего бывшего супруга — горе ему, горе.

Такова исходная диспозиция. Дальше разворачивается головоломная партия с участием фигур, имеющих прямое или косвенное отношение к гибели Ласкера. Есть тут и всемогущие религиозно-криминальные короли, и совершающие стремительные набеги ферзи, и делающие неожиданные прыжки кони, и мелкие пешки, от которых порой зависит исход поединка. Шахматные ассоциации не случайны: ключом к детективной разгадке служит позиция, позаимствованная Шейбоном у Набокова: те, кто внимательно читал «Другие берега», испытают радость узнавания. Кстати, в описанной Набоковым шахматной задаче кажется, что решающий ход совершает именно пешка, но на самом деле это не так. В романе Шейбона, как и в любом ладно скроенном детективе, ложных ходов тоже хватает.

«Союз еврейских полисменов» — роман не только зверски увлекательный (детективная интрига в нем, без преувеличения, разыграна виртуозно), но и дико симпатичный. Написан он на той версии английского, которую сам Шейбон предпочитает называть американским, со множеством вкраплений из идиша. Переводчица снабдила книгу словариком на добрую сотню наименований — там есть габай и мамзер, ребецин и штинкер, талес и тухэс. Кстати, одним из главных источников своего романа Шейбон называет прозу Бабеля, с которым у него действительно много общего. Прежде всего, сочный слог и чувство юмора — чего-чего, а этого еврейского добра в «Союзе» предостаточно.

Напоследок несколько любопытных фактов. Город Ситка — вполне реальный, до продажи Аляски Соединенным Штатам он назывался Ново-Архангельском и был столицей Русской Америки. Население Ситки сейчас составляет около девяти тысяч человек, среди которых и впрямь есть несколько сотен иудеев. В 1939 г. действительно существовал план переселения немецких евреев на Аляску, но его реализации помешал сенатор Энтони Джозеф Даймонд. В романе Шейбона точкой расхождения альтернативной истории с подлинной становится гибель Даймонда под колесами такси. Находившегося за рулем авто Денни Ланнинга вымышленные евреи Ситки считают своим национальным героем.

Эврика! Или нет

Автор: Лили Кинг

Название: «Эйфория»

Язык: русский перевод с английского Марии Александровой

Издательство: М.: «Фантом пресс», 2019

Жанр: научно-приключенческая драма

Объем: 304 с.

Оценка: *****

Лили Кинг — ровесница Майкла Шейбона, ей тоже 56 лет. Ее литературные достижения заметно скромнее. Шейбон написал восемь романов и получил 32 литературные премии, включая Пулитцеровскую; у Кинг романов меньше ровно вдвое, а наград — ровно вчетверо. «Эйфория» — последний по времени и самый успешный роман писательницы. Он был не только отмечен несколькими премиями, но и вошел в число топ-10 книг 2014 г. по версии New York Times.

Героев в «Эйфории» трое: двое мужчин, одна женщина, и как-то сразу ясно, что без пресловутого любовного треугольника тут не обойдется. Нелл и Фен Стоуны, семейная пара антропологов, в начале 1930-х путешествует по Новой Гвинее, изучая жизнь тамошних племен. К ним присоединяется давний знакомый, молодой британский ученый Эндрю Бэнксон. Сначала супруги воспринимают его как соперника, но Эндрю настроен благожелательно и намерен всячески помогать им в работе. Да и как иначе, если он давно влюблен в Нелл.

«Эйфория» — роман мультижанровый, и в этом одна из основных причин его успеха. Во-первых, он вполне приключенческий, и хотя вероятность того, что персонажей сожрут людоеды или хотя бы просто убьют воинственные местные племена, крайне мала, опасные ситуации нет-нет да случаются. Во-вторых, треугольник есть треугольник, отношения Нелл и Эндрю развиваются вроде бы неторопливо, но в воздухе напряженность висит, тучи сгущаются, и буря явно грянет. В-третьих, в романе есть линия, которую можно назвать научно-исследовательской, и она куда интересней, чем приключения и любовь.

Изучая обычаи новогвинейских племен Нелл, Фен и Эндрю обнаруживают любопытные закономерности. Наблюдаемые ими местные культуры развиты неодинаково, в каждом племени одни свойства выражены ярче других. Есть народности агрессивные, властные, решительные, амбициозные, эгоистичные — их троица условно именует северными. Другие предпочитают отзывчивость, заботливость, чуткость, гибкость и миролюбие — их относят к южным. Западный вектор развития определяется экстравертностью, методичностью, рациональностью, прямолинейностью, работоспособностью, прагматизмом. Восточный, напротив, характеризуется интравертностью, артистичностью, нонконформизмом и философской отстраненностью.

Вот тут-то и начинается та самая эйфория. Трем ученым кажется, что они стоят на пороге великого научного открытия, что нарисованная ими схема дает универсальный ключ к пониманию закономерностей развития культур и цивилизаций. Им невдомек, что столь замечательная теория окажется во многом умозрительной и спекулятивной. И уж тем более, им неведомо, что идеологи нацизма возьмут ее на вооружение в качестве доказательства превосходства арийской расы. Кстати, если присмотреться, теория Стоунов и Бэнксона отчасти напоминает популярную не так давно соционику, с той разницей, что эта псевдонаука применялась не к целым культурам, а к отдельным личностям.

Прототипом Нелл для Лили Кинг стала знаменитый антрополог Маргарет Мид, а Фен и Эндрю отчасти похожи на ее второго и третьего мужа, соответственно Рео Форчуна и Грегори Бейтсона; сходство фамилий Бэнксона и Бейсона вполне очевидно. Разница в том, что Мид с коллегами-мужьями не создавала скандальных теорий и не попадала в фатальные передряги. Чтобы сырая жизнь превратилась в пышущую жаром литературу, ее нужно как следует приготовить, добавить пикантных специй и острого соуса. Иначе пресно и неинтересно.

Больше радуги

Автор: Патрик Гейл

Название: «Место, названное зимой»

Язык: русский перевод с английского Александры Смирновой

Жанр: историческая гей-драма

Издательство: М.: «Эксмо», 2018

Объем: 384 с.

Оценка: ****

Тема гомосексуальности в современной литературе давно уже перешла из маргинеса в мейнстрим. Более того, появилась еще одна любопытная тенденция: отстояв позиции представителей ЛГБТ в наше время, писатели взялись корректировать историю. Не то чтобы переписывать, скорее, пересматривать с другой стороны и окрашивать в более радужные тона. Действительно, если в настоящем положение геев и лесбиянок значительно улучшилось, то почему бы не попытаться улучшить его еще и в прошлом?

Британский писатель Патрик Гейл, извините за невольный каламбур, — открытый гей. Книгу, о которой пойдет речь, он посвятил своему официальному супругу Эйдану Хиксу. Вообще-то Гейл сочинил уже шестнадцать романов, но за пределами Великобритании его до недавнего времени почти не знали. «Место, названное зимой» изменило ситуацию: в 2016-м роман был номинирован на премии Costa и Вальтера Скотта, получил хорошую прессу и был переведен на несколько языков, включая русский. Очевидно, что одной из причин успеха книги стала ее трендовость.

Главный герой романа Гарри Зоунт в оригинале зовется Harry Cane, но русская переводчица зачем-то решила соригинальничать и покаламбурить. В первых главах он выглядит как вполне обычный английский джентльмен начала ХХ века: благополучно женится на девушке, которая вроде бы ему симпатична, становится отцом, посещает клуб, ведет тихую размеренную жизнь. Но однажды Гарри замечает, что к любимой жене его совсем не тянет, а тянет к властным и грубым посторонним мужчинам. Если бы молодой человек держал свои наклонности в тайне, может, как-то бы обошлось. Однако легкомысленный Гарри заводит интимный дневник, и тот на его беду попадает в чужие руки.

Выбирая между оглаской-позором-обструкцией и полным исчезновением из жизни семьи, обескураженный Гарри долго не колеблется. Отправляясь в эмиграцию в канадскую глушь, он лишается всех прежних привилегий и благ, начинает новую жизнь в качестве помощника фермера и удивительным образом превращается из аристократа в крестьянина. При этом его сексуальные наклонности никуда не деваются и смиренно ждут своего часа. Час настает, когда соседями Гарри, наконец-то заработавшего каторжным трудом на собственный земельный участок, оказываются симпатичные брат с сестрой. Конечно же, его больше интересует брат.

Гейл не чурается резких сюжетных поворотов и не скупится на душераздирающие сцены, способные растрогать даже матерого гомофоба. В его романе есть картинный злодей, поединок с которым становится кульминацией книги. Спойлерить не стану, кто кого и с какими потерями победил, не расскажу, но нехитрую мораль «Места, названного зимой» вполне могу озвучить. Праздность это плохо, а свободный труд на своей земле — хорошо, нетерпимость — плохо, а толерантность — хорошо, брутальный агрессивный гей — плохо, а добрый, заботливый и нежно любящий гей — хорошо.

Самое главное, что счастье для гомосексуальных пар теперь возможно не только в наше время, но и сто лет назад. Литература — страшная сила, она способна менять как будущее, так и прошлое.

Наши в Париже

Автор: Ирена Карпа

Название: «Добрі новини з Аральського моря»

Язык: украинский

Издательство: К.: «#книголав», 2019

Жанр: драма

Объем: 592 с.

Оценка: ***

Лет десять назад я задавался вопросом, как будет писать вечный подросток Ирена Карпа, когда ей стукнет сорок. Ответ на него, пожалуй, уже получен. Правда, до сорокалетия Карпе еще год с хвостиком, но судить об эволюции писательницы по новой книге вполне можно. Стоит учесть, что Карпа не выпускала фикшн восемь лет, и 600-страничные «Добрі новини з Аральського моря» для нее самой — роман важный, этапный.

Кое-что в ее манере действительно изменилось, кое-что осталось прежним, причем второе кое-что явно больше первого. В целом Карпа верна нехитрому методу акына, творческому принципу «что вижу, то пою» — так ее прозу когда-то давно охарактеризовал Юрий Андрухович. Уже четыре года писательница живет во Франции, работает культурным атташе украинского посольства, поэтому неудивительно, что действие ее нового романа происходит преимущественно в Париже. Однако впервые в книге Карпы появилась полифония: здесь сразу четыре героини, и каждая оказывается в центре внимания в порядке строгой очередности.

В юные годы Карпа, для виду скрываясь под экзотическими именами типа Марла Фрискен, Катакана Клей и Триша Торнберг, писала исключительно о себе, любимой. Теперь в ее книге действуют четыре вроде бы довольно разные женщины, но если присмотреться, все они — и успешная бизнес-леди хорошо за тридцать, и девятнадцатилетняя оторва с непомерным либидо, и рокерша, гораздая на безумные выходки, и активистка из группы Femen — это четыре ипостаси одной и той же Карпы. Вот еще любопытная деталь: все эти украинки, более или менее успешно покоряющие Париж, живут то ли частично, то ли полностью за счет мужчин.

Контрапункт в романе получился из разряда «ну, такое». Четыре мелодические линии, поначалу совсем отдельные друг от друга, в конце концов начинают то сходиться, то пересекаться, но единой гармонии все же не образуют. С драматургией тоже не слава богу: повествование монотонно, перегружено необязательными событиями и подробностями, по существу, лишено развития. Карпа поет свою украинскую песню с французским акцентом в одном и том же темпе, на одной и той же громкости, хорошо хоть на разных нотах. Процент эпатажа в «Добрих новинах» не так высок, как в прежних книгах, но секса по-прежнему хватает, причем в самых разных вариантах. А вот идейного содержания в романе не намного больше, чем в песне акына.

Русская речь либо передается издевательским транслитом («Но вот я ето, Ір, нє панімаю — набрасалі палкі какіє-то! К чєму всьо? Вот статуя там — вот ето хоть красіво»), либо (экое дивное новшество!) снабжается переводом («Землячка твоя. Из-под Луганска! Стриптизерша бывшая!» — «Землячка твоя. З-під Луганська! Стриптизерка колишня! (рос.)»). Это так мило, что даже не хочется комментировать.

******* — великолепно, шедевр

****** — отлично, сильно

***** — достаточно хорошо

**** — неплохо, приемлемо

*** — довольно посредственно

** — совсем слабо

* — бездарно, безобразно

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...

загрузка...
Loading...

Загрузка...
Загрузка...
Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто
Loading...
Получить ссылку для клиента

Авторские колонки

Блоги

Idealmedia
Загрузка...
Ошибка